Надежное руководство по сводничеству

Итак, тебе выпала честь присоединиться к престижным рядам купидонов и распространять чудеса любви. Поздравляю! У тебя наверняка сейчас возник вопрос: мое земное существование было ужасной катастрофой, как я смогу наладить романтическую жизнь не одного, а двух (или более) людей? Не волнуйся, неоперившийся птенчик, ведь ты не долго будешь новичком! В этой книге ты найдешь безошибочное руководство по выполнению твоего первого и последующих заданий, которое всего за два простых этапа обеспечит тебе кратчайший путь к благосклонности верхушки. Хочешь сделать первые шаги в сводничестве? Тогда читай дальше, чтобы начать свое путешествие! — Выдержка из «Божественное сводничество ДЛЯ ЧАЙНИКОВ»

【ЭТАП ПЕРВЫЙ: найди подходящего партнера】

1. Получи задание Высоко над цивилизацией располагается божественная территория, известная смертным как Небеса. Ее обитателям она больше известна как бюрократический аппарат, в офисах которого в любой момент может вспыхнуть пожар — Венти считает, что это заставляет служащих ходить на цыпочках. Само собой, образно говоря, поскольку ангелы просто парят туда, куда им нужно. Грациозно. Ангелы всегда грациозные; когда его вызывает высшее руководство, Венти совершенно точно не пьян. Папка кремового цвета лежит на столе из красного дерева, когда он входит внутрь. — Новое задание, — говорит бестелесный голос. — Пожалуйста, ознакомьтесь с предоставленной информацией. В такие моменты он жалеет, что у высших сил нет физического тела. Такого, которое можно было бы задушить. — Опять? Я только что закончил последнее! — Селестия хотела бы напомнить ангелу Барбатосу о его недавнем столетнем сне. Последнее задание было выдано сто лет назад. Проклятье. Есть еще кое-что, в чем люди ошибаются: у купидонов нет мистического лука, заставляющего двух людей влюбиться друг в друга, только тяжелая работа и обязывающий ею заниматься договор — ни то, ни другое Венти не нравится. Очень жаль, что они не могли ограничиться стрельбой из лука. Он бы в ней преуспел. Смирившись, он открывает папку: Сяо. Проживает в Ли Юэ. Никогда не состоял в отношениях. — И это все? — переворачивая страницу, хмурится Венти. — Где информация о его семье? Увлечениях? Работе? — В соответствии с современными стандартами конфиденциальности смертных Селестия подвергла цензуре всю важную информацию о живых подопечных. Венти цыкает. — И кто же добился таких изменений? — спрашивает он, хотя у него уже имеются представления о виновнике. — Ангел Моракс настаивал на этом внедрении. Этот старый остолоп! Как всегда, непоколебимо трудолюбивый, правда, Венти не припоминает, когда Мораксу в последний раз было дело до смертных. Он вновь заглядывает в папку, чтобы 1а. сделать вывод. По крайней мере, Сяо красив: пронзительные золотые глаза, высокие скулы, широкие плечи, найти ему пару не составит труда. На это уйдет не более двух месяцев, а потом Венти вернется в Селестию к музыке и выпивке. Ах, самые лучшие вещи загробного мира. С самого низа документа на него смотрит чернильная полоса места подписи. — Селестия хотела бы напомнить ангелу Барбатосу, что на время сводничества он будет связан со своим подопечным, — с сознанием долга произносит голос. — Он не сможет вернуться в Селестию, пока его подопечный не найдет свою любовь. Молодым ангелам велено 1б. составить план действий, прежде чем принимать какие-либо серьезные решения. На Венти это не распространяется, так как он не молод и не заинтересован в разработке хитроумных планов. Ветра всегда направляли его и никогда не подводили (несмотря на ограбление винокурни «Рассвет»). Он подписывает контракт, и тот под прокатывающиеся по комнате низкие раскаты грома запечатывается. Разворачиваясь, чтобы уйти, он напевает: — Ангел Барбатос хотел бы напомнить Селестии подготовить к его возвращению бутылочку одуванчикового вина. — Принято к сведению. Ваш запрос будет обработан в течение одного рабочего дня. Селестия благословляет вас безопасными путешествиями.

