Непарная пара

60.1 «Люди имеют тенденцию принимать желаемое за действительное. И я, как ни обидно, не являюсь исключением, – философствовал про себя Лиахим, поудобней устраиваясь в кровати, – вот и я млею от того, что в меня влюбились, и отгоняю другие очевидные объяснения. Например, дружбу, душевное одиночество, возможность побыть слабой и защищённой, ощутить поддержку, да и просто поплывшие мозги от воздержания...» На последнем пункте его несколько заклинило, поскольку с одной стороны не было уверенности, что у женщин работает так же, как у мужчин, А с другой– возникала озабоченность последствиями собственного воздержания. Чего в нем больше: истинного чувства или простого желания помять девичье тело? Впрочем, не исключено, что первое выросло из второго. А может и то, и то свидетельствует о тяжелом психическом отклонении?.. Но в то же время, как приятно вспоминать взгляд Анири... ее слова... прикосновения. В груди случился прилив слезливо щемящей нежности, и в животе... включилось до боли острое предупреждение, что если быстро не добраться до туалета, то он(живот) не собирается нести за порушенную чистоту никакой ответственности. Лиахим резко открыл глаза, и словно окунулся в черноту комнаты. Холодная клешня испуга сцапала сознание жутким «Что?..», но тут же отпустила, давая осознать ночную темноту. Очерчивающий прямоугольник двери неяркий свет, привлекая к себе внимание, помог окончательно справиться с растерянностью. С ее уходом вспыхнуло осознание нужд организма. Перемежая проклятья невольными стонами, Лиахим уселся на кровати и, спустив ноги, привычным движением поискал тапки. Ругнувшись по поводу «никто не озаботился», он, кряхтя как старый дед, поднялся и поспешно поплелся к двери. Днем ему уже посещал заветную комнатку в конце коридора, поэтому вопроса куда податься в момент острой необходимости не возникло. Правда он не знал, как быть со светом. Но живот не позволил терять время на пустяки, поэтому пришлось предаваться размышлениям о потребностях духовных и физических в темноте. Некоторое время спустя, приводя себя в порядок, Лиахим невольно подумал о своем везении. «Ведь приложи тречев соседушка чуток больше сил, то в таком сугубо личном деле без посторонней помощи уже не справился, – поправив одежду, он приоткрыл дверь в коридор, чтоб получше осветить рукомойник, – тут бы и конец настал всем моим тайнам. Зато в момент бы оценил искренность слов Анири об отношениях с мужчиной...» Дешевое мыло оставило на руках ощущение какой-то излишней до болезненности чистоты. Поворот вентиля открыл слив раковины, и вода с гулким шумом понеслась по трубам в унитаз . Дождавшись окончания процесса, Лиахим вышел в коридор и тут же увидел закутанную в темный плащ фигуру, выскользнувшую из соседней с его палатой комнаты. Лицо человека оказалось в тени, но отблеск света на рыжих с проседью волосах указывал на Краима Троя. – О, вот ты где! – воскликнул вышедший с какой-то поспешностью, – а я тут проведать пришел, – он прикрыл за собой дверь, – сунулся, а тебя нет – Господин капитан? – с нескрываемым удивлением приветствовал его Лиахим. – Ну что вы так официально, милая Лиара...– произнес тот, делая шаг навстречу тем самым открываясь свету. Сразу стал хорошо различим поднятый широкий воротник, казавшийся своеобразным доспехом, прикрывавшим нижнюю часть лица. Наверное, поэтому как бы нежная улыбка выглядела