В янтаре

- Давайте ещё раз… - хмурится Артём и обводит взглядом комнату. То есть гридницу. Помещение для приёма гостей Князя. Это он уже выяснил. Комната очень красивая. С дощатыми стенами, резными столбами, которые расписаны красными птицами и цветами. В качестве украшения служат щиты и мечи, висящие на крючках. Рядом с дверью стоят на полочке иконы. Над головой Тёма видит люстру. Деревянную, со свечами. Она освещает комнату тёплым, оранжевым светом. Артем вместе с Гришей сидят за огромным деревянным столом, на лавках. Напротив них - хозяева. Андрей, которого Артём увидел сразу после пробуждения. И Кульпа… Вроде как муж Андрея. И тот самый мужчина, который поймал Артёма и перенёс сюда. Стол уставлен различными блюдами. Настоящий пир! Тут и жареная утка, и вареная медвежатина, тушёная с капустой и репой лосятина… Медвежатина и лосятина с репой, Господи! Артём уже даже не удивляется. Кроме мяса, Артём видит странного вида суп. Там, кажется, плавает хлеб? Ещё Артём замечает мёд, орехи, несколько видов варенья, очень вкусные и мягкие на вид коржи… И вот от этого Тёма точно бы не отказался. Знакомое хотя бы. Но он до сих пор боится есть. Вдруг отравят? Да, он поверил Андрею. Тот обладал каким-то магическим даром убеждать. А ещё казался очень надёжным и добрым. Ему хотелось доверять. Но вдруг это все обман? Правда, когда Артёму показали сладко спящего в соседней комнате Гришу, он почти успокоился. Сейчас друг сидит вместе со всеми за столом. Гришу ничего не смущает. Он спокойно набивает себе живот медвежатиной и даже не морщится. Лишь косит взглядом в сторону Тимофея, который кушает справа от них, и тоскливо вздыхает. Артём не хочется знать, о чем он думает. - Давайте ещё раз, - повторяет Тёма и смотрит на Андрея, - Ты - Князь, который родился в тринадцатом веке. Обычный человек. Жив лишь потому, что твой… Твой возлюбленный поддерживает твоё существование. - Да, - степенно кивает Андрей, - Соглашаться на это было немного страшно. Но у меня никого не осталось. Кроме Кульпы. Я любил его и люблю сейчас. И буду с ним до самого конца. - Это так мило! - булькает, отрываясь от еды, Гриша. Он задыхается, а в его глазах слёзы. - Подавился коржами, - сипло обьясняет друг. Но Артём что-то в этом не уверен. - А ты, - Тёма отвлекается от Гриши и смотрит на Кульпу, - Мертв. Но ты был таким же, как я. С магическими способностями. Но тебя убили, и ты стал… Духом. Татарским демоном. И ты - хан. - Фактически я не был ханом, - пожимает плечами Кульпа, - Мою семью убили до того, как я занял престол. А потом я притворялся другим ханом. Но если не вдаваться в частности, все так. Я происходил из знатного рода. Ладно, все более или менее понятно. Артём оборачивается к Тимофею. - А ты - Кот Баюн, - обращается к нему Тёма, - Заговариваешь зубы людям, рвёшь их железными лапами, а потом жрешь. - Я вегетарианец! - искренне возмущается Тимофей, - Человечки - хорошие. И я их не ем. Хотя и очень хочется. Иногда. Как-то последнее не успокаивает. Но перед Тимофеем похоже стоит блюдо, не похожее на человечину. Какая-то птица. Правда, сырая и вымоченная в молоке. Артёма от одного вида этой каши тошнит. А вот Гришу, похоже, нет. - Можно мне попробовать? - заискивающе спрашивает он у Тимофея. Тот смотрит на Гришу с большим подозрением и твердо говорит: - Нет, людям такое нельзя. Людям нужно варёное. Иначе могут заболеть. Ты же не хочешь заболеть? - Я уже болен, - бормочет Гриша, и лицо Тимофея вытягивается. - Я не чувствую запаха болезни, - растерянно шепчет Кот, - Что болит? - Сердце, - с тоской