Сердцеедка

      Капитан Пушечное Ядро готовилась к какой-то экспедиции. Вэйн постоянно натыкался то на неё, то на её команду, пока шёл через рынок и верфь к своему кораблю. Они закупали вполне стандартный набор для выживания в открытом море, пополняли запасы и в этом не было бы ничего странного, если бы не… Водолазный колокол. Матросы «Сердцееда» дружно тащили большой железный купол вместе со всеми тросами и грузами через весь порт, с задорными криками и хохотом. А в это время их капитан вместе со своей первой помощницей что-то выбирала на прилавке с награбленным барахлом из Индии.       Вэйн достал из кармана небольшую подзорную трубу, которую всегда носил с собой, и взглянул на Деламар. Она присматривалась к золотым серьгам, украшенными топазами, советовалась с Мэри Рид, но, что странно, не пыталась примерить их на себя. Кажется… она покупала их для кого-то другого? Наверное, стоило бы подойти и разузнать, в какую авантюру она снова собирается влезть и где её, в случае чего, искать.       Пират ещё несколько секунд полюбовался тем, как свет играет в волосах девушки, но вскоре его обзор загородила чья-то смуглая и очень сердитая физиономия. Вэйн опустил трубу и понял, что его слежку заметил Китс, даже на таком приличном во всех смыслах расстоянии. Навигатор «Сердцееда» нахмурился и скрестил руки на груди, загородив собой Деламар и всем своим видом выражая презрение к пирату. Неужели он считал, что чем-то лучше Вэйна? Этот английский хлыщ с моноклем на цепочке думал, что сможет составить конкуренцию ему, самому лихому и безжалостному из ныне живущих корсаров?       Вэйн расхохотался: как же легко он заводит себе новых соперников в последнее время! В других обстоятельствах пират вызвал бы Китса на дуэль, как полагается джентльмену, или просто затеял бы с ним драку, чтобы поставить щенка на место… Но Деламар, кажется, дорожила своим навигатором. Так что придётся держать себя в руках, чтобы не расстроить леди Немезиду. Китс даже не понимал, насколько ему повезло с выбором капитана.       Послав последнюю наглую ухмылку сторожевому навигатору, Вэйн поднялся на мостик и свистнул боцману, одним жестом приказывая поднять якорь. «Рейнджер» уже был готов к отплытию — ему предстояла увлекательная игра в кошки-мышки с испанским линеалом. Неровен час, испанцы подумают, что Чарльз Вэйн протянул ноги и море снова стало безопасным! Ну нет, это опасное заблуждение!       Проплывая мимо «Сердцееда», «Рейнджер» дал прощальный залп, и бедовая команда брига едва не грохнула водолазный колокол в гавань Порт-Рояла. Мэри Рид тут же накинулась на матросов с витиеватыми проклятиями, а Деламар обернулась, чтобы отсалютовать Вэйну треуголкой. Что ж, можно считать за хорошее напутствие.

***

      После отплытия прошло несколько недель. За это время «Рейнджер» успел достигнуть берегов Южной Америки, разодрать в щепки испанский линеал, награбить добычу, напугать выживших моряков до поседевших волос и скрыться, пока блистательная Королевская Армада не послала ему вослед благодарственную экспедицию. Вернее, послать-то послали, но на середине погони на испанцев налетел ураган. Даже сама стихия сражалась на стороне Вэйна.       Боевой дух команды был на высоте, даже несмотря на небольшие повреждения, который получил корабль. Неделька ремонта в Порт-Рояле — и «Рейнджер» снова рвался бороздить моря. — Капитан, смотрите, в гавань заходит «Сердцеед»! — Шварц тронул капитана за плечо. Обычно пиратский экипаж вёл себя как банда сплетников и едва сдерживал многозначительные смешки, когда речь заходила о Деламар и её команде… Но сейчас в тоне первого помощника не было ни намёка на улыбку.       Вэйн обернулся и понял, что дело дрянь. «Сердцеед» не заходил в порт, а, скорее, заползал на последнем издыхании. Да и назвать его кораблём язык уже не поворачивался: бриг был весь побитый, словно побывал в жерновах стихии. Кажется, ему даже пришлось бороться с пожаром на палубе. Просто чудо, что он вообще дотянул до Порт-Рояла, а не развалился на полпути.       Во имя трезубца Нептуна, во что Деламар угодила на этот раз?!       