Shadow World

      Апрельское солнце заливало Хогсмид мягким светом, но Дэни едва замечала красоту весеннего дня. Её внимание было приковано к группе шестикурсников, собравшихся у дороги, ведущей в деревню. Сегодня был экзамен по трансгрессии — испытание, к которому они готовились месяцами.       Клейтон нервно теребила край мантии, повторяя в уме «Пункт назначения, решимость, обдуманность». Её взгляд то и дело устремлялся в сторону замка — Амели должна была вернуться сегодня. За те дни, что подруги не было рядом, девушка чувствовала себя неуютно в стенах Хогвартса.       Рядом переминались с ноги на ногу нервничающие студенты. Симус пытался расшевелить Невилла, которого от волнения, казалось, вот-вот стошнит. Рон и Гермиона обсуждали какую-то мелочь, а Гарри стоял чуть в стороне, его зелёные глаза скользили по толпе, явно кого-то выискивая.       — Дэни! — знакомый голос заставил волшебницу резко обернуться. Амели быстрым шагом приближалась к ней, слегка запыхавшаяся, но безупречно собранная. — Я успела.       Слизеринка бросилась к подруге, крепко обнимая её:       — Как ты? Что с твоим дедушкой? Есть какие-то новости?       Эссоу покачала головой, её глаза на мгновение потемнели:       — Никаких, — произнесла она тихо. — Аврорат ищет, но… — она не договорила, просто пожала плечами, и Дэни решила не давить. Вместо этого она взяла подругу за руку:       — Я так рада, что ты вернулась к экзамену. Думала, что умру от страха без твоей поддержки.       — Экзаменуемые! — пронзительный голос Тайкросса заставил студентов замолчать. — Построиться в алфавитном порядке перед экзаменаторами из Министерства!       Сердце Дэни ёкнуло. Потеряв концентрацию, она оглянулась, ища ободрения у Амели, но вместо этого её взгляд наткнулся на Драко. Он выглядел ещё бледнее обычного, почти болезненно, но держался с напускной небрежностью. Рядом стояла Джо, её тёмные волосы были убраны ободком, а лицо не выражало никаких эмоций.       Клейтон заставила себя отвернуться, сосредотачиваясь на предстоящем экзамене.       — Сегодня вы будете трансгрессировать к указанной точке, — продолжал Тайкросс. — Критерии оценки: точность прибытия, бесшумность и, разумеется, отсутствие расщепления.       Дэни глубоко вдохнула. Вокруг деревни были расставлены обручи – точки для трансгрессии, и ей предстояло переместиться к одному из них, пройдя через пространство и время. И если она расщепится, как Сьюзан Боунс на тренировке, оставившая половину себя позади…       Экзаменаторы начали вызывать студентов по одному. Ханна Эббот трансгрессировала с громким хлопком, но точно в цель. Лаванда Браун появилась в метре от обруча и разрыдалась. А затем настала очередь слизеринки.       — Дэни Клейтон! — вызвал седой волшебник в строгой мантии.       Девушка сделала шаг вперёд, ощущая, как кровь стучит в висках. Амели ободряюще сжала её руку напоследок и прошептала: «Ты справишься».       Экзаменатор указал на дальний обруч у «Кабаньей головы» и кивнул:       — Когда будете готовы, мисс Клейтон.       Волшебница закрыла глаза, вспоминая всё, чему их учил Тайкросс. Пункт назначения — она чётко представила обруч, каждую его деталь, пространство внутри. Решимость — она отбросила все сомнения, все мысли о неудаче. Обдуманность — она сосредоточилась на перемещении каждой части своего тела.       Сжатие, словно её протискивали через очень узкую трубу, темнота, давление со всех сторон — и внезапное освобождение. Дэни открыла глаза. Она стояла точно в центре обруча, все части тела на месте. Облегчение нахлынуло такой сильной волной, что ноги едва не подкосились.       — Отлично, мисс Клейтон! — воскликнул экзаменатор, появляясь рядом. — Превосходная точность и почти бесшумно!       Дэни не могла сдержать улыбку, оглядываясь на других студентов. Амели, ожидая своей очереди, подняла большой палец вверх. Рядом с ней стоял Энтони, его лицо выражало решимость и сосредоточенность.       Один за другим проходили экзамен её сокурсники. Сердце Дэни ёкнуло, когда Гермиона идеально трансгрессировала — Грейнджер всегда превосходила всех. Выступление Макинтайр было безупречным — Джо переместилась не только точно в цель, но и совершенно бесшумно, словно скользнула сквозь воздух. Даже строгий экзаменатор не смог скрыть впечатления.       