выдыхает Гриша, - Оно сжимается от того, что ты - такое совершенство! Знаешь, на кого ты похож? Ты похож на… На внука Ли Феликса из Stray Kids, Ким Тэхёна из BTS, Бэм-Бэма из GOT7 и Чхве Бомгю из TXT! У них всех, конечно, не может быть общих внуков! Они мужчины! Но если представить… Артём традиционно умирает от стыда. Подкат изначально был неплохим, хоть и очень агрессивным. Но вот конец… Кто-то что-то понял, вообще? Вряд ли. Все, присутствующие в гриднице, смотрят на Гришу с полным непониманием. Если бы друг начал читать заклинания на татарском, его бы и то лучше поняли. Кульпа вон, например. - Не обращайте внимание, - спешит сказать Артём, - Гриша немного… Странный. Но в хорошем смысле. - Странный? - задумчиво тянет Андрей, - Как это сейчас говорят? Блаженный? - Нет, милый, - мягко перебивает его Кульпа, - Сейчас немного по-другому говорят. Но не будем материться при детях. - Не беспокойся, Григорий, - Кульпа смотрит на Гришу с легкой насмешкой, - Мы все тут… Странные. В коллектив вольёшься быстро. Гриша яростно кивает. Будто влиться в коллектив непонятных существ всегда было его заветной мечтой. Артём даже не хочет комментировать это. Но заранее смиряется с тем, что этого Кота он будет видеть часто. Очень часто. Гриша его из-под земли достанет. Артём в этом уверен. Тёма переводит взгляд с Тимофея на левую сторону стола. Там сидят две девушки. Знакомые девушки. Те самые, которых он видел верхом на огромном коте. Коте, которого, как выяснилось, зовут Тимофей. Артём смотрит на ту, которая в сарафане и с веснушками на лице, и говорит: - Ты - Рогнеда. Кудесница. Жрица. Колдунья. Провидица. И Учитель. Пытаешься помочь тем, кто не может совладать со своими силами. - Да, и тебе помогу, если захочешь, - Рогнеда улыбается ему так искренне, что становится похожа на шестнадцатилетнюю девчонку. - А ты, - Артём глядит на ученицу Рогнеды - ту, что с русыми волосами и серыми глазами, в спортивном костюме, - Аня. Юная Колдунья. Неопытная. Справится тебе со своими силами пока сложно. - Да не то слово! - закатывает глаза Кульпа, - Анюта тут на птичьих правах! За то, что пакостит постоянно! Аня горбится и сжимается, словно стараясь уменьшиться. Интересно, чем она провинилась? - Я, вообще, женщин, кроме Рогнеды, сюда пускать не люблю, - мрачно добавляет Кульпа, а потом его взгляд становится ехидным. - Андрей-то у нас… Раньше по женщинам был, - с лёгкой насмешкой говорит он, - У него даже невеста была. И он был так влюблён! Андрей розовеет и прикрывает ладонью лицо. - Долго ли ты будешь мне припоминать Марию? - слабо бормочет он. - До нашего с тобой небытия, - хохочет Кульпа, - Что ты! Такая женщина была! Роковая! Брата твоего младшего извела! Другого Князя принудила к замужеству шантажом! Под старость лет подцепила себе боярина, похоронив второго мужа! Несколько раз притворялась больной, наблюдая, как ведут себя ее внуки! Вот как не хотелось в монастырь! Вертелась, как могла! Очень достойная партия для нашего Андрея была! Подходила ему, как никто другой! Эх… Сам бы влюбился! - Мне начинать ревновать? - Андрей, кажется, начинает сердиться, - Раз такая хорошая была! - Нет, родной, я увидел тебя раньше, - легкомысленно отмахивается от него Кульпа, - И ты меня так поразил, что я не смог забыть тебя! Андрей смотрит на Кульпу будто недовольно, но его глаза смеются. - Милые бранятся, только тешатся, - подтверждает мысли Артёма Рогнеда. Кульпа подмигивает Артёму и берет из корзины, что стоит рядом с ним на лавке, яблоко. - Ты его помыл? - мгновенно оживляется Андрей. - Ты мне