Виды кровожадности

[Илай, Анжи и Егор] В большом складе всем сородичам группы зачистки хватило места. За центральным столом Шериф объяснял самым сильным сородичам план действий их подгрупп. Поодаль низкорослый парень в медицинской маске одиноко подпирал спиной груду коробок. Илай всё прекрасно слышал из своего места и размышлял о том, стараться ли ему спасать свою шкуру в этот раз, или лететь грачом на передовой линии зачистки. Анжелика чувствовала себя лишней. Разношёрстные котерии собрались кучками вокруг стола, нашлось место даже её чокнутому братцу. А вот роль девушки уже определили: пусть указывает направление голосов там, где нет Елисея, и пойдёт вместе с самой сильной котерией. Но нельзя уйти просто так… Шериф видит всё. Милки обвела взглядом пространство вокруг себя и заметила ещё одно такое же “унылое одиночество”. “Встану рядом с ним, авось мы за группу сойдём, и Егор не будет меня подкалывать”, — подумала девушка и подошла к этому незнакомцу. — Я постою рядом с вами, вы не против? — заискивающе спросила она и скопировала его позу. Парень смерил её удивлённым взглядом. Анжелика заметила, что они отличаются от человеческих. — Почхемфу? — неразборчиво спросил он. — Выделяться не хочу. — Вампирша пожала плечами. — Кстати, я Анжелика. — Илай… Но нам не обязхательно знать наши имена… Мы всё рхафно умр-рём на этхой бойне… Он сказал это так, словно точно знает своё будущее и совсем не против худшего развития событий. Девушку возмутил этот пессимизм. Она-то надеялась выжить и получить немного авторитета и право на личный домен. — Я ведь могу на “ты”? — сперва уточнила она. — Можешь… Какая уже теперь р-разницса?.. — Тебя заставили силой идти вместе с Шерифом? Илай поперхнулся. — Он кохо-то застафлял силой? — прошипелявил парень и нахмурился. — У тебя голос как у обречённого на казнь! Мы вообще-то лишь из-за будущих доменов ему помогаем. Парень в маске грустно вздохнул и скрестил руки на груди. — Я тоже… нафер-рное… Повисла тяжёлая пауза. Анжелика могла поклясться: если бы уныние Илая было материальным, оно бы придавило весь склад к чертям. — Эй! Не надо тут таких упаднических настроений! Ну не хочешь ты рисковать жизнью — и не надо. Князь же говорил, что и за шумную новость вознаградит… Парень стойко встретил её сердитый взгляд. Подождал несколько секунд, но девушка словно застыла. Затем Илай снял маску и обнажил тонкие чёрные губы. За ними показались странные толстые клычки, идущие и с верхней, и с нижней челюсти, а резцы словно и вовсе отсутствовали. — Да наср-рать. Мне. На Князя. — процедил вампир низким тоном. — Моя жхизнь. Похоша. На бесконешную смер-рть. От гхолода. И холода. Я… — Голос Илая надломался от боли и грусти. — Да что ты фообщче знаешь обо мне?! Я тебя не знаю, и ты меня не знаешь! И вообще!.. Он пристыдил Анжелику за то, что она начала говорить с ним, как со старым знакомым. Говорил о том, как он живёт, и что жизнь гангрела — это не романтика под луной, а невыносимый мрак и бесцельность бытия. Жаловался на гуля, который использует свои силы в бизнесе, и что ничего в мире не приносит ему удовольствия. На Анжелику вырвался поток гноя, девушка вновь попыталась утихомирить чужие эмоции своим желанием всё прекратить. Когда Илай замолк, вампирша положила руку ему на плечо. — Извини, что я живу в том же мире, который причинил тебе боль… Я приношу извинение за тех, кто отнял твою семью у тебя… И кто спровоцировал тебя на убийство. Ты… очень несчастен… Илай стушевался. Он захотел чего-то, что давно не делал по отношению к незнакомкам… Что-то вне его понимания. Тяжёлые мысли сжалились над ним, отступили… Парень посмотрел на руку, которая касалась его плеча. Женское внимание… “Она милая…” Илай сгрёб