Непарная пара

*50* Открывая дверь в гостиную, Анири уловила еле слышное «Тш-ш! Идет!», напомнившее ей о необходимости сделать внушение. Поэтому, войдя в комнату, магичка прошлась по поспешно поднявшимся однокурсницам Лиары добродушно снисходительным герцогским взглядом, а затем чуть ли не торжественным шагом прошествовала к своему креслу. Остановившись, она еще раз оглядела гостей и, плавно опустившись на сидение, объявила: – Прошу садиться. Мияни дернулась, словно собиралась что-то сказать, но тут же, смутившись, присела на краешек дивана. – Прежде чем мы поднимемся наверх, – начала Анири свою лекцию, – хочу обратить ваше внимание, что моя спальня не проходной двор... Она выдержала паузу, а затем в суховато-высокомерной манере стала говорить об исключительных обстоятельствах, заставивших ее пойти наперекор своим принципам. Внимание девушек было очень разным. Имма внимала каждому слову; Энта принимала к сведению как должное, Мияни, стараясь копировать подруг, явно думала только об окончании лекции. А вот Атта радовалось, что ей предстоит увидеть то, что мало кто видел. Словно ее ожидала не обыденная спальня, а экскурсия по хранилищу драгоценностей императорского дома. Повторившись раза три и получив положенные «Мы поняли, ваше высочество», Анири сопроводила гостей к Лиаре. Сама же она не осталась, а ушла в кабинет поработать. Во всяком случае, планировала поработать. Но призывно лежащие на столе бумаги с незаконченными расчётами не смогли пробиться сквозь мысли, постоянно возвращающиеся к словам Лиары о семье и будущем. То есть к двум озадачивающих своей неопределенностью понятиям. В конце концов, устав от борьбы с собой, Анири бросила карандаш на стол и, откинувшись на спинку кресла, решила покончить с разбродом в голове. А для этого в первую следовало определить конечную цель... Перед глазами девушки возник образ ниши в фамильном склепе герцогов Дорогежинских, над которой красовалось ее имя. – Ну это уже конец послесловия, – мрачно усмехнулась она, – а нужно, хотя бы его начало. Например, кто будет горевать на моем похоронном обряде? Анири представила не раз виденный великосветский хоровод, наполненный притворными охами и формальными соболезнованиями, с его кружением-гаданием вокруг наследников. Кем они будут? Анири тяжело вздохнула и неожиданно подумала, что в старости хотела бы иметь внучку, такую же егозу, какой была она. Будет весело покрывать ее проказы от родителей и тайком рассказывать о собственных проделках. Вот только внучка означает, что должны быть дети... Магичка невольно хмыкнула. Ее с младых лет раздражали поучения, что она будущая мать и жена. Мол, главное в ее жизни родить и воспитать наследников. Причем никого не смущало, что по такой раскладке, после этого самого воспитать наступает пора абсолютно бесцельного существования. Внушение женской доли усиливалось со временем, вызывая протест и сопротивление. Взрослые воспринимали ее возмущения как прыщи – неприятно, но пройдет. Они словно не понимали, что их «израстется, никуда не денется» только подливало масло в огонь. Поэтому юная герцогиня временами срывалась на поклонниках. Позже, когда в ее жизни появилась Джасса, Анири стала спокойнее реагировать, вернее, полностью игнорировать планы родни. Однако любой намек на детей по-прежнему воспринимала как некую форму агрессии. И вот теперь, чуть ли не впервые, подумала о них сама. Не в смысле «захотелось», а что у нее нет неприятия к «родить ребенка». Ее просто не устраивает навязываемая обществом семейная модель. Вот парни из ее команды рассказывали, как путешествовали с отцами, ходили на охоту, ездили на ярмарки, даже на технических выставках бывали. Если бы у нее родился пацан, то она не отказалась бы на пару с ним так проводить время. А потом бы они возвращались домой... где их встречала Лиара? «Пожалуй, соглашусь с девчатами, – грустно вздохнув, веселостью подумала магичка, – жалко, что Лиара не парень, а то с ней так удобно жить...» Неожиданно вспомнилась Джасса. Жизнь с ней была естественна как дыхание. Но по неизвестной причине сейчас от тех светлых чистых чувств повеяло хрупкой детскостью. От отношения с Лиарой изначально строились на другой основе, но почему-то именно они воспринимались более семейными... если не брать секс, конечно. В этом смысле к «любовнице» не тянуло совершенно. Хотя с ней уютно. Не так, естественно, как с Джассой, а по-другому. Наверное, из-за того, что Лиара гораздо крупнее. С ней можно немножко побыть маленькой и слабой, чтоб почувствовать заботу и защищенность. В прошлом у нее таких желаний не возникало. Да и не могло возникнуть, поскольку любовь давала ей, казалось, неисчерпаемый источник сил. Сейчас отсутствие любви прекрасно объясняет появление других потребностей. И это хорошо, поскольку Анири не готова пускать кого-либо