Вэйна так и тянуло сорваться с места и встретить «Сердцеед» у причала, но это явно не подобало его статусу и тому свирепому образу, который он себе создал. Никогда ещё он не попадал в ловушку собственной репутации… Поэтому пират ждал на своём «Рейнджере», сжав подзорную трубу до побелевших костяшек. Шварц быстро понял, что капитан вот-вот сорвётся с цепи, и крикнул боцману, чтобы он срочно вытаскивал матросов из кабаков и готовил корабль к немедленному отплытию.       Едва «Сердцеед» бросил якорь, как с него сошли — или, точнее, даже сбежали — две знакомых фигуры. Мэри Рид и Эрик Китс быстрым шагом приближались точно к «Рейнджеру», следом бросился ещё один член их команды, прихватив с собой сумку с какими-то инструментами. Вэйн подошёл к сходням. Чтобы не выдать своего напряжения, пират сложил руки за спиной и хмуро взглянул на приблизившихся «Сердцеедов». — Капитан Вэйн! Мы бы хотели попросить… — начала Рид и осеклась, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и подобрать верные слова. — Корделия в опасности! — перебил её Китс и поднял руку, в которой держал какую-то бумагу. Взгляд у юноши горел решимостью пополам с тревогой. Вероятно, только угроза жизни Деламар смогла заставить его перешагнуть собственную гордость и обратиться к тому, кого он считал своим заклятым врагом. — Нам нужна твоя помощь!       Вэйн выжидающе взглянул на Рид, и она наконец внятно объяснила: — Сначала мы встретили корабль Королевского Флота и вступили с ним в сражение. А затем нас обоих накрыл шторм, который затем превратился в ураган. Капитана Деламар смыло за борт… — Она ещё может быть жива и мы можем её спасти, если поторопимся! Я проследил направление урагана и определил примерную область поисков, но нам нужно твоё судно!       В любом другом случае Вэйн точно бы прострелил что-нибудь важное тому наглецу, который посмел говорить с ним в таком тоне. Но сейчас на кону стояла жизнь Деламар и тратить время на перебранки было слишком большой роскошью. Вэйн скрипнул зубами, понимая, что ему придётся поступиться репутацией безжалостного пирата, но кивнул «Сердцеедам». — Поднимайтесь на борт, но помните одно: я здесь капитан и вы будете подчиняться мне.       Китс нахмурился, но согласился, с усилием проглотив что-то — вероятно, свою ненависть к нему. Они взошли на борт «Рейнджера». Третьим гостем оказался Красный Ланцет, судовой врач. Это было только в плюс — собственный доктор Вэйна остался на берегу, подравшись с кем-то во время пьяного дебоша в таверне и сломав руку. Безмозглый брехливый пёс, давно пора было его выгнать или даже оставить на каком-нибудь острове за тягу к спиртному и дешёвым девкам.       Перед отплытием Вэйн нацарапал записку своему знакомому трактирщику с просьбой объявить остальным пиратским капитанам от его имени: кто найдёт Корделию Деламар, тот получит награду. Идеальная возможность направить страсть корсаров к деньгам в благое русло.       «Рейнджер» отдал швартовы, поднял якорь и на всех парусах помчался навстречу горизонту и закатному солнцу.       Искать Деламар в темноте было безумием. Но какие ещё варианты у них оставались? Моряки, перегнувшись через борт, напряжённо высматривали в сумерках любые обломки, которые могли навести на след, а Китс терпеливо и спокойно объяснял Вэйну насчёт скорости течений. Хотя между ними висело почти осязаемое напряжение, пират не мог не признать, что знания англичанина, полученные в школах, академиях или где там он вообще учился, могли помочь в поисках. Но вслух он этого, конечно, ни за что не сказал бы.       Рид кидала на мужчин тревожные взгляды, так и ожидая, что они вот-вот вцепятся друг другу в глотки. Но при этом она не вмешивалась в разговор и оставалась в стороне. Её занимали собственные мысли, и Вэйн готов был поставить свои пистолеты, что она винила себя в произошедшем. Судя по военной выправке, Рид имела за плечами опыт службы во Флоте (одному морскому чёрту известно, как так вообще вышло и кто принял бабу на корабль!), и пират чувствовал в ней офицера. Среди корсаров было много бывших военных, разочаровавшихся в службе. Он сам был одним из них.       