Ласточка

      — Че, как наши успехи?       Арсений, опираясь на плечо Антона, опустился рядом на лавочку.       Антон устало посмотрел на него из-под бровей:       — Мда, прогадали мы, конечно, с выбором футболистов в команду.       Арсений рассмеялся:       — Что, неужели все так плохо?       Антон пожал плечами и сказал чуть тише, наклонившись к нему:       — Не то, чтобы я прямо многого ожидал от одиннадцатилетних пиздюков, но только что пятый отряд нас прямо размазал.       Вчера было открытие малых олимпийских игр, а это означало, что с сегодняшнего дня начинались соревнования, и первым был футбол. Все отряды соревновались только в своих возрастных группах, но даже так Антон смотрел на поле и понимал, что у них не было шансов.       — Ну, зато у нас самая лучшая команда поддержки.       Арсений кивнул на девчонок и пацанов, которые с плакатами и пустыми пластиковыми бутылками во все горло орали подбадривающие кричалки, даже не особо, кажется, обращая внимания на то, что происходило на поле.       Антон согласно кивнул, улыбаясь, и поморщился от внезапно слишком громкого визга.       — Антон, меня тут попросили передать. Это тебе от твоего днд.       Сегодняшний день был днем дружбы, когда традиционно все внутри отрядов вытягивали бумажки с именами, а потом должны были в течении всего дня дарить своему днд — другу на день — маленькие приятные подарки.       Арсений протянул небольшой лист и Антон, еще даже не разворачивая его, знал, что сейчас умрет от умиления.       — Боже, какая прелесть, — сказал он, смотря на рисунок, кажется, самого себя. — Это же я, да?       Арсений рассмеялся, когда Антон поднес рисунок к лицу, чтобы он смог оценить сходство.       — Да, думаю, задумка была такая.       Антон еще раз посмотрел на рисунок.       — Блин, ну я считаю, это в музей нужно отправлять. Шедевр.       Арсений смущенно поерзал на месте и прочистил горло.       — Антон. А это от меня.       И он протянул раскрытую ладонь, на которой лежал тонкий кожаный ремешок с небольшой металлической застежкой.       Антон растерянно поднял на него глаза:       — Как так? Тебе тоже мое имя попалось?       — Нет, нет, — Арсений завертел головой. — Это просто подарок от меня. Ты ведь тоже мой друг. А я такие штуки все равно не ношу.       Антон продолжал растерянно моргать, но все равно взял браслет, начиная копаться с застежкой.       — Блин, Арс, ну спасибо, получается! А что я тебе подарю тогда? Какие тебе нравятся?       Антон вытянул руки вперед, демонстрируя все свои браслеты.       Арс покачал головой:       — Не, ничего не надо, мне в принципе браслеты не нравятся. Не знаю даже, зачем когда-то купил этот.       — А что тебе нравится? У меня еще цепи есть, кольца. Хочешь кольцо? Выбирай, я серьезно.       Арсений замялся, переводя взгляд с лица Антона, на его руки и обратно.       — Если не понравится ничего, у меня еще в комнате есть парочка. Давай, вперед.       Арсений сдался и склонился над его руками, перебирая пальцы в поисках того, что может ему понравится.       — Вот это? — робко спросил он, подняв голову и указывая на мизинец Антона, где было простое широкое платиновое кольцо.       Антон без раздумий снял его и протянул Арсению.       — Надеюсь, оно тебе подойдет по размеру. Если что, у меня в комнате типа такого еще одно есть, но оно там с гравировкой, правда.       Арсений помотал головой, вытягивая руку вперед, чтобы получше рассмотреть ее.       — Нет, все отлично. Спасибо.       Он повернулся и заглянул в глаза, тепло улыбаясь.       За спиной Антона девочки вдруг разразились нечеловеческим визгом, и они перевели взгляд на поле. Заметив мяч в воротах противника, они вскочили, поддерживая радостные крики девчонок, а потом радостно обнимаясь.       — Да! Господи, ну хотя бы здесь не всухую! — кричал Антон в небо, обнимая смеющегося Арсения.

