Учитель

*** Утро добрым не бывает. Уж точно не утро с похмелья. От одного жалкого движения голова Хенджина начинает раскалываться так, словно изнутри кто-то хочет пробить себе путь наружу. Наверное, это мозг решил, наконец, покинуть эту глупую голову. Хенджин не станет его винить. Всё-таки напиться было далеко не самой умной идеей. И всю её глупость Хван осознает, как только удается открыть глаза. Он явно не в своей кровати. - Блять... - хрипло вырывается из парня, пока он с огромным трудом поднимает слегка затекшее тело в хотя бы сидячее положение. Хенджин осматривается вокруг, пытаясь заставить больной мозг хоть чуть-чуть заработать. Что ж, сам он вроде как цел, всё ещё в костюме с выступления, который безбожно помят, как, впрочем, и весь омега. Он в небольшой не слишком уютной, так как слишком пустой по его мнению, комнате, сидит на довольно удобной кровати, замечает шкаф справа у стены, компьютерный стол у окна напротив, и дверь прямо по курсу. Хенджин тихо кряхтя сползает в её направлении, в попытках вспомнить, что же вчера произошло, и где он находится. Ответ прилетает в больную голову сразу же, как только Хенджин оказывается в крохотной гостиной, совмещенной с кухней, на которой замирает мистер Бан, как только видит Хвана. Блять... произносит Хван, к счастью, не вслух. Хенджин в квартире своего "любимого бесячего истинного учителя". Блять... "Флешбеки" вчерашнего вечера, как по заказу, начинают проносится в еще не до конца проснувшемся мозге. И тут же возникает острое желание провалиться сквозь землю. Стыдно. Кажется, впервые в жизни Хенджину ТАК стыдно. - Мистер Бан. - срываясь с хрипа на писк произносит, наконец, Хенджин, не зная куда деть взгляд, потому что смотреть на мистера Бана СТЫДНО. - Доброе утро. - с теплой улыбкой, что всё же не ускользает от "блуждающего взгляда" Хенджина, произносит мистер Бан, после чего ставит на небольшой кухонный стол большой стакан с водой со всё ещё пузырящейся таблеткой на дне. - Выпей, станет полегче. - Ага. - "крякает" в ответ Хенджин. Всё ещё стыдно, но ещё и больно, и желание избавится от боли пересиливает, так что Хенджин в несколько шагов преодолевает оставшееся расстояние и, опустившись на стул, залпом выпивает всё содержимое стакана. Становится действительно легче. И не только от лекарства, но и от аромата, что исходит от мистера Бана. Хенджину даже не приходится принюхиваться, видимо сейчас он без подавителей, и омеге это нравится. Кофе бодрит, шоколад заставляет покрыться приятными мурашками, и отлично сочетается с его собственными ягодами. Хенджин, наконец, набирается смелости посмотреть на мистера Бана, когда тот садится напротив, поставив перед этим на стол тарелки с яичницей, и почти тут же начинает жалеть об этой "смелости". Как только взгляд цепляется за соблазнительные губы учителя, Хенджин вспоминает то, во что отказывается верить. Он поцеловал своего "любимого бесячего учителя". Ну как поцеловал, попытался... Хотя, в том состоянии опьянения, что он был, и это уже меткость. Блять... Как же СТЫДНО. "Поцеловал", вырубился, ночевал в его постели. Благо, хоть не заблевал здесь всё вокруг, вроде бы. Хочется треснуть себя по голове, но она итак уже болит, так что лучше не стоит. - А... - Хенджин не знает, что сказать, но, наверное, всё же стоит сказать хоть что-то - Я... не напиваюсь... так... обычно. - выдавливает из себя парень, склоняясь над тарелкой с едой, с какой-то идиотской сосредоточенностью разглядывая контуры желтка. - Извините, за неудобства. - Ничего страшного. - всё тем же мягким тоном отвечает мистер Бан, и Хенджин неосознанно поднимает на него немного удивленный взгляд, пока альфа продолжает. - Со всеми бывает. Он точно говорит с ним? Недоумевает Хван. Это из-за того, что Хенджин сейчас плохо себя чувствует? Это обычная жалость? Забота? Или всё же что-то большее? От потока мыслей голова снова начинает болеть сильнее. И омега неожиданно для самого себя начинает плакать, опуская голову. - Ей. - тут же обеспокоенно раздается от "любимого учителя". - Что случилось? Хван? Альфа осторожно касается пальцами его подбородка, пытаясь аккуратно поднять голову Хенджина, но как только омега чувствует эти касания, видит этот искренне взволнованный взгляд, то мгновенно вскакивает с места и интуитивно бежит к входной двери. Блять... Он опять пытается сбежать от своего истинного. От своих же долбанутых чувств. Хван сам себя уже бесит. Потому замирает у самой двери и упирается в нее лбом. Мысли проносятся слишком быстро для едва работающего мозга. ЧТО. ЕМУ. ДЕЛАТЬ? Хенджин чувствует, что мистер Бан останавливается в паре шагов от него, но не может заставить себя повернуться. - Я... - шепчет Хенджин, стараясь успокоится, но слезы не останавливаются (откуда только берутся при обезвоживании?). - Я не могу... - чего он не может? Он сам не знает. Хенджину страшно, он боится, что мистер Бан окажется как и остальные, посчитает его не достойным, не оправдывающим надежд. Но ещё больше ему страшно от того, что даже от мыслей об этом, ему слишком больно, он не выдержит такой боли. Но ведь, вчера тот его не оттолкнул, принес (очевидно принес, ходить Хенджин явно был не способен) к себе, уложил спать, позаботился. Хенджин очень хочет надеяться, что это не банальная жалость. Очень хочет. Но сейчас он слишком разбит, чтобы продолжать терзать и себя и мистера Бана, что продолжает молча стоять позади. - Мне нужно время. - срывающимся голосом вытягивает из себя Хенджин, наконец, разобравшись с замком, и выбегает из квартиры любимого учителя.