мстишь, что ли? - в голос стонет Кульпа, - Да я же несерьезно… Сам знаешь, что люблю тебя до смерти. - Кульпа, я серьезно! - поджимает губы Андрей, - Ты помнишь, что моя бабка со стороны отца умерла от болезни живота? Злая корча настигла! Кульпа закатывает глаза и бормочет: - Человека из Средневековья вывести можно, а Средневековье из человека - нет! - Кульпа! - строго говорит Андрей, - Не надо над этим смеяться. Лучше перебдеть, чем недобдеть. - Да, помыл я, помыл, - ворчит себе под нос Кульпа, сдаваясь, - Гигиена никогда не бывает лишней. Яблоко я содой начистил, мылом натер, все смыл и кипятком ошпарил! - Ну хорошо, - успокаивается Андрей, а потом он вдруг улыбается и незаметно подмигивает Артёму. Кульпа тоже тихонько посмеивается. И Артём вдруг понимает - они так шутят. И все эти разговоры про яблоко - это не совсем серьезно. Артём сам не замечает, как улыбается им в ответ. - Ладно, - с ними весело, но нужно и о делах узнать, - Кто есть кто, понятно. И это хорошо… Одно я понять не могу - почему нас все преследуют? Хорошо, вы пытались спасти. А остальные? Этот Аркадий, Баш Челик… Хетаг. На «Хетаге» голос немного скачет, повышается. Совсем чуть-чуть. Артём гордится собой. - Кто они? - ровно продолжает он, - Все они? И что им нужно? - Они - адепты Бога Чернобога, - поясняет с тяжелым вздохом Кульпа, - Их задача - использовать Колдунов в ритуалах, чтобы увеличить свою мощь. Какова их общая цель? Я пока не уверен, поэтому говорить не буду. Но сам понимаешь, власти, влияния, огромной силы многие желают. Поэтому им нужен ты. Если будешь учиться, ты станешь очень мощным Колдуном. Потенциал у тебя громадный. Кто-то из родственников передал. Только не понимаю, почему раньше дар не проявлялся. Но это предстоит выяснить. А сейчас вернёмся к нашим адептам… Перейдём, так сказать, на личности. Кульпа жестом фокусника достаёт прямо из воздуха тонкую стопку фотографий и раскладывает их на столе. На снимках очень знакомые лица. - Баш Челик, Марфа… - тыкает пальцем в фотографии Кульпа по очереди, - Аркадий, Хетаг… Артём всех их уже знает по именам. Ему не очень интересно. Но против воли его взгляд замирает на фотографии Хетага, не очень четкой, но по которой вполне можно узнать мужчину. Хетаг сфотографирован на улице. Он спускается по лестнице. Стоит боком. С такого ракурса, кажется, что у него орлиный профиль, и горбинка на его носу видна особенно сильно. Артём еле удерживает себя от того, чтобы не приблизить фотографию к своим глазам. - Кто они? Не люди же. К какому виду принадлежат? - вместо этого интересуется Артём. Кульпа хмыкает и ехидно говорит: - Не скажу. У меня тут дети пытаются догадаться, кто они. Молодняк должен уметь думать, а не все на блюдечке с голубой каёмочкой получать. Пусть сообщат тебе, насколько славно у них дело идёт. Как выполнили они домашнее задание. Аня подпрыгивает на месте, потянувшись, чтобы поднять руку, но вовремя обрывает себя. - Мы все выполнили! - гордо подаёт голос она, - Все выяснили! Баш Челик - это Убыр, как и Кульпа. Мёртвый Колдун. Марфа - Мавка. Аркадий - обезумевший Леший. Хетаг - Шаркань. - Я считаю немного по-другому! - Тимофей отпихивает от себя миску с сырой курицей, - Марфа - не Мавка. Она - Русалка. Мне кажется, она не может быть Мавкой. Мавками становятся те, кого убили матери. В младенчестве. А Марфа питает ненависть к мужчинам. Не к женщинам. Да и Хетаг - не Шаркань. Шаркани - слепые. И послабее будут. - Шаркани слепые только тогда, когда обращаются! - спорит с ним Анюта, - Вот он поэтому и не обращается! - Он не