Надежное руководство по сводничеству

Теперь, когда твой подопечный разобрался в тонкостях любви, следующий шаг — отыскать его половинку. Поиск пары может показаться сложной задачей, но за годы успехов и неудач был выделен один ключевой элемент: настойчивость. Именно! Независимо от количества провальных свиданий и отказов, твердое сердце не долго пробудет разбитым. Никогда не оставляй попыток. Любовь можно найти где угодно и в ком угодно, так что раскрой глаза! Наблюдай за поведением своего подопечного и окружающих его людей, узнай их мотивы и мысли, и успех тебе обеспечен. Счастливого сводничества! — Выдержка из «Божественное сводничество ДЛЯ ЧАЙНИКОВ»

【ЭТАП ВТОРОЙ: сходи на удачное свидание】

5. Приведи своего подопечного в презентабельный вид Нужно тщательно взвесить все плюсы и минусы того, что он проспал тысяча девятисотые года: плюсы — пропуск революции в области вооружения, минусы — пропуск революции в моде — причем последнее больше связанно с обязанностями купидона. Впрочем, это не та проблема, которую не решит беглый поиск в интернете, просто теперь люди чувствуют себя намного комфортнее, чем Венти помнится, в открытой одежде. Ох, но он не скучает по викторианской моде. В те времена один неверный шаг и полстаканчика выпивки, и он случайно, до ахов и обвинений в святотатстве шокируя своих подопечных, перевоплощался в ангельский наряд. Сейчас он крайне редко в настроении заниматься бумажной волокитой. 5а. Убедись, что твой подопечный принарядился Интернет привел Венти в гардероб Сяо в поисках «клевого наряда», который бы «продемонстрировал его достоинства для привлечения жаждущих симпов», как порекомендовали несколько восторженных комментариев в инстаграме. Сейчас купающаяся в солнечном свете фиттония Барбатос, размахивая листьями, подбадривает его. Это приятная перемена, в отличие от твердого нежелания Сяо побыть наряжаемым манекеном. — Не верится, у тебя есть не только черная одежда, — вытаскивая из шкафа брюки, говорит Венти. — Фиолетовые? Как дерзко. Сяо позади него хмыкает. — Я и сам могу одеться. — При всем моем уважении облегающая майка и спортивки — не лучший вариант для свидания, — фиолетовые брюки возвращаются на место между черными спортивными штанами и черными спортивными штанами (с полосками). — Хотя признаю, они творят чудеса с твоими руками. — А что не так с моими руками? — скрещивает их Сяо в, похоже, редкий момент неуверенности в себе, и Венти чуть не усмехается. — Ничего, славные руки. — Ох. — И у тебя очень красивая татуировка! Было бы преступлением не выставить ее напоказ, — Венти снимает с вешалки белую рубашку и темный овершот и кидает их Сяо. — Примерь это, — говорит он, на пятках разворачиваясь, чтобы предоставить Сяо те крохи личного пространства, что остались у него после того, как Венти насильно колонизировал его жизнь. Но на самом деле Венти считает, что они добились большого прогресса. Не… в поиске второй половинки, а в их дружбе. По крайней мере, Сяо уже не так часто хмурится, а Венти удалось собрать целую коллекцию его подарков! Больше всего ему нравится оригами копия Двалина. После недолгого шуршания Сяо объявляет, что переоделся. Венти разворачивается и видит, как тот дергает себя за рукава — они заканчиваются прямо на локтях и демонстрируют маленький намек на зеленые чернила; выглядывает только кончик хвоста птицы, и его хватает, чтобы заинтриговать. Это заслуживает похлопывания по спине, если бы только Венти был более уверен, что за тщеславие его не поразит небесная кара. Он приподнимает локоть Сяо и одобрительно кивает на видимый край его татуировки. — Идеально! И когда твой спутник неизбежно спросит об этом — а он обязательно спросит — ты закатаешь рукав и немного покрасуешься, — очевидно, история тату Сяо связана с его потерянными друзьями, а значит, она по-любому привлечет любящих трагические истории людей. Вторая причина для интереса симпов. (Это тоже заслуживает похлопывания по спине). — Я не собираюсь красоваться, — щеки Сяо слегка краснеют, когда он отдергивает локоть. — И точка. Это унизительно. — Ты когда-нибудь слышал, что в любви все средства хороши? — при этом Венти вновь осматривает наряд Сяо — он все еще слишком простой, как будто много пустого места, словно чего-то не хватает- — Наверное, не хватает штанов, — иронично предполагает Сяо. — Выбери какие-нибудь не спортивные, — напоминает Венти, — и не хватает не только их, — возможно, это из-за того, что он ожидает увидеть какую-нибудь надпись на его кофте, тем не менее Венти не позволит Сяо выйти на улицу в футболке «Музыка прогоняет боль», которую тот, несомненно, припрятал где-то в недрах своего шкафа. Не говоря ни слова, Сяо приседает рядом с ним и давит на дно шкафа. С едва слышным шипением шарниров доска опускается и, разумеется, открывает потаенное отделение. Если там лежат футболки с надписями, Венти вовек ему этого не забудет. Вместо того, чтобы предоставить Венти материал для шантажа (к сожалению), Сяо достает простую подвеску — нанизанный на шнурок кол из полированного металла, грубый и тяжелый. — Как тебе? — надевая его на шею, спрашивает он. Амулет прислоняется к его грудной клетке и отражает свет. — Замечательно! Он создает чарующий вайб мрачного-героя-по-ошибке-попавшего-в-современный-мир, — игнорируя протесты Сяо, восклицает Венти. — Он что-то символизирует? Сяо возится с колом, мыслями он явно не здесь. — Он сделан по подобию пхурбы , орудия экзорцизма, — он сжимает рукоять. — Эта подвеска — договор, который я заключил со своими старыми друзьями. У каждого из нас есть такая. В голове у Венти внезапно возникает образ Сяо, как ботаника, перелистывающего пыльные книги. Это странно захватывающая картина. — Тебе нравятся древние писания? Едва заметная улыбка касается губ Сяо — такая, после которой Венти становится уверен, что сказал правильную вещь. — Да, мы часто читали народные легенды. В любое свободное время. — Ооо, чтобы найти вдохновение для выступлений? — Отчасти. Мне просто нравится чтить прошлое, — признается Сяо. Он отпускает пхурбу. — Мы закончили? Вытащив из шкафа пару джинсов, Венти передает их Сяо и произносит: — Надень их, и мы закончили. 5б. Нанеси своему подопечному макияж Венти солгал, они еще не закончили. Точнее, он считает, что Сяо не помешало бы слегка подчеркнуть глаза; ему явно не нужны цветные контактные линзы, а немного цвета и туши для ресниц не повредит. Если повезет, спутник Сяо будет слишком занят разглядыванием его лица, чтобы замечать вылетающую из его рта чушь. Так Венти с сомнительным успехом и прожил половину своей жизни. На всякий случай помолившись Селестии, он берет флакончик шелковичной подводки для глаз из заветной коллекции Моракса, поскольку железная логика гласит: если Моракс не узнал о краже своего чайника, то и не узнает о краже нескольких жалких бутылочек косметики. (И вот тут-то, если Венти поймают, он надеется, что Моракс будет слишком занят разглядыванием его лица, чтобы обратить внимание на извергаемую им чушь). Венти демонстрирует Сяо подводку, когда замечает его любопытный взгляд. — Что думаешь о макияже? Я уверен, ты раньше уже чем-то пользовался. Взяв флакончик и изучив его, Сяо спрашивает: — Мегистус? Никогда не слышал об этом бренде. — Если ты из тех, кто беспокоится об этической стороне моды, то не стоит. Я точно знаю, что создательница использует материалы растительного происхождения и категорически против тестирования на животных, — а еще Мона Мегистус получает нулевую прибыль, так как тратит все на финансирование механизма вращающихся созвездий Земли и, следовательно, не имеет собственных материальных желаний, но Венти, как ее банкрот-приятель, никогда об этом не расскажет. — Ну так, не мог бы ты накраситься ею? — просит Венти. — Пожалуйста? Я хочу увидеть, как ты будешь выглядеть. Всегда приятно наблюдать, как рушится чья-то решимость, однако Венти питает особую слабость именно к этому: сначала губы Сяо кривятся, затем он отводит взгляд, после чего из его рта вылетает резкий вздох, а сам он разворачивается и идет в ванную. Венти отправляется за ним и, войдя, видит, как он ровными мазками наносит подводку, быстро и легко. «Легко» — само собой, относительно того, как тяжело Венти дается кисточка, в последний раз, когда он пытался без помощи магии нанести себе макияж, стал похож на оплеванного единорогом атаксического клоуна. Критически оглядев себя в зеркале, Сяо хмыкает и решает, что закончил. Красный цвет был хорошей идеей, он подчеркивает естественный блеск его глаз. Возможно, вскоре они устроят ему свидание! Венти ликует: — Сяо, ты так красиво выглядишь! Десять из десяти, я бы снова, как куколку, принарядил и накрасил тебя. — …Не зови меня так, — морщится Сяо. — И это даже не ты меня красил. Дразнилка покидает язык Венти раньше, чем он успевает ее остановить: — Ох? Если хочешь, чтобы в следующий раз я подвел тебе глаза, так и скажи, куколка, — ему приходится броситься вперед, чтобы поймать упавший флакончик подводки и увернуться от последующей попытки Сяо убить его, и все же оно того стоит.

