Сущности: BTS

Утром я проснулась от того, что кто-то пытался открыть мой холодильник. Разумеется, это мог быть только один человек — Хоби, вряд ли ты уже задумывался о детях, но когда задумаешься — вспомнишь этот момент с грустью, осознавая, что всё же они могли бы у тебя быть. Если бы ты не лез в чужую кухню. — И тебе доброго утра, Тэхённи. — Сказал Хосок, аккуратно переступая через меня на пути к выходу. Так как пить парни всё ещё не умели, на завтрак я приготовила для них оладьи, апельсиновый сок и средство от похмелья. На кухню явились все, кроме Юнджи, застрявшей в душе на полчаса. Благо, все кроме Чимина проснулись раньше и успели принять душ. — Ну, что, как вам вчерашний матч? — как-бы между делом спросил Джин. В этот момент, в кухню вошла Юнджи и присела рядом с Намджуном. Хосок расхохотался в ответ на вопрос Джина — Надеешься узнать счёт игры, в середине которой потерял ориентацию в пространстве? Ну уж нет. — Пока Хосок хохотал над своей «удачной» шуткой, все остальные странно притихли. Учитывая обстоятельства, это было неудивительно, но мне был совершенно непонятен румянец, вдруг появившийся на щеках Намджуна. Он заметил мой взгляд и, прежде чем я успела его отвести, попрощался со всеми и ушёл. Юнджи вскочила и выбежала следом. В считанные минуты кухня опустела, остались только я и Чимин. Он смотрел на оладьи, оставшиеся на тарелке Намджуна, и улыбался. — Твои завтраки лучшие. Если бы у нас была не группа, а кулинарное шоу — ты была бы шеф-поваром. — А ты был бы дегустатором. Потому что готовить ты не умеешь. — Чимин улыбнулся и всё-таки съел оладьи, на которые смотрел. — Эй! Куда столько калорий? — Сброшу на тренировке. Идёшь со мной? — Конечно, но с чего бы? Сегодня четверг, а твои дни тренировок в зале — пятница и понедельник. — Мне необходимо подумать. — Чимин взял тарелки со стола и поставил в раковину — И, конечно, думают у нас теперь не отходя от тренажёров… Спустя сорок минут, мы были уже в зале. Как обычно и бывало, Чимин включил динамичную музыку для тренировки. Сегодня это были Imagine Dragons. Мне было достаточно покачать пресс и пробежаться по беговой дорожке, чтобы устать. Однако, Чимин не утомлялся очень долго. Оставшись без сил, я подошла к своей сумке, лежавшей в углу, чтобы выпить воды. Пара глотков — и, кажется, жизнь стала возвращаться ко мне. Вдруг, Чимин поставил руку около моей головы, напугав меня. Я вскрикнула и резко обернулась. Он стоял очень близко, поэтому мне пришлось вжаться в стену, чтобы иметь пространство для дыхания. Чимин ухмылялся: такой горячий и напряжённый, он был похож на сумасшедшего. И находиться так близко казалось опасным. — Чимин, всё в порядке? — Ты мне скажи, в порядке ли я. Тогда, на твоей кухне, я сказал тебе, что я точно мужчина. Но ты мне так и не ответила. Не доверяешь? — Чимин пододвинулся чуть ближе, и я почти чувствовала кожей — какой он горячий, даже сквозь два слоя одежды. Я проглотила неизвестно откуда взявшийся в горле ком — Я доверяю тебе. Но мне не нравится эта ухмылка. Как будто ты знаешь что-то такое, чего не знаю я. Что такого ты знаешь? — В этот момент, видимо, плейлист Чимина закончился, поэтому в зале повисла тишина. Чимин приподнял бровь и наклонился ко мне совсем близко, едва не коснувшись своими пухлыми губами моего носа, но сменил траекторию, переместившись к моему уху — Я точно знаю, что ты — девушка. Причём натуральная, потому что сильно реагируешь только на парней. Я растерялась и не могла пошевелиться почти минуту. Затем, глубоко вдохнув, я взяла Чимина за футболку около ворота и сбоку, и развернула, прижав теперь к стене его самого. — Да, ты прав. И что дальше? Хочешь доказать, что прав? — Чимин ухмыльнулся снова — Ну, себе я это уже доказал. — он посмотрел мне за спину, куда-то в сторону выхода и выдохнул. — Оу… В дверях стоял Чонгук, и по всему было видно, что сегодня он не в настроении разговаривать. Я опомнилась и сделала шаг назад, дав Чимину свободу движений. Он взлохматил мне волосы так, что пришлось перевязывать конский хвост на затылке. Не видя других вариантов, я сразу отправилась в душевую. Хотелось смыть с себя грязь, пот и последние двадцать минут. Как я вообще могла так облажаться? Дважды. Чимин провожал меня до дома, пересыпая свою непрерывную речь не очень смешными шутками, но от его искреннего смеха смеяться хотелось и мне. Уже у самого дома, он на минуту замолчал — Прости, наверное, это — стресс, когда кто-то узнаёт о том, какая ипостась для тебя основная. — Это не то чтобы стресс, просто это — личное. Сложно в таком признаться. Тем более, что у нас бойз бэнд. — И что, ты решила, что ты — единственная девушка в среди парней? Ерунда. Вас, как минимум, двое. На счёт Джина я не уверен, но Хосок точно леди. И тем хуже для неё, потому что Намджуну нравятся парни. — Я взглянула Чимину в глаза — Это что твоё хобби — выведывать у всех их основную ипостась? Мне казалось, мы друзья, а ты просто добавляешь меня в коллекцию откровений! Чимин на секунду растерялся — Нет, Тэхённи, нет. Я знаю это только потому что умею наблюдать. И, да, конечно я хотел подтвердить свою теорию… Но тебе я сказал только потому что был уверен, что тебе это нужно. — Чимин взял в руки мои предплечья. — Я же вижу как тебе трудно. В последнее время ты только на концертах переставала витать в облаках. Всё время думала о чём-то, и я не знал — о чём. До сих пор мне казалось, что тебя может тревожить только твой пол… Но, видимо, это не всё. Прости, что не поговорил с тобой, а сделал свои выводы. Я смотрела ему в глаза и не нашла там ничего кроме вины и жалости, от которой хотелось сбежать. — Чиминни, я… Я устала и пойду немного передохну дома. И ты тоже иди. Он кивнул и ушёл, а я медленно побрела вверх по лестнице. Шаги давались тяжело, но не от усталости. Я не могла перестать думать о вчерашнем и о том, что это сочувствие от Чимина вряд ли может быть правильно воспринято со стороны. Гук снова будет зол, если узнает. Снова решит, что я не уважаю чувства Шуги. На людях, Чонгук из всей группы ближе всего ко мне. Но, на деле, Шуга занимает особенное место в его жизни. Не я. Мы с ним творим всякое, бесим хёнов, когда они, уставшие после концерта, пытаются поспать в машине. Но он не делится со мной ничем, что у него на душе. Пару раз, видя его мрачным, я просила рассказать мне, но он всякий раз отмахивается. Говорит, что сочувствие ему не нужно, а помочь я ничем не могу. Наверное, Чимин ничего мне не рассказывает по той же причине…