***

2. Посети своего подопечного Благословления Селестии ничего не стоят на Земле, и то, что Венти не отрекается от нее и не ретируется в Бездну, когда перед его лицом возникает трезубая вилка, свидетельствует о его вере. Он едва успевает увернуться от столового прибора, когда тот чуть не пронзает его глаз. — Какого ХРЕНА, — говорит Сяо. Черт, ангельский хор и конфетти из перьев, пожалуй, были лишними. Венти нужно устранить последствия; бумажная волокита за смерть на Земле — наказание похуже всего, творящегося в Бездне. — Воу, так, давай-ка положим эту штуку, — предлагает он. — Возрадуйся, ибо я, посланник небес, спусти-, — Сяо делает резкий выпад. Венти отпрыгивает назад. Его крыло сметает со столешницы вазу, и, упав на пол, она разбивается. — Оу. — Как, черт возьми, ты сюда попал? — спрашивает Сяо, но это больше походит на угрозу нанесения телесных повреждений. Перед глазами Венти мелькают картинки возможной бумажной волокиты. — Выследил тебя по нашей духовной связи и телепортировался с Небес, потому что я — твой купидон, и я здесь, чтобы наладить твою личную жизнь, найдя тебе пожизненного партнера. Ха-ха, сюрприз? — объясняет Венти. Молодец, отлично справился. То, как сильно дергается глаз Сяо, немного беспокоит. Он рычит: — Что ты подмешал в мой напиток, второсортный косплеер? — Чт- прошу прощения! — Я не заинтересован в твоих наркотиках и не заинтересован в сексе. Что это вообще за предложение такое? Селестия помоги, ему попался неадекватный маньяк. Ситуация накаляется гораздо быстрее, чем Венти привык, а он — левитирующий ангел со склонностью ловить кайф. — Накачивать людей наркотиками — страшный грех! Кроме того, я не «косплеер», не торгаш и уж точно не намекал на интим. Сяо окидывает его взглядом. Тон его голоса мог бы сровнять горы Ли Юэ с землей. — О? Твой наряд говорит об обратном, купидон. Венти осторожно, поскольку вилка все еще представляет опасность, опускает глаза на открытые участки своей кожи и татуировки. — Ладно! Тогда смотри, и уверяю тебя, это реальность, — со вспышкой света он окутывает свои крылья материей вселенной и, в знак своей безобидности раскинув руки, облачается в соответствующую этой эпохе одежду. — Этого достаточно для доказательства того, что я божественное создание? Наступает минута молчания, во время которой Венти с полной уверенностью может сказать, что Сяо планирует следующую атаку. Он в ожидании напрягается. — Я сплю. — Нет, ты вообще слышал, что я сказал? — протестует Венти. По наитию и без капли чувства самосохранения он хватает Сяо за руку, когда тот отворачивается, предположительно, чтобы вернуться в постель и не проснуться от своего не-сна. Венти энергично трясет его. — Это ведь не похоже на сон, верно? Ты бодрствуешь, а я вполне реальный, — Сяо в ответ лишь пялится на него. Отсутствие нападения — огромный шаг в правильном направлении. — По-моему, мы не с того начали, — продолжает он. — Привет, я Венти. — А я даю тебе две минуты, чтобы уйти, прежде чем вышвырну тебя вон, ангел ты или нет. 2а. Убеди своего подопечного ̲н̲е̲ вышвыривать тебя вон Все нормально, у Венти много опыта в этом, в том числе: «Доля ангелов», благосклонность Моракса и почти все людские дома, в которых он бывал. Хотя ни один из его предыдущих подопечных не был так яростно против его присутствия. — Погоди, погоди, погоди, — лепечет он. — Я всего лишь маленький паренек, ты же не хочешь оказаться на плохом счету у Небес за то, что выгнал меня? — Это неважно, я все равно уже попаду в ад, — продолжая толкать его в сторону двери, отвечает Сяо. Венти упирается пятками в пол. — Знаешь, обычно люди более приветливы к настоящему ангелу. Да и я смогу помочь тебе с романтическими отношениями! Разве ты не устал от одиночества? — Я прекрасно выживаю, спасибо. — Дело не в выживании, а в удовлетворении жи-, — увидев свирепый взгляд Сяо, Венти умолкает; блин, эти глаза действительно нечто. Он чувствует себя ослепленным светом фар олененком. — Хорошо, никакого сводничества. Э-э, я могу побыть твоим личным поваром, например, готовить фруктовые салаты, я в них мастер. В частности, в виноградных. Из забродившего винограда, — пауза. — Я могу сделать тебе вино. Лицо Сяо кривится в непонимании от того, как Венти вообще позволили оказывать влияние на смертных. К тому же он не упоминал, какого рода влияние предпочитает (к слову, желательно включающее алкоголь). — Я могу петь тебе колыбельные? — пытается Венти. — Как и мелатонин. — Могу телепортировать тебя на работу. — Мне нравится ходить. — Могу ветрами остудить тебя. — Для этого существуют вентиляторы. — Могу убираться в доме! У меня есть встроенные перьесборники. На это Сяо ничего не отвечает. Разбитые осколки вазы в недоумении смеются над ним. Разговор ни к чему не приводит, но когда сталкиваешься с упрямым, стойким противником, остается только одно, что Венти умеет делать- Две минуты спустя он прикидывается мертвым на диване Сяо. Услышав приближающиеся шаги, он сильнее вжимается в подушки лицом. — Твое время истекло, пожалуйста, уходи, — заявляет Сяо. — Нет, — отвечают подушки. Раздается мучительный вздох, после которого желудок Венти падает вниз, а мир переворачивается вверх дном, когда Сяо одной рукой подхватывает его и, как пожарные, несет. Ого. — Это не сработает, — пытаясь, правда, не особо успешно, не впечатляться силой верхней части тела Сяо, отмечает Венти. Естественно, его игнорируют. — Я просто телепортируюсь обратно-, — Сяо вышвыривает его из дому. И перед носом Венти захлопывается дверь. Да что с ним такое, и почему он не слушает? Им придется это исправить, чтобы получить хоть какой-то шанс на свидание. Ворча, Венти щелкает пальцами и оказывается на том же самом месте, где началась перепалка, а Сяо в это время задвигает засов и на два замка запирает дверь. Венти старается не слишком веселиться, когда Сяо оборачивается и видит его. Гордость — грех, тем не менее уголки его губ все равно приподнимаются. — Блять. Да ты издеваешься надо мной? — Сяо морщится. Похоже, больше никак не урегулировать эту ситуацию, поэтому Венти взмахивает рукой и материализует перед Сяо свой контракт. Официально это незаконно и может обернуться для него вечными муками. А неофициально — в Селестии постоянно царит слишком сильная неразбериха, чтобы беспокоиться о мелких нарушениях. — Возьми, прочти сам. Под свечением выжженного золотом пергамента в резких чертах лица Сяо появляется замешательство, а затем смирение. Он глубоко, медленно вздыхает. — Ты не уйдешь. — Я связан с тобой, пока не найду твою любовь, — поправляет Венти. — Ага, и поэтому не уйдешь. — Ошибаешься! Я сейчас на пике успеха, — Венти хлопает в ладоши, и, скрутившись, контракт вновь пропадает. — Раз уж ты понял, начнем сначала? Меня зовут Венти, и я твой купидон. — …Сяо. Наконец-то они сдвинулись с мертвой точки. Он улыбается. — С нетерпением жду возможности поработать с тобой, Сяо.