***

6. Своди своего подопечного познакомиться с новыми людьми Купидону не стоит находиться рядом со своим подопечным, когда они ищут кого-то для свидания. В лучшем случае они будут выглядеть как странные, полные энтузиазма друзья, в худшем — как возлюбленные. Кроме того, Венти категорически не хочется казаться третьим лишним, поэтому он заранее предупреждает, что на время поиска станет невидимым. — Значит, будешь ангелом на моем плече, нашептывающим хорошие советы, — говорит Сяо. — По юридическим причинам я должен сообщить тебе, что «хорошие» — понятие субъективное, — выводя его за дверь, заявляет Венти. 6а. Прогуляйся по окрестностям Краткий пересказ происходящих событий: В надежде подцепить какого-нибудь прохожего Сяо с Венти отправляются в парк. По указанию Венти Сяо подходит к остановившейся перевести дух велосипедистке и неловко спрашивает, ездит ли она на велосипеде. Она хмурится и уезжает. Они покидают парк. В надежде пофлиртовать с бариста они идут в кафе. В итоге бариста заигрывает с аневризмой, пока пытается сделать кому-то некрепкий перевернутый латте маккиато со взбитыми сливками и посыпкой снизу И сверху, тремя ложками мокко, приготовленного на пару с половиной соевого и половиной овсяного молока — ох, а еще ложку тапиоки. Они незамедлительно уходят из кафе, чтобы заявить о своей неосведомленности о возможном преступлении. В надежде очаровать флористку они направляются в цветочный магазин. Флористка очень очарована Сяо, вот только она слишком далека от их целевого возрастного диапазона. Примерно на пятьдесят лет. Сяо покупает букет из лилий и жасмина, чтобы женщина не расстроилась. Они покидают цветочный. В надежде отыскать симпатичных покупателей (и виниловые пластинки) они идут в музыкальный магазин. Кроме них, в нем никого нет. (По правде говоря, Венти был слишком отвлечен ассортиментом диджейских пультов, чтобы заметить это). Они покидают музыкальный магазин. Ну и, наконец, краткий подсчет успехов: 0,5. И это с учетом флористки.