девушку в крепкие объятия и выдохнул: — Да пр-ричём тут ты… Анжелика, да? Это ты меня извини… Разнылся тут… Ты ни в чём не виновата. Я пр-росто неудачник… Не повезло мне в жизни… Чем больше парень говорил, тем разборчивей становилась его речь. Анжелика посмотрела по сторонам, не видит ли кто эту сцену. Кто-то из сородичей хмыкнул и отвёл взгляд, когда Анжи заметила стороннее внимание. Егор показал большой палец вверх и что-то сказал другому носферу. Девушка неуверенно похлопала Илая по спине. — Какой ты ещё неудачник? — переспросила она. — Ты вампир! Ты в свободном клане и можешь такое!.. Ух! — И что? “Чёрт, я забыла его имя!” — мысленно ругнулась Анжи. — Как “что”? У тебя столько возможностей! Гуль при деньгах есть, к Князю близок… Делай, что хочешь! Парень вздохнул. — Детство не вер-рнёшь… Дикция ещё… паррршифая… — А кто запрещает побыть ребёнком сейчас? — Анжелика смирилась, что ей придётся побыть носовым платком для незнакомого гангрела. — Эй. Попроси у гуля денег и сделай себе детскую мечты. И логопеда найди, ну! — Сложно… Лень… — Сказать гулю пару слов — это сложно? — девушка тяжело выдохнула. — Ну и парни сейчас пошли… Илай ослабил объятия и заинтересованно посмотрел на вампиршу. — А дальш-ше што? — произнёс он. — Я сира люблю… А она меня не любит. — Это единственная девушка на планете, что ли? — хмыкнула Милки. — Хм… Ну… А кого мне ещё любить? Можшет, тебя? Анжелика цыкнула и возвела глаза к небу. В этот момент к парочке подошёл Егор. — Что, Анжи, ещё одного жениха нашла? — пошутил носфер. Илай тут же отстранился от малкавианши. — Егор, ну хоть ты ему скажи! — девушка показала руками на гангрела. — Депрессивнее вампира ещё поискать надо! — В каком смысле? — спросил Егор. — Его зовут Илай. Он гангрел. Дитя Чистильщицы… Он считает, что ему незачем жить, и собирается героически умереть на зачистке. Если здесь все такие же, как он, я умываю руки! — А не надо! Бхыло! Кхо мне! Подходить! — нахмурился гангрел. Егор поднял руки в мирном жесте. — Секунду. Я знаю его. Хм… Илай. Видел тебя в баре “Наши” десять лет назад. Совсем не изменился… — Изменхился. У меня тепер-рь норхмальные уши. — Парень отянул мочку уха. — Оу, да, вижу… Прям страшные стали, жуть! А знаешь… Я вот совсем не изменился. И раз ты неисправимый зануда… Так и быть. Волосы на голове Егора резко исчезли. Анжелика в ужасе отпрянула и закрыла рот рукой. Красавчик, которым она считала Егора, на самом деле оказался жертвой раковых опухолей, гнилых наростов и потрескавшейся кожи. Ощутимо запахло спёртым тухлым воздухом и тиной. Илай тоже офигел от увиденного. — Классная у меня рожа, да? — оклабился носферату. — Запоминается на всю жизнь! У меня ещё и руки прикольные, оцени! Словно каждый день копаюсь ими в земле и дерьме, а потом копаю лопатой ямы для неженок вроде тебя. Но ничего, живой, как видишь. Я даже прямоходящий и без горба! Помню, как ты обиделся на то, что я тебя котиком из-за ушей обозвал. Вот умора! Обидеться на комплимент! Девушки любят таких, как ты. Жалостливых и ноющих по любому поводу. Тьфу… — Чего ты на мхеня наезш-шаешь?! — опомнился Илай и рявкнул в ответ. — Тебе-то, блять, не пр-риходилось выживать в одиночку, когда ты был живым! — Мне-то?! Да чтобы выжить, сосунок, надо нападать! Собирать друзей! А не ныкаться под мамкиной юбкой! Анжи замахала руками: — Эй, чуваки, на нас смотрят… Потише! Парни осеклись и замолчали. Они оба понимали, что сейчас не время затевать драку. Но Илай разрушил тишину. Злость, которую он очень долго подавлял, вырвалась наружу. Он подался вперёд и с вызовом поднял голову: — Я тебе не сосунок, крррыса вонючая. Я шделал для этого города больше, чем ты, и ты это знаешь. — Хуй изо рта сперва вынь, кошак, — хмыкнул