Ночные поиски ничего не принесли. Только после того, как на горизонте занялась заря, матросы на левом борту заметили плавающие на волнах обломки. Конечно, это мог оказаться обычный мусор от любого другого корабля, но Рид вцепилась в эту находку, как утопающий в соломинку. Дескать, интуиция ей говорит, что Деламар недалеко. Усталый и потому раздражённый Вэйн едва удержался от того, чтобы высказаться насчёт бабской интуиции.       Китс прикинул и подтвердил, что находка укладывается в курс течения — на том и решили. Ещё через час обломков стало больше, и тогда каждый уверился, что они на верном пути. Однако ситуацию осложнял поднявшийся туман.       Вэйн так сильно вглядывался в водную гладь с помощью подзорной трубы, что перед глазами всё расплывалось. Нервозность Рид передалась и ему, хотя кому как не капитану следовало сохранять невозмутимый вид. Но в голову то и дело приходила мысль: а что, если он не найдёт её? Что, если они опоздают? С момента крушения прошло больше суток, если Деламар была ранена, то она не протянула бы столько времени без помощи. Не говоря уже о том, что на открытой воде легко получить переохлаждение, а подходящей суши рядом могло и не найтись. Даже самый заядлый оптимист не назвал бы её шансы на выживание высокими.       … Если Корделия умрёт, он так никогда и не скажет ей, что она его любимый заклятый враг. — Человек за бортом! Это женщина! Возможно, Деламар!       Короткий свист вперёдсмотрящего и его крик словно пробудили всю команду, мигом сняв усталость, сонливость и отчаяние. Рид и Китс бросились к правому борту, чуть не перевалившись за него. Вэйн мгновенно обернулся в ту сторону и заметил побитую рыбацкую лодку, в которой лежала измождённая девушка. — Право руля! Зарифить паруса! — скомандовал Вэйн, и матросы взлетели по снастям. «Рейнджер» круто повернул направо, приближаясь к Деламар насколько это было возможно и безопасно. Шварц приказал готовить шлюпку, но капитан не мог ждать, пока его подчинённые разберутся с тросами и спустят её на воду. — Ну-ка, подержи, — пират всунул стоящему рядом Китсу своё оружие, плащ и шляпу. Англичанин скривился, будто ему дали в руки мешок с навозом, но ничего не сказал и послушно перехватил вещи поудобнее.       Только идиот или безрассудный храбрец мог прыгнуть в ледяную воду, ещё не успевшую нагреться после ночи, не дожидаясь шлюпки. Вэйн не решил, кем ему следует себя считать. Он не размышлял, а действовал. От удара о воду едва не потерял ориентацию в пространстве, но быстро вынырнул и погрёб в сторону лодки Деламар. — Капитан за бортом! — раздалось со стороны его корабля. Команда не подвела, оставалось надеяться, что они пользуются не только глазами, но и руками тоже.       Пират направился к Деламар, достигнув её за какие-то пару минут, и перелез через борт лодки. В корпусе зияло несколько дыр и, если бы море не было таким спокойным, эта посудина давно бы пошла ко дну.       Вэйн отбросил со своего лица мокрые пряди волос и склонился над Корделией. Девушка казалась измождённой, на лице виднелась запёкшаяся кровь. Одежда была изорвана в нескольких местах, а её лоскуты образовывали что-то вроде грязной повязки на животе. Дело плохо… Если её не прикончила потеря крови, то запросто может добить инфекция. Она вообще жива? Первым делом Вэйн коснулся шеи Деламар, чтобы проверить её ритм сердца.       Слабый. Но всё же он есть. — Она ранена, но жива! — крикнул Вэйн, обернувшись к «Рейнджеру». — Спустите уже чёртову шлюпку!       Деламар повернула голову на звук его голоса, и её веки задрожали. — Вэйн?.. Ты здесь тоже? Значит, Флот… всё же поймал тебя, — прошептала она едва слышно сухими губами.       