Дети — цветы жизни

— Папа. Пап! Пап! Проснись! Альфред мычит в подушку и поворачивает голову. Алекс сидит на кровати, как щеночек, смотрит на родителя. — Что такое, сладкий? — У меня нет подарков! — Что?.. — сон быстро сходит, и Альфред поворачивается, приподнимается, расстерянно хмурясь. — Под ёлкой нет подарков! — Как нет? Они должны быть там, — Альфред расстерянно бормочет. Нет, они же покупали подарки, весь месяц готовились к идеальному празднику, и перед сном… Альфред отправил Ивана… Поджав губы американец ударил мужа кулаком в грудь, резко заставляя проснуться. — Ты аху-… Что случилось? — Алекс не нашёл подарки под ёлкой. А они. Должны были. Там. Быть, — чекання каждое слово, Джонс испепеляющим взглядом смотрел на мужа. Ивану потребовалось полминуты, чтоб прийти в себя и осознать, что… Он знатно проебался. — Они… Должны быть там, да… — расстерянно пробормотал Иван. Сонный мозг с похмелья мало генерировал идей, так что Иван просто молча смотрел в пространство перед собой, проклиная себя за то, что испортил ребёнку праздник. — Милый, может быть, Санта их просто оставил в другом месте? — В другом месте? — поняв, что родители тоже не знают, где подарки, Алекс заметно поуныл. — Да, может он вчера так устал и. Оставил их где-то… Альфред перевёл взгляд на мужа. Тот ещё сидел, глядя в стену, и уже мыслями дошёл до того, что после развода останется один и сопьётся. Альфред толкнул его в плечо. — Может, подарки где-то ещё? Видя, что Иван не особо понимает, он снова медленно и уже довольно раздраженно прочеканил. — Может быть, их стоит поискать? — …а! — Иван кивает несколько раз и поднимается, накидывая халат, чтоб убежать искать. — Я с тобой! — это Альфред не предусмотрел, потому надо было убедить сына остаться, а Иван пока спешно скрылся. — Папа справится. Глядя на дверь и ещё пытаясь привести мысли в норму, Альфред перевёл взгляд на хмыгающего Алекса. — Ох, милый… — он потянулся, чтоб его обнять, но ребёнок сам прижался к родителю, тихо плача ему в пижаму. Альфред выдерживать его слёзы не мог никак, потому старался обнимать и успокаивать. — Я что я… я не получу подарков?.. — Ну почему же, птенчик мой? Ты же был хорошим мальчиком. — Иногда я вёл себя плохо… — Разве? А мне казалось, что ты всё делал хорошо. — Я вредничал и капризничал, и кашу не хотел есть, которую папа делал… И в садике я подрался с Марком, а ещё я… Разбил у папы горшок с цветами, и ещё… И ещё я залез в твой компьютер и играл в игры, и… Алекс сознавался честно, шмыгая носом и прерываясь на судорожные вздохи, параллельно убирая с щёк слёзы. — Ты что?.. — Альфред хороший родитель. Он не будет ругать сына, который так честно во всём сознался. Но перед Иваном извинится, а то тому за сломанное сохранение Джонса прилетело знатно. — Я плохой ребёнок без подарков!.. Закончив свою исповедь, Алекс расплакался ещё сильнее, так что все свои мысли и нравоучения Джонсу пришлось выкинуть и крепко сына обнять. Гладить и успокаивать, пока этот несчастный птенчик, в свой первый нормальный новый год, плачет из-за того, что не получил подарки. Ещё немного — и Альфред заплакал бы сам. — Я нашёл! — голос из гостиной отвлёк их и, забыв о своей трагедии, Алекс оторвался от отца и пулей бросился к другому. Который нашёл подарки! Выдохнув, Альфред и сам поднялся и спустился вниз, где заплаканный, но счастливый Алекс распаковал подарки, которые «Санта случайно обронил в камин» — Он же теперь весь в золе будет, — проворчал Альфред, глядя на это. Ещё и ковёр испачкался… — Ну извините. Что придумал. — Дурак, — чуть стукнув мужа в плечо кулаком, Альфред притянулся к нему в объятья и получил поцелуй в лоб. Сейчас бы спать ещё полдня, но, видимо, утро уже началось. — Прибил бы тебя, Брагинский, — пробормотал Альфред, обнимаясь и нежась в объятьях супруга. Иван поцеловал его в висок. — Тогда останешься без завтрака. — Вот чёрт.