***

3. Побольше узнай о своем подопечном Вот что Венти известно о Сяо: ничего. Святая Селестия, зачем держать всезнающую базу данных, если собираешься ограничить к ней доступ? Пока не успевает слишком сильно задуматься о предстоящей работе и неизбежно впасть в отчаяние, он методично обходит всю квартиру. Не то чтобы здесь было на что посмотреть, нет ни фотографий, ни безделушек, ни беспорядка. Сяо даже уже убрал осколки разбитой вазы. ((В углу находится алтарь, рядом с которым стоит фото в рамке с рукописной надписью «Яксы», но странные любовные флюиды, которые Венти чувствует от нее, мрачные и вьющиеся, отталкивают его. Сегодня он не в настроении возиться с неудачным любовным вуду, большое спасибо, особенно с принадлежащим тому, кто может оказаться… профессиональным убийцей?)) — Ты живешь один? — вместо этого интересуется он. — Да, — дверь распахивается, и одетый во все черное Сяо входит в гостиную. На его поясе висит маска. Интересненько. — Ооо, куда ты собрался в столь поздний час? — подлетая ближе, спрашивает Венти. — На вечеринку? Встречу знакомств? Какой-нибудь бал маскарад? — На работу, — ого, теория про киллера может оказаться верной. — Не сломай ничего, пока меня нет. Венти усмехается: — Ты хочешь, чтобы я остался тут и упустил шанс разведать будущие перспективы? Вот уж нет! Я иду с тобой! Несколько секунд Сяо, похоже, обдумывает, стоит ли спорить с Венти, иначе говоря, проходит через пять стадий горя. Это обряд посвящения для всех его друзей. Венти терпеливо ждет, пока он достигнет принятия. — Хорошо. Но не общайся с клиентами, они могут наброситься на тебя. Венти хочется спросить: почему люди, которые платят за насилие, сами прибегают к нему, разве цель размещения заказа на убийство не в том, чтобы не пришлось выполнять грязную работу самому? Но в это мгновение ослепляющего озарения он этого не делает, так как снова оказаться вышвырнутым за дверь — не очень хорошо для его стареющих суставов. Поэтому: — Конечно, — легко соглашается он. 3а. Выясни, кем работает твой подопечный Сяо ведет их по ночному городу, пронизанному вспышками неона и наполненному пьяным гомоном. В воздухе искрятся завораживающие лучи лунного света. Венти еще пять подозрительных зданий назад думал, что они добрались до работы Сяо. Его решимость оставаться трезвым понемногу рушится. Наконец-то Сяо сворачивает в одно из заведений и кратко приказывает Венти подождать снаружи. Само собой, Венти соглашается, куда еще ему идти? Тем временем он осматривает здание. Покрытая янтарем и хромом вывеска «Цисин» роскошно выглядит, далеко не так, как вывески захудалых баров в периферийном зрении Венти. Выстроившаяся в очередь вдоль всей улицы клиентура в костюмах и коктейльных платьях, со смоки айс и красными губами, тоже роскошно выглядит. Достоинство Венти испускает дух. Бедный и ужасно одетый. Крестьянин среди дворян. Агх. Сяо вовремя возвращается, чтобы удержать Венти от глупостей — например, спеть песню, чтобы отвлечься от извращенных социально-классовых различий и капитализма людей — и просто, тихо говоря в наушник, останавливается перед очередью. Что-то встает на свое место. — Погоди, ты здесь работаешь? — Да? — Сяо хмурится. — А где, ты думал, я работаю? — В каком-нибудь более сомнительном месте. Знаешь, ведь ты киллер, — люди в пределах слышимости как-то странно на них смотрят. — То есть я думал, что ты киллер, — усугубляя гипотетическую-граничащую-с-реальной головную боль Сяо, поправляет себя Венти. — Я уже жалею, что спросил, — пропуская толпу внутрь, говорит Сяо. Венти виновато улыбается людям, которых, может быть, а может и нет, напугал своей тупостью. Вскоре у входа, суетливо отряхивая свою рубашку, появляется другая, одетая во все черное вышибала . Кажется, в ее волосах застряли ветки, как у тех измотанных мультяшных персонажей на телеканале, который крутят в Бездне, чтобы пытать неверующих в мультики (ура, высшая справедливость!). — Эм, привет, Сяо, — говорит она, и погодите-ка, это не ветки, а… рога? — Прости за опоздание, Воля небес хотела, чтобы я кое-что уладила… — Все нормально, тут все равно затишье, — отвечает Сяо. Она заметно расслабляется, а затем, вопросительно бегая взглядом с Сяо на Венти, вновь напрягается. — А, — говорит Сяо. — Венти, Гань Юй. Моя коллега. Гань Юй, Венти. Мой- — Друг, — выпаливает Венти, все еще удивленно глазея на ее рога. Они костяные? — Да, друг, — невозмутимо произносит Сяо. — И ему нечем заняться в пятницу вечером, поэтому он здесь. Вау, и это при всем при том, что Венти решил для него сделать. Люди ничего не знают о взаимности — неудивительно, что им нужна помощь в романтике. Венти, ставший мудрым и милосердным за годы своего существования, не поддается на провокацию. Он протягивает руку. — Приятно познакомиться, Гань Юй. — Мне тоже, — пожимая его ладонь, отвечает она. В ходе вечера он просит, чтобы они что-то рассказали, потому что, если уж ему придется здесь задержаться, он мог бы почерпать вдохновение для новых песен, которые смог бы взять с собой в Селестию. И вот что он узнает: 1. Гань Юй еще работает барменом, она вырезает изо льда лотосы и добавляет их в напитки, но это так, ерунда… она освоила этот навык просто потому, что ей нравится чистота льда... 2. Как-то раз группа людей попыталась проникнуть в Нефритовый дворец — эксклюзивную комнату отдыха леди Нин Гуан, но почему они думали, что она не сможет постоять за себя, Сяо не понимает. Ему с Гань Юй даже не пришлось действовать. 3. Однажды один из постоянных клиентов увидел, как Сяо выгоняет кого-то, и попросил его станцевать для него, возможно, из-за того, что Сяо очень элегантно дерется..? Самому Нефритовому равновесию пришлось вмешаться. Оглядываясь назад, Гань Юй считает, что это было довольно забавно. 4. Каждый вечер как минимум один пьяница с улицы просит у них «Благословление» — членскую карту клуба. Сяо надоело их прогонять; Гань Юй вместо этого беседует с ними. И: 5. Гань Юй с Сяо однозначно больше походят на брата с сестрой, чем на возлюбленных. Очень жаль, тем не менее Венти считает, что такая любовь тоже милая. Шипение в наушнике нарушает их относительный покой, и Гань Юй получает приказ вернуться в здание. Рассыпаясь в извинениях, она уходит и оставляет их вдвоем. — Тебе здесь нравится, — замечает Венти, и это отчетливо видно: под сиянием медленно проплывающей по небу луны хмурое выражение лица Сяо разгладилось, а взгляд смягчился. — Эти люди приютили меня в тяжелое время, — отвечает Сяо. — Без них я бы был- Нет. «Нет»… где? Однако Сяо пристально смотрит куда-то над плечом Венти. Проследив за его взглядом, Венти видит мужчину, спотыкаясь, приближающегося ко входу в клуб в духе праведника, наконец-то после долгих лет изнурительного паломничества добравшегося до храма в святом городе, если бы, конечно, праведники напивались в стельку. Оу… «Нет». Венти морщится. — Это один из тех, кто просит «Благословление»? Сяо шипит: — Да. — Хэээээй, чуваки, — говорит мужчина, — не могли бы вы оказать мне услугу и впустить меня в клуб? — затем он прислоняется к плечу Сяо и заговорщически шепчет: — Я слышал, что приходится месяцами ожидать своей очереди, хаха. Сяо выглядит так, будто предпочел бы трижды пережить первую встречу с Венти, чем находиться здесь, и это о многом говорит. Об очень многом для такого любителя своей работы. Крутя рукой и материализуя материю из ветра, Венти думает, что Селестия не будет против, если он использует немного магии, чтобы сгладить ситуацию. Прежде чем Сяо успевает наломать дров, Венти щебечет: — Конечно, сэр, вот ваша заветная членская карта! — он протягивает пластиковую золотую карточку без каких-либо опознавательных знаков. Мужчина хмурится. — Это просто пустая пластиковая золотая карта. — Ну да, минимализм нынче в моде, — отвечает Венти. — Поэтому Цисин изменили дизайн. Богатство в простоте, в бессодержательности — потенциал! Хвастовство своим богатством — уже прошлый век. Вы не хотите выставлять его на показ, потому что это вызывает зависть и сплетни, а это плохо сказывается на вашем духовном здоровье. В любом случае, чипу нужны сутки для настройки, поэтому карта активируется только завтра. Вам лучше пойти домой и отдохнуть. — Ооо, круто, спасибо, чел, — безнадежно очарованный безвкусным куском пластика цвета мочи, говорит мужчина. — Эм, хах, пока-пока. Как только он уходит, Сяо поворачивается и смотрит на Венти так, словно увидел его в новом свете. Венти к этому привык, с каждым это рано или поздно происходит. — Разве ты не просто отстрочил неизбежное? Он завтра вернется. — Не вернется, он настолько пьян, что забудет об этом, — Венти хихикает. Он убеждал пьяниц и в более абсурдных вещах. — К тому же магия не продлится вечно. К рассвету карточка исчезнет. — Ну ты и трепло, — говорит Сяо, но не маленькую ли улыбку видит Венти? — Оуу, спасибо, — наклоняясь к нему, отвечает Венти. Он подмигивает. — Издержки профессии. Наушник вновь шипит, и Гань Юй возвращается. — Сяо, ты нужен внутри- ох... я вам помешала? Сяо вскидывает голову. — Нет, не помешала. Оставляю это на тебя, — произносит он и немедля растворяется во мраке клуба. В задумчивости сцепив руки, Гань Юй молча смотрит ему вслед, пока он уходит. Мерцает уличный фонарь. — Венти, — говорит она, и хотя Гань Юй самый приятный человек, которого он когда-либо встречал, Венти все равно готовится к допросу. — Могу я у тебя кое-что спросить? Он хлопает глазами. — Да? — В последнее время Сяо выглядит более уставшим? Более уставшим по сравнению с чем? С тем, когда неоднократно пытался выгнать Венти, и в итоге они вернулись к тому, с чего начали? Нет. — Да, — лжет он. — Ах, я не была уверена, что мне не показалось. У нас произошли некоторые кадровые изменения, и, по-моему, он взял больше часов, чтобы восполнить нехватку персонала. Эх, от этого у кого угодно заболит голова… — бормочет она, а затем, взволновавшись, спохватывается, — н-но не спрашивай, откуда я знаю! Я просто… подумала, что ты мог бы ему помочь? Поскольку вы, похоже, близки. Он никогда никого не приводил на работу. Привязан к работе, хах. План и пропитанные убаюкивающим эффектом его лиры песни всплывают в голове Венти. Произнося маленькое благословление, чтобы Гань Юй тоже хорошо поспала, он ободряюще улыбается. — Посмотрим, что я смогу сделать.