Кажется, у неё бред. Лишь бы не было заражения… Вэйну казалось, будто Деламар ускользала от него, как песок сквозь пальцы. Важный ему человек оказался на грани жизни и смерти, а он снова бессилен перед лицом судьбы и может лишь… молиться? Мысль настолько же абсурдная, насколько и отчаянная. Бог не станет слушать отпетого головореза, но кого ещё просить о помощи? Дьявола? В обмен на столько душ, которые Вэйн загубил, он мог бы вернуть ему одну-единственную? — Не неси чушь, капитан Большие Проблемы. Как будто флотские псы могут меня поймать, — усмехнулся пират назло всем бедам. Сейчас жизнь или смерть Деламар зависят от него, и будь он проклят, если не сделает всё возможное и невозможное, чтобы спасти её. — Держись. Я позабочусь о тебе. Море с тобой ещё не закончило, и я тоже. Ты должна мне реванш, так что даже не вздумай умирать.       С новыми силами Вэйн, вооружившись обломком весла, поплыл обратно. Корделия вцепилась мёртвой хваткой в его запястье и бормотала что-то о снах.       Команда «Рейнджера» наконец плюхнула шлюпку на воду. В ней уже находились Рид, Китс и Ланцет, которым пират и передал полубессознательное тело Корделии. Едва он сам перелез следом, как моряки начали их поднимать с помощью лебёдки. Вода текла с него ручьём, во рту стоял вкус водорослей, а тело начала пробивать дрожь, но всё, что волновало Вэйна, было состояние Деламар. И когда он успел стать таким чувствительным? — Несите её в мою каюту! Только аккуратно, шавки подзаборные! — приказал Вэйн, когда они вновь оказались на борту «Рейнджера».       Красный Ланцет начал командовать моряками, как лучше перенести бессознательную Деламар с учётом её ранения. Он был в своей стихии, и Вэйн даже не думал ему мешать. Как капитан он сделал всё возможное, теперь дело осталось за врачом. И Богом. Или Дьяволом.       Суматошный Китс не вытерпел, бросил вещи пирата на ближайший ящик и хотел последовать за Ланцетом внутрь, но Вэйн остановил его, положив руку на плечо. — Не мешай ему, мы там не нужны. Или у тебя, навигатор, есть настоящий медицинский опыт? Кроме затёртых книжек? — Это ты там не нужен, а мои знания могут ему пригодиться! — огрызнулся англичанин. Вэйн нахмурился, готовый наконец дать выход своей ярости и поставить его на место, но в разговор вмешалась Рид. — Да угомонитесь вы оба! На кону жизнь Деламар, а вы ругаетесь, как старые супруги!       Все присутствующие, включая экипаж, ошарашенно обернулись на голос Мэри Рид, которая выглядела так, будто готова засунуть им обоим якорь туда, куда не светит солнце. Мужчины напоследок обменялись неприязненными взглядами, но разошлись в разные стороны.       Не желая терять время, Вэйн отдал приказ разворачивать корабль в сторону Порт-Рояла. Чем скорее они туда прибудут, тем лучше… Главное, продержаться ещё немного и не выбросить этого английского зазнайку за борт. Шварц встал у руля, боцман наорал на экипаж и «Рейнджер» охватила привычная суета, будто в его капитанской каюте вовсе не лежит умирающая Деламар.       Дрожь прошла по телу Вэйна, когда повеял мягкий утренний бриз. Проклятье, он же ещё не переоделся в сухую одежду… Так недолго простудиться и стать вторым пациентом Ланцета.       Пока он переодевался в простую одежду, вроде которой носили его моряки, Ланцет закончил с первичным осмотром и вышел из каюты. Лицо его было обеспокоенным, но не печальным. Пират решил, что это, скорее, хороший знак. — Ну, что скажешь? — нетерпеливо начала Рид. — Состояние… плохое. — Это мы и без тебя знали, — хмыкнул Вэйн, но его кулаки сжались сами собой. — Лучше скажи, ты можешь ей помочь?       Ланцет секунду подумал, собираясь с духом, и кивнул. В его глазах загорелся огонёк решимости, который возвращал надежду. — Нужно провести операцию, очистить и зашить рану. Мне понадобится ассистент. — Я могу помочь, — тут же вызвался Китс. — В академии я изучал анатомию и проходил курсы первой помощи.       Он бросил прожигающий взгляд на пирата, но тот смотрел только на врача, ожидая его решения. Ланцет принял предложение, и Вэйн кивнул в знак того, что не собирается вмешиваться. Если лекарь считает, что так будет лучше, то Вэйн как-нибудь сладит со своей неприязнью к Китсу… Хотя бы временно.       Операция длилась долго. По ощущениям Вэйна, бесконечно. Он невольно прислушивался, пытаясь уловить хоть малейший звук из своей каюты, но понимал, что никакого успокоения это не принесёт. Ожидание было худшей пыткой. Он не мог просто сидеть и ждать итога, который зависел не от него. Впрочем, Рид тоже было нелегко — она стояла напротив дверей, не отходя ни на шаг.       