Making memories and losing them

      

«СОЗДАВАЯ ВОСПОМИНАНИЯ И ТЕРЯЯ ИХ»

      Потеря памяти — это не весело, заключила Маринетт. Она очнулась в странном месте с незнакомцем, не зная собственного имени, и это по меньшей мере ее ужаснуло.       Сейчас она чувствовала себя немного лучше. Оказалось, что незнакомец — не такой уж и незнакомец, а по факту — ее парень.       В конце концов, почему же еще в ее телефоне есть номер Адриана и полно его фотографий, а в ней самой — ноющее чувство о том, что она в него влюблена? Она могла забыть все о своей собственной жизни, себе самой, но не могла забыть то, что она к нему чувствовала. Это было что-то совершенно ясное.       В довершении всего, Адриан был ее партнером-супергероем и они убегали от суперзлодея, пытаясь сложить два плюс два и в тоже время не погибнуть.       Маленькие летающие существа, которые отправились на задание с ними, не особо помогали, потому что также не могли вспомнить, кто они и по какой причине они там.       Они потратили часы, пытаясь перехитрить злодея, и сейчас, уставшие, умудрились спрятаться в кладовке, не опасаясь преследования. Даже нашли немного еды на кухне в офисе и перекусили, потому Маринетт считала, что все не так уж и плохо. Но сейчас маленькие друзья покинули их, отправившись на поиски новых зацепок и еды. Маринетт осталась наедине с Адрианом.       — Как думаешь, как долго мы вместе? — спросил он.       Они сидели на полу, прислонившись к стене. Единственный свет, проходящий через щель над дверью, едва позволял им разглядеть друг друга в темноте.       Потому Маринетт почти не волновалась о том, что Адриан заметит, как она покраснела. Мысль, что у нее есть парень, особенно выглядящий как супермодель, с одной стороны, казалась немного сюрреалистичной. А с другой, Маринетт и саму себя не помнила супергероем. Очевидно, что ее жизнь была далека от обычной.       — Понятия не имею, — ответила она честно.       Она чувствовала себя в безопасности рядом с Адрианом и с полной уверенностью доверяла ему свою жизнь. Но это также можно объяснить тем, что они были напарниками. Да, там, на поверхности, она всегда чувствовала, что любит его, но не могла подтвердить эти чувства чем-то конкретным, кроме тех вещей, что навели на эту мысль.              — Странно, я даже не помню, как это — целовать тебя, — усмехнулся Адриан.       Это странно, да. Но по какой-то причине Маринетт ощущала себя очень комфортно рядом с ним после того, как прошло первоначальное удивление. Возможно, так и было на самом деле в их отношениях, даже если они оба их не помнили.              — Мы всегда можем освежить наши воспоминания, — улыбнулась она в темноте. — У нас сейчас нет ничего срочного, пока ждем.       Рука Адриана первой нашла ее руку, отчего Маринетт дернулась. До этого, когда они убегали и он держал ее за руку, чтобы не потерять, все было иначе. А сейчас его намерение ощущалось совсем иным, отчего в ее животе словно запорхали бабочки. Она повернулась к нему и придвинулась ближе, прижавшись к его бедру своим.              — Я знаю, что люблю тебя всем своим существом. Даже страх за собственную жизнь не может отвлечь меня от того, как это здорово, что ты рядом со мной, и думая о всех тех вещах, что я хотел бы сделать с тобой, — сказал он.       Когда Маринетт дотронулась до его щеки, та стала теплой от прикосновения. Конечно, несмотря на их совместную историю, сейчас это ощущалось совсем по-новому. Он наклонился, и она почувствовала его дыхание на своих губах.              — Покажи мне, — прошептала она.       Их губы соприкоснулись медленно, неуверенно. Это не ощущалось знакомым, ну конечно же нет. Но это определенно было приятно, отчего Маринетт стала целовать его сильнее, запустив руку в его волосы.       Это было восхитительно. Как что-то такое простое, как поцелуй, может вызвать в ней настолько сильную реакцию? Она чувствовала, как ее пульс участился в ответ на прикосновения его губ, и даже больше: когда он играючи прикусил ее нижнюю губу, она приоткрыла рот. Больше тепла, больше касаний, больше наслаждения, которое заставило их обоих застонать.       Они целовались, пока Маринетт не почувствовала головокружение, и затем, как только она оторвалась, судорожно глотая воздух, губы Адриана спустились вниз к ее шее, заставив Маринетт дрожать в его руках.       — Дай мне кое-что попробовать, сказала она, пытаясь отыскать удобную позу.       Сидеть боком было не особо удобно. Было бы гораздо лучше, если бы они оказались лицом к лицу. Достаточно ли она смелая, чтобы просто сесть к нему на колени?       Маринетт перебросила ногу через колени Адриана и сразу осознала, что это была хорошая идея. Исключая то, что она не хотела, чтобы он чувствовал себя неловко.        — Так подойдет? — спросила она.       Адриан снова стал целовать ее шею, и это было божественно. Вместо ответа он просто притянул ее вплотную к себе. Теперь их касания не ограничивались только губами — Маринетт остро ощущала его всего.       Отпустив волосы Адриана, Маринетт переместила руки на его грудь, восхищаясь, насколько твердыми были его мускулы под футболкой. В ее голове замелькали непрошенные картинки с Адрианом без футболки.       То, насколько близко он был, даже не давало ей чувствовать себя смущенной, только пробуждало любопытство. Он снова стал целовать ее в губы, отчего у Маринетт закружилась голова. Ее тело пьянело от энергии, которую она не могла объяснить. Неожиданно, искра желания пробежала между ее ног. Это ее ошеломило.       Когда она поерзала, пытаясь найти облегчить свое состояние, то почувствовала, как о нее потерлось что-то твердое. Она остановилась. Часть нее знало, что это было. Маринетт могла не помнить свое имя, но точно знала о реакции человеческого тела.       