обращается, потому что… - Артём пытается вспомнить, что ему говорил Хетаг, - Потому что всё взорвется и все умрут от удушья гортани, когда он сделает это? Вроде так Хетаг говорил? Все смотрят на Артёма так, будто у него выросла вторая голова. Повисает тишина. Кульпа насмешливо, тонко улыбается. - Кто такой Шаркань? - Тёма не выдерживает молчания и прерывает тишину. Он первый раз слышит это название. - Дракон со змеевидным телом. Может изрыгать пламя. Имеет крылья, - поспешно обьясняет Аня. Вроде подходит, но… - А где живет Шаркань? У них есть самки? Кровь у них ядовита? - уточняет Артём, вспоминая подсказки Хетага. - Предпочитает пустынную местность, - будто по учебнику, читает Аня, - Но может жить в любой местности. Шарканью может стать любой человек. Хоть мужчина, хоть женщина. Главное условие - быть проклятым очень сильным Колдуном. Нет, не подходит. Хетаг из Осетии. Горная местность. И он говорил о том, что у них нет женщин. От слова «совсем». Что он сразу родился таким. Не человеком. Ни о каком проклятии речи не шло. Хетаг - не Шаркань. Но вслух об этом Артём не говорит. На него и так плохо смотрят, это во-первых. А во-вторых… Кульпа пока правду о виде Хетага не скажет. Анюта ничего не знает. А Тимофей… С ним стоит побеседовать. Но как-нибудь потом. - Что я здесь буду делать? Вы меня… Как бы спрятали от… Этих адептов какого-то Бога? - вслух говорит Артём. - Да, они до тебя тут не доберутся, - кивает уверенно Кульпа, - Да и тебя нужно обучать. Иначе ты можешь навредить и себе, и другим, но об этом побеседуем завтра. А сейчас уже поздно. Пора спать ложиться. Только поешь немного. - Утро вечера мудренее, - авторитетно заявляет Тимофей. Артём будто по волшебству зевает и вспоминает, что точно - он ничего не ел. Андрей, словно прочитав его мысли, пододвигает ему тарелку с коржами. Артём берет один. Вкусно. - Ой, я так наелся… - гладит себя по животу Гриша, - Теперь хочу в туалет. Проводишь меня? Он обращается напрямую к Тимофею. Тот глядит на Гришу с великим подозрением, но не спорит, выходит из-за стола. Григорий подскакивает следом. Они покидают гридницу. Артём пожимает плечами и запихивает себе в рот второй корж. Он за Гришу не беспокоится. Тимофей, конечно, людоед, но нападать на Гришу в туалете явно не будет. Артём оказывается прав. Одно он упускает. Все может быть наоборот - Гриша может напасть на Тимофея. Поэтому крики, которые вдруг раздаются снаружи, становятся для Артёма совершенно неожиданными. Тёма пугается и вылетает из гридницы. В голове крутятся страшные мысли. Неужели Кот пытался съесть Гришу?! К сожалению, нет. Лучше бы это. Это было бы ещё как-то объяснимо… Гриша действительно чуть поеден. Вернее, поцарапан. У него на руке красные полосы. Неглубокие, но длинные. Гриша смотрит на них с таким блаженством, будто он получил вместе с ними бессмертие. Зато у Тимофея другое выражение на лице. Оскорбленной невинности. И праведного негодования. Кот держится за ворот своей рубахи и будто… Закрывает грудь. О Господи! Только не говорите, что… - Он трогал меня за грудь! - в ужасе шепчет Тимофей, - Он пытался стащить с меня рубаху! Он меня… Раздевал?! Зачем?! - Пиздец его довели! - едва сдерживаясь, чтобы не заржать, говорит Кульпа - он незаметно подошел сзади, - Тимофей даже на кровь внимание на обращает! - У него лучше, чем у Чонгука, - с благоговением в голосе бормочет Гриша, - Если бы я был в аниме, то у меня кровь бы носом пошла… Или звёздочки появились бы вокруг головы. Потому что Гриша выглядит так, будто его били мешком по башке. Блаженного