Амели была вызвана после Финнигана, который снова оставил позади половину брови. Эссоу трансгрессировала так же безупречно, как и всё, что она делала, — точно, аккуратно, без лишних движений.       Сюрпризом для всех стал Гарри, который, несмотря на всеобщие ожидания его очередного триумфа, промахнулся мимо обруча на полметра. Дэни заметила, как Джоди наблюдала за ним, её лицо оставалось бесстрастным, но пальцы нервно сжимались и разжимались.       Малфой трансгрессировал с громким хлопком, точно в цель, но его лицо было таким бледным, что казалось, он вот-вот потеряет сознание. Энтони тоже сдал успешно.       Когда экзамен закончился и Тайкросс объявил, что результаты будут сообщены позже, Дэни наконец смогла выдохнуть. Она прислонилась к стене ближайшего магазинчика, чувствуя, как напряжение последних часов оставляет её тело.       — Как ты? — Эссоу подошла тихо, почти бесшумно. — Я видела, ты была великолепна.       — Не так хороша, как ты, — Клейтон слабо улыбнулась. — Или как Макинтайр.       — Не сравнивай себя с ней, — Амели покачала головой. — Особенно сейчас.       Дэни внимательно посмотрела на подругу:       — Что происходит? Ты что-то узнала дома?       Когтевранка огляделась, словно проверяя, не подслушивает ли кто-то, и понизила голос:       — Не здесь. Идём, — она потянула подругу в сторону замка.       Дэни послушно последовала за ней, ощущая, как радость от сданного экзамена сменяется тревожным предчувствием. Что-то происходило за стенами школы, что-то достаточно серьёзное, чтобы изменить даже всегда спокойную и рассудительную Амели.

***

      Изумрудные склоны Хогвартса заливало послеполуденное солнце. Девушки шли к полю для квиддича, где вскоре должен был состояться финальный матч сезона. Воздух звенел от возбуждения, носившегося по всей территории замка — студенты, предвкушающие зрелище, тянулись к стадиону небольшими группами, их голоса сливались в общий гул, напоминающий рой потревоженных пикси.       — Итак, — негромко произнесла Эссоу, когда они удалились от основного потока учеников, свернув на менее людную тропинку, обсаженную дикими розами. — Пока я была дома, мама рассказала мне кое-что.       Дэни заметила, как изменилось лицо подруги — обычно спокойные черты заострились, будто нарисованные тонким пером.       — Что-нибудь о твоём дедушке? — с надеждой спросила слизеринка.       Амели покачала головой, её светлые локоны качнулись, словно занавес.       — Не совсем, — она понизила голос до шёпота, хотя вокруг никого не было. — Мама узнала, что некоторые ученики Хогвартса… получили метку.       Дэни замерла, её сердце пропустило удар.       — О ком ты говоришь? — спросила она, хотя уже знала ответ.       Эссоу остановилась, поправляя мантию нервным жестом.       — Джо и Драко, конечно. Пожиратели смерти, Дэни. Прямо здесь, среди нас.       Клейтон опустила глаза, разглядывая свежую весеннюю траву под ногами. Она не могла встретиться взглядом с Амели — боялась, что та прочтёт всю правду в её глазах.       — Это… серьёзное обвинение, — осторожно сказала волшебница.       — Но ты не удивлена, — резко заметила когтевранка, наклоняясь, чтобы лучше видеть лицо подруги. — Совсем.       Дэни отвернулась, но Амели схватила её за плечи, разворачивая к себе.       — Посмотри мне в глаза, — потребовала она. — Ты знала? Ты знала, что Малфой — Пожиратель смерти?       — Я… подозревала, — солгала она. Однако Эссоу всегда видела её насквозь.       — Нет, — покачала головой когтевранка, её пальцы впились в плечи Дэни. — Ты не подозревала. Ты знала. Как давно?       Клейтон отступила на шаг, высвобождаясь из хватки подруги.       — С ноября, — наконец призналась она, голос её дрогнул. — Я увидела метку... случайно.       — Случайно? — Амели горько рассмеялась. — И что ты делала с Малфоем, что позволило тебе случайно увидеть её?       Пульс Дэни отдавался в ушах, заглушая далёкий шум стадиона. Она открыла рот, чтобы выдать очередную полуправду, но слова застряли в горле.       — Я видела, как ты рванула за ним в раздевалку после матча, — продолжила Амели, её обычно спокойный голос звенел от еле сдерживаемого гнева. — Это был не просто разговор двух студентов. В том, как он смотрел на тебя… и как ты на него смотрела…       — Это сложно объяснить, — пробормотала Дэни.       — Сложно? — Эссоу покачала головой. — Что может быть сложного? Он Пожиратель смерти, Дэни! Он присягнул на верность тому, кто хочет уничтожить таких, как ты! Он называл тебя грязнокровкой с первого курса! Издевался! Унижал!       — Он изменился, — защищалась слизеринка, хотя и сама не верила в свои слова.       — Изменился? — недоверчиво переспросила Амели. — Принять метку Того-Кого-Нельзя-Называть — это, по-твоему, измениться? В лучшую сторону? Или ты теперь с ними?       — Конечно, нет! — воскликнула Дэни, чувствуя, как закипает собственный гнев. — Ты же знаешь меня, Амели. Как ты можешь такое говорить?       — Я думала, что знаю, — холодно ответила Эссоу, скрещивая руки на груди. — Но теперь я не уверена. Как ты можешь общаться с ним, зная, кто он? Что он сделал? Что он может быть причастен к исчезновению моего дедушки?       Клейтон почувствовала, как её трясёт — от страха, гнева, стыда.       — Это не так просто! — крикнула она. — Между нами… всё сложно!       — Тогда объясни мне! — потребовала Амели, делая шаг вперёд. — Что связывает тебя с Малфоем? Почему ты защищаешь его?       И тогда, загнанная в угол собственной виной и упрёками лучшей подруги, Дэни сорвалась:       — Потому что мы с Драко переспали! — выкрикнула она, и слова повисли в воздухе, словно заклинание, которое нельзя вернуть. — Вот, теперь ты знаешь всё. Довольна?       Наступила оглушительная тишина. Лицо когтевранки стало бледным, как снег в январе. Её глаза расширились, и на мгновение Дэни увидела в них только чистое, незамутнённое потрясение. Затем эмоции начали сменять друг друга с калейдоскопической быстротой — недоверие, боль, гнев, и наконец — что-то, похожее на жалость.       — Ты… ты и он… — Эссоу отступила на шаг, как от ядовитой змеи. — Ты спала с Драко Малфоем? С Пожирателем Смерти?       Дэни молча кивнула, чувствуя, как горят щёки.       — Амели, я…       Но та подняла руку, останавливая её.       — Не надо, — её голос внезапно стал безжизненным. — Я не могу… Просто не могу сейчас с тобой разговаривать.       Она развернулась, её мантия взметнулась тёмным крылом, и зашагала прочь — быстро, почти бегом, словно пыталась убежать не только от Клейтон, но и от самой правды, обрушившейся на неё.       — Амели! — крикнула Дэни, делая шаг вперёд.       Но подруга не обернулась. Её фигура удалялась по тропинке, растворяясь в солнечном свете, пока не скрылась за поворотом.       Белые облака клубились над квиддичным полем, будто сбитые волшебной метлой сливки. Дэни смотрела им вслед, ощущая странную пустоту внутри, словно сама превратилась в такое же облако — бесформенное, лёгкое, готовое рассеяться от первого порыва ветра. Она всё ещё стояла на узкой тропинке, ведущей к стадиону, там, где секунду назад была Амели — теперь лишь примятая трава напоминала о её присутствии. Слова, брошенные в пылу ссоры, всё ещё звенели в ушах. Фраза, вырвавшаяся из её губ остриём ледяного кинжала, теперь возвращалась болью в собственное сердце. Не так она представляла этот разговор. Не так.       Позади послышались голоса — группа гриффиндорцев третьего курса спешила на поле, возбуждённо обсуждая предстоящий матч. Дэни заставила себя сдвинуться с места, механически переставляя ноги. Финальный матч. Слизерин против Гриффиндора. Как будто это имело сейчас какое-то значение.       Трибуны уже заполнялись — пятна красного и зелёного, шарфы и флаги, смех и выкрики. Обычное волнение перед игрой, но для Клейтон всё казалось нереальным, словно она наблюдала за происходящим через мутное стекло.       — Дэни! — Энтони помахал ей с трибуны Когтеврана. — Иди к нам!       Она заколебалась, теребя край своей зелёной квиддичной мантии. Присоединиться к когтевранцам означало неизбежные вопросы об Амели. Но быть среди слизеринцев — тех, кто, возможно, уже знал о тайной метке Драко…       — Увидимся после игры, Клейтон, — бросил проходящий мимо капитан слизеринской команды. — Не опаздывай на разминку.       Дэни кивнула. До матча оставался ещё час, но команда должна была собраться в раздевалке для предыгровой беседы. Сегодня она будет играть против Гриффиндора, и каждый гол, забитый ею как охотником, мог стать решающим.       