Оторвавшись друг от друга с тяжелым дыханием, они остановились, поняв друг друга без слов.       — Как думаешь, мы?..              Ему не нужно было произносить это вслух. Они были парой. И сильно влюблены. И очевидно, между ними витала такая химия, что после поцелуя подобные выводы напрашивались сами. Естественно, возникал закономерный вопрос.              — Может быть. Недавно я нашла презерватив в моей сумочке.       Маринетт искала любые зацепки для их миссии, что угодно. Вместо этого она нашла потенциальную улику их отношений, которую не посмела озвучить до этого момента.              — Проклятье. Это действительно не честно, что я и этого не помню, - пробормотал Адриан.       Маринетт согласилась: секс с ним сто процентов был бы замечательным.       Как и до этого, именно Маринетт предложила, что они могли бы пойти дальше. Быстрый секс в кладовке не звучал особо романтично. Но она довольно быстро завелась от его поцелуев и хотела большего.              — Знаешь, мы ведь можем и не выбраться отсюда живыми, — сказала она, потянувшись за квадратиком в фольге.              — Ты предлагаешь извлечь из этого максимум, пока мы вместе? — спросил Адриан голосом, хриплым от желания.              — Именно это я и предлагаю.       Если бы Маринетт могла выбрать, как провести последние часы своей жизни, то была бы в объятьях своего парня, удовлетворяя свои потребности. Это звучало как отличная возможность. Но если они все-таки выберутся отсюда, то разумнее будет предохраняться.       Положив презерватив рядом, она вернулась к поцелую, уже не волнуясь о том, что он будет слишком напористым. Они ненасытно целовались, пока их руки бродили друг по другу. Адриан сжал ее ягодицы, побуждая Маринетт потереться о него, и этого было достаточно, чтобы она увидела звезды. Маринетт так сильно хотела его!       Потянув Адриана за футболку, она заставила его ее снять. Хотя Маринетт и не могла четко его видеть, под пальцами ощущалась его теплая кожа, и этого было достаточно, чтобы ее рот наполнился слюной от желания.              — Хотел бы я иметь возможность медленно раздевать и покрывать тебя поцелуями с головы до пят, — простонал Адриан ей в шею после того, как Маринетт начала двигаться на его коленях. — Иметь возможность провести в кровати целый день, только мы вдвоем, — добавил он, и она почувствовала его улыбку.              — Я тоже, - застонала Маринетт, когда он задел ее особо чувствительную точку.       Но они оба знали, что у них не так много времени и нужно использовать его по максимуму. Поэтому Маринетт сняла джинсы и трусики, пока Адриан расстёгивал брюки и надевал презерватив.       Когда она вернулась к нему на колени, он коснулся ее обнаженной кожи, от чего по телу пробежали мурашки. Она потерлась о него, показывая, какая она влажная, затем придвинулась бедрами ближе, и он проскользнул в нее без особых усилий.       Это было ошеломляюще, хотя и немного неприятно, заставляя ее задаться вопросом, а не переоценили ли они ситуацию, так ли далеко на самом деле они продвинулись в отношениях.       — Боже мой, — простонал Адриан.       Маринетт замерла, пока он был в ней полностью. Он прижал ее к себе, нежно целуя, как если бы почувствовал, что ей нужна минутка, чтобы привыкнуть, и она это оценила.       Что ж, они зашли достаточно далеко, это теперь только зря потратят время, если не доведут дело до конца. Даже если у них с Адрианом не было секса до этого, Маринетт почему-то была уверена, что они намеревались это сделать. В конце концов, зачем отказывать себе в этом восхитительном ощущении?       Наконец привыкнув к тому, как он заполнял ее внутри, она задвигалась. Она знала, что ему будет приятно, потому как он цеплялся за нее и тяжело дышал ей на ухо. Но очень скоро возбуждение начало поглощать и ее с каждым моментом, когда их тела двигались в унисон, заставляя Маринетт хватать ртом воздух и двигаться быстрее.       — Адриан… — простонала Маринетт, все еще осознавая, что нужно быть тихой. Но она зашла уже достаточно далеко, чтобы потеряться в нем.       Его губы нашли ее во влажном поцелуе, и они оба решительно двигались, преследуя то ощущение, пытаясь настигнуть его. И это случилось — ее тело замерло от удовольствия, пронзившего насквозь, заставляя ее сжиматься вокруг него.       Его руки обхватили ее ягодицы, немного приподнимая, чтобы толкнуться еще раз, два, пока он не погрузился в нее глубже и не застонал. Он прижался губами к ее шее, заглушая этот стон.       Маринетт хотела бы, чтобы у них было больше времени. Чтобы это была не просто поспешная связь, пока они скрывались. Потому что ее сердце было переполнено до краев, и она хотела показать Адриану, как сильно она его любит и хочет. Больше… Если бы у них было больше всего этого.       Но они быстро пришли в себя, когда Маринетт с него слезла. Пока она одевалась, он избавился от презерватива. Она услышала, как он застегнул ширинку, поднялся на ноги и затем встал возле нее.        Неловкости между ними не было. Адриан просто притянул ее в свои крепкие объятия и ее голова легла на его все еще обнаженную грудь.       — Я люблю тебя, прошептал он. — Это было потрясающе.              — Да, — согласилась Маринетт, устало улыбаясь.       Подняв голову, она обвила его шею рукой, чтобы притянуть его ближе и поцеловать.       — Я тоже тебя люблю.       Внезапно неподалеку раздался громкий глухой удар, положив конец их небольшой передышке. Адриан как раз надевал футболку, когда двое летающих существ вернулись - с хорошими и плохими новостями.