Вэйн вздохнул и провёл ладонью по лицу. Глаза слипались, усталость после бессонной ночи вновь брала верх. Но он не мог позволить себе отдохнуть, не сейчас. К тому же, как подумалось ему спустя секунду, капитан Пушечное Ядро заняла его кровать. Сначала каюта, затем кровать… Когда-нибудь он ей это припомнит и потребует реванша за всё.       До Порт-Рояла оставалось ещё несколько часов пути. Палящее солнце давно забралось высоко в небо, но Вэйн потерялся где-то в промежутке между «сегодня» и «завтра». — Я сделал что мог, теперь всё зависит только от неё самой, — послышался голос Ланцета. На его белой рубашке виднелись кровавые пятна, которые заставили Рид поёжиться. Пираты привыкли к виду крови, но проливать чужую гораздо проще, чем видеть кровь того, кто тебе дорог.       Мэри Рид осталась сидеть со своим капитаном. Вэйну удалось лишь на секунду заглянуть внутрь и увидеть бледную, как простынь, Деламар с глубоко залёгшими тенями на лице. Она мало чем отличалась от мертвеца и совсем не напоминала ту жизнерадостную и дерзкую девчонку, которая огрызалась при каждой встрече. Однако Ланцет и Китс были уверены, что она поправится.       Если бы Вэйн считал себя достойным человеком, он бы всё же помолился. Но вряд ли Господь станет слушать молитву такого грешника и убийцы, как он. Слишком долго пират сеял в мире боль и горе, и теперь настала очередь пожинать плоды… Кажется, он становится слишком суеверным, как другие моряки.

***

      Во рту словно пустыня. Ужасно хотелось пить. Язык высох, а вместо слюны была пена. Деламар казалось, что она может разом осушить целую бочку, да что там, целое море!       Она попробовала пошевелиться и поняла, что лежит не на песке и не на голых деревянных досках, а на вполне себе мягкой широкой кровати, укрытая тяжёлым одеялом. Выходит, всё произошедшее — сражение, кораблекрушение, необитаемый остров, старая лодка посреди океана — было сном?       Корделия осторожно приоткрыла глаза, чтобы увидеть нечёткие очертания чужой капитанской каюты. Насколько можно было судить, она была обставлена с вызывающей роскошью, но небезвкусно. Почему-то больше прочих привлекала внимание красная портьера с золотой вышивкой и бахромой, прикрывающая окно. Кажется, какой-то испанский трофей… — Капитан? Ты очнулась! Хвала небесам, ты жива!       Чьи-то тёплые руки накрыли прохладные пальцы Деламар, и только несколько секунд спустя до девушки дошло, что она не одна. Рядом с ней снова была Рид! Живая, целая и невредимая! Корделия хотела её обнять, чтобы увериться в её реальности, но резкая боль в боку заставила её лечь обратно на подушки, чертыхнувшись. — Лежи спокойно, капитан, Ланцет тебя заштопал, но он всё же не волшебник.       Вместе с болью Деламар вспомнила и всё, что предшествовало ранению.       Во-первых, то ужасное путешествие, во время которого команда едва не погибла из-за странной лихорадки. Во-вторых, спуск в подводном колоколе на дно океана к русалкам и магическая встреча с их царицей. Этой же дорогой шла её бабушка в погоне за Фонарём, и Деламар надеялась, что волшебные создания прячут фрагмент карты… Но всё, что она от них получила, лишь носовая фигура для корабля и дурное предсказание для себя.       «Поиски Фонаря приведут тебя на виселицу!»       Корделия вздрогнула, будто наяву услышав насмешливый голос царицы русалок, настолько же прекрасной, насколько и жестокой. Хотя, надо отдать должное, их магия помогла Деламар вернуться на поверхность.       А затем ряд неудач продолжился встречей с Томасом де Вером, английским охотником на пиратов и её бывшим женихом. Корделия не была уверена, преследует ли он конкретно её или в целом не упускает ни одного пиратского корабля. Но его флагман напал на «Сердцееда» без каких-либо сигналов к переговорам.       