***

Когда они возвращаются в квартиру, их встречает сладкий землистый аромат, исходящий от стоящего на кухонном столе чайника. Моракс наверняка не заметит, что Венти одолжил его, так или иначе, поделом ему. Сяо подходит к чайнику и заглядывает в него. — Как тебе это удалось, если ты не покидал Цисин? Венти откашливается. — Я не сжег твой дом. — Я не это спрашивал- — Это чай из альбиции, — отодвигая стул и наливая Сяо чашку, громко заявляет Венти. Сталкиваясь друг с другом, высушенные цветы в чае шуршат. — Обычно я делюсь им со своим хорошим другом, когда мы отдыхаем. Он расслабляет, — он пододвигает чашку к Сяо. — Попробуй, — испускаемый Сяо маленький вздох является достаточным одобрением. Нежность, как отрезвляющий чай, теплом оседает в горле Венти — приятно видеть, что смертным тоже нравится этот напиток. Подперев щеку ладонью, он продолжает: — Я знаю, ты сказал, что тебе не нужно, чтобы я пел тебе колыбельные, но мои песни могут успокоить беспокойные умы. Так что разрешишь сегодня сыграть тебе? Сяо фыркает: — Сомневаюсь, что смогу остановить тебя. Делай, что хочешь. — Эй, не обязательно говорить так отчаянно! — Венти игнорирует полученный за свои слова легкий пинок в пользу призыва флейты Дизи. Когда находишься в Ли Юэ, поступай так, как его жители. К тому же чай сделал его сентиментальным. — Я немного подрастерял навыки. И все же надеюсь, это избавит тебя от головной боли. ((Так начинается каденция , и чистые ноты заполняются предрассветный час.))

***

3б. Выясни, чем увлекается твой подопечный Сяо на удивление без особого сопротивления позволяет Венти исследовать свою комнату. Что не удивительно, так это то, насколько скудна ее обстановка: лишь глянцевые шкафы и серые простыни, и Венти уже собирается открыть их все и проверить на наличие пресловутых скелетов, когда замечает кое-что действительно мертвое- — Боже мой, твой цветок, — он тычет пальцем в увядшие листья. В ответ они печально обвисают. — Сяо, как ты мог? Все, чего он хотел, это шанс на жизнь, а ты облажался. Сяо даже не выглядит обеспокоенным тем, что он убийца, как и должен выглядеть такой, и продолжает что-то искать в ящике. — Фиттония не мертва, она просто драматизирует. Налей ей немного воды, и она снова расцветет. Венти передвигает горшок с цветком к открытому окну, чтобы он получил больше солнечного света, однако от этого его листья только начинают хило дрожать на сквозняке. Это настолько жалко выглядит, что трогает за живое. Венти называет растение Барбатосом. Барбатос щедро обрызгивается водой, ибо, глядя на него, Венти скверно себя чувствует. — Ты его утопишь, — предупреждает Сяо. Ладно, возможно, это было не «обрызгивание», и, возможно, их определения «щедрости» слегка отличаются, но разве не для этого предназначены отверстия на дне горшка? Чтобы стекла лишняя вода? Не подозревая о небольшом этическом кризисе, в который он отправил Венти, Сяо с тихим «ага» достает стопку цветной бумаги и связку ключей. — Я иду к Гань Юй. Она хочет, чтобы я кое-что проверил. Он через плечо бросает на Венти чутка вопросительный, настороженный взгляд. Смотрите-ка, он учится! Венти так гордится им. — Да, я иду с тобой, — он беззаботно взмахивает рукой. — А- тебе не обязательно этого говорить. Я не разрушу ни ее дом, ни ваши прекрасные рабочие отношения. Не беспокойся. Он пытается передать ауру спокойной уверенности через мягкий голос и жеманную улыбку, что, насколько ему известно, использует Небесная судья Алиса, чтобы получить то, чего хочет, но все это рассыпается под ровным взглядом Сяо. Тем не менее он все равно придерживает для Венти дверь, так и кто же тут настоящий победитель?