***

— Я не сомневаюсь в твоих навыках, — неуверенно начинает Сяо, — но откуда ты черпаешь свои идеи? Приводя в порядок подаренный ему букет цветов, ибо Сяо больше нечего было с ним делать, Венти колеблется. — Точно. Я же уже говорил, что не очень хорошо знаком с двадцать первым веком. — Да. — Поэтому обратился к… интернету? — К интернету, — повторяет Сяо. Его лицо проясняется и в тот же миг мрачнеет. На том основании, что Сяо к этому не готов, Венти решает не упоминать, какая именно часть интернета послужила источником. Хотя, в его защиту, а где еще он должен был черпать идеи? У своих сейчас находящихся далеко коллег? Из своего устаревшего опыта? Единственный опыт Венти в двадцать первом веке — это посещаемые вместе с Сяо экскурсии, но они не считаются. — Не переживай, — говорит он, — у меня уже готов другой план. 6б. Посети ночные заведения Говорят, в ретроспективе изначально неочевидное становится очевидным. Говорят, если проводишь столетие вдали от земной жизни, следует провести тщательное исследование, а не слепо следовать написанному в некоторых постах на r/ОтчаявшиесяОдиночки . Говорят, клубы — это выгребные ямы пота и гормонов, явно не лучшее место для поиска спутника жизни. В данном случае «говорят» — смесь из пользователей r/ОтчаявшиесяОдиночки и здравомыслия Венти. У Венти его не так много, учитывая, как долго он спал. Разумеется, посещение ночных заведений Ли Юэ стало бы менее неприятным опытом, если бы они пошли в «Цисин», однако Сяо утверждал, что выбирать спутника из людей, которых он может снова встретить на работе, было бы еще хуже. Вообще, он сказал «эмоционально изматывающе и нанесло бы душевные раны». Кто причинил тебе боль??? — хотел спросить Венти, но сейчас это не главное. Нет, самое главное — это жалкое, усиленное басами подобие песни, проникнувшей прямиком в сердце Венти. Буквально. Прижимаясь к стенкам его грудной клетки. Потому что он невидим в тени ночного клуба, где-то за барной стойкой, и больше не может отличить ритм танцевальной музыки от собственного пульса. Какая-то часть его наконец-то понимает причины враждебности, стоящей за тем, что Моракс считает «позором для искусства». Словно в знак согласия, земля дрожит под звуки синтезатора. Паршивое потолочное освещение циклично от темно-синего к розовому и фиолетовому цвету омывает комнату. Оно грозит усилить поселившуюся в основании черепа Венти боль (кармическое наказание для верующих), но, по крайней мере, оно монохромными пятнами пульсируют по телу Сяо — ох, да кого он обматывает, это заведение уже ничто не спасет. Серьезно, если в прошлом Венти сделал что-то хорошее в качестве купидона, пусть Селестия прямо сейчас телепортирует его, пожалуйста. Он хотел бы выбраться отсюда. Луч святого света не появляется. Надо признать, затеянные им ради достижения цели шалости не всегда оправдывали эту самую цель. Они пробыли здесь, наверное, полчаса. Сяо ни разу не сходил на танцпол, а, как предлог остаться у барной стойки, довольствовался несколькими напитками. Венти был бы не против этого, если бы следующее удовлетворило его: 1. В заведении была бы лучшая атмосфера, как в менее дерьмовом клубе, или, быть может, баре (если подумать, следовало пойти в бар). 2. Сяо бы уделял заинтересовавшимся им людям внимание, а не лишь разок окидывал их взглядом. 3. Венти бы напился, чтобы забить на упомянутую атмосферу и незаинтересованность. Ни одно из перечисленных условий не выполнено, ни Сяо, ни Венти не довольны, и они застряли тут c дерьмовым запахом, однообразным битом, липким полом и существенным сдвигом в сторону атеизма. Венти чувствует этот сдвиг, он не совсем уверен, верил ли вообще Сяо в богов, но если верил, то должен начать пересматривать свои взгляды. Сяо выпивает еще один стакан неестественно яркого алкоголя. Он пару раз постукивает по стеклу пальцем, прежде чем щелкнуть языком, и даже сквозь оглушительную зацикленную мелодию Венти слышит его раздражение. Видимо, это очередная неудачная попытка, им следует пораньше закончить и в целях экономии своего времени отправиться домой. — Хэй, я обожаю татушки, — подходя к барной стойке, мурлычет какой-то парень. От освещения его волосы темнеют, а глаза сверкают ярко-голубым. Венти бы не обратил на него внимания, однако, вопреки всем ожиданиям, его не отталкивает полное отсутствие интереса со стороны Сяо, и он подходит ближе. — Покажешь свою полностью? Что-то молнией проносится вниз по пространству между крыльями Венти и вдоль позвоночника — божественный знак того, что горячий незнакомец находится под взором своего собственного купидона. Ладно, новый план: свести Сяо с незнакомцем, одним махом выполнить оба контракта, а затем отпраздновать со своим коллегой. Когда Сяо открывает рот, новый план рушится. — Ты, да и все остальные за этот вечер, — говорит он, и благодаря подслушивающему заклинанию Венти четко слышит его слова, — меня не интересуют. Свали. Горячий незнакомец невозмутимо упирается предплечьем в барную стойку и прислоняется к ней. Меняющееся освещение клуба отражается от металлических часов на его запястье, от позолоченного циферблата и замысловатых механизмов, и это было бы дешевой показухой, если бы часы не являлись фирменной вещью Fatui’s Collezione dell’arte. Венти не может не пялиться — эти часы стоят в десять раз больше всего его состояния, а богатый незнакомец просто носит их, словно в этом нет ничего особенного, какого черта? — Какая прелесть, дай мне немного времени, чтобы убедить тебя в обратном, — колко отвечает богатый незнакомец. Это очень странно, что-то подсказывает Венти, что он ищет драки, и обычно Венти позволяет Сяо справляться самому, но на сей раз, когда Сяо каким-то образом находит его глаза в тени- — Я вернулся, — говорит Венти. Он прижимается к Сяо, обхватывает его талию и молится, чтобы тот не отшатнулся, а незнакомец не спросил, откуда он взялся. К счастью, Сяо лишь в тревоге затаивает дыхание. Иллюзии все же имеют свои недостатки. Венти понимает, как это выглядело — кто-то как по волшебству появляется из ниоткуда — со всей этой спутанностью сознания и головокружением, как при пробуждении после отключки от алкогольного опьянения, но без головной боли. У него такое бывало в очень удачные ночи, когда бармен был щедр. Богатый незнакомец хлопает глазами. — Откуда ты взялся..? — С танцпола, — легко отвечает Венти. Богатый незнакомец вскидывает в сторону Сяо подбородок. — Без него? — У него аллергия на людей, — затем, понизив голос, словно раскрывает секрет, добавляет: — Он покрывается крапивницей. Почувствовав, что это уместно, Сяо кивает. — Но- последние пятнадцать минут тебя рядом с ним не было? — спрашивает растерянный незнакомец. — Я просто люблю тусоваться. Эта песня, — Венти собирается с духом и выдает: — такааааая клевая, — и в завершении, ведь лгать о единственном, ради чего он живет, и заработать от стресса сыпь недостаточно, достает что-то из-за спины. — Смотри, малыш, кто-то бросил в меня парик! Все просто сходят с ума, — парик такой же вычурно зеленый, как и он сам. — Что? — обеспокоенно спрашивает растерянный незнакомец. — Что??? — поперхнувшись воздухом, спрашивает Сяо. Венти отдаленно замечает, что их ошеломляют разные вещи. Он бросает парик на барную стойку и взмахивает рукой. — В любом случае, он занят, сори. Но если тебе от этого станет легче, хмм, — осматривая клуб в поисках того, на кого можно натравить обеспокоенного незнакомца, он умолкает, — вон тот парень не спускает с тебя глаз! Хмурясь, обеспокоенный незнакомец поворачивается в указанном направлении. — Он даже не смотрит? — Он заревновал из-за того, что ты разговариваешь с кем-то другим, — отвечает Венти. Часть его чувствует вину перед синеволосым парнем, только и делающим, что занимающимся своими делами, но инстинкт купидона твердит: если обеспокоенному незнакомцу нравятся недоступные коротышки, познакомь его с такими. Воспользовавшись тем, что обеспокоенный незнакомец отвлекся, Венти стаскивает Сяо со стула и опрокидывает в себя остатки его напитка. И это становится огромной ошибкой. На вкус он такой же, как и на вид, то есть жгучий, тошнотворный и шокирующий своим хреновым вкусом, чего Венти никак не ожидал от алкоголя. Все это остается невысказанным. Они все равно сюда больше не вернутся.

***

Как только они оказываются возле буквального входа в Бездну, Венти сетует: — Аах, столько хлопот, а ты так и не захотел взять его номер. Сяо, этот парень был горячим, обаятельным и богатым. Ты мог бы жить в роскоши. После минутного молчания Сяо качает головой. — Иногда ты говоришь, как пожилая китайская бабушка. — Старая, но очаровательная и странно милая? — спрашивает Венти. — Я не против. На это Сяо смеется, ярко, с щепоткой неверия, и да, Венти сыграет для него сегодня перед сном, хотя бы для того, чтобы очистить их уши от этой ужасной танцевальной музыки. 6в. Своди своего подопечного на вечер знакомств На следующей неделе, когда они идут за продуктами, Венти выпадает редкая удача, и это почти компенсирует недавнюю череду неудач. Если эта затея не провалится, то полностью компенсирует их, а пока пятьдесят на пятьдесят. — Быстрые свидания: Где свидания — не единственное, что быстро заканчивается! — написано во взятой им на кассе газете. — В подарок бесплатный купон на соседний ночной рынок, чтобы вы смогли наверстать упущенное. Когда он читает это, Сяо хмурится. Он выбирает овощи, хотя Венти постоянно твердит, что единственные необходимые им продукты растительного происхождения — ферментированные. — И что это значит? Приостановившись, Венти прослеживает слова пальцем, пока расшифровывает: — Видимо, свидания настолько короткие, что организаторы хотят предоставить участникам дополнительное время, чтобы они смогли узнать тех, кто их заинтересовал. Отсюда и рынок. — …Нет, — в недоумении сузив глаза, говорит Сяо. Он указывает на выделенный жирным шрифтом слоган. — Вот это. Что еще быстро заканчивается? — О. Очевидно, твое одиночество, — объясняет Венти. Быстрые свидания — это как одна из тех афер «как быстро разбогатеть», только вместо богатства ты получаешь партнера, и это, скорее всего, не афера. Воистину дар Селестии. — Да, очевидно. — Я не слышу отказа, — напевает Венти. Сяо еще разок просматривает объявление, после чего решает: — Я пойду. Но чтоб ты знал, не думаю, что это сработает. — Ага, такое чувство, что от меня отвернулась удача или типа того, — на самом деле Венти не может придумать никакой другой причины, почему в последнее время все так плохо заканчивается. — От тебя не отвернулась удача, просто ты тупица, — бросая пакет с овощами в корзину и уходя от последствий, легкомысленно упрекает Сяо. Вот с чем Венти теперь приходится иметь дело, тем не менее это все равно лучше попытки убийства, так что он не может жаловаться.