взгляда от царапин он не отрывает. - Да кому ты нужен? - с презрением произносит Аня, обращаясь к Тимофею, - Нашёл просто повод кровь пустить! Схватил за грудь? Серьезно? Ты - не секс-символ, уж прости меня! - Чего?! - Гриша мгновенно приходит в себя, - Тимофей - эталон! Я красивее не видел! Лучше на себя посмотри! Коза драная! - Что?! Как ты меня назвал?! - восклицает Аня и с агрессивным видом направляется к Грише. Сейчас будет драка! - Ребята, давайте жить дружно! - пытается остановить их Тимофей, но тщетно. Анюта и Гриша выглядят, как бойцовские петухи. Ровно до того момента, пока за шкирку их не хватает Кульпа и не растаскивает в разные стороны. Ах, драки не будет! Печально. Правда, орут сильно. Артём морщится и надеется, что в этом шуме и гаме никто не заметил, что одна из фотографий адептов Чернобога пропала. Артём не виноват в этом! Честно-честно! Рука сама схватила! Артёму вдруг кажется, что фотография Хетага жжёт ему бедро сквозь плотную ткань шорт. *** Артём с Гришей лежат на мягкой перине и не спят. Не могут. Слишком много впечатлений. Да и Гриша порывался уже несколько раз свинтить из избы. Сказал, что хотел проверить, как спит Тимофей. Есть у него уши во сне или нет… Артём еле остановил его. Тимофей вроде и терпеливый, но все же людоед. Зачем будить лихо, пока тихо? Так что Артём решает покараулить Гришу. Вдруг ещё что вытворит? Они долго лежат и сопят в полной тишине, пока Гриша не выдерживает и не прерывает молчание. - Ничего не хочешь у меня спросить? - глухо говорит он. - А что? Должен? - мычит Артём. Он еле борется со сном. Гриша долго молчит. А потом бормочет: - Тебе не показалось, что я вел себя странно? Сегодня? - Ты всегда ведёшь себя странно, - сонно ворчит Артём, - Я привык. - Я приставал к мужчине, - тяжело вздыхает Гриша, - Фактически, к Коту Баюну, но выглядит же как парень обычный, верно? - Ты сам сказал, что он похож на твоих любимых корейцев, - хмыкает Артём, - При таких условиях ты вел себя ещё вполне адекватно. Снова повисает тишина. Артём почти засыпает, когда Гриша снова открывает рот. - Я гей, - тихо и серьезно утверждает Гриша. - Хорошо, - Артём переворачивается на другой бок и зевает. А потом до него доходит смысл сказанного. - Что?! - подскакивает он на перине, - Почему я узнаю об этом только сейчас? - А что? - сразу вскидывается Гриша, - Боишься за свою безопасность? Жалеешь, что столько раз ночевал со мной в одной постели? - Ты дурак?! - в неверии восклицает Артём, - Я явно не твой типаж, уж извини! Геи - не бешеные собаки, чтобы на всех бросаться! Я не дебил, чтобы думать, что геям все мужики нравятся! Просто… Я - твой друг. Я с тобой с самого детства! Я думал, что ты мне доверяешь! А получается… - Ты - не друг. Ты - брат. Семья, - мягко перебивает его Гриша, - И я тебе доверяю. Я себе не доверяю. Я пытался обмануть сам себя. Пытался забыть. Знаешь, я, видимо, не стопроцентный гей или как там это называется… У меня на девушек может встать. Но это… Не то. Но ведь стояло? Значит, проблемы и не было. Мои родители, в целом, против всего этого. Общество - тоже. Я просто не хотел всех этих сложностей. Да и никто мне сильно не нравился… Так что я планировал просто найти хорошую девушку и жениться на ней. Родить детей. Все как у всех. Но себя не обманешь, верно? Как бы я ни старался, с девушками у меня не клеится. А может, я и не старался. Сам не знаю… - Но как же так? - не может поверить Артём, - Без любви? - Тём, ты будто с Луны свалился, - качает головой Гриша, - Иногда такой умный, а иногда - такой дурак! Но верно, все