носфер. — А то не слышно, что ты там снизу бормочешь. Илай зашипел и зарычал, демонстрируя длинные клыки. Егор шагнул назад, но удержал свою позицию. Анжелика снова почувствовала негатив гангрела — вероятно, следовало снова ослабить эти эмоции. Егор ощущался как наблюдатель и не обиделся на прямое оскорбление. Или он просто привык к этому прозвищу? Хлопок о черепушку с неожиданной стороны — и носфер падает на бетон, как столбик. Все присутствующие замолчали. Рядом с Егором стоял сам Шериф. Илай закрыл рот и уставился на неожиданное развитие конфликта. Анжелика отошла в сторону, чтобы её не задело. Егор застонал, схватился за затылок и медленно перевёл выпученный взгляд с плывущего пола на Богдана. — Никаких драк на моей территории, вы меня поняли? — холодно произнёс Шериф. — Да мы… не собирались… ау… — протянул Егор. — Ты сделал всё, чтобы она началась, неонат. Перестань провоцировать моих людей. А ты… — Он перевёл взгляд на Илая. — Найди себе друзей, гангрел, если тебя задевает, как с тобой обращаются. — Точно… — согласился носфер. — Я то же самое… хотел ему сказать… Бля, кажется, у меня сотрясение… Шериф сощурил глаза: — Хуёво ты это сказал, хакер. Из-за его спины показалась Людмила, его сестра по сиру. — В точку! — выкрикнула она, сложив руки рупором. — Так его, урода! Сначала своим ЧСВ понтуется, а потом обижается, что мы его шуток не понимаем! — А ты, Люда, помолчи! — рявкнул Богдан и вернулся к столу с картой заброшки и фигурками солдатиков. — Мы не драться собрались, а план обсуждать! Анжелика обеспокоенно подошла к Егору и протянула руку. — Как ты? Встать можешь? — спросила она. — Могу, могу… — просипел он. — У меня… была мягкая посадка. Бородавки выручили, ха-ха. Да и рука у Богдана — это не штырь в темноте… Не труба из ниоткуда… — Тебе больно? — сказала девушка вслух, а мысленно подумала: “Да насрать мне, как тебе сейчас, и вообще как ты живёшь свою жизнь, труп вонючий. Спрашиваю лишь из-за того, чтобы ты не вонял своими дерьмовыми шутками и наездами дебильными”. — Спасибо за заботу, Анжи, — ответил Егор и поднялся с её помощью. — Но… Если будешь сопереживать чужим страданиям, закончишь как он. — Носферату кивнул в сторону Илая. Гангрел не отрывал недовольного взгляда от хакера. “Да нафига ты мне сдался, Егор! — нахмурилась Анжелика. — Как ты, придурок, до сих пор не понял, что я лишь подстроилась под тебя, чтобы ты не токсичил?! Как вы меня все достали! Почему мне просто нельзя быть капризным ребёнком, который любит играть в игры?! Ох… Всё равно я должна говорить не так, как хочу, чтобы мы не подрались. Так… Кажется, Егор похож на нарцисса, верно?”. — Вот как, хм… — Анжелика сделала вид, что ей понравилось мнение носфера. — Ты очень умный! Так верно подметил! Егор опешил. Он совершенно не ожидал такой реакции от слабой девочки. Подвох где-то есть, но где? Анжелика не шутит, не говорит с сарказмом… — Да, я всё-таки прожил больше, чем ты, — кое-как сказал носферату то, что мог сказать. Что-то идёт не так. Какой-то сбой в реальности. — Это так офигенно! — воскликнула Анжи, восторженно посмотрев на урода, как верный щеночек. — Твои советы самые лучшие! Они очень помогут мне в жизни, что бы я без тебя делала! В её глазах больше не блестел азарт и гнев. Не разгоралась энергия к движению и соперничеству. Она видела победу в словесной игре перед собой, оставалось лишь уничтожить свою личность и видеть в окружающих пятилетних детей, которые нуждаются в безусловном пощрении и любви. Егор открыл рот. Задумался. Закрыл рот. Вспомнил, что Анжелика из клана психов. Захотел отстраниться от неё, убежать от непонятной силы. Но ему так не хотелось убегать… Что-то внутри него тянулось к словам слабой