В тихом омуте

Тем временем в лесу на рассвете, прячась от людских глаз, поселилось великая нечисть. Возле её небрежного шалаша завяли цветы и трава от пропитавшейся кругом крови и притом необычной человеческой, а крови нечисти. Кустарники сбросили часть своих листьев, а кора деревьев была содрана когтями снизу. Это всё дело рук кровавой ведьмы. Сама виновница торжества храпела без задних ног на испорченной земле в шалаше. Её блондинистые длиннющие волосы были растрепаны, вероятно, после дикой схватки с сородичами. Гладкая кожа могла обмануть любого насчёт её возраста. Острые ногти были пропитаны кровью. Одежда замарана также в ней. Ночью происходило невероятно жестокое и лишённое всякого смысла побоище. Притом это даже так нельзя назвать, скорее больше подойдёт охота. Кровавая ведьма подпитывает свою молодость с помощью убийств, а чтобы эффект был продолжительным, нужно приносить в жертву нечисть. Ведь она сама же и состоит из магии. Лешаки устроили небольшой шабаш с огнищем, как неожиданно к двум часам ночи их вынюхала Кровавая ведьма и напала. Все кинулись бежать, но было слишком поздно. Ведьма окончательно закрыла пути магией. Никто не мог ни войти, ни выйти, даже с той стороны видеть поляну никто не может. Это конец. Ведьма кидалась заклинаниями в разные стороны. Её жухлые, старые руки и ноги еле слушались её. Силы практически на исходе. Веки сильно нависли на глаз, а правый так вообще не открывался. Она со злости скрежетала зубами, её чёрный зрачок заполнил холодный голубой глаз, и вся непослушная нечисть замерла на месте. Всё их тело пробрал до этого озноб, и теперь они заледенели внутри, примерзнув ногами и руками, где стояли или держались. — Ахаха… — по поляне разнёсся злобный смех Кровавой ведьмы. Она ликовала и жадно вытягивала из них жизненные силы, которые на последнем издыхании сопротивлялись, поблёскивая враждебным красным светом. — Это такая удача найти шабаш, что я не упущу момент воспользоваться вашей кровушкой. Можно ведь? — говорила противным елейным голоском уже помолодевшая колдунья. Она вытащила из-под плаща кинжал, подошла к одному из лесных жителей и вонзила его в руку точно в вену. Бардовая грязная кровь полилась по запястью и мохнатым пальцем, сливаясь в тоненькую струйку и медленно попадая в вытянутый стеклянный пузырь. Ведьма трясущимися руками набрала её до полна и, не сдержавшись, выпила половину. Потом выплюнула несколько капель на траву и скривилась. А зелень в свою очередь завяла. — Гадость. — прошипела она. — Вот кровь ведьмы во много раз вкуснее. А в особенности кровь Светлых ведьм. У них она чистейшая. Сладкая-сладкая. Мммм… Дальше Кровавая ведьма без разбора вскрывала вены и наливала в склянки, а когда те кончились, она просто так, для собственного удовольствия перерезала других существ, оставив на земле липкую жижу. Пару голов она повесила на сучки деревьев, а оставшиеся тела сожгла в огнище. При этом прыгая и напевая от радости, переполнившей её нутро.