***

В эти выходные план игры прост: Венти создаст канал связи, чтобы подслушивать слова спутников Сяо. Нет, его не будет видно. Нет, он не станет говорить Сяо, кого выбрать. Нет, он не будет помогать Сяо, пока тот не пообещает дать этому мероприятию шанс. — И это означает: не молчать и не прожигать своих спутников свирепым взглядом, — вновь подавляя желание подправить внешность Сяо, подчеркивает Венти. К тому времени, как они добираются до кафе, остальные участники уже толпятся возле входа и получают у организаторов свои именные карточки. Конечно, конечно же, ни один из этих людей не окажется тем самым. Просто статистически. Пожелав удачи скорее себе, чем Сяо, Венти устраивается на ветру, чтобы наблюдать за шоу. [Влад] — Это так безнадежно — жить в чьих-то письмах и быть обреченным никогда не встретить этого человека. Я очень сильно скучаю по своей родине и наконец-то нашел человека, который понимает, каково это, а судьба просто обязана была разлучить нас. Словно я — солнце, а она — луна. Обреченные на вечную погоню по небу. Устало покорившись силе гравитации. Вау. Стоит отдать должное, Влад — прирожденный поэт. Венти прекрасно осведомлен об одержимости Селестии несчастными влюбленными и не удивится, если в ближайшую неделю Владу назначат собственного купидона. Жаль, что сидящий сейчас перед ним человек не является частью высшего руководства Селестии, хах. Сяо вскидывает бровь и сухо произносит: — Ты что-то попутал. У нас свидание, а не сеанс психотерапии. На это Влад, плача в стакан своего кофе, словно отвергнутый протагонист любого подросткового романа, испускает очень глубокий вздох и укрепляет свою связь с ангелом новичком. — Я знал, что ты не поймешь. [Катерина, Катерина] Пара идентичных близнецов занимают места напротив Сяо. Они безучастно улыбаются. Синхронно моргая. Механизировано, как щелчок затвора камеры. Когда они тянутся за своими напитками, Венти не уверен, послышалось ли ему щелканье шестеренок или заполняющее его уши шипение статического электричества. Выражения их лиц ни на секунду не меняются. Какого хрена, — думает Венти. — Какого хрена, — бормочет Сяо. Холодок бежит по коже Венти, как будто свинец заполнил его вены. Жуть. — Эм, привет. — Приветствую, Сяо, я Катерина, — произносят они, слова звучат эхом, однако вылетают не из их ртов. Между крыльями Венти вновь появляется зуд, божественный знак… чего-то; где-то там, в Селестии, он точно когда-то слышал голос Катерины. — Вы обе Катерины? — Да, — отвечает одна из них. — Это повод для удивления? — добавляет другая. Осторожно, возможно, чтобы не сработала их система самоуничтожения, Сяо откидывается на спинку стула. — Наверное… нет. Во время разговора ни одна из Катерин не двигается. По крайней мере, на них приятно смотреть, как на викторианских кукол. Если кому-то, конечно, они нравятся. Венти вот — нет. Они напоминаю ему тех неиграбельных персонажей в играх, которые не заговорят, пока к ним не обратишься, и вот сюрприз — Сяо не славится разговорчивостью. Их темные, темные глаза тупо пялятся в стену. У Венти возникает ощущение, что за ним наблюдают. Пожалуй, молчание — к лучшему. [???] Спотыкаясь, подходит мужчина, его грудь вздымается, а выражение лица искажено тревогой. Когда глядит на Сяо, он заметно расслабляется и, завалившись на стол, тянется через него. — Черт возьми, ты выглядишь так, будто умеешь драться, — ахает он. Поступая еще более опрометчиво, чем Венти в первую встречу с Сяо, мужчина вцепляется в плечи последнего и без зазрения совести умоляет: — Пожалуйста, помоги мне, меня преследует банда. Ясно, он сумасшедший. Венти лишь надеется, что Сяо сейчас не разыгрывают, поскольку не думает, что, если это случится, сможет убедить его остаться на мероприятии. — По-моему, ты по ошибке забрел сюда, — сквозь зубы цедит Сяо, не так уж и деликатно пытаясь вырваться из мертвой хватки мужчины. У него это не выходит. Венти удивляется, почему этот человек не может справиться со своими предполагаемыми преследователями, если его мышцы сделаны из стали. — Ты моя последняя надежда, ты не понимаешь-, — вытаскивая его из-за стола, один из организаторов прерывает мужчину, и пока его выводят из кафе, Венти удается расслышать невнятное: — Скажи им, что Паллада здесь никогда не было! Делая глоток своего напитка, Сяо развлекает себя наблюдением за этой сценой. Для него это, вероятно, просто очередной рабочий день. [Ху Тао] Следующая женщина, одетая в полуприталенный костюм и шорты, ухмыляется так, словно владеет цирком, что заставляет Венти задуматься: а кто ее клоуны? Наклонив шляпу с цветком сливы, она здоровается: — Привет-привет! Меня зовут Ху Тао, престижный директор ритуального бюро Ваншэн, — она оглядывается вокруг, после чего достает из рукава визитную карточку и, положив ее на стол, театрально шепчет: — У нас действует небывалое предложение! Двое похорон по цене одного! И прежде чем ты что-то скажешь, никогда не рано подготовить себе спальное место. Считай это инвестицией, — из динамика ее телефона раздаются предварительно записанные звуки фанфар. Сяо по вполне понятным причинам на несколько мгновений теряет дар речи. Венти же стоит по достоинству оценить ее деловую хватку — быстрые свидания идеально подходят для рекламы. — Заниматься этим здесь… незаконно. — Шшш, это ход профессионального игрока, — скрещивая руки на груди и сдувая челку с глаз, отвечает Ху Тао. — Уважай чужой труд, бро. Чтобы успокоить ее или потому, что он действительно заинтересован — Венти не совсем уверен — Сяо бросает решающий взгляд на блестящую визитку и кладет ее в карман. — Я подумаю. Ее победный вскрик едва не отправляет Венти на раннюю реинкарнацию от того, как шокирующе громко это прозвучало. В таком темпе он тоже сможет принять ее предложение. [Ин Эр] Тот факт, что Ин Эр не начинает свидание с того, что моментально производит впечатление сумасшедшей, возвращает внимание Венти. Она разговаривает как застенчивая дева из прошлых столетий, вся такая элегантная, со скрытой за веером улыбкой, а когда она принимается говорить о нормальных вещах, Венти чуть сам не приглашает ее на свидание (к этому времени его стандарты настолько упали, что его устраивают «нормальные вещи»). Через две минуты Венти позволяет себе понадеяться. Через три понимает, что все это путешествие на Землю — мета-демонстрация злой иронии. Когда после мимолетного упоминания Сяо о любви к миндальному тофу, личность Ин Эр меняется, ее улыбка становится лукавой, а глаза — хитрыми, начинают звенеть тревожные звоночки. — Ох? Я тоже люблю тофу, он такой мягкий и кремовый. Я обожаю чувствовать его во рту, — …то, как слова слетают с ее губ, Венти осмелится сказать, грешно. Людей и за меньшее отправляют в Бездну. Почему-то он сомневается, что эта леди будет против подобной участи. — Ясно, — удается сказать Сяо. — Мм, и делать его так же приятно. А лучше всего не трогать его после готовки, — рисуя пальцем круги на столе, мурлычет она. — Капающий с него сок намного вкуснее. Сяо напрягается. Свидетельством того, как много они пережили, является то, что Венти знает: еще один намек — и он выпрыгнет из окна кафе. А затем. — Я позволю тебе отведать мой тофу, — хрипло предлагает Ин Эр, что кажется очень добрым, дружеским предложением, пока у Сяо не отвисает челюсть, и Венти с запозданием понимает, что это, должно быть, какое-то распутное, замысловатое лиюйское высказывание . Он надеется, что Ин Эр готова быть вызванной в суд в качестве свидетеля разрушения общественной собственности, ибо он — нет. Собственно говоря, как и Сяо. А вот ко лжи и обману Венти готов, в них он хорош. Перед тем, как войти в кафе, он надевает лабораторный халат и, зайдя внутрь, самоуверенно смотрит на всех, кто пытается остановить его. На всякий случай, когда устремляется к столику Сяо, он проверяет, что преграждает путь к окну. Поклонившись, он произносит: — Простите, что прерываю. Я здесь по срочному медицинскому делу, — и выдыхает. Привлечение их внимания пресекает любое опрометчивое разбивание окна. — Я ищу Сяо. Мистера… э-э, — именно сейчас Венти вспоминает, что не знает фамилии Сяо и не совсем уверен, есть ли она вообще у него, но он решил вмешаться и теперь находится в затруднительном положении, дурак. — …Мистера Сяо? Ин Эр наклоняет голову. — Тебя зовут Сяо Сяо? Сяо чудом удается обрести голос, так что Венти не будет выглядеть полным идиотом. — Эм, да. Это я, — говорит он, что делает идиотом его. Венти считает, что это справедливо, учитывая, что ему пришлось дважды выручать его. Он прочищает горло. — Не хотелось бы сообщать плохие новости, однако результаты показали, что у вас опухоль в, мм- глазных белках. Вторая стадия склеромы, — он делает паузу, чтобы Ин Эр закончила страдальческий вздох, а затем опять кланяется. — Врачи назначили немедленную лазерную операцию. Прямо сейчас, — Сяо продолжает хранить молчание, поэтому именно Венти, таща его к выходу, приходится извиняться: — Простите, что прерываю ваше свидание. — Нет проблем, все нормально, — блаженно говорит Ин Эр. — Надеюсь, он быстро поправится. И, быть может, ты покажешь мне, как хорошо умеешь смешивать жидкости, м? — она пишет на салфетке, кладет ее в карман халата Венти и прощается с ними. Номер ее телефона очень сильно пахнет духами. — А теперь ступайте.