девочки, жаждало ещё, ещё и ещё. — Ты что, у него на Узах? — фыркнул Илай. — Возможно, кстати! — Анжелика радостно подняла указательный палец вверх. — Спасибо! Я бы и не подумала об этом. У тебя… Большой жизненный опыт. Больше, чем у меня… — Что?! — очнулся Егор и начал оправдываться: — Нет! Нахрена мне малк на Узах?! Не поил я её! Его голос словно молил простить его. Илай тоже посмотрел на Анжелику с подозрением. Что-то происходит, только не понятно, что. — Ты шейщас испольшуешь какую-то ментальную Дисциплину? — спросил он. — Хм… Интересный вопрос… — призадумалась девушка и опустила взгляд. — Не потегхплю никаких Дисциплин, ясно? — пригрозил гангрел. — Конечно, не потерпишь, — улыбнулась Анжи. — Ты очень сильный. И у тебя внушительные клыки! Я так тебя уважаю, Илай! Ты восхитительный парень. Егор по-настоящему возмутился: — Эй, а я?! — А ты лучший из самых восхитительных парней! — мгновенно ответила вампирша. — Лучше тебя никого нет! Пришёл ко мне на защиту, когда мне было плохо. Ты мой герой! Носферату застыл, как истукан. Слова гангрела о Дисциплине совсем не доходили до мозга. В мозге парня сейчас радовался маленький ребёнок, который недополучил похвалы в детстве. Словно обезьянка с тарелками из “Симпсонов”, бьющая ими друг о друга, этот ребенок веселился и тупил. Илай тоже не хотел нападать. Удивительно! Зачем нужно нападать на того, кто хвалит не за что-то, а вопреки чему-то? Зверь внутри совсем этого не понимал. Это ведь не покушение на охотничьи угодья, не угроза жизни… И бояться тоже нечего. Почему же тогда двое взрослых мужчин, взрослых по возрасту, робеют перед девочкой, которая и по возрасту ещё молода? — Пойду я лицо нормальное сделаю, — пробурчал Егор и ушёл за коробки, доставая карманное зеркальце. — Пр-р-рости… — виновато заурчал Илай и подошёл ближе к Анжелике. — Я такой слюнтяй… Вот они — звуки победы! Самое время потанцевать на костях лузеров. — Ты хороший, — отстранённо-добродушно ответила Анжи. Она смотрела в глаза Илая, почти не мигая. — Ты преданный городу… Верный… Ты любишь людей… И животных тоже очень-очень любишь, я знаю… Гангрел отвёл взгляд. Ему очень хотелось разныться снова. Прямо сейчас. Да, прямо под взглядами котерий брух, носферату, тремеров и всяких смешанных компаний сородичей. А чтобы нытьё было тихим — уткнуться глазами и ртом в шею девушки. Хоть какая-то молодая вампирша ниже его ростом, можно почувствовать себя сильным. Внезапно Анжелика сама обняла парня. Он размяк и прошептал: — С-спасибо… Наверрное… Мне и прравда очень тяшшело живётся… А-а-а, да что со мной, гхосподи… “А-ХА-ХА-ХА! — мысленно ликовала Анжелика. — Так тебе и надо, нытик хренов!!! Размазня долбанная! Да кто тут малк, спрашивается, а??? Ваши проблемы с психикой покруче моих будут, чуваки! Как мне желать сильное мужское плечо, если я вас размазала сейчас, нубы??? Получили, а??? Получили! Я заебу Егора бессмысленной похвалой, он у меня плясать будет и не замечать! А ты, плакса, не совсем нарцисс, к тебе потом подыщем подход получше. Наконец-то мне пригодились знания от сира и Романа, ОБАЛДЕТЬ!!! Всё. Буду смотреть гайды не про прохождение игр, а про то, как постоять за себя словами”. — Бедняга… — очень-очень грустно произнесла девушка вслух. — Но ты сильный и сообразительный. Ты пережил ад… Это видно по тебе. И ты стал очень сильным. Сильнее тебя я никого не знаю. — Не зрря говоррят, что ваш клан — это прровидцы… — удивлённо согласился Илай. “ХА-ХА-ХА-ХА! — заливалась внутри девушка. — Вот же неудачник, он даже не может ПРЕДПОЛОЖИТЬ, что я говорю шаблонами! Какие же мужчины глупенькие! И парни — ну дети же! Маленькие мальчики, которых недолюбили! Все они! А-ХА-ХА-ХА! Они! Есть… только они… Глупые они… Которые не