на место Джассы. Поэтому создаваемый «любовницей» комфорт надежности-защищенности находит в ее душе отклик. Возможно, даже, будь Лиара парнем, они могли бы попробовать... Не то, чтоб Анири хотелось, но для зачатья в постели нужен кто-то противоположного пола. А такому как Лиара, она, пожалуй, могла довериться. Прикрыв глаза, магичка мысленно переодела сожительницу в мужскую одежду. Получилось как-то средне. Ребята с боевого выглядели привлекательнее. Тут вспомнилось, кто именно закрыл ее от огня, и образ Лиары-парня обрел некую брутальность. Такое тоже не понравилось – самоуверенные и наглые самцы лично у нее вызывали неприятие и никогда не ассоциировались с мужественностью. Она вернулась к начальному образу, сделав плечи пошире, а таз поуже. Получилось слишком атлетично. Рассердившись, Анири подрисовала здоровый живот. Результат расстроил. Захотелось постучать себе по голове… и сразу раздалось: «тук-тук». Анири встрепенулась, осознав, что задремала. – Ваше высочество...– послышалось из коридора. – Да, войдите. Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула Имма: – Прошу прощения, Ваше Высочество, там к вам пришли. – Да? – удивилась магичка. – Я пошла вниз, нагреть еду для Лиары. И услышав стук в дверь, спросила кто пришел. Оказалось, что ваш сосед, преподаватель химии. – Хм? Интересно... Он не сказал, что ему надо? – Нет. Могу только сказать, что он чем-то весьма расстроен. – Это его обычное состояние, – отмахнулась девушка. – Боюсь, я его не улучшила. – То есть? – У меня не было вашего разрешения, поэтому я его не пустила в дом. Ему это не понравилось. Анири засмеялась. – А вот это ты молодец, – похвалила она Имму, вставая из-за стола, – ладно пойдем встретим соседа. – Прошу прощения... – Да? – Вам бы переодеться. Ведь он мужчина, а вы в... – девушка слегка замялась, но быстро нашлась, – в домашнем. Зачем вам кривотолки?.. – В домашнем, говоришь, – Анири оглядела себя, – ну нечего, возьму тебя дуэньей. Посидишь в комнате... – Прошу прощения... – Да, говори уже без «прощений». – Мне на кухне нужно закончить. – А-а! Хорошо, позови мне кого-нибудь из подружек. Атту, что ли... – Лучше Энту, – предложила Имма, – Атта очень хорошая девушка, но... – Зачем мне кривотолки, – закончила магичка с улыбкой, – спасибо, я как-то не подумала об этом. Давай, зови Энту. – Хорошо, ваше высочество. Девушка исчезла за дверью. *** Преподаватель химии Иртсимек, едва только перешагнул порог, как сразу в своей категорично-желчной манере потребовал не распускать про него идиотских слухов. Он не встречался и встречаться не собирается с разными всякими девицами, которых потом находят мертвыми. У него очень серьезный проект и ему совершенно не до визитов всяких следователей, которые не только отнимают время, но и нагло лезут, куда не просят и губят весь эксперимент... Слегка ошалев от вываленного на нее возмущенного многословия, Анири гадала, стоит ли простить слегка блаженному ученому мужу такое выступление или рявкнуть на него так, чтоб он осознал, с кем разговаривает. Чаша весов стала склоняться к последнему, когда неожиданно в монолог соседа встряла Энта. – Это проект по синтезированию молочной кислоты? – спросила она. Иртсимек «споткнулся» и, удивленно посмотрев на девушку, неожиданно улыбнулся: – А-а, госпожа Энта! Приятно снова видеть вас. Какими судьбами? – Ее высочество была так любезна, что пригласила нас навестить пострадавшую на пожаре подругу. – Это очень любезно со стороны со стороны ее высочество, – сосед все с той же благожелательной улыбкой посмотрел уже на Анири, словно мгновение назад не высказывал ей претензии. Посмотрел и вздрогнул: – Какой пожар? У нас? – На лесопилке Академии вчера случился пожар. Погиб доставщик продуктов Рус, серьезно пострадал первокурсник, и моя Лиара получила ожоги, – дала магичка развернутый ответ. – Подождите, – мужчина попеременно посмотрел, то на одну девушку, то на другую, – мне этот следователь сейчас заявил, что пришел после беседы с вашей работницей. – Лиара сегодня ни с кем не беседовала. – Господин Иртсимек, – вмешалась Энта, – почему бы вам не пройти в гостиную и не рассказать подробно, что произошло? ¬– А-а... Ну да...– пробормотал преподаватель, и девушка поспешно распахнула перед ним дверь в комнату. – Да, проходите, располагайтесь, – поддержала приглашение герцогиня, – я только о чае распоряжусь. Вы ведь будете чай? – Да. Признаться у меня сегодня как-то с питанием не заладилось. – Тогда проходите, а я распоряжусь. Мужчина неуверенно кивнул и прошел в гостиную. – Я тут влезла...– виновато прошептала Энта. – В данном случае все в порядке, – отмахнулась Анири, – так мы действительно быстрей получим информацию. Давай за ним и начинай его настраивать на излагательный лад. Ответив магичке заговорщицкой улыбкой, Энта последовала за химиком.