***

— Это было ужасно! — когда они уже идут по улице, заявляет Венти и в попытке разрядить атмосферу сталкивается с плечом Сяо своим. — Эти люди флиртуют еще хуже тебя. Без обид. — Хм. — Венти ожидает ответа или, может, закатывания глаз, но вместо этого Сяо просто останавливается на перекресте в трех кварталах от ночного рынка. Даже отсюда слышно, настолько там оживленно. Неоновые арки создают яркий навес, воздух пропитан запахами уличной еды и мокрого от дождя асфальта. Сяо не двигается. — У меня остался купон на рынок, — тихо начинает он. — Было бы расточительством не использовать его. Ох. Что ж. Ветра шепчут о хорошем времяпрепровождении, а Венти всегда был любителем повеселиться. — Хм, ты будешь выделяться, если пойдешь один! — когда Сяо воспринимает это за согласие и отправляется в сторону рынка, Венти не может удержаться и бесцельно говорит: — Если бы я плохо тебя знал, подумал бы, что ты планировал, чтобы все именно так и закончилось. На это Сяо шутливо фыркает, но Венти слишком увлечен дешевыми безделушками, чтобы задумываться о смысле этого. 6г. Попробуй не вмешиваться С тарелкой винограда в руках Венти смотрит, как актер в телевизоре вытаскивает переломную фишку маджонга, чтобы выиграть у соперников и спасти свою возлюбленную из лап триады. Венти просто обожает лиюйские комедии, их сюжеты настолько необычные, что их можно принять за чистую монету, но после титров они становятся похожи на бредовый сон. Сяо, скорее всего, сказал бы ему, что это превратит самого Венти в лиюйскую комедию, но он сейчас на свидании, поэтому неважно, что он там подумает. У Венти есть теория: причина провала всех его планов в том, что это были его планы. Следовательно, если планировать и контролировать будет Сяо, у них непременно все получится! Обычно это подтверждается во время пребывания Венти в Селестии. Именно поэтому он делегирует свои обязанности своим четырем ветрам — не из-за лени, а из-за эффективности. По телевизору начинается другой фильм. Посреди сцены, в которой финансовый магнат летит на реактивном ранце спасать русалку, входная дверь со щелчком открывается. — Я дома, — говорит Сяо. — Приветик, «дома»! — здоровается Венти. — Как все прошло? У тебя появилась девушка? Я свободен? В первую очередь Сяо идет на кухню, и оттуда доносятся звуки приготовления его любимого напитка (несладкий чай пуэр с преступный количеством молока). Вероятно, это не очень хороший знак. Вот дерьмо. — В итоге она дала мне свой номер- Забудьте. Венти ни секунду не сомневался, что это сработает. — Супер! — -чтобы подать заявление на работу в Цинсин. — Оу. — А еще она лесбиянка, — заканчивает Сяо. Двойное «оу». Если, войдя в гостиную, Сяо видит на полу тарелку с виноградом и распластавшегося на диване Венти, это не его дело. — Ты хотя бы повеселился? — когда подушки у его ног проминаются под весом Сяо, бормочет он. — Она была с чувством юмора. Перевод: все прошло не очень хорошо, но и не так ужасно, как могло бы быть, а это уже победа. Венти справляется. — Возможно, я смогу связаться с кем-то из своих друзей- Впервые за долгое время Сяо перебивает его: — Не думаю, что я сейчас в состоянии идти на новое свидание. Мы можем… остаться сегодня дома? — А? — молвит Венти, почти спихивая Сяо с дивана, когда тот садится. Венти внимательно осматривает его, и Сяо не выглядит плохо — да и он никогда так не выглядит — но сейчас ссутуленный и с тусклыми глазами кажется усталым. Возможно, раздраженным. Для того, кто так сильно цепляется за свободу, Венти месяцами не давал ему выходных. — Ох. Конечно, — оу, прозвучало удручающе. — Полагаю, нам стоит отдохнуть! Ты это заслужил! — так не лучше, ну да ладно. — Как и ты, — наступает пауза, во время которой Сяо, без сомнения, присматривается к Венти, чтобы оценить его самочувствие, а затем, прогоняя его, Венти легонько стукает лодыжкой по его спине; Сяо не нужно о нем беспокоиться, тем более когда это можно исправить сном. Поднявшись на ноги, Сяо забирает с собой чай пуэр. — Я немного вздремну, а потом приготовлю нам ужин. — Что? Давай закажем что-нибудь на дом. Просто отдохни. — Я приготовлю, — категорично заявляет Сяо и покидает комнату быстрее, чем Венти успевает решить, стоит ли метать виноградинку в его затылок или нет. Вообще, отдых пойдет им на пользу. Поднимет боевой дух, освежит разум — Венти точно это знает. Более того, он уже чувствует, как к нему подкрадывается выгорание (или это недосып?), и не собирается пускать весь свой тяжелый труд коту под хвост, спасибо большое. Поспать действительно звучит очень заманчиво.