понимают… А кто я тогда? Какая я? Сто-о-о-п…” — Может, и так, — сказала Анжелика и отстранилась. — Я бы… Блин… Как бы сказать… — Илай неуверенно почесал затылок. — Не шнаю, как ты выглядишь, Аншшелика… И я сам не кррасавчик… Но… Я бы хотел встречаться, с такой как ты… Очень многое стоило девушке, чтобы и бровью не показать свой глубокий внутренний фейспалм. “Мда, проблемных мужиков тянет на проблемных баб, всё с ним ясно. Как там дальше надо? Забыла… Надеюсь, что я правильно скажу. И всё же… Не забываем, что это тоже просто ребёнок. Как Эльза. А что мы делаем с детьми, когда они не понимают себя? Правильно, называем их чувства”. — Должно быть, ты польщён моими комплиментами, — сказала девушка. — Тебе они нравится. Это очень приятно слышать. — Да… Как бы… Не знаю. Гм… — За пару десятков минут я произвела на тебя сильное впечатление, не так ли? — рискнула сказать Анжи. Гангрел давно не общался с кем-то так, как сейчас. Даже сир так не умела. — Не умирай там, в больничке, пожалуйста… — выдавил он. — А ты пообещаешь, что и сам не умрёшь? — Обещаю… Но только ради тебя… Анжелике хотелось плясать и петь. Она знала, что ТЕПЕРЬ-ТО ведёт себя правильно. КАК НАДО. Как хотели от неё её родители. Жизнь вместе с сумасшедшим сиром многому её научила, и сейчас девушка поняла ценность этой жизни. Или посмертия. Оказывается, надо просто УБИТЬ себя настоящую. Стать ГАЛЛЮЦИНАЦИЕЙ СЧАСТЬЯ. Анжелика взяла руки Илая в свои и напоследок сказала: — Ловлю на слове, мой новый друг. А потом она радостно взмахнула руками и вприпрыжку побежала искать горе-братца. “А-ХА-ХА-ХА! Я ПСИХ! Пси-и-и-их! Меня нет! Я не существую! И жизнь стала так хороша! Я всех победила! Я расскажу это Елисею! Я поняла-а-а-а, о чём он мне говорил, когда издевался надо мной! Я сейчас наконец-то выиграю у него! Ура-а-а!” Елисей, этот ангельски-прекрасный альбиносный говнюк, любящий ставить окружающих в неловкое положение, стоял в окружении сородичей, которые общались с Анжеликой в Ниберспейсе. Ещё рядом с ними опирался на трость высокий брюнет с тонкими бакенбардами, волнистыми короткими волосами и в представительном костюме. Впрочем, для Анжелики все, кроме Илая и некоторых других вампирш казались высокими. — Братец! — воскликнула блондинка перед сородичем, заменившим Элле её тореадора-француза. — Я поняла, что ты хотел мне сказать все эти годы! Поняла-а-а! Ты всё это время был прав!!! Как же я тебя обожаю! Твои пранки были такими смешными, я вела себя так ржачно! Ты лучший!!! Девушка посмотрела на его лицо. Елисей явно не знал, что сказать. Он удивился! “Получи, тварь, так тебе и надо!!! Больше не посмеешь забирать у меня телефон и нажимать на клавиатуру, когда я играю, да?! А-ха-ха, он сейчас такой смешной, я не могу! Великий и всесильный пранкер века обсирается в штаны! Я даже могу радоваться искренне! Конечно, я радуюсь!” Она попыталась обнять “брата”, но… — Не-не-не-не-не, — не успели руки Анжелики сомкнуться вокруг него, как парень ловко вывернулся из внезапного захвата и вытянул руки перед собой в защитном жесте. — Прости, детка, но сегодня без обнимашек, иди подушку пообнимай, а меня не нужно тискать. Елисей отошёл на пару шагов назад и с тревогой посмотрел на руки девушки. Анжелика остановилась, опустила их, закрыла глаза и улыбнулась. — Ну хорошо. Как хочешь. Но знай, что я говорю правду, — сказала она. — Я подшутила над несколькими сородичами, и мне это понравилось. За ум надо хвалить, вот я пришла тебе это сказать и похвалить тебя. Так что мир? Она посмотрела с надеждой и вызовом. На секунду могло показаться, что это прежняя Анжелика — целеустремлённая, уверенно идущая к победе и сочащаяся энергией, но не умеющая шутить. Но вот она моргнула — и перед