люди такие… Ты думаешь, что все женятся по любви? У меня столько знакомых, которые вступают в брак просто потому, что так надо. Для галочки. Потому что так принято в обществе. Некоторые не хотят ни отношений, ни детей… Но родители давят. Окружающие вечно спрашивают - а когда? И все в том же духе… Любви в жизни мало. Я же хотел… Я всегда хотел семью. Нормальную. Пусть без любви. Но хотя бы с пониманием и уважением. Мои родители сами по себе неплохие вроде люди. Но по отдельности, а вместе… Сам знаешь. Я всегда хотел гораздо больше тепла. Свою семью я хотел видеть другой. А с мужчиной у нас, вообще, сложно создать семью. Поэтому я проявил трусость. Прости меня за это. Артём кивает. Родители Гриши были вполне адекватными людьми, но очень часто ругались. И при этом не разводились. Тупиковая ситуация. Понятно, что Гриша желал чего-то иного. - А сейчас ты мне все рассказал, потому что… - Артём вопросительно приподнимает брови. - Потому что, кажется, влюбился, - честно отвечает Гриша, - Вот просто с первого взгляда. Или, может, у меня поехала крыша. После всего случившегося это неудивительно. Артём тяжело вздыхает. - Ты признаешь, что ведёшь себя с ним агрессивно? - как можно мягче говорит он, - Давишь. Не надо пугать его. Пусть он привыкнет. Тимофей даже не человек. Кто его знает, может, он, вообще, не знает, что есть какие-то геи… Ой, нет! Знает! Вон Кульпа и Андрей перед глазами! Но все равно… Может, среди Баюнов такого, вообще, нет. - Я постараюсь вести себя адекватнее, - робко произносит Гриша, - Но мне сложно держать себя в руках… Он придвигается ближе к Артёму и укладывает свою голову ему на предплечье. - Спасибо, что выслушал, - добавляет Гриша, - Мне стало легче. Но больше я думать об этом не хочу. Сам понимаешь… Он действительно даже не человек. Так сложно и странно звучит, правда? Так что давай отдохнем и просто будем спать, ладно? Оставим проблемы на завтра. Артём кивает. Кивает и думает. Ему в голову приходит неожиданная мысль - а вдруг Грише так нравятся айдолы не только потому, что они очень красивые? Айдолы кажутся такими идеальными. Хороши собой, вежливые, жизнерадостные, всегда улыбаются… Но это лишь внешняя сторона. Никто на самом деле не бывает идеальным. У всех есть недостатки. И у каждого бывает плохое настроение, депрессия, упадок сил… Но ты обязан держать лицо. Всегда. Правила строгие. Насколько это сложно? Наверное, непереносимо… Быть может, Грише так нравятся корейские звезды потому, что он чувствует с ними некую связь? У Гриши почти всегда хорошее настроение. Он всегда кажется жизнерадостным, активным, игривым… И он такой и есть. Но не всегда. Иногда ему очень больно. Но маска не спадает. Сколько раз Грише было плохо, а Артём этого не замечал? Никто не замечал. Родители Гриши так точно. Родители… Артём не понимает, почему у него вызывает беспокойство эта мысль. А потом… А потом Артём резко вскакивает с постели. Точно, он не перезвонил маме! Она бросила трубку! И будет теперь названивать Алле! А она скажет… Господи, она расскажет про Хетага! И кажется, на одного гея в этой комнате станет больше. *** - Кульпа опередил нас! Он забрал Колдуна к себе! Хетаг, ты можешь превратиться, но даже тогда… Придётся дать бой. Бой - это потери. Лучше бы Колдуна выкурить… Но как? Кульпа будет учить, оберегать его… Он сам станет сильным, и…, - Баш Челик ходит по паркету однокомнатной квартиры старой хрущёвки. Он выглядит забавно. В плаще на голое тело. На каблуках. Среди обшарпанных, голых стен. В этой квартире, кажется, идёт ремонт. Хетаг не в