***

6. Своди своего подопечного познакомиться с новыми людьми 7. Наслаждайся выходным Как правило, Венти не может проснуться, пока его тело не решит, что он достаточно поспал, а обычно это занимает либо час, либо сто лет и никак иначе. Удивительно, но на сей раз его будит запах яблок. Точнее: яблок, корицы и сахара в медленно запекаемой выпечке. Частично ведомый примитивными инстинктами поиска пищи, он заглядывает на кухню и видит там золотящийся в духовке яблочный пирог. Выглядит, как ему кажется, готовым к употреблению. — Он еще не готов, — ругается Сяо, после чего Венти наконец-то отрывается от объекта своих мечтаний и замечает, что он не один. Забавляясь, Сяо ухмыляется. — Ты спишь как убитый. Прошло уже шесть часов. Шесть часов — это значительно меньше, чем предпочитаемая продолжительность сна Венти, так что они должны быть благодарны. — Ты его приготовил? — спрашивает он не потому, что сомневается в умениях Сяо, а потому, что обычно тот готовит блюда лиюийской кухни. Они больше, чем он может сосчитать, раз ели рис с жаренными овощами и рыбу на пару. Хотя Венти не жалуется — они тоже всегда были очень вкусные. Сяо глядит на часы, затем на пирог. Аромат яблок и корицы очень сильный. — Да, он на ужин. При этих словах Венти чуть не падает на колени, наполовину в знак благодарности и наполовину для того, чтобы признаться в любви, однако Сяо не оценит мелодраму. Поэтому вместо того, чтобы вывести его из себя и лишиться пирога, Венти довольствуется несколькими взмахами рук. — Ты- Ты такой. Самый лучший. Я напишу тебе баллады на века. Даже спою их тебе. Сяо сухо смеется и вопиюще неверно говорит: — Это всего лишь пирог. Это не всего лишь пирог, яблоки — не всего лишь что-то. Он выглядит божественно, лучше, чем что-либо в Селестии. Дабы отвлечь себя от совершения какого-нибудь постыдного поступка, вроде обморока, Венти достает тарелки и столовые приборы, чтобы накрыть на стол. — Это лучшее, что когда-либо готовили для меня. — Ты не можешь судить, пока не попробуешь.

***

Венти пробует. Его мнение не меняется. Корочка легко крошится на языке, а начинка такая богатая и густая, что он может не обращать внимания на то, какая она горячая. А яблоки — ох, как всегда, хрустящие и сладкие. Этого хватит, чтобы довести младших ангелов до слез, хватит для взятки за вход в Селестию, хватит, чтобы Венти отдал половину своего имущества- Когда он говорит об этом Сяо, тот в классической реакции жителей Ли Юэ на похвалу отводит взгляд. — Не говори того, чего не имеешь в виду. — Но не как в браке, — с полным ртом пирога уточняет Венти. — Оу, — выпаливает Сяо и каким-то образом умудряется вместить в одно слово весь диапазон человеческих эмоций. После этого Венти отчасти отгораживается от всего, что не связано с облизыванием губ от яблочного соуса и попытками заглушить тупые, застрявшие в горле стоны. Он едва улавливает слова Сяо «я для этого слишком трезв», и к тому времени, как его насытившийся мозг устанавливает связь между сказанным и алкоголем, Сяо уже возвращается с двумя бокалами и непочатой бутылкой вина. Он ловко отодвигает в сторону пустую форму для пирога и наполняет бокалы. А затем стремительно опрокидывает в себя их содержимое. — Осторожнее, а то завтра будет похмелье, — задумчиво произносит Венти. — У меня не бывает похмелья, — наливая себе еще один бокал вина, бормочет Сяо. — От выпивки я только устаю. Венти не доводилось видеть его пьяным. Из разговоров Гань Юй и Бэй Доу он узнал, что Сяо перестает фильтровать свою речь и начинает сыпать комплиментами, которые никогда бы не сказал трезвым. Небольшая часть Венти хочет выяснить, будет ли Сяо делать комплименты ему, а большая часть остается под впечатлением от того, что он пьет так, словно его отверг возлюбленный, словно отхлебывает вино, чтобы сдержать эмоции, правда, Венти не припоминает, чтобы хоть одно свидание до такой степени расстраивало его. Вечер протекает под прохладные осенние сквозняки и звуки ненастроенного пианино одного из их соседей. Внутри Венти достаточно алкоголя, чтобы мир казался ярче, а жизнь уменьшилась до пределов четырех стен. Тем временем Сяо, похоже, пропустил прекрасную мимолетность опьянения и оказался сразу на стадии неуклюжести. Между глотками вина он болтает о верности, неудачных свиданиях и забывчивости, являющимися главными причинами стрессового старения. Венти кивает и улавливает, наверное, четверть его монолога, ибо слишком озабочен. Во-первых, Гань Юй с Бэй Доу солгали о том, что пьяным Сяо говорит приятные вещи. Во-вторых, он размышляет о том, действительно ли румянец на щеках Сяо такой же, как и кажется, теплый на ощупь. В-третьих, он почему-то думает о сесилиях и кристальных бабочках. — Это просто- расстраивает, — оценивая его реакцию, бормочет Сяо. — Понимаешь? — Ага, понимаю, — на самом деле Венти не понимает, но не думает, что если Сяо повторит, это изменится. К счастью, это все равно успокаивает его. Сяо зарывается головой в изгиб своего локтя на столе, вздыхает и поглядывает на него одним глазком, а Венти никогда его таким не видел, настолько уязвимым и доверяющим — это завораживает. Он невольно смеется в свой напиток. Какое-то время они просто в негласном товариществе, которое приносит только время и алкоголь, сидят в тишине. А затем Сяо выдыхает: — Тот, кто создал тебя, должно быть, любил тебя. … А? Вот и ожидаемый Венти комплимент, но не слишком ли он расплывчатый? Тем не менее, когда он прослеживает взгляд Сяо до бокала вина в его ладони, сказанное начинает иметь смысл, создатель вина должен был любить его, учитывая, каким восхитительным оно получилось. — Аах, оно делает мир намного прекраснее, не так ли? Сяо нескоординированно качает головой. — Успокаивает меня. — И хорошо сочетается со всем, — восхищается Венти. — Может быть сладким, острым или сливочным- — Красивым, — странное описание, но ладно. Вслепую протянув через стол руку, Сяо лепечет: — Вентииии, я хочу-, — он икает, — тебя… хочу, чтобы ты- …принес еще вина? По-видимому, он слишком много выпил, а Венти прекрасно знает, насколько люди подвержены алкогольному опьянению. Решив перебить Сяо, он присаживается рядом с ним и, перекинув его руку через свои плечи, тащит его в постель. — Тебе хватит, — меняя позу, чтобы убедиться, что Сяо не опрокинет их обоих, заявляет он. — Сомневаюсь, что завтра ты вообще об этом вспомнишь. — Скорее всего, нет… Когда падает на подушки, Сяо уже спит. Венти очень повезло, что он уже в пижаме, так что остается только перевернуть его на бок и убрать волосы с его лица, прежде чем пожелать ему спокойной ночи. А на случай, если Сяо пошутил об отсутствии похмелья, он оставляет у кровати стакан воды и обезболивающее. Все-таки купидоны должны заботиться о своих подопечных.

***

8. Тщательно изучи список идеальных черт партнера На следующее утро, освеженный временными мерами в виде алкоголя и отдыха, Венти заставляет себя взглянуть фактам в лицо: вполне возможно, причиной неудачи Сяо является его собственное нежелание заводить отношения, поскольку никто из тех, кого он встречал, не был в его вкусе. Быть может, им просто нужен более целенаправленный подход. Если бы Венти смог записать черты характера, которые нравятся Сяо в партнере, и найти кого-то с этими чертами… Он мог бы спросить самого Сяо, но тот все еще в отключке после вчерашней пьянки, а Венти не хочется поджигать квартиру, чтобы разбудить его. Он уже успел эмоционально привязаться. Раздосадованный, он расхаживает по гостиной и, основываясь на своих знания, принимается мысленно составлять список. Идеальный партнер определенно должен быть заботливым, это основа основ. Он или она должен быть верным и преданным. Должен быть хорошим слушателем со схожими увлечениями и иметь чувство юмора. По необходимости должен становиться голосом разума, но в противном случае быть спокойным и беззаботным. Должен быть терпеливым, добрым, понимающим, веселым — в идеале еще и красивым или привлекательным, но это просто бонусы; возможно, в процессе Венти начал проецировать, да и критериев уже слишком много. Подведя итог, он до нуля сокращает список кандидатов. Правда, на ум приходит один человек, однако Сяо не может же встречаться с самим собой, так? … А Сяо стал бы таким хорошим партнером. Любой был бы счастлив жить с ним и пробовать его стряпню, смешить его или получать подарки, которые он очень любит дарить. Или, если повезет, пробыть с ним достаточно долго, чтобы увидеть, как спадает его оборона. У Сяо красивая улыбка. И очень нежное сердце. Любому посчастливится познать хитросплетения его души и доказать, что он неправ, говоря, что его нелегко любить. Забавно, но Венти думает, что был бы не против этого. И теперь, когда он действительно задумался об этом… Возможно, у него уже все это есть? Оу.

