Перунова Стрела

      Катя, Сигма, Лёня, Ира и Шура ходили по улицам города, спрашивая у окружающих, где живёт богиня Мокошь. В конце концов они вышли к единственному в городе белокаменному дому, окружённого высоким деревянным частоколом. Постучавшись в ворота, их встретил молодой парень в изящном кафтане. На вид он был на пару лет старше путников. В отличие от крестьян, которых они видели ранее, его лицо было гладко выбрито, а причёска аккуратно уложена. — Приветствую, — ответил тот, — С чем пожаловали к Его Высочеству? — Мы… — начала говорить Катя, — От Сварога. — Что ж, меня предупредили о вас, — продолжил мужчина, после чего открыл ворота и отступил в сторону, — Добро пожаловать в городскую вотчину Его Высочества богини Мокошь, покровительницы ткачества и молодых матерей. Манеры парня были крайне утончёнными и блестящими, но в его взгляде читалось высокомерие. — Ну, это мы знаем… А как зовут вас? — поинтересовалась Ира. — Этого вам, девица, ведать не обязательно. Я лишь дворский, не более, — ответил тот, пренебрежительно осматривая путников, — Ждите здесь. Через минуту он вернулся. — Богиня готова вас принять.       Путники прошли по дороге вглубь вотчины, пройдя через небольшой цветочный сад. Время от времени можно было увидеть прислугу, выполняющую хозяйственную работу. Войдя в сени, они зашли в роскошную белокаменную палату. Там, в богато украшенной гостиной, их встретила чрезвычайно высокая женщина средних лет в шёлковом красном платье, поверх которого было ещё одно, сделанное полностью из золота. На шее у неё висело ожерелье из тонкого жемчуга, а глаза светились небесным, звёздным светом. Она сидела за столом, покрытым расписной скатертью, а в руках у неё была пряжа, которую она тут же отложила. — Добро пожаловать. Садитесь, — ласковым голосом произнесла Мокошь, указывая на скамью, — Хотислав, оставь нас. И принеси нашим гостям угощение, они наверняка очень голодны. Дворский молча вышел за дверь. “Ну и имя… Неудивительно, что он не хотел нам его говорить”, — подумала Ира, ехидно улыбнувшись. — Прошёл ли ваш путь мирно, дорогие путники? — поинтересовалась Мокошь. — Ну… В принципе, нормально, — ответила Катя. — Если не учитывать то, что на нас напали энты, что нас чуть было не арестовали, то да, нормально, — одобрительно кивнула Ира. — Энты… — задумчиво произнесла Мокошь, — Кто такие? — Ходячие деревья, — пояснил Сигма. — А, эти, — рассмеялась Мокошь, — Да, они иногда у нас буянят. Путники всегда думают, что всё, что движется, пытается их убить, это так забавно! — То есть, они не опасные… — удивилась Шура. — Опасны они только для тех, кто не ведает, как с ними справляться. И как же вы спаслись? — Ну, у меня откры… — начала Катя, но почувствовала, что её под скамьёй пинает Шура, — Нам очень повезло. Мы убежали. — Вот как, — ответила Мокошь. В комнату вошёл Хотислав вместе с другими слугами, поставив на стол самые разные угощения, мясо, хлеб и овощи. — Хотите икры? — спросил у путников дворский. — Хочу, — радостно ответил Лёня, — Обалдеть, у вас тут даже чёрная есть! И это всё бесплатно? — В нашем мире с гостей платы не берут, — ответил Хотислав, посмотрев на Лёню, как на идиота. Путники и Мокошь приступили к еде, а дворский и слуги тихо ушли, закрыв за со собой дверь. — Вам мир… — продолжила богиня, — Кажется мне таким чудным, интересным местом. Никто не знает о вашем мире столько, сколько о нём знаю я. Железными крыльями самолётов вы исследовали весь свет, а на автомобилях вы его изъездили и заполонили городами миллионниками. Настоящее чудо, что вы способны на всё это, совсем не владея магией. — Виктор Корнеплод говорил нам, что когда путники приходят в ваш мир, они вскоре открывают в себе магические способности, — начал рассуждать Сигма, — А ещё то, что путники могут одолеть самого Перуна. — Да, это так, — ответила Богиня, — Всю жизнь сидя в ваших сердцах, чары усиливаются и вырываются наружу. Обычный смертный из нашего мира гораздо слабее вас. Опытный колдун ветра, чтобы снести ветром небольшое дерево, должен колдовать годами, носить зачарованную одежду и посох, сделанный мастером. Путник же, взял с земли несуразную палку и набравшись смелости, может снести и избу. Именно поэтому вас боятся даже боги. Путники задумались над её словами. — Значит, мы сильнее богов? — восторженно спросил Лёня. — Ишь куда замахнулся! — рассмеялась Мокошь и тут же сменила тон с весёлого на порицающий, — Не гневи богов, смертный мальчик. Лёне стало не по себе и он отвернулся. — А откуда вы столько знаете про путников? — спросила Катя, переводя тему. — Я живу уже больше двух столетий, — продолжила Мокошь ласковым тоном, — Я общалась со многими путниками, собирала их записки, книги и учила язык. Давайте я вам покажу кое-что.       Мокошь встала со стола, взяла в руку деревянную палочку и подошла к большому шкафу, в котором стояли берестяные книги в кожаных переплётах. Помахав немного палкой, она направила её на шкаф и тот начал поворачиваться другой стороной. На полке показались более современные, бумажные книги. Их было немного и все обложки выглядели потрёпанными и старомодными. На полках также лежали фотографии, некоторые из которых были цветными. — Я очень люблю книгу “Роман война и мир” Толстого, — восхищённо сказала Мокошь, сделав ударение в слове “роман” и фамилии писателя на первый слог, — Уйма мыслей разумных да людей интересных, токмо читать непросто, ибо чуден ваш язык, да сложен. — А мне и на родном языке было лень её читать, — стыдливо сказал Лёня. Остальные тоже подтвердили, что не читали книгу, хотя она и была у них в школьной программе. Мокошь села обратно за стол. — Накушались, дорогие гости? — спросила богиня. — Да, спасибо большое, — ответил Лёня. — Ну и хорошо. Тогда вот что — путь у вас был и будет непростой, так что сходите в баню, да оденьтесь по-нашему, чтобы богатыри вам вопросов лишних не задавали. — Спасибо, — ответила Катя. — Эм… — тихо сказала Шура, — С нами есть ещё один парень… Он просто ушёл на праздник, мы должны его встретить. — Да ну его, — ответил Сигма, — Он там будет до вечера тусить. Давайте лучше сходим в баню. Я устал. — Но… Ночью же будет темно… Как мы найдём дорогу до рынка? И вдруг он в опасности? — В принципе, у нас есть телефоны, — ответила Катя, — Ничего страшного. — Я могу послать за ним дворского, — предложила Мокошь, — А вы пока сходите в баню, отдохните, переоденьтесь. — Но… — тихо ответила Шура, собираясь возразить, но передумала, — Ладно. — Значит, идём в баню, а Рейвер к нам присоединится, когда станет тепло, — радостно сказал Лёня.