***

Только когда они оказываются в лифте дома Гань Юй, Венти осознает, что понятия не имеет, зачем они здесь. И он об этом спрашивает. — Гань Юй работает сверхурочно, чтобы подготовить финансовые отчеты для квартальной проверки, — печатая что-то на своем телефоне, отвечает Сяо. — Я, помимо всего прочего, присматриваю за Яо Яо. И пока ты не спросил, Яо Яо — ее домашний питомец. Венти послушно захлопывает рот. Как мило, у Гань Юй есть питомец, но она не похожа на любительницу собак… стоять. — Яо Яо — кошка? — визжит он. — Я не лажу с кошками. У меня на них смертельная аллергия. В последний раз, когда я столкнулся с одной из них, меня накрыл такой сильный приступ чихания, что человек подумал, что у меня припадок, и вызвал скорую. Сяо жмет плечами. — К счастью, я обучен сердечно-легочной реанимации. — …Не думаю, что это помогает при аллергии. — Оу, знаю. Я не говорил, к счастью для кого. — Ты умрешь в одиночестве, Сяо, — ворчит Венти, но часть его радуется тому, что Сяо умеет шутить. Еще больше радуется забавляющемуся смешку, который Сяо пытается скрыть тыльной стороной ладони. После открытия лифта Сяо поворачивает налево, а Венти ползет за ним, пока в его голове проигрывается слайд-шоу кошачьих зверств. Оно перелистывается на пушистого Мейн-куна — по-настоящему леденящий душу материал — поэтому Венти считает, что его нельзя винить за то, что он прячется за спиной Сяо и обхватывает его плечи, когда тот вставляет ключ в дверь квартиры. Сяо от его хватки напрягается. — Что ты делаешь? — медленно спрашивает он. — Ничего особенного, благословляю тебя и молюсь, чтобы бумажная работа за смерть от анафилактического шока не была слишком тяжелой, — говорит Венти как минимум в пять раз более беззаботно, чем должен был бы с воем сирен о поиске бомбоубежища в своей голове. — А ты? — Венти, я пошутил. Здесь нет никакой кошки. То же самое обещала и картонная коробка на обочине. — Ага, конечно. Это уж мне судить. Приготовившись к открытию двери, Венти съеживается, когда воздух... не раздражает нос зудом. Ха. Впечатляет, что Сяо удостоверяется в том, что Венти заметит то, как он закатывает глаза, пока заходит в квартиру. Жилье Гань Юй, за неимением лучших слов, белоснежно чистое. Она явно предпочитает светло-голубые и белые цвета, а судя по различным растениями, еще и садовод. Свисающие с полок лианы достигают акрилового аквариума с мелодично струящимся в каменный бассейн ручейком. Этот дом предназначен для поддержания мира, спокойствия и безмятежности. Чего бы только не отдал Венти, чтобы дополнить картину бокалом вина. Подзывая его к себе, Сяо осматривает аквариум. Он указывает на скользящую между растениями водяную черепаху. — Это Яо Яо. — Яо Яо прижимает ласт к стеклу в рептильном, определенно не кошачьем приветствии (слава Селестии). — Мне нужно приготовить ей покушать. Не мог бы ты переложить ее вон в тот контейнер? — Мм, конечно, — доверие Сяо — новшество, и это хороший прогресс в их профессиональных отношениях, Венти не собирается растрачивать его впустую. Насколько может быть трудно перенести черепаху, если ему как-то приходилось бороться со слизняками? К счастью, все не идет тут же наперекосяк (что тоже новшество). Едва шевеля ластами, Яо Яо позволяет взять себя на руки и, после того как Венти аккуратно опускает ее в контейнер, начинает плескаться в своем новом временном доме. Она, наверное, знает, что настало время кормежки — если стук ножа Сяо по разделочной доске — звон колокольчика, а она — дрессированная собака Павлова. Хорошая девочка. Венти решает в качестве угощения дать ей пару яблочных долек. Сяо возвращается с тарелкой нарезанной кубиками курицы и водяным крессом, которые кладет на камень в контейнере. Яо Яо охотно принимается за дело: откусывает кусочки и, как настоящий хищник своего вида, тащит их в воду, чтобы утопить. Венти смиренно произносит: — Кажется, она ест больше меня. — За те несколько дней, что мы знакомы, я пришел к выводу, что ты питаешься исключительно алкоголем. Так что, естественно. — Справедливо, — отвечает Венти. Но только пока Сяо не урезает его ежедневную норму выпивки. — Эй, можно я дам ей немного яблок? Я пообещал ей. — Пообещал- неважно, валяй, — говорит Сяо, присаживаясь за обеденный стол, чтобы склеить осколки своей разбитой от выходок Венти души или зачем-то еще. У Венти бегло возникает опасение, что его могут сместить с поста самого драматичного человека в этом доме. Призвать яблоко и с помощью режущего ветра вырезать из него маленькие кусочки очень просто, еще проще перенести их к Яо Яо и наблюдать, как она лакомится плодом богов. Остатки угощения он оставляет себе. — Значит, ты можешь употреблять что-то помимо вина, — сминая и складывая принесенную с собой цветную бумагу, отмечает Сяо, когда Венти присоединяется к нему за столом. — Хм? Сок этого яблока на самом деле вино. Райское наслаждение, — говорит Венти. — Ложь — грех, — не моргнув и глазом, решительно заявляет Сяо. — Если бы это было так, ты бы ни за что не отдал его Яо Яо. — Хех, хочешь кусочек, чтобы проверить свою теорию? — Нет, спасибо, — отвечает Сяо. Однажды Венти превратит его в любителя яблок, это будет его вторичной целью пребывания на Земле, и кстати о-. — Я думал, ты должен найти мне пару. Мы так ни к чему и не приступили. Видите ли, это ошибка новичков — сразу переходить к делу. Венти слишком хорошо это известно, первые сто лет он так и поступал, за что поплатился неловкими разговорами, ошибочными суждениями и отложенными возвращениями домой к любимому отдыху. Больше этого не повторится. — Я взял за правило сначала узнавать своих подопечных! Укрепление товарищеских отношений приводит к лучшему результату! Правда, обидно, — надувается он, — что ты уже устал от меня. — Я этого не говорил, — бормочет Сяо. Он аккуратно разворачивает бумажный квадрат, и из него расцветает оригами лотос с голубыми, изгибающимися по краям лепестками. Это прекрасное украшение для стола. Добавляет теплоты этому месту. — Не знал, что ты любишь оригами, — комментирует Венти. — У тебя дома ни одного не было. — Это потому что я их отдаю. Они слишком захламляют квартиру, — говорит Сяо. Он берет из стопки еще один лист бумаги, на сей раз c сине-зеленым омбре, которое Венти очень нравится. (Хотя в последний раз, когда он по чьему-то совету покрасил волосы в такой оттенок, все обернулось катастрофой и слишком долго не сходившим окрашивающим заклинанием. Ныне Баал говорит, что он выглядел как уродливый тролль из людского фильма «Тролли»). — Кому ты их отдаешь? — интересуется Венти. Согнув конструкцию посередине, Сяо разглаживает все неровности. — Любому, кто возьмет. Мне просто нравится что-то делать своими руками, — еще одно сложение, потом сгиб, а затем он аккуратно складывает бумагу, пока четыре крыла не приобретают форму. Наблюдая, как Сяо возится с последними штрихами, Венти доедает яблоко и выбрасывает огрызок в мусорное ведро. Мм, это не бокал вина, но боги, его сладость — то, что доктор прописал. — Вот, держи, — говорит Сяо, и его ладонь вдруг оказывается перед Венти, в ней лежит сине-зеленая оригами бабочка, немного похожая на обитающих в Селестии кристальных бабочек. Сяо подозрительно не смотрит ему в глаза, когда продолжает: — Это… благодарность. За игру на флейте той ночью. Ох. Венти не ожидал много от этого занятия, но если его подопечный действительно благодарен, кто он такой, чтобы отказываться от подношения на свой алтарь? Как-никак это соответствует профессиональным качествам, приписываемым купидонам. — Оуу, это мне? — беря бабочку, воркует он. Он проводит пальцем по кончикам ее крыльев и от того, насколько идеально она сделана, испытывает мимолетное искушение вдохнуть в нее жизнь и отпустить на свободу. — Откуда ты узнал, что это мой любимый цвет? Спасибо, Сяо, она очень красивая. Венти бы улыбнулся, чтобы показать свою искренность, но, видя, что Сяо все еще глядит в сторону, довольствуется тем, что прикрепляет бабочку к цветку на берете. Великолепное украшение, прекрасный подарок, в будущем он сделает кого-то очень счастливым.