Елисеем стояла радостная глупышка, которая была уверена в том, что говорит правду. Да, она действительно радовалась. Её бледная аура не могла обмануть прорицателя. Да и говорила вампирша более конкретно, чем Элла, когда той что-то не нравилось… — Эм… — Елисей непонимающе смотрел на Анжелику и не мигал. Привыкший получать только хорошие пиздюли от женской половины своей прекрасной поехавшей семьи, он действительно выглядел удивленным, готовым в любой момент сорваться на бег и переходить в затемнение. Альбинос прищурил глаза, окинул сестру взглядом с ног до головы и наконец-то начал моргать. — Ну, как скажешь. Пользуйся на здоровье. С почином, так сказать, — нейтрально ответил “брат”. Чтобы этот придурок — да сказал что-то нейтральное? Он довёл бы до слёз и посмеялся, что его слова, которые никто не просил говорить, человек принял близко к сердцу. Его новая реакция подняла Анжи на нереальную высоту. — Прекрасно! Ладушки, пойду Егора искать. Спасибо, что ты есть, братец! — Анжелика подмигнула, щёлкнула пальцами и указала на Елисея. Затем она просто ушла, огибая другие котерии "добровольцев". Голоса других вампиров переплетались в тугой колтун из образов и смыслов. Не все из присутствующих собирались воевать с Шабашем. Кто-то пришёл из любопытства, а кто-то — за компанию. Анжелика чувствовала в воздухе страх и тревогу. Что делать? Правильно ли я поступаю? А что, если я что-то упускаю из вида, и мне потом это аукнется? — Все умрут, все умрут, все умрут, все умрут… — раздалось тихое бормотание откуда-то справа. — Это бессмысленно… бессмысленно! — крикнул кто-то слева. Анжи посмотрела по сторонам. Никто не бормотал и никто не кричал. А голоса и образы продолжали просачиваться в голову. Кто-то смеялся, как школьник. Кто-то надрывно плакал, как баньши. До них не достучаться, не остановить! Анжелика остановилась, опустила голову, сжала кулаки и через силу прошептала: — Вы самые лучшие… Самые… добрые и… любимые… Чёлка свесилась перед глазами и отгородила от внешнего мира. — Нет-нет-не-е-е-ет! А-А-А! — завизжал от боли какой-то мужчина. Кровь выступила из глаз. Анжелика проглотила колючее сострадание и повторила: — Вы все хорошие… Ты классный… классная… Вы умные… все… Голоса начали наслаиваться друг на друга. Пока кто-то хохотал, кто-то паниковал, и в это же время кто-то молча грустил. Им всем было так плохо!!! Они все так страдали!!! Девушка схватилась за голову и вытерла слёзы. Знаний о других сородичах становилось слишком много. Это сводило с ума… Внезапно Анжелику кто-то толкнул плечом. Девушка взмахнула руками и удержала равновесие. — Ой, извини, не заметил, — пробасил мужчина. Голоса стихли. Вампирша подняла голову и сказала лысому амбалу: — Да ничего, я сама тут встала столбом, ахах… И вот Милки снова осталась одна. “Что это, блять, было?! — подумала она. — Неужели я подключилась к сети нашего клана? Пиздец, нахуй. А как я отключилась от неё? Я… подумала про себя. А до этого я думала о других. Бля… Хуёвый приём я выучила”. Девушка посмотрела на руки. На них остались кровавые полосы. “Упс… А влажных салфеток-то у меня и нет…” Анжи представила, что выглядит сейчас весьма крипово. Рожа, измазанная в крови… “Ладно, носферату этим не испугать. Пойду дальше Егора искать. Кажется, он ушёл за ящики…” К сожалению, красная клетчатая рубашка нигде не мелькала. Анжелика вздохнула. Если носфер не хочет, чтобы с ним общались, его не найдёшь. Но… он всё ещё может слышать! — Егор! Ты где? Зацени, какая у меня страшная рожа! Я щас что-то интересное сделала… Ау! Его-о-о-р! Внезапно дверь склада хлопнула. Шериф и Людмила закрыли дверь изнутри, чтобы никто без ведома Шерифа больше не мог проникнуть на сборы. Стало не до поисков Егора.