Энтони снова махнул рукой, и она решилась подняться к нему — всего на несколько минут, прежде чем отправиться в раздевалку. Поднявшись по ступеням, она осторожно протиснулась между студентами и опустилась на скамью рядом с ним, благодарная за то, что парень не задал сразу же вопрос об отсутствии Эссоу.       — Думаешь, у вас есть шанс против Гриффиндора? — вместо этого спросил он, кивая в сторону поля, где уже готовились трибуны.       Дэни пожала плечами, думая о стратегии, которую они отрабатывали всю неделю.       — У меня новая метла, — сказала она. — На ней я смогу обойти защиту Гриффиндора.       — Странно, что Амели не пришла поддержать тебя, — наконец произнёс Голдштейн, и его слова упали, как камни в тихую воду. — Она вернулась, я видел её утром.       Клейтон почувствовала, как краска заливает лицо.       — Мы… поссорились, — она уставилась на свои руки в защитных перчатках, не желая встречаться с ним взглядом.       — Из-за чего? — в его голосе звучало искреннее удивление. — Вы же всегда как единое целое.       «Потому что я влюбилась во врага» — пронеслось в её голове, но вслух она произнесла:       — Из-за Малфоя.       Энтони нахмурился, его обычно добродушное лицо стало напряжённым.       — Что этот хорёк опять натворил? Снова задирает вас на тренировках?       — Дело не в том, что он сделал, — тихо ответила волшебница. — А в том, кем он стал.       Она взглянула на часы и поднялась.       — Мне пора. Скоро разминка.       — Удачи, — когтевранец улыбнулся ей. — Надеюсь, вы с Амели помиритесь.       Дэни кивнула и начала спускаться с трибуны. Она тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Сейчас ей нужно было сосредоточиться на предстоящем матче. Приблизившись к раздевалкам, она увидела уже собирающуюся команду. Капитан что-то яростно объяснял загонщикам, Блейз проверял свою метлу, а вратарь натягивал перчатки.       Драко стоял немного в стороне, вертя в руках древко своей метлы, его взгляд был устремлён вдаль. В последнее время он часто пропускал тренировки — слизеринцы шептались, что это из-за какого-то задания от профессора Снейпа, но Дэни знала, что это лишь слухи.       — Клейтон, — он заметил её, и его голос звучал странно напряжённо. — Нам нужно поговорить.       — Не сейчас, Малфой, — она попыталась пройти в раздевалку, но он схватил её за запястье.       — Это не может ждать, — в его голосе звучала странная настойчивость.       — У нас через сорок минут матч, — Дэни вырвала руку. — Что бы это ни было, оно подождёт.       — Речь об Эссоу, — тихо произнёс Драко, и слизеринка замерла.       Дэни оглянулась на команду, затем снова посмотрела на парня:       — В чём дело?       — Она ведь знает о метке? — Его глаза лихорадочно блестели. — Эссоу опасно знать такие вещи. Особенно сейчас, когда её дедушка…       Девушка напряглась:       — Что ты знаешь о её дедушке?       На лице Малфоя мелькнуло что-то, похожее на боль:       — Ничего. Я ничего не знаю.       Но его глаза говорили обратное, и Дэни почувствовала, как кровь стынет в жилах.       — Ты имеешь к этому отношение? — её голос дрожал. — Скажи мне правду, Драко. Ты участвовал в исчезновении мистера Форда?       — Нет! — слишком быстро ответил он. — Но… я знаю, кто это сделал.       Дэни почувствовала подступающую тошноту:       — Кто?       Драко оглянулся по сторонам, его лицо исказилось от внутренней борьбы:       — Я не могу сказать тебе. Но… но я пытаюсь что-то сделать, Дэни. Клянусь, я пытаюсь помочь.       — Помочь? — Она горько рассмеялась. — Ты носишь его метку, Малфой. Ты один из них.       — Не по своей воле, — его шёпот был таким тихим, что ей пришлось напрячься, чтобы расслышать. — Пойми.       Они стояли так близко, что Дэни чувствовала его дыхание на своём лице — горячее, прерывистое. Как тогда, в хижине, когда границы между ненавистью и страстью стирались в безумном танце. На мгновение она почти поддалась искушению снова упасть в эту бездну вместе с ним.       Но перед глазами встало лицо Амели — бледное, потерянное, полное боли. Амели, которая всегда была рядом, которая никогда не предавала её.       — Сейчас нам обоим нужно сосредоточиться на матче, — твёрдо сказала Дэни, отстраняясь. — Я не могу… не должна быть с тобой. Это ошибка.       — Малфой! Клейтон! — раздался голос Блейза. — Что вы там застряли? У нас разбор стратегии!