***

Дворский Хотислав шёл по вечереющим улицам города, сглаживая неровности в тропе своими земляными чарами. “Свиньи… Могли бы не ездить по городу на своих развалюхах и подумать о других”, — сердился он про себя, ругая извозчиков. В конце концов, он дошёл до рынка, и, увидев необычно одетого парня, направился к нему. — Вас зовут… Ээ… Рейвером? — спросил дворский у парня. Парень медленно повернулся к нему, странно улыбаясь, после чего резко дёрнулся в сторону. Вид у него был потрёпанный, а глаза смотрели в никуда. — Ёмазай! Откуда ты знаешь про меня? — спросил тот, дико смотря на дворского. — Меня послала Его Высочество богиня Мокошь от имени ваших друзей. — Друзья? — задумался Рейвер, агрессивно покачивая головой, — Что такое “друзья”? Хотислав почувствовал неладное. — Просто идём со мной, — строго добавил он. — Нет, никуда я с тобой не пойду, — громко ответил ему Рейвер, после чего перешёл на жуткий крик, привлекая внимание прохожих, — Никуда я с тобой не пойду, ты слышишь! Я тебя не боюсь! Я вообще ничего не боюсь! Рейвер, стиснув зубы и трясясь, взял с земли палку, после чего начал агрессивно размахивать ей по кругу. Вокруг него стал раздаваться оглушительный свист, после чего он направил палку на дворского. Шквал ветра обрушился на Хотислава, сбивая его с ног и разрушая прилавок позади него. На рынке поднялась паника.