Потом их настигла буря. Она сметала людей за борт, ревела, бросала корабль навстречу волнам. Дерево стонало и ломалось с оглушительным треском. Кораблекрушение — для обоих участников сражения. Так она оказалась на острове, и компанию ей составляли лишь мрачные мысли да деревянные обломки её «Сердцееда». Наскоро перевязав своё ранение, она осмотрела пляж и фортуна улыбнулась ей: на берег когда-то давно выбросило старую рыбацкую лодку… — Как… как я здесь оказалась? — хриплым голосом спросила Деламар. Рид хмыкнула. — Ураган нас едва не прикончил, но мы каким-то чудом смогли улизнуть из ловушки. Оказавшись в безопасности, Китс вычислил путь бури и определил район, в который могло вынести обломки и тебя. Тогда он поступился своей гордостью и обратился за помощью к Вэйну, который немедленно согласился. — Команда выжила? А «Сердцеед»? — Все живы, Посейдон сжалился над нашими душами. Но «Сердцеед»…       Мэри отвела взгляд, и Деламар почувствовала, будто её снова ранили наживую. Её душа, её корабль, настоящий дом и символ свободы… теперь не более чем груда щепок на воде. Всё напрасно. Паршивый из неё всё-таки капитан, не уберегла свою верную подругу.       И ей никогда не достичь своей мечты. Пиратская королева? Ха. Вэйн был прав, когда смеялся над ней. — Он получил тяжёлые повреждения. Восстанавливать его придётся долго и трудно, но он выживет. «Сердцеед» боец, как и ты. После каждого испытания мы становимся сильнее, — вдруг улыбнулась Рид, и Корделия ощутила, как с её плеч скатилась гора. В глазах сами собой появились слёзы счастья и радости.       Они все живы и «Сердцеед» тоже. Значит, надежда всё ещё есть. — Кстати, сейчас мы находимся на «Рейнджере», а конкретно ты — в постели Вэйна, — усмехнулась Мэри, и Деламар медленно покраснела.       Господь всемогущий… Сначала каюта, а теперь кровать, Вэйн точно не обойдётся без подколов. Мэри сказала, что он сразу согласился отправиться на её поиски? Почему? За ним раньше склонности к благотворительности не замечалось. Неужели это всё из-за неё? Неужели она ему… В их сложных взаимоотношениях сам чёрт не разберётся. Деламар пробормотала неуверенно: — Ну, конечно же, у него ведь не получится соперничать со мной и поддевать на приёмах, если я буду мертва…       В голосе Рид появился сарказм: — О, точно, он бросил свои дела и погнал половину пиратского флота на твои поиски только из-за чувства соперничества, никак иначе! И потому же он бросился в воду, не дожидаясь шлюпки, а затем дежурил около двери, чтобы поймать момент, когда ты наконец проснёшься.       Все на «Сердцееде», кроме Китса, вполголоса шептались о её пикантных и — прости-господи, взрывоопасных — связях с капитаном Вэйном. Только Рид могла позволить себе высказаться вслух — но за закрытыми дверями, конечно. Деламар покраснела ещё сильнее, однако от необходимости ответа её избавил звук твёрдых шагов снаружи. Так мог двигаться только хозяин «Рейнджера», и сердце Корделии на миг замерло.       Шаги затихли, будто стоявший по ту сторону не мог решить, стоит ему заходить или нет. — Она очнулась! — крикнула Рид, и дверь тут же распахнулась, чтобы явить Вэйна. Он казался несколько вымотанным, но на лице отразились радость и облегчение. Его губы растянулись в знакомой ухмылке, от которой в животе Корделии запорхали знакомые бабочки. — Ну, здравствуй, леди Катастрофа, — произнёс он тем самым хриплым голосом, который заставлял Деламар покрываться мурашками удовольствия.       В несколько широких шагов он пересёк каюту и подошёл к ней. Мэри бросила последний хитрый взгляд на обоих и тихо уступила своё место, чтобы затем оставить их наедине.       Вэйн помедлил секунду, будто раздумывая над чем-то, а затем заключил девушку в свои бережные объятия. Деламар улыбнулась, не обращая внимания на дискомфорт из-за ранения, и прижалась к нему. Пират пах солью, потом и порохом, и этот запах казался таким родным… В кольце тёплых рук хотелось остаться навечно. Рядом с Вэйном Деламар чувствовала себя в безопасности.       Мужчина чуть отстранился и нежно заправил её каштановую прядь волос, заставив Корделию податься навстречу его ладони. — Спасибо тебе, Вэйн. Я никогда не забуду этого… — Сочтёмся, леди Немезида. — Жду с нетерпением.