***

      Сердце Драко колотилось так сильно, что казалось, вот-вот проломит рёбра. Он влетел в туалет Плаксы Миртл, захлопнув за собой дверь и прислонившись к ней спиной, пытаясь восстановить дыхание. Паника накатывала волнами, сдавливая горло невидимой удавкой.       — Соберись, — прошипел он сам себе, срываясь с места и подходя к умывальнику.       Он судорожно сбросил школьную мантию и ослабил зелёно-серебристый галстук, который сейчас казался петлёй висельника. Дрожащими руками слизеринец открыл кран, позволяя ледяной воде литься в полную силу. Малфой зачерпнул горсть воды и плеснул себе в лицо, потом ещё и ещё, словно пытаясь смыть не только испарину, но и саму причину своего ужаса.       «Он убьёт их. Он убьёт всех нас», — билась в голове мысль.       Драко поднял взгляд на своё отражение. Бледное, почти серое лицо, заострившиеся черты, тёмные круги под глазами — он выглядел как собственный призрак. Вода стекала по подбородку, капая на белоснежную рубашку, но ему было всё равно.       И тут в зеркале, за своим плечом, он увидел ещё одно отражение. Поттер. Стоял в дверях туалета, наблюдая за ним с этим своим фирменным подозрительным взглядом. Драко резко развернулся, выхватывая палочку из кармана брюк.       — Что тебе нужно, Поттер? — процедил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.       — Я знаю, что ты задумал, Малфой, — Гарри сделал шаг вперёд, его палочка тоже была наготове.       — Понятия не имеешь, — выплюнул Драко, чувствуя, как паника трансформируется в ярость. — Убирайся!       — Ты служишь ему, — произнёс Гарри, и это был не вопрос.       В груди Драко что-то оборвалось. Он знал. Поттер, чтоб его, знал. Или догадывался настолько точно, что это уже не имело значения.       — Ты ничего не понимаешь, — прохрипел слизеринец, отступая назад.       — Тогда объясни, — Гарри сделал ещё шаг вперёд.       Вместо ответа Драко взмахнул палочкой:       — Круцио!       Гриффиндорец отскочил в сторону, проклятие врезалось в стену за его спиной, разбив одно из зеркал.       — Экспеллиармус! — выкрикнул он в ответ.       Драко едва успел уклониться, нырнув за одну из кабинок. Заклинание Поттера снесло дверь соседней кабинки с петель.       — Инсендио! — крикнул Драко, направляя палочку из-за укрытия.       Огненный шар пронёсся через туалет, Гарри упал на пол, перекатившись.       — Петрификус Тоталус! — выкрикнул он, целясь в ноги противника.       Малфой отпрыгнул, но заклятие зацепило край его брюк, мгновенно сковав левую ногу. Он потерял равновесие и упал, ударившись плечом о кафельный пол.       — Финита Инкантатем, — пробормотал он, направив палочку на свою ногу, и тут же перекатился в сторону, уходя от нового заклинания Поттера.       — Конфринго! — выкрикнул Драко, целясь в раковину рядом с Гарри.       Умывальник взорвался, осколки фарфора брызнули во все стороны. Вода хлынула из разорванных труб, заливая пол туалета.       — Ступефай! — крикнул гриффиндорец, промахнувшись на несколько сантиметров от головы Малфоя.       Драко вскочил на ноги, скользя по мокрому полу.       — Остановитесь! — раздался крик, прервав поток заклинаний.       В дверях туалета стояла Джоди, её палочка была направлена в пространство между Драко и Гарри.       — Вы с ума сошли?! — её голос дрожал от ярости.       — Не вмешивайся, Джо, — прорычал Драко. — Это не твоё дело.       — Малфой работает на Волан-де-Морта, — выпалил Гарри, не опуская палочки.       — Заткнись, Поттер! — закричал Драко, делая резкий выпад палочкой.       — Протего! — выкрикнула Макинтайр, создавая щит между ними. — Прекратите оба! Это школа, а не поле боя!       — Убирайся, Джо! — в голосе Драко звучало отчаяние. — Тебе здесь не место!       — Я никуда не уйду, — она шагнула вперёд, пытаясь встать между ними. — Опустите палочки. Сейчас же!       — Круцио! — выкрикнул Драко, целясь в Поттера.       Гарри отскочил, и в тот же миг выкрикнул заклинание, которого Драко никогда раньше не слышал:       — Сектумсемпра!       Магия сорвалась с палочки Поттера, озарив туалет вспышкой белого света. Драко успел заметить, как Джо бросилась к нему, пытаясь оттолкнуть, и в следующую секунду обоих накрыло волной невидимых клинков.       Малфой почувствовал, как его грудь и лицо раскраивает невидимыми лезвиями. Боль была такой сильной, что на миг затмила всё остальное. Он рухнул на пол, в расширяющуюся лужу собственной крови, смешивающуюся с водой из разбитого умывальника.       Краем глаза он увидел, как Джоди падает рядом, её белая рубашка мгновенно пропитывается алым. Лицо Поттера исказилось в ужасе, он застыл, глядя на содеянное. Сознание Драко мутилось, перед глазами всё плыло. Слизеринец ощутил, как тёплая рука подруги находит его ладонь и сжимает её.       — Держись, Драко, — услышал он шёпот, как будто издалека. — Просто держись.       Макинтайр другой рукой зажимает глубокую рану на своём боку, её пальцы уже скользкие от крови. Её глаза — встревоженные, но решительные — были последним, что он увидел, прежде чем тьма поглотила его сознание.

