Не смотри вниз

      Первые три дня были для детей землёй обетованной, когда ни одна вожатка не говорит тебе, что делать, никаких конкурсов, плакатов. В общем, благодать. Однако, несмотря на такое положение дел, отряд номер шесть во главе с Яной, уже на зубок знали все речёвки, девизы, игры и даже успели нарисовать плакаты к открытию смены, которое вот-вот должно начаться.       Дети уже знали доброго директора лагеря — Ирину Александровну Кош. Она ещё в первый день собрала два корпуса познакомиться около костра. Конечно, это был не костёр — дети просто держали фонарики в руках, создавая иллюзию светлячков. В тот вечер все расстались добрыми друзьями, не взирая на то, что через пару дней отрядный строй и соперничество за право называться «Лучшим отрядом» во всех номинациях разрушит эту идиллию.       И первая ложка дёгтя в бочке мёда прибыла утром четвёртого дня.       Вожатые.       «Высокие, статные, уже наверняка взрослые. Авторитет!» — так мыслил каждый ребёнок в лагере, разглядывая инопланетян с большими сумками. Они были очень шумными, хотя их было всего восемь человек, по каждому на отряд. Девушки незамедлительно взяли на себя командование своими отрядами, в то время как парни только-только присматривались к округе да и к детям.       Комнаты вожатых располагались на втором этаже столовой, где также были компьютерные кабинеты, на дверях которых постоянно и неумолимо висел замок.             Атмосфера здесь была отнюдь не лагерьская: кое-где фрески на стенах выпячивались, пахло пылью и почему-то еловыми ветками. Покрашенный тёмной краской пол был покрыт царапинами и сколами, стены были облечены лакированной краской цвета слоновой кости. Всё наводило тоску.

***

      — Ну-ка, ну-ка, чего такие кислые, — все отряды рука об руку направлялись на маленькую площадку, еле перебирая ногами. Старшая вожатая, женщина лет за сорок, трепала детей за плечи, дабы их расшевелить. — А ну давайте речёвки! Янка, подбодри свой отряд.       «Раз, два, три, четыре, три, четыре, раз, два. Кто шагает дружно в ряд?» — над головами пронёсся звонкий голос девушки.       «Это наш шестой отряд!» — вторил ему многоголосый хор.       — «Отря-я-я-яд».       — «Перна-а-а-атые».       — «На-а-аш Деви-из».       — «Лучше и синица в руках и журавль в руках»       — Третий отряд, тоже подхватывайте, а то вялые какие-то, — Синицына Ольга Владимировна или просто Синица уже подлетела к Володьке. — Давай, Чернухов, развесели своих солдат!       Громкий голос Володи затмил даже хор девушек, которые шли довольно далеко от них.       — «Отря-я-я-яд».       — «Адренали-и-ин».       — «И наш отря-яд».       — «Непобеди-и-и-и-им», — шествие третьего отряда замыкали Лёша с Сашкой, отчего первый поворачивался назад и кричал сильнее всех, прикладывая руки трубочкой ко рту. — «Не победи-и-и-им!».       Такой настрой волной прокатился по лагерю, затрагивая каждый отряд: «Отря-я-я-яд»… «Звезда-а-а»… «Легио-о-он»… «Сорви голова-а-а-а»… «Чунга чанга-а». Последний отряд начал свою излюбленную песню:       — «Чунга-чанга       Синий небосвод!       Чунга-чанга       Весело живёт!» — подхватили оставшиеся отряды, и лагерь запел.       — «Чудо-остров, чудо-остров       Жить на нём легко и просто       Наше счастье постоянно       Жуй кокосы, ешь бананы       Чунга-чанга-а-а-а-а».