***

???. Не паникуй Ничто не сравнится с ошеломленным сидением в гостиной своего подопечного в одиннадцать часов утра и получением самого большого откровения своей жизни. Ничто не сравнится с нахождением в девяти метрах от человека, в которого влюблен, и осознаванием того, что он, между прочим, твой подопечный. Ничто не сравнится с тем, как последние несколько месяцев обрушиваются на него и отключают все высшие функции мозга , оставив работать только самую гейскую клетку мозга. Венти был… ужасно слеп. ((В своих владениях он ловит сияние кристальных бабочек, чувствует, как их крылья трепещут в его ладошках, и отпускает их. Это на мгновение согревает, а затем дает чувство свободы. Теперь кристальные бабочки у него в горле, а еще одна прикреплена к цветку на берете.)) Венти идет на звук льющейся воды в ванной комнате, где только что проснувшийся бледный Сяо со спутанными после сна волосами чистит зубы. Мило, — истерично думает он, а потом выпаливает: — Сяо. Сяо, мне нужно тебе кое-что сказать. Сяо даже не удосуживается взглянуть на него. — Мм. — Не ненавидь меня за это. — Мм. Слова трепещут в горле, и ох, как же они зудят. — Ты мне нравишься, — говорит Венти, — очень сильно, — добавляет он. Этого совсем недостаточно, чтобы выразить весь масштаб его чувств, но на фоне сильной паники и крика одной гейской клетки мозга, Венти думает, что сможет уточнить позже. — Хорошо, — бормочет Сяо, — хотя как-то рановато для уроков. Венти моргает. — Это не урок. — Мм, — прополаскивая рот, мычит Сяо. Он отталкивает Венти от двери и, не проявляя никаких признаков понимания сказанного, не говоря уже о взаимности, выходит из ванной. Венти знакомо отрицание — он уже несколько месяцев отрицает. И сейчас тут не оно. А скорее легкое недопонимание, которое может перерасти в отрицание, и он испытывает непреодолимое желание пресечь это. — Сяо, ты мне нравишься, — следуя за ним на кухню, настаивает он. — Это говорит не твой купидон. — Хорошо, — Сяо зевает. Он сонно плетется к кухонному гарнитуру и принимается искать по шкафам чай, а когда не находит, его лицо медленно хмурится. — Во втором ящике слева от тебя, — автоматически говорит Венти, и Сяо с тихим довольным звуком достает чай. — Теперь будешь слушать? Я тут обнажаю тебе свое сердце. — Я слушаю, — отвечает Сяо. Он моет чашку, ставит ее на место и продолжает заниматься тем же, чем и в любое другое обычное утро, только вот сегодня оно не обычное, и он бы это знал, если бы слушал, а он этого не делает. Венти понятия не имеет, как поступить — нет, то, что он хочет сотворить, находится где-то между безумным визгом и телепортацией в «Долю ангелов», чтобы поныть о своих проблемах, но и то, и другое не вариант, поэтому он делает то, что у него получается лучше всего, и плывет по течению ветра. Это ветер, не он сам, побуждает его схватить Сяо за плечи и развернуть его. Именно ветер подталкивает его податься вперед и наклонить голову в бок. Отрицание — безжалостная спираль, — думает он и сцеловывает сон с кожи Сяо. Чайный пакетик с глухим хлопком падает на столешницу, а Сяо втягивает воздух и тает в его руках. Отстранившись, Венти немного мягко, но слегка неуверенно говорит: — Это не урок. — Не урок, — соглашается Сяо, его глаза полузакрыты и изумлены. Он словно истекает кровью в осуществившейся мечте. Венти уже собирается отпраздновать окончания своего кризиса, как тут в крышку гроба забивается гвоздь. — Не урок, а сон. Венти убежден: кто-то в божественных царствах охотится на него. Быть может, та душа, которую он обманул о ценности своего гнилого деревянного щита, а возможно, Царица после того, как он подмешал алкоголь в напитки своих коллег и напоил их. А еще он испытывает легкое чувство дежавю от того, что Сяо считает его не настоящим, это в равной степени льстит и оскорбляет, но в данный момент Венти ничего так не хочет, как задушить Сяо, а затем и себя. Если признание не работает, что Венти должен делать? Начать раздеваться? Но он не дает на первом свидании- Ты ходил с ним на кучу первых свиданий! — кричит гейская клетка мозга. О боги, ему и впрямь стоит задуматься о раздевании. Но что более важно- — Тебе снились поцелуи со мной? — изо всех сил стараясь заглушить гул своих мыслей, спрашивает Венти. Вернувшийся к приготовлению чая Сяо доливает в кружку горячую воду и вообще ведет себя как очень соблазнительная пиньята. Он говорит: — Мне снишься только ты, — где, черт возьми, уверенность, с которой он и должен флиртовать, — но сны всегда заканчиваются до того, как мы поцелуемся. Я никогда не мог выяснить, что будет дальше. Да и не пытался. Он произносит это, и Венти точно известно, в какой именно момент к нему приходит осознание. Это когда Сяо резко опускает кружку. Когда с широко раскрытыми глазами поворачивается к нему и шепчет: — Погоди. Венти настороженно отвечает: — Да. — Ты меня поцеловал. — Да. — Я… тебе нравлюсь? Странно, что этой части Сяо уделяет внимание в последнюю очередь (как будто не верил, что Венти когда-нибудь заметит его флирт), а Венти нужно многое наверстать, несколько месяцев, так что он начинает со слов: — Да, ты мне нравишься. Ты мне нравишься. Я повторю это столько раз, сколько захочешь, но тебе, наверное, сейчас нелегко. — Ох, — тупо выдает Сяо, застыв на месте, словно разрывается между погоней за надеждой и возвращением ко сну, чтобы избежать кульминации своих чувств. Очень узнаваемо. Просыпаясь каждый день, Венти делает такой же выбор, только вместо надежды ищет алкоголь. Взяв чашку Сяо, Венти заканчивает перемешивать его чай (два пакетика чая, без сахара и слишком много молока — все как он любит) и протягивает ему кружку. — Я думал, ты будешь счастлив, если твои чувства станут взаимны, — поддразнивает он. — Я не не счастлив, — опровергает Сяо. — Я просто- не ожидал, что зайду так далеко. Ну, это моя вина. Я обдумывал это сегодня утром и пришел к выводу, что ты действительно приглашал меня на свидания, только все это время я считал, что это было не в романтическом смысле. А еще то, что мы уже встречаемся, только сами об этом не знаем, поскольку оба взрослые люди, не умеющие общаться. Они не готовы говорить об этом. — С другой стороны, — вместо этого начинает Венти, — мы можем снова сходить на все эти свидания! Только на сей раз сделаем все как следует. Я даже на ужин принесу тебе одуванчиковое вино из лучшего бара-, — его голос затихает, ибо рациональность наконец-то наполняет его и недвусмысленно сообщает, что его контракт с Селестией не выполнен. — Стой. Я не могу вернуться, — с нарастающей тяжестью осознает Венти. — Я не могу вернуться, потому что ты выбрал меня, а если подопечный выбирает своего купидона, контракт не выполняется, — дело даже не в вине, ведь, если захочет, он сможет украсть его на Земле, а в ветрах, песнях, в комфортном общении с друзьями — все это остается на небесах. Именно это возвращает Сяо осознанность. — Идем со мной, у меня для тебя кое-что есть, — говорит он и тянет