***

      Приближались экзамены, и студенты усиленно готовились к ним. Коридоры Хогвартса наполнились шелестом страниц и тихим бормотанием заклинаний. Дэни около недели не видела Амели, хоть и пыталась её найти — когтевранка словно растворилась в огромном замке, ускользая каждый раз, когда Клейтон была близка к тому, чтобы с ней поговорить.       Волнение грызло слизеринку изнутри, мешая сосредоточиться на учебе. Слова Драко о том, что Эссоу может быть в опасности, не давали ей покоя. После квиддичного матча, который Слизерин проиграл, она искала подругу повсюду: в разгромлённом туалете Плаксы Миртл, в мастерской чудес, в Большом зале, на берегу озера, где они часто вместе занимались в тёплые дни.       В этот вечер Дэни решила проверить библиотеку. Приближались ТРИТОНы, и если она знала Амели, то когтевранка наверняка закопалась в учебники, несмотря на их ссору.       Библиотека гудела приглушёнными голосами — студенты всех факультетов собрались здесь, занимая каждый свободный стол. Воздух был пропитан запахом старых книг, пергамента и чернил. Дэни медленно двигалась между стеллажами, вглядываясь в лица склонившихся над учебниками студентов.       И вот, в дальнем углу, за столом, заваленным книгами по Трансфигурации, она увидела знакомый светлый затылок.       Амели сидела, обложившись свитками пергамента, её перо быстро скользило по бумаге. Дэни на мгновение застыла, собираясь с духом, затем решительно направилась к ней. Она была уже в паре шагов, когда Эссоу, словно почувствовав её присутствие, подняла голову.       Их взгляды встретились, и лицо когтевранки моментально изменилось — спокойная сосредоточенность уступила место смеси боли и гнева. Девушка резко захлопнула книгу и начала торопливо собирать свои вещи.       — Амели, подожди, — тихо произнесла Дэни, приближаясь к столу.       Когтевранка не ответила, лишь ускорила движения, запихивая свитки в сумку.       — Нам нужно поговорить, — настойчивее сказала Клейтон, перехватывая руку подруги, когда та попыталась обойти её.       — Мне не о чем с тобой разговаривать, — холодно ответила Эссоу, вырывая руку. — Пусти меня.       — Нет, пока ты меня не выслушаешь, — слизеринка снова схватила её за запястье, сильнее, чем намеревалась. — Это важно.       — Важнее, чем наша дружба, которую ты предала? — голос Амели зазвенел от едва сдерживаемой ярости. — Важнее, чем жизнь моего дедушки?       Несколько студентов за соседними столами подняли головы, заинтересованные внезапной перепалкой.       — Амели, пожалуйста, — взмолилась Дэни, понижая голос. — Давай выйдем и поговорим спокойно.       — Спокойно? — Волшебница почти рассмеялась, её голос поднялся на октаву выше. — Ты хочешь, чтобы я была спокойной после того, как узнала, что ты трахалась с человеком, чья семья возможно похитила моего дедушку?       Клейтон почувствовала, как кровь приливает к щекам, а взгляды студентов буквально прожигают ей спину.       — Замолчи, — прошипела она. — Не здесь!       — А где? — Амели вырвала руку и отступила на шаг. — Где мне выразить своё отвращение к тому, что моя лучшая подруга спала с... С Малфоем, чьи родственники известные чистокровные фанатики?       — Тише! — Дэни сделала шаг вперёд, пытаясь закрыть рот подруге рукой. — Ты не понимаешь, о чём говоришь!       Когтевранка оттолкнула её, синие глаза сверкали от гнева и непролитых слёз:       — О, я прекрасно понимаю! Это ты не понимаешь, с кем связалась!       — Мисс Эссоу! Мисс Клейтон! — резкий голос мадам Пинс прорезал воздух. Библиотекарша стремительно приближалась к ним, её лицо исказилось от возмущения. — Какой скандал вы устраиваете в моей библиотеке!       — Простите, мадам Пинс, — пробормотала Дэни, пытаясь успокоиться. — Мы уже уходим.       — Вон! — прошипела библиотекарша, указывая длинным пальцем на выход. — И можете не возвращаться в течение недели! Обе!       — Что? — выдохнула Амели, её лицо побледнело ещё сильнее. — Но экзамены...       — Нужно было думать об экзаменах, прежде чем устраивать здесь представление, — отрезала женщина. — Неделя запрета на посещение библиотеки для вас обеих. А теперь собирайте вещи и уходите!       Эссоу сгребла оставшиеся книги в сумку с такой силой, что один из свитков порвался. Её руки дрожали от ярости. Дэни молча наблюдала, чувствуя, как внутри всё сжимается от стыда и безысходности.       