***
Через два часа путники, поднявшись на возвышенность, увидели огромный деревянный город, окружённый со всех сторон пятнадцатиметровой красно-белой каменной стеной. На стене не было видно ни одного человека, видимо, не было необходимости. Перед городом протекала широкая река, мост через которую вёл прямо в город. На мосту были видны многочисленные крестьянские телеги, которых перед въездом опрашивали вооруженные мушкетами или алебардами солдаты в красных кафтанах с жёлтыми узорами в форме молний. Никто из них не носил доспехи. — Ну что, идём? — спросил с опаской Сигма. — Идём, — ответила Катя. Спустившись к мосту, они встали в очередь за крестьянскими телегами. Вскоре к ним подошёл пожилой солдат с алебардой. — Кто такие? Зачем явились? — спросил стрелец, подозрительно осматривая странно одетых путников. — Мы торговцы, — начала отвечать Ира, — То есть, купцы. Из Японии. — Из Японии, значит… — задумался стрелец, потирая седую бороду. — Век живи, век учись. Уж думал я, что весь свет повидал, да ошибался. — Это новая страна, — невозмутимо продолжила врать Ира, — У нас в стране произошла революция. — Революция? Что такое? — Эээ… Ну, это, бунт. Крестьянам захотелось больше риса, вот и отвалилась Япония от другой страны. — Отвалилась? — удивился стрелец, широко раскрыв глаза, — Уж не думал я, что от страны другая страна может отвалиться… Да скорее рак на горе свистнет, чем у нашего царства такое будет, слава Перуну. А что сказал ваш бог-правитель? И от кого вы отсоединились? — Ну, это… — растерянно начала Ира, — Наша бог, он, ээ… — Ладно, — прервала Иру Катя. — У нас много дел в городе, потом расскажем. — Ну и ну, — задумчиво произнёс стрелец, — Добро пожаловать в наш славный город Гуслиград, купцы из Японии! — радостно произнёс тот, после чего пропустил путников вперёд тележек через огромные деревянные ворота. Войдя в город, они сразу увидели вокруг себя сказочные двухэтажные и трёхэтажные дома, исписанные самыми разными узорами. По улицам в основном ходил простой народ в простеньких рубахах или сарафанах, но иногда можно было встретить боярина в изящном шёлковом кафтане. Откуда-то издалека раздавалось пение. Потом путники прошли через рынок, на котором повсюду кричали зазывалы, купцы продавали хлеб, украшения, скот и ткани. Скоморохи развлекали народ, показывая различные магические трюки или просто танцуя. Вокруг царила атмосфера веселья и уюта. Путники вышли к деревянному забору, окружающему поляну размером с футбольное поле. Посреди поляны стояла высокая деревянная платформа, на котором сидел гусляр. Рядом с гусляром стояли певец в изящной разноцветной рубахе и волхв, который, вертя длинным посохом, делал громче заливной голос певца и усиливал игру гусляра. Вокруг платформы танцевало множество парней и девушек. Рейвер, который до сих пор ходил с угрюмым лицом, внезапно повеселел. — Вот это у них тут движ, — удивился Рейвер, — Посмотрите, как они флексят. Погнали к ним, а? — Нам нужно найти Мокошь, — возразила ему Катя, — У нас нет на это времени. Рейвер разочарованно вздохнул и посмотрел на танцующий народ. — Пожалуйста… — жалобно произнёс Рейвер, глядя на Катю своими покрасневшими глазами. — Ладно, — ответила Катя, — Иди, если так хочешь. Мы пока поищем, где живёт Мокошь. Встретимся на рынке. — Ты лучшая, Кейт! — ответил Рейвер, после чего радостно побежал в толпу. — Рейвер в своём репертуаре, — раздражённо сказала Ира, — Пофиг, что мы тут умереть можем, он идёт тусоваться. — Кидала, — не менее раздражённо ответил Сигма. — Ну, я бы пошёл с ним, — задумчиво произнёс Лёня, — Но не хочу бросать вас. — Да пусть идёт, — ответила Катя, скрестив руки, — А мы пока займёмся делом, найдём Мокошь, разменяем монету на рынке, купим еды и воды в поход… — Только вот где её искать… — задумалась Шура. Пока остальные рассуждали, как им найти Мокошь, Рейвер успел влиться в толпу, повторяя за местными парнями танец, напоминающий казачок, а также водя с девушками хороводы. Хотя он никогда не слушал музыку на гуслях и не интересовался традиционными танцами, для Рейвера совершенно не важно, под что танцевать — он просто хотел расслабиться и почувствовать себя счастливым.***