курсе. Ему, в целом, плевать. Хетаг сидит на стуле. Он закинул ноги на подоконник и подкидывает вверх стеклянный шар. На последнем яркий ярлык - пятьдесят процентов. Шар свистнул Аркаша. В том странном магазине посуды, где была распродажа. И куда переместился Артём. Шар красивый. Внутри снежные пики гор. Напоминает дом. Хетаг вертит в руках шар, рассматривая его со всех сторон. Снег выглядит совсем как настоящий. Хетаг откидывается на спинку стула, запрокидывая голову. Шар он больше не видит, но продолжает подкидывать его. Перед глазами лишь белая стена. Волосы Хетага струятся по полу. И пряди выглядят, как настоящие змеи. Хетаг думает. Думает недолго. Почти сразу говорит: - Нужно подождать. У Колдуна остались родители. Родственники. Друзья. Если он решит учиться, то он будет фактически бессмертным. И ему придётся наблюдать за смертью своих близких. Он будет терять их. Думаю, для Колдуна это будет тяжело. Но он может выбрать иной путь. Колдун может игнорировать свои силы. Кульпа даже может запечатать их. И если Колдун выберет такой путь, то Кульпа все равно его выпустит… Нужно только подождать. Баш Челик мгновенно успокаивается. - Да, верно, так и поступим… - бормочет себе под нос он, продолжая рассуждать и ходить туда-сюда. Хетаг его уже не слушает. Он резко поднимается на ноги и подходит к окну. Снег внутри стеклянного шара буквально беснуется. Серебристый. Красивый. Хетаг случайно надавливает на шар сильнее, и стекло трескается. Дурно пахнущая жидкость льётся на пол. Пахнет будто мыльными пузырями. Но слишком резко… Хетаг морщится. Люди создали очередную красивую, но бесполезную и хрупкую вещь. Зачем такое делать? И зачем покупать? Люди не меняются. Вечно гонятся за фальшивками, одурманенные блестящей оберткой. Но горы были хороши… Хотя настоящие все равно лучше. Хетаг не замечает, как сзади подходит Марфа. Она забирается на подоконник. Долго молчит. Рассеянно теребит край юбки, которую можно перепутать с ремнём. Хетаг ждёт. Марфа хочет что-то сказать. Но пока не готова. И лишь через минут пятнадцать Марфа, наконец, бормочет: - Ты знаешь, что я люблю тебя? Хетаг хмыкает. - Это очевидная вещь, разве нет? - поднимает брови он. - Да, но это я на будущее, - не спорит Марфа, - Чтобы не забывал. - Будущее изменчиво, - пожимает плечами Хетаг. - Но ты сам говорил - кое-что неизбежно, - вот теперь Марфа спорит. - Хорошо, одно очко в твою пользу. Ты ведёшь, - слабо улыбается Хетаг и отходит от окна. В руках у него стеклянный шар, который треснул. Хетаг находит взглядом Аркашу. Тот сидит у двери и перебирает остатки потрохов. Те, которые ему не нравятся, идут на выброс. Те, которые приходятся по душе, он складывает в таз. Хетаг подходит к нему и бросает ему в руки стеклянный шар. Аркаша ловит его и мгновенно верещит: - Он треснул! Треснул! - Да, теперь ты можешь смело его использовать для значимых вещей, - важно кивает Хетаг, - Это хорошее метательное оружие. Пробьёшь голову какому-нибудь человеку, а потом сожрешь его! Лицо Аркаши сразу светлеет. Он ловко запихивает шар в карман. Хетаг улыбается ему и уходит. Оставляет Аркашу наедине с вкусностями. Хетагу хочется прогуляться. Но думать не хочется. Непонятная тоска сжимает его сердце. От неё нужно избавляться как можно быстрее. Когда я сломлен и напряжен Я знаю, что ты останешься со мной Когда я чувствую себя оторванным от мира Ты - это все, что мне нужно Когда вода высыхает Я знаю, что Всегда могу найти тебя Ты единственный, кто поднимает мне настроение Когда мне грустно Ты тоже это чувствуешь?* * Jackson Wang - Blue