Они вышли из библиотеки в полном молчании, сопровождаемые любопытными взглядами других студентов. Как только тяжёлая дверь закрылась за ними, Амели развернулась к слизеринке, её глаза метали молнии:       — Довольна? Теперь я не могу готовиться к экзаменам из-за тебя!       — Амели, послушай, — Дэни схватила её за руки, заставляя остановиться. — Ты должна молчать о Драко и Джо. Должна молчать о том, что они Пожиратели. Это небезопасно!       — Отпусти меня! — Эссоу попыталась вырваться, но Дэни держала крепко. — Думаешь, я не знаю? Я не идиотка, Клейтон, я с Когтеврана!       — Тогда почему ты кричишь об этом на всю библиотеку? — она почти умоляла. — Ты же умная, ты должна понимать, насколько это опасно!       — Потому что я разочарована! — прошипела девушка сквозь зубы. — Потому что я никогда не думала, что моя лучшая подруга может так поступить... со мной, с собой!       — Амели, пожалуйста, успокойся, — Дэни смотрела в её глаза, пытаясь достучаться. — Мы можем поговорить об этом, но сначала ты должна понять, что твоя безопасность...       Она не успела закончить. Рука когтевранки взметнулась вверх, и звонкая пощёчина обожгла щёку Клейтон. На мгновение время словно остановилось — они стояли друг напротив друга, обе потрясённые произошедшим.       — Не смей говорить мне, что я должна, — тихо произнесла Амели, её голос дрожал. — Не после всего, что ты сделала.       Она развернулась и быстро зашагала прочь, её светлые волосы развевались за спиной, как золотистый флаг. Дэни подняла руку к горящей щеке, не в силах двинуться с места. Слёзы застилали ей глаза, когда она увидела, что к Амели приближается группа студентов — Гарри и его друзья, а с ними Энтони, держащий за руку Грейнджер.       Они о чём-то заговорили с Амели, и та кивнула, позволив Энтони положить руку ей на плечо в успокаивающем жесте. Затем все вместе они удалились по коридору, не оборачиваясь.       Дэни осталась одна, чувствуя, как рушится всё, что было ей дорого. Неделю назад у неё была лучшая подруга и хорошие друзья. Теперь она не имела ни того, ни другого. А впереди ждали экзамены, к которым она совершенно не была готова.

***

      Выручай-комната была погружена в полумрак. Единственными источниками света служили несколько свечей, расставленных вокруг массивного деревянного шкафа, чьи очертания казались зловещими в колеблющемся пламени. Джо стояла на коленях перед шкафом, водя палочкой по его нижней части, шепча заклинания. Драко нервно ходил взад-вперёд, изредка бросая взгляды на результаты её работы.       — Нам нужно ускориться, — пробормотал он, машинально потирая грудь, где под рубашкой виднелись свежие шрамы — следы заклинания Поттера. — Времени почти не осталось.       Макинтайр оторвалась от работы, устало потирая глаза:       — Я делаю всё, что могу, Драко. Это сложнейшая магия. Один неверный шаг, и наши друзья могут застрять между измерениями навсегда.       Малфой фыркнул:       — Возможно, это было бы не так уж плохо, — он опустился на ящик рядом с ней. — Лучше, чем то, что нас ждёт, если мы не справимся.       Джоди отложила палочку и повернулась к нему:       — Ты всё ещё злишься на меня из-за того, что произошло в туалете?       — А ты как думаешь? — прошипел парень, глаза сверкнули гневом. — Он мог тебя убить, Джо! Это было между мной и Поттером. Тебе не следовало вмешиваться.       — И позволить вам самим поубивать друг друга? — она покачала головой. — Я не могла остаться в стороне.       — Почему? — слизеринец наклонился ближе. — Потому что твой драгоценный Поттер мог пострадать?       Волшебница сжала кулаки:       — Драко, прекрати. Ты знаешь, что я давно порвала с Гарри.       — Но не перестала о нём заботиться, — усмехнулся он. — Признай это, Макинтайр.       Она вдруг схватила его за руку, её глаза сверкали при свете свечей:       — Да, я забочусь о нём. Так же, как и о тебе, Драко. Вы оба дороги мне, хоть это и звучит нелепо, учитывая обстоятельства.       Малфой хотел что-то язвительно ответить, но вдруг замер, услышав скрип открывающейся двери. Они оба повернулись и увидели Клейтон, замершую на пороге. Она выглядела измученной — тёмные круги под глазами, волосы небрежно собраны в хвост. Но больше всего бросался в глаза след на её правой щеке, ещё свежий, слегка припухший.       Драко мгновенно поднялся и пошёл к ней:       — Что случилось? — он потянулся к её лицу, но Дэни отшатнулась, избегая прикосновения.       — Ничего особенного, — её голос звучал хрипло. — Просто расплата за дружбу с тобой.       