Три года назад. — А, припёрся, наконец, — закричал неухоженный мужчина средних лет, сидя перед телевизором с бутылкой пива, — Ты где болтался? — Я-я… — произнёс испуганно школьник, вошедший в квартиру, — Гулял с друзьями… — Гулял он с друзьями, — презрительно продолжил мужчина, — Нет бы делом занялся, Ваня. Никакого от тебя толка. Впрочем, ты всегда будешь раздолбаем. Ничего не ответив, школьник вернулся в свою комнату, после чего стал слушать музыку и смотреть в потолок, лёжа на кровати. Потом он начал делать домашнее задание, но у него ничего получалось — буквы не писались, а сосредоточиться не получалось. «Зачем я делаю это? Всё равно это никто не проверяет. Почему я вообще так парюсь?», — думал он, после чего встал со стола и вышел обратно к двери, надевая на себя куртку. — Ты куда собрался? — спросил у него отец. — Погулять, — ответил Ваня, захлопнув за собой дверь. Выйдя на заснеженную улицу, он прошёл немного вдоль пятиэтажек и полупустых улиц. В конце концов, он сел на снег возле стены какого-то здания, после чего слёзы стали сами собой наворачиваться на его глазах. Вдруг, он заметил вдалеке знакомую фигуру. Это был его одноклассник и приятель, Паров. Ваня вытер слёзы, после чего начал идти в сторону одноклассника, который в этот момент что-то закапывал в снегу. — Привет… — начал неловко Ваня. — Ааа! — испугался Паров, — Это ты, Ваня? Ты что тут делаешь? — Это я у тебя должен спрашивать, — ответил Ваня, после чего заметил ямку в земле, внутри которой что-то лежало. Он потянулся и достал оттуда что-то вроде плоской консервной банки. — Что это? — спросил у Парова Ваня. — Слушай, — начал Паров, — Пообещай, что никому об этом не расскажешь! — А что это? — Это… Это снюс. — Снюс? В смысле, наркотик?! — испуганно посмотрел на Парова Ваня. — Да тихо ты! Ну да, да… Но он безвреден, на самом деле, — начал оправдываться Паров, — Я не употребляю, честно. Ты же меня не выдашь? — Ну… Ну ладно, — ответил Ваня, — Но если ты не употребляешь, значит… — Я кладмен, — ответил Паров, — Я только закапываю и кто-то забирает, только и всего. И я за это деньги получаю. — Но ведь это незаконно, ты знаешь об этом? — Ваня был совершенно шокирован тайной своего приятеля, — И сколько ты за это получаешь? — Ну… Сначала связываюсь через даркнет, там мне говорят, куда идти и куда класть. По тысяче за каждый клад. На всяких там фестах можно так кладов десять заложить. Ваня задумался. «Как отец потерял работу, у нас вечно стало не хватать денег. Может, это мой шанс? Это неправильно, но…» — А что будет, если тебя поймают? — спросил Ваня. — Да ничего не будет, — ответил Паров, — Поговорят с тобой часик и отпустят. Ваня вновь задумался. — Слушай, — начал Ваня, — А я тоже могу стать кладменом? — А ты хочешь? — спросил удивлённо Паров. — Ну а почему бы и нет, — ухмыльнулся Ваня. — Ну что ж, — ответил Паров, — Я тебя научу. 26 февраля будет крупный концерт, будем закладывать вместе. — Погнали. Паров и Ваня пожали руки.***
Рейвер, отойдя от радостной толпы слушателей гуслярских песен, убедившись, что на него не смотрят, начал подкапывать землю под деревянным забором, окружавшим поляну. Как он и думал, под забором оказался небольшой мешочек, внутри набитый белыми цветами с тёмно-фиолетовыми зевами. «Сразу увидел, что там что-то было зарыто. Даже в другом мире, некоторые вещи не меняются.» — проговорил про себя Рейвер, взволнованно пихая мешок себе в карман.