Венти в свою спальню, для чего… сейчас не самое лучшее время, тем не менее Венти полагает, что это и делают с человеком месяцы тоски и вынужденного воздержания. Вздыхая, Сяо продолжает: — Он сказал, что ты будешь беспокоиться об этом. — Кто «он»? — Властелин Камня. Венти замирает в дверном проеме. Какого хрена? — думает он. — Не произноси чужих имен, когда мы в спальне, — выпаливает он, вероятно, потому, что связь между его мозгом и ртом нарушилась после резкого падения от отчаяния к чертовому откровению, что два самых дорогих ему человека — из двух разных миров — откуда-то знают друг друга и поддерживают контакт. Какого хрена? Невероятным образом Венти удается звучать так, будто Вселенная трижды не ставила ему мат. Либо так, либо Сяо не волнует, что он переживает еще один Великий кризис (предсказуемо, следует схеме первого Великого кризиса), так как достает из ящика невскрытый конверт и передает его Венти. — Он сказал, что после того, как соберешься с мыслями, тебе следует прочесть это, — говорит Сяо, а затем делает паузу. — Во всяком случае, что-то в этом роде. — Можешь сказать, что он назвал меня пьяным дебоширом, все нормально, — рассеяно молвит Венти. Конверт любимого цвета Моракса, запечатан восковой печатью его Экзувии и подписан его нелепой кисточкой, потому что он так и не узнал о существовании автоматических ручек. Боже правый, это что-то серьезное. — …Вообще-то он сказал, что ты — избегающий работы позор небесной призмы. — Я должен был догадаться, — устроившись на кровати Сяо, насмехается Венти. — Посиди со мной, мне нужна твоя моральная поддержка, — когда Сяо заглатывает наживку, Венти, прислонившись к нему, наслаждается окрасившим его уши румянцем. Если Моракс действительно прислал ему эпистолярное проклятие за изгнание из Селестии, то Венти заслужил это в качестве последнего желания. Он вскрывает печать и глубоко вздыхает. — Сяо, ты не разлюбишь меня, если я стану червяком? Сяо, не раздумывая, отвечает: — Я буду каждый день кормить тебя яблоками. — Даже если это значит, что я за один присест съем все твои запасы? — Даже тогда, — не отказывает ему Сяо. Пока его глаза искренне блестят, а сам он смущенно хихикает, Венти думает, что, возможно, жить с ним на Земле будет не так уж и плохо. — Хорошо, — изгибая губы в улыбке, говорит он, — раз уж ты настаиваешь. Письмо гласит: Дорогой Барбатос, ты должен знать, что я люблю контракты. Только тонкий и строгий порядок может поддерживать управление цивилизацией, особенно когда некоторые люди оказываются невежественными и грубыми в своих начинаниях. Прости мою двусмысленность. Однако недавно я оказался на перепутье. Выбор нанес удар моей этике и в последующие дни сильно отягощал мои мысли. Я попытаюсь объяснить. Контракт между ангелами и их подопечными — простой обмен: мы даем советы за нашу свободу. Нет никаких ограничений на то, как это должно быть сделано, нет ограничений на то, в кого может влюбиться подопечный (кроме одного, который, я полагаю, вызывает у тебя беспокойство). И к своему ужасу, я обнаружил, что твой человек решил влюбиться в тебя. И перепугался я не из-за твоих многочисленных недостатков, а из-за того, что это навсегда закроет тебе доступ на небеса. Невыполненный контракт. В ту ночь в ночном клубе я заметил, что твой человек разговаривал только с тобой. Представь себе мой шок, когда я увидел, как ты возник рядом с ним, чтобы прервать попытки моего подопечного пофлиртовать. У тебя есть удивительная способность появляться там, где я меньше всего ожидаю тебя увидеть, как заражение паразитами. Вполне возможно, главным стимулом моих действий является то, что ты сумел раньше меня отыскать моему подопечному возлюбленного. Думаю, тебя порадует, что Чайльд сейчас состоит в… увлекательных отношениях с молодым человеком, к которому ты его отправил. Тебе всегда нравилось наблюдать за непредсказуемым. Итак, теперь дела обстоят так: мой долг исполнен, твой — нет, ты выполнил мой контракт, а свой — нет. Так что я нахожусь на перепутье, ведь решить эту головоломку несложно, но требуются некоторые уловки. И более внимательное прочтение пунктов наших обязанностей. Я прочел. Выбор оказался простым. Это не было прямо запрещено в наших соглашениях с Селестией, и к тому же, старый друг, чувства взвешиваются не справедливостью и контрактами, а чем-то другим, что я все еще пытаюсь найти. Буду краток: я поменял наших подопечных. Помогая Сяо найти любовь, я обретаю свободу. Помогая Чайльду найти любовь, обретаешь свободу и ты. Ты свободен, Барбатос. Иди напивайся до беспамятства или пой свои песни, пока я не услышу их отсюда. Ты волен любить, волен странствовать. Тебя уже давно ничто не останавливает. Глубоко задумался об отставке, Моракс. P.S. Хоть наша дружба и не определяется контрактными условиями, я все же ожидаю, что к рассвету на моем столе появится новый флакончик подводки для глаз в качестве платы за весь излишний стресс, вызванный тобою у меня и у моих подопечных. Выпуская вздох, который он и не подозревал, что задержал, Венти бросает письмо на прикроватную тумбочку. Разумеется, Моракс должен был вмешаться и предложить решение столь же, как и он сам, элегантное и прочное, а еще такое же простое, впрочем, Венти умеет расставлять приоритеты. Кроме того, наименее нелепая случившаяся сегодня вещь — это то, что Мораксу, чтобы провернуть это, пришлось подделать подпись Венти, и одного этого достаточно, чтобы он лопнул со смеху. — Что-то не так? — пугается Сяо. — Нет, все хорошо, — ахнув, отвечает Венти, а Сяо, на его вкус, находится слишком далеко, поэтому он тянет его вниз, пока они не ложатся на кровать, и прижимается лицом к его шее. — Выяснилось, что я смогу вернуться в Селестию. Обвив руками талию Венти, Сяо успокаивает его неловкими давно желанными поцелуями. — И что дальше? — Не знаю, — улыбается Венти, — не ожидал, что зайду так далеко, — он перекидывает ногу через бедро Сяо и любуется розовым румянцем на его щеках, когда тот плавится в его руках. Похоже, Венти теперь симп, ведь тот, кто создал его, должно быть, любил его, и на этот раз он говорит не о вине. — Вот так все будет? Собираешься повторять за мной? — взволнованно спрашивает Сяо. — Собираюсь попробовать кое-что новенькое, — пробегая по волосам Сяо пальцами, обещает Венти. Больше никаких руководств и хитроумных ходов, на сей раз… — Я научу тебя тому, как я люблю, — произносит он и намеренно понижает голос. Сяо чуть не давится от этого намека. Да, все будет замечательно.

***

Дорогой Моракс, поздравляю с ангелом года, старина! Правда, думается мне, ты украл его у меня из-под носа, поскольку Сяо должен был быть моим (хе-хе). Позволь мне отдать должное своим навыкам сватовства, хах? Мы случайно наткнулись на смотрителя геодезического музея. Он тебе понравится, он почти так же много, как и ты, болтает о камнях. Спускайся на Землю и познакомься с ним! Я даже в свободное время развлеку тебя. Уже сочиняю балладу в твою честь, Барбатос.