Она прошла мимо парня, глядя на шкаф:       — Как продвигается ваш... проект?       — Медленно, — ответила Джоди, не поднимаясь с колен и даже не повернувшись в сторону вошедшей. — Чего ради решила заглянуть?       Клейтон горько усмехнулась:       — Какая тебе разница? Я просто потеряла всех, кто был мне дорог. Амели, Энтони... они все теперь меня ненавидят. Из-за вас, — она повернулась к Драко. — Из-за нас.       Малфой сглотнул комок в горле:       — Дэни, я никогда не хотел, чтобы ты страдала из-за меня.       — Но я страдаю, — она рассмеялась, но смех больше напоминал всхлип. — И теперь я совсем одна. Ни друзей, ни соратников.       — Какое театральное заявление. Прямо как в маггловских мелодрамах, — холодно произнесла Макинтайр, поднимаясь с колен и отряхивая руки. — Пришла поплакаться? Или решила присоединиться к клубу отверженных? У нас свободна вакансия драматичной мямли, если что.       Дэни посмотрела на неё с недоверием:       — Серьёзно? Великие чистокровные слизеринцы примут в свою компанию грязнокровку?       Джо закатила глаза:       — О, смотрите, она знает свое место. Отрадно, — волшебница сделала паузу. — Чистокровные — вряд ли, а вот два идиота с разрушенным будущим... почему бы и нет? Драко вон уже давно потерял голову из-за одной такой как ты.       Малфой дёрнулся, словно от удара, но не опроверг слова Джо.       — А Пожиратели что? — спросила Дэни с вызовом. — Тоже примут меня к себе?       — Такие никчёмные Пожиратели, как мы? — Макинтайр резко закатала рукав, демонстрируя метку. — Ещё как. Я и не думала, что ты жаждешь такого приглашения.       На лице Дэни отразился испуг. Она машинально потёрла ладони, где виднелись рубцы от ожогов.       — Я не... я не хочу быть Пожирателем, — тихо произнесла она.       Джо рассмеялась, но в её смехе не было тепла:       — Какое облегчение! А я-то думала, ты сейчас начнёшь умолять о рекомендательном письме, — девушка шагнула ближе, её голос стал тише, но острее, как нож. — Наши дорогие аристократические друзья скорее сожгут свои мантии, чем пустят в свой кружок кого-то настолько... неподходящего. И знаешь что? Это, пожалуй, единственный раз, когда я с ними согласна. Эта метка, — она дернула рукой, — не модный аксессуар для твоей коллекции шрамов.       Слизеринка обернулась к шкафу:       — Ты вообще представляешь, на что похожа наша жизнь теперь? Нет, конечно. Ты просто пришла жаловаться, что потеряла парочку приятелей, которые, очевидно, не особо-то и дорожили твоей дружбой, — она презрительно фыркнула. — Впрочем, если хочешь, — волшебница пожала плечами с наигранным безразличием, — можешь торчать здесь иногда. Всё равно моей сове уже надоели мои жалобы.       Малфой смотрел на них обеих, его лицо было непроницаемым:       — Джо, ты уверена?       — А что такого? — она подняла бровь. — Королева Слизерина может позволить себе говорить с кем захочет, даже если это... — она скользнула взглядом по Дэни, — ходячее напоминание о несовершенстве мира. К тому же, мне нужен кто-то, кто сделает домашнюю работу по трансфигурации. Уверена, твой мозг ещё не полностью превратился в кашу от слез.       Клейтон неуверенно улыбнулась:       — Я... спасибо, наверное, — она перевела взгляд на Драко. — Но я не буду мешать вашей работе. Что бы вы ни делали с этим шкафом.       Джоди хмыкнула:       — Надо же, неужели она умеет соображать? Не задавай вопросов, ответы на которые заставят тебя бежать к Дамблдору. Иначе тогда мы все окажемся в земле раньше, чем закончится учебный год.       Драко осторожно коснулся руки Дэни:       — Прости за всё. За то, что происходит сейчас.       — Что ж, если твои стандарты настолько низки, что ты готова общаться с будущими трупами со змеиной эмблемой, — я не возражаю, — Макинтайр бросила острый взгляд через плечо. — Но не думай, что я буду плести тебе дружеские браслетики или обсуждать мальчиков. Я не из тех, кто утешает после разбитого сердца.       Уголки губ Дэни едва заметно дёрнулись вверх.       — И перестань так жалко улыбаться, Клейтон, — фыркнула Джоди, не меняя выражения лица. — Я взяла тебя не в друзья, а в свиту. Разница существенная. А теперь или помогай, или катись отсюда. У нас мало времени на сентиментальные беседы.       Драко опустил взгляд, а Дэни сделала шаг к шкафу, внимательно разглядывая его. Она не знала, что они задумали, но чувствовала — что-то страшное.