***

      Развалившись на собственной кровати, Антон кивнул на небольшую горку конфет рядом с собой.       — Давай, налетай.       — Да кого, я подожду, пока чайник закипит.       Арсений, сидящий рядом за столом, кивнул в сторону чайника.       — К тому времени ничего уже может не остаться, — с набитым ртом сказал Антон. — Вот, это — тебе, это — мне.       Он начал по одной конфете, словно маленький ребенок, делить конфеты, Арсений на это тихо рассмеялся.       Отбой объявили час назад, они только что вернулись с короткой вечерней планерки, где обсуждали со всеми вожатыми план на завтрашний день.       Завтра, согласно план-сетке, должен быть их день, то есть они были ответственны за придумывание развлечений для всего лагеря, но им повезло — мелкий дождь начал накрапывать еще вечером, так что завтра все мероприятия будут проходить в корпусах. А еще это означало, что сегодня можно было лечь чуточку позже, потому что из-за дождя зарядка отменялась, а сон-час должен был продлиться на целый час больше. Антон уже предвкушал, как сладко выспится завтра.       — Слушай, а тебя совесть не мучает, что ты объедаешь ребенка?       Антон выгнул брови:       — Так, ну не надо! Это подарок! Тем более, тут не только от ребенка, но и от кого-то из вожатых.       Вожатые, педагоги и физруки тоже играли в игру с обменом подарками между собой, вытянув имена друг друга на дневной планерке.       — Ты так и не узнал, кто тебе дарил?       — Не-а. А тебе-то в итоге, что подарили?       Арсений растянулся в довольной улыбке:       — Кофе. Растворимый такой, пакетированный, самый обычный. Та еще мерзость, конечно, но я приберегу его для особенно трудных подъемов.       Чайник щелкнул, выключаясь, когда полностью закипел. Арсений осторожно залил в чашки кипяток и медленно дергал пакетик с чаем.       — А ты кому подарок готовил?       — В отряде-то? Так Лизе, ты же видел, как она сияла, когда я ей браслет вручил.       — Блин, вот кстати, суть игры ведь в том, чтобы оставаться тайным!       Антон махнул рукой:       — А, да ладно, она бы все равно догадалась, что это я, потому что ну кто еще мог бы ей подарить такую четкую цепочку?       Арсений согласно улыбнулся.       — А из вожатых кому дарил?       — Юле из четвертого отряда.       — Че подарил?       — Энтеросгель.       Арсений громко рассмеялся, тут же затыкая рот ладонью и продолжая молча задыхаться смехом. Антон тихо хихикал вместе с ним.       — Черт, это же гениально! Она утром выглядела так, словно ей это жизненно необходимо.       — А ты кому дарил?       Веселье очень быстро исчезло с лица Арсения:       — Роме.       — Реально? И че подарил?       — Затычку в жопу.       Он сказал это так серьезно, что Антон завис на несколько секунд. Но встретив смешинки в глазах Арсения, закинул голову назад в беззвучном смехе, слегка ударяясь об стену позади себя.       — Блин, Арс, — потер он затылок. — Ну правда интересно, что?       — Да корм собачий этому псу подарил.       Антон в этот раз упал лицом на кровать, стараясь заглушить истеричные смешки.       — Господи, — он поднялся, вытирая уголки глаз. — Расскажешь, почему ты так его не любишь?       Арсений отпил немного чая, смотря поверх чашки на Антона.       — В смысле, я вижу, что почти всегда он ведет себя, как полный мудак с завышенной самооценкой, но просто интересно.       Арсений поставил чашку на стол, и не поднимая глаз на Антона, заговорил:       — Думаю, ты заметил, что он абсолютно ко всем клинья подбивает.       Антон согласно закивал:       — Да, и ведет себя при этом премерзко. Я даже думаю о том, чтобы Ирку спасти и прикинуться, типа мы встречаемся.       Арсений на это заинтересованно поднял глаза.       — Ну да, Ира хорошая девчонка. Мы с ней даже встречались пару лет назад.       Арсений вопросительно поднял брови.       Антон махнул рукой, словно это совсем ничего не значило:       — Да так, это было по глупости, еще на первом курсе. Ну так что, подбивает он ко всем клинья, и?..       Арсений еще пару молчаливых секунд смотрел на него исподлобья, а потом решительно вздернул нос кверху:       — Ну и… И он пытался как-то подкатить ко мне.       Антон завис, неожиданно получив слишком много важной информации.       — Э… Он? К тебе?       И Антон тут же затряс головой, понимая, как это могло прозвучать:       — В смысле, я не имею в виду, что с тобой что-то не так. Я просто не думал, что он та… А, черт, это вообще не то, что я хочу сказать…       — Тих-тих, Тох, успокойся.       Арсений наклонился вперед, осторожно похлопав Антона по руке.       — Все хорошо. Я тебя понял.       Антон опасливо поднял глаза, но, увидев спокойную улыбку напротив, слегка расслабился.       Арсений выпрямился, откидываясь обратно на спинку стула, а Антон решил проигнорировать эту небольшую заминку:       — Так, значит, он пытался к тебе подкатить. И что дальше?       Арсений вздохнул, пожимая плечами, немного расслабляясь от того, что Антон решил продолжить разговор.       — Да ничего. Я промолчу, что он не в моем вкусе. Ты видел его вообще? Он ниже меня почти на полголовы! На что он рассчитывал?       Антон хохотнул от этого искреннего недоумения.       — Ну и я тебе рассказывал уже, что, когда приезжал сюда отдыхать, он тут уже работал. И когда я первый раз приехал вожатым, то это было просто максимально странно, когда он вдруг начал на что-то намекать.       Арс дернул плечами, как от чего-то неприятного.       — Это было примерно так, как если бы ко мне вдруг начал приставать учитель, понимаешь?       Антон согласно кивнул, примерно представляя, о чем говорил Арс.       — Ну да, звучит странно и немного жутко, — Антон нахмурился, согласно кивая. — Так и что? Ты его отшил, и он обиделся?       Арсений коротко кивнул, допивая остатки чая.       — Получается, что так.       — Детский сад какой-то.       Арсений развел руками:       — Ну мы ведь в детском лагере со всеми его драматичными сюжетными поворотами. Ладно, Тох, ты допил чай?       Антон глянул в кружку, вливая в себя остатки.       — Агась.       — Пойдем тогда умываться и спать.       Арсений поднялся, достал свой несессер, полотенце и ждал у приоткрытой двери пока Антон возьмет свою щетку и пасту.       — Погоди, — заговорил шепотом Антон. — Ты так и не сказал мне, что ты ему подарил.       Арсений моргнул пару раз:       — Так сказал же. Корм собачий.       Антон опять завис на долю секунды, но заметил улыбку в глазах Арсения и закатил глаза.       — Ой, иди ты.       И Арсений пошел в сторону туалетов.