***

Вот что Венти узнал о Сяо: 1. Его единственная семья — друзья по работе, и ради них он готов на все. 2. В связи с этим он с головой уходит в работу, потому что это все, что он может сделать. 3. Он дерется, однако при этом у него нежные руки. 4. Он ужасно неловкий, но в нужный момент раскрывается (в хороший день может отколоть одну (1) шутку). Осталось только 3в. выяснить предпочтения своего подопечного, что проще на словах, чем на деле, поскольку когда Венти предпринимает попытку… — Можно у тебя кое-что спросить? — говорит он по дороге обратно в квартиру Сяо. — Мне очень важно это узнать. — Ладно, спрашивай, — отвечает Сяо. — Ты по мальчикам? Сяо давится. Жестко. И начинает очень сильно кашлять. Венти никогда не думал, что ему придется кого-то реанимировать, но вот он здесь, сопереживает тому парню, в панике вызвавшему скорую, когда у него случился приступ аллергии. Ах, к черту, — бессмысленно думает он, пока Сяо приходит в себя, придется разобраться с этим по ходу дела. Все будет в порядке, он и ранее импровизировал.

***

4. Научи своего подопечного флиртовать Это общеизвестный факт, что у каждого свой стиль ухаживания. Первое, чему учат купидонов, это убедиться, что их подопечные умеют флиртовать — это что-то из разряда научи человека ловить рыбу, и решится проблема голода в мире, или типа того. Венти обучает флирту потому, что считает, что его подопечные должны иметь свободу выбора того, как добиваться любви (а еще потому, что в будущем это уменьшит количество его работы, но это неважно). Причины в сторону, вот тут-то начинается самое интересное. 4а. с помощью слов Примерно через четыре дня Венти решает, что собрал достаточно информации для определения их дальнейших действий, а самое главное, примерно через четыре дня он с относительной уверенностью решает, что Сяо не откажется от его уроков, не проткнет его вилкой и не вышвырнет вон. Опять. И все же необходимо позаботиться о том, чтобы обстановка была наиболее благоприятной для обучения, поэтому он выбирает послеобеденное время выходного дня Сяо, чтобы покончить с этим. Венти приглашает его на диван. — Иди сюда, садись. Сегодня мы начинаем твой путь к романтическим отношениям — не делай такое лицо, я просто научу тебя флиртовать. Сяо еще сильнее морщится, его губы слегка надуваются. Он присаживается рядом с Венти и говорит: — Думаю, для этого мне нужно выпить. — Не имею ничего против! — Но если мне придется пройти через это, я потяну тебя за собой. Так что никакого дневного пьянства. Оуу, почти получилось. Тем не менее Венти не отступает. — Хорошо, тогда давай начнем с основ общения. Открытая поза, зрительный контакт и уверенность. Это все, что тебе нужно, так что, — он протягивает руку, чтобы провести по коже между бровями Сяо, — перестань хмуриться, — и по уголкам его губ, — и расслабь губы. Я хочу сказать, перестань выглядеть так, словно съел лимон. — Это мое обычное выражение лица. Четыре дня назад его ответ был бы совершенно другим, но с тех пор ему удалось 3. побольше узнать о своем подопечном. Видите? Дальновидность. — Эм, нет, это не так! На работе ты выглядишь более расслабленным. Просто направь эту энергию в нужное русло. — Ты хочешь, чтобы я перенаправил энергию от общения с импульсивными пьяницами? — уточняет Сяо. — Эй, главное, что это работает, — отвечает Венти, как будто в данный момент Сяо не общается с импульсивным пьяницей. — Разговор — основа флирта. Сначала разберись с этим, прежде чем приступать к действиям. По-моему, ты скорее из тех, кто слушает, чем болтает, поэтому отталкивайся от этого! Вопросы? — их нет. Так что он продолжает перечислять: — Как только решишь, что хочешь добиться кого-то, сделай несколько комплиментов. Или как-нибудь кокетливо пошути. Например, выдай парочку банальных пикаперских фраз, но они используются либо для смеха, либо для того, чтобы заиметь повод спросить- а, ты в порядке? Губы Сяо сжаты, а сам он нервно перебирает пальцами и, сгорбив плечи, признается: — Я. Прости. Мне сложно… флиртовать с людьми. Это просто не дается мне легко, как будто есть какие-то ожидания, которые я не оправдываю. — Тогда разговаривай с ними как с друзьями, — легко отвечает Венти, — и все, что бы ни произошло дальше, может протекать медленно. Нет правила, что нужно при первой же встрече решать, нравится ли тебе человек. Нет, единственное правило — отсутствие правил. Ну, вообще есть одно — если человек влюбляется в своего купидона, это не считается выполнением его контракта, но с Венти этого никогда не происходило и никогда не произойдет. Так что, по сути, правил нет. Откидываясь на подушки, Сяо заметно расслабляется. Часть Венти хочет похлопать себя по спине за уменьшение его бремени, а другая — пнуть себя за то, что сразу этого не заметил. Насилие проигрывает, но лишь на чуть-чуть, и только потому, что Сяо сочтет его сумасшедшим (что не очень-то подходит для коуча ). — Ну что, давай я продемонстрирую? — Венти прочищает горло и выдает своим лучшим поэтическим голосом: — Сяо, я хожу по этой земле уже много лет, я бесчисленное количество раз видел, как сменяются времена года, и чувствовал, как меняются направления ветров, но когда я с тобой, вид всегда разный. Сяо слишком долго пялится на него. — Это больше похоже на начало предложения руки и сердца, чем на флирт. — Ничего не могу с собой поделать! Смелые заявления у меня в крови, — отвечает Венти, однако теперь, задумавшись о своей вековой деятельности бардом, он надеется, что случайно не сделал слишком много предложений выйти за него. — Теперь твоя очередь! Необязательно повторять за мной, адаптируй это к своим сильным сторонам. — Хорошо. Э, мне нравятся твои глаза-, — отлично, хорошее начало, — они очень… красивые, — ага, и на этом все. Сяо наверняка и сам заметил, как запнулся в самом конце, где предложение умерло, как и его самооценка. Без фанфар похоронена в канаве, покоится с миром. — Я так не могу. Подавив приступ истерики, Венти предлагает: — Возможно, поможет вести диалог. Давай попробуем, я начну, — хлопая ресницами, он наклоняется вперед. — Привет, заметил, ты работаешь в Цисин. Красивый парень в модном заведении, поди много людей приглашают тебя на свидание? — Нет, это против моего контракта, — Сяо замолкает. После чего вновь повышает голос: — А тебя? Что? — Еще никто не приглашал, — Венти улыбается, — но, быть может, ты за мной приударишь, и это изменится. — Я приударяю только буйных посетителей, — выпаливает Сяо. — Ох, повезло им- — Ты не буйный, — и как запоздалую мысль Сяо добавляет: — Ты замечательный. — Спасибо? — говорит Венти. — Ты тоже. Может, я могу принести тебя вып- — Не за что. …Ладно. Сяо превращается в неисправного робота, когда его просят пофлиртовать. Ясно, Венти просто должен найти его собственный язык любви и отшлифовать его, поскольку, очевидно, слова это совсем не его. Он ободряюще хлопает Сяо по плечу. — Знаешь что, попробуем что-нибудь другое! Хорошо сегодня поработали. 4б. с помощью прикосновений Возможно, Венти стоит изменить стиль своего преподавания, сделать его более наглядным и менее описательным. Теоретически это отличная идея. В реальности же прикосновения к Сяо сопряжены со своими рисками, влекущими за собой еще риски, влекущими еще риски, и собирается ли Венти рисковать получить серьезные травмы только для того, чтобы с кем-то сблизить Сяо? Естественно, да. На следующий день Венти: 1. Обхватывает руку Сяо, когда они идут в магазин за продуктами. 2. Чересчур близко наклоняется, чтобы заглянуть в его телефон. 3. Взъерошивает волосы на затылке Сяо, когда тот особенно не смешно шутит. 4. Пытается обнять его сзади, когда он, сидя на диване, смотрит телевизор. На что Сяо: 1. Напрягается. 2. Вздрогнув, отшатывается. 3. Встряхивает головой. 4. Проделывает все вышеперечисленное и завершает мощным ударом головой по подбородку Венти. — Ай, ай, ай, — тяжело раненный, стонет Венти. — Вот черт, извини, — произносит Сяо. Обеспокоенный, он усаживает Венти рядом с собой и, осторожно прощупав его челюсть, вздыхает: — Хорошо, нет вывиха. Нет вывиха, говорит он, но все равно чертовски больно. Венти сетует: — Наверное, стоило предупредить тебя. — Стоило, — возвращая внимание к идущему по телевизору ситкому, язвительно отмечает Сяо. — Обычно никто не осмеливается прикасаться ко мне. — Ты смеешься, — когда рот Сяо еще сильнее сжимается, жалуется Венти. — Я пытаюсь преподать тебе урок и в итоге получаю травму, а ты смеешься. Сяо бездумно пролистывает несколько каналов. Он любознательно мычит. — Какой урок? — Урок флирта с помощью прикосновений. Я весь день пытался показать, как это делать естественно, но ничего не вышло, — задумчиво потирая ноющий подбородок, отвечает Венти. — Как видно из недавних событий. — Ох, — моргает Сяо. Он что-то, смутно напоминающее «так все это было преднамеренное», бормочет себе под нос и, прежде чем Венти успевает спросить об этом, говорит: — Я никогда не умел прикасаться к кому-то. Когда люди подходят близко, — он жестом показывает на Венти, — случается это. Венти хочет заметить, что Сяо, скорее всего, плохо разбирается в ласке, так как отталкивает всех, кто пытается с ним сблизиться, и теперь изголодался по прикосновениям и винит себя за то, что причиняет людям боль, когда их действия ошеломляют его… но это мост, по которому должен пройти его партнер, а не купидон. Хе-хе. — Тогда что ты умеешь? — спрашивает Венти. Это еще один урок, который ему нужно преподать: иногда лучше позволить другому человеку взять инициативу на себя. — Наверное, готовить, — и после минутного раздумья Сяо подчеркивает: — Не разрушь мою кухню. Из телевизора раздается смех. Пожалуй, слишком оптимистичный, Венти решает принять его за небесное одобрение, а не за надвигающееся предзнаменование бездны. 4в. с помощью еды Главная проблема этого плана в том, что Венти не умеет готовить. Второстепенная проблема в том, что когда он предлагает сделать шоколадные трюфели (— Это очень романтично! К тому же они с бренди), его упрекают в том, что приготовление шоколада — не тоже самое, что готовка в целом, шоколад же не едят на ужин, короче, видимо, Сяо не умеет делать трюфели. Или шоколад, по сути никакой разницы. Венти не видит в этом ничего сложного: растопить шоколад, добавить сливки и алкоголь, чтобы сделать ганаш , заморозить ганаш, темперировать другой шоколад, придать ганашу форму и обмакнуть в темперированный шоколад, подавать трюфели холодными. Легкотня. Он уверен, что вероятность катастрофы не так уж и велика, пока Сяо не ловит его за запястье, когда он вываливает ломтики шоколада на сковородку. — Так шоколад не растопить, — заявляет Сяо. — Это я точно знаю, — он подготавливает кастрюлю и миску, наполняя их водой и, соответственно, шоколадом, после чего ставит их друг на друга на плиту. В то время как Сяо рассеяно помешивает шоколад, Венти невольно глядит на него и открывает рот, чтобы заполнить тишину. — Когда ты научился готовить? — Раньше я готовил для старых друзей. Больше этого не делаю, — Сяо замолкает, а затем оценивает Венти, чтобы понять, достоит ли он больше узнать о его трагическом прошлом. — Они на фото у алтаря. Фотография, от которой у Венти мурашки бегут по коже? Это фото? Такая любовная магия бывает только после неудачного расставания или… — Оу. Сожалею о твоей потере, тебе наверняка было тяжело. — Что? — встревоженный, выпаливает Сяо. — Они не умерли, просто наши пути разошлись, — потом, как будто это логичное завершение всего сказанного, он вскользь комментирует: — Мы в старших классах танцевали в одной группе. Венти чуть не опрокидывает миску с шоколадом из кастрюли на пол. Пытаясь поймать ее, он едва не поджигает свою одежду. — Прости, ЧТО? — в его голове возникает план. — Мне может понадобиться, чтобы ты станцевал для привлечения партнера, если все остальное не удастся, — как в брачном ритуале, он не добавляет. — Я не буду этого делать, — отвечает Сяо. Венти шутит: — Тогда как насчет выступления только для меня? В качестве прощального подарка. Отводя взгляд, Сяо решительно размешивает гладкую однородную смесь и переносит ее на столешницу. — …Шоколад готов. Услышав это, Венти понимает, что нужно сменить тему. Возможно, Сяо колеблется, потому что стесняется танцевать; когда он станет более уверенным в себе, нужно будет еще разок спросить его. Сяо начинает взбивать жирные сливки и хлопья морской соли в шоколад, а Венти пользуется возможность добавить столько бренди, сколько хочет, и даже еще больше, когда Сяо отходит за пищевой пленкой. Выходит примерно четверть бутылки. Алкоголя никогда не бывает слишком много. — Я слышу, как ты выливаешь туда бренди, — произносит Сяо, и Венти прям чувствует, как он закатывает глаза. — Ты нас отравишь. — Тогда я прослежу, чтобы ты быстро добрался до Селестии! — махнув рукой, заверяет Венти. Сяо не понимает, о чем он говорит; ганаш отлично выглядит, гладкий, как шелк, и такой же роскошный. — В рецепте сказано, что его нужно полтора часа охлаждать. Ого, так долго. И чем нам пока заняться?

***

В итоге они темперируют шоколад. Целых два гребанных часа. Он не выглядит хорошо, не выглядит «блестящим», и единственное, что близко к «разламываться с хрустом» — рассудок Венти. — Клянусь, это сложнее, чем искать любовь, — падая на не заляпанную какао часть столешницы, говорит Венти. Сяо достает из холодильника одиннадцатый образец шоколада. — Сдаешься? — Ни за что. — После того, как ты предложил это, лучше бы так и было, — произносит Сяо, тем не менее в его словах совсем нет гнева. Он берет шоколад с противня, вздыхает, чтобы собраться с духом, и… аккуратно разламывает его на две части. Слава богам. Венти уверен, что где-то там, внизу, гогочет мстительный маг Бездны. После такого уж точно не может стать хуже. Только вот становится, когда он яростно вспоминает, как сильно ненавидит липкую еду и скольким готов пожертвовать ради Сяо. Делать из ганаша шарики — его личная форма адского наказания — наказания Бездны — все липкое, противное и застывает под ногтями. Струны его лиры испортятся, если он попытается сыграть такими пальцами. К тому же шоколад каким-то образом умудрился попасть на его рукава и испачкал столешницу так, что на его уборку уйдет еще больше, чем на готовку, времени, если он вообще отмоется! Вокруг полный разгром. Воздух пропитан приторным запахом алкоголя — и сейчас это совсем не привлекает. Стоит ли вообще делать шоколадные конфеты для своего любимого человека, если каждый этап готовки сопровождается страданиями, и все это… это..! Отвратительно! — Пожалуй, дальше я сам справлюсь, — выслушав бессвязную болтовню Венти, говорит Сяо. — Тебе лучше пойти привести себя в порядок, — ради моего блага осталось невысказанным. К тому времени, как Венти чувствует, что больше не находится на волоске от срыва, он возвращается на уже чистую кухню с тарелкой трюфелей в холодильнике. Сяо макает ложку в оставшийся ганаш и пробует его. Он морщится. — Сколько бренди ты сюда влил? — Эмм, достаточно? — отвечает Венти. Забрав ложку у Сяо, он сам немного пробует. Распространяясь по языку, фруктовая сладость бренди идеально сочетается с горечью какао. Если честно, он всегда был неравнодушен к алкоголю. — Мм..! — восхищается он. — О чем ты говоришь? Это очень вкусно! Сяо со святой щедростью подталкивает к нему чашу. — По-моему, мне хватит одной такой конфеты, чтобы захмелеть. — Тогда большую часть отдай мне, — соскребая с боков чаши ганаш, предлагает Венти. — Правда, если захочешь снова сделать их, на меня не рассчитывай. Мне на века хватит полученных травм. За это он получает легкую улыбку. — Принято к сведению. 4г. с помощью музыки После ужина в конце недели Венти тащит Сяо на крышу. С каждым днем список его идей сокращается: никаких заигрывающих острот (из-за неловкости Сяо), никаких заигрывающих прикосновений (из-за повышенной чувствительности Сяо), никаких заигрывающих десертов (из-за отвращения Венти), но музыка… музыка универсальна! Она обязательно сработает. — Ладно, эти несколько дней заканчивались провалом. Признаю это, — начинает Венти. — Но мы найдем тебе пару, даже если это убьет меня. — Такими темпами ты никогда не вернешься домой, — заявляет Сяо. Венти вернется, он твердо это решил, и если после этого не станет ангелом года, пойдет к руководству и сам заберет этот титул. — Ты можешь перестать быть пессимистом? Из-за тебя вянет мой бедный цветок на берете, — он проходит через дверь на лестничной площадке. — Кроме того, я достаю тяжелую артиллерию. Никто не устоит перед старыми добрыми серенадами, — это правда, не зря же он ответственный за любовные песни. Они выходят на крышу, и Венти осматривает открывшееся зрелище. Полная луна? Есть. Прекрасный вид на город? Есть. Прохладный ночной ветерок? Нет, но немного магии исправят это. В общем, неплохая обстановка для романтического свидания. Он присаживается на один из стульев, которые, как он уверен, принес их сосед, чтобы кормить голубей, и хлопает по второму сиденью. Сяо понимает намек. — А разве петь серенады не слишком банально? Усмехаясь, Венти призывает гитару и принимается настраивать ее; это не лира, которую он предпочитает, но современные времена требуют современных методов. — Рискни повторить это, когда я закончу. — Ха, ага. Венти должен признать, что блеск в глазах Сяо немного очарователен, если кому-то нравятся стоические конкурентоспособные люди. Он откладывает эту мысль на потом. — Всегда узнавай, какую музыку предпочитает твой спутник, — поучает он. — Как только он услышит твое пение, его сердце будет настолько тронуто, что он не сможет не влюбиться! Проверено твоим покорным слугой. Итак, что хочешь услышать? — Удиви меня, — мягко, с маленьким следом ласкового веселья отвечает Сяо. Хах, это точно из-за атмосферы. Полная луна никогда не подводит. Ухмыляясь, Венти перебирает струны в подобии мелодии. — Тебе лучше запоминать. Я далеко не для каждого пою бесплатно. Возможно, это старомодная песня, возможно, баллада, которую ему пели, когда он был еще совсем крохой. У нее самая прекрасная мелодия из всех известных ему, мелодия свободы и надежды. Так что он закрывает глаза, воскрешает в памяти тепло от того, что его держали и защищали, и вливает его в ветер. Эту приносящую утешение песню он хранит близко к сердцу, но что за любовь без доверия своему партнеру? Даже когда песня стихает, он держит веки закрытыми, чтобы насладиться послевкусием сладостных воспоминаний. Ветерок приносит с собой отголоски погребенной преданности. — Как только песня закончится, ты повернешься к своему спутнику и насладишься его красотой в лунном свете. Своим самым искренним голосом, который еще сильнее очарует его, ты произнесешь- — Ты мне нравишься. Венти оборачивается, чтобы взглянуть на него. … Ох, слава Селестии, у него еще есть шанс не провалить это задание. Надежда не потеряна! Он берет одну из ладоней Сяо своими двумя и в знак поздравления встряхивает ее. — Да, Сяо, именно это! Правда, выгляди при этом не так зажато, но мы над этим поработаем- Э? Ты в порядке? Он замер, а его лицо раскраснелось. Бедняжка, должно быть, люди острее ангелов чувствуют холод. — Я- Это было не-, — нервно говорит Сяо. — Я не выключил микроволновку. Она может спалить дом. Да, точно, — они молча смотрят друг на друга. Ладонь Сяо крепко сжимает пальцы Венти. Сяо вздрагивает. — Мне нужно идти. Венти может только наблюдать, как он вылетает через дверь обратно на лестничную площадку. Странно, он не помнит, чтобы Сяо сегодня пользовался микроволновкой. Во всяком случае, урок, похоже, прошел успешно. Где-то вдалеке звенит звоночек. Бренча несколько аккордов под низкий гул города, Венти откидывается на спинку стула. Завтра. Завтра наступит второй этап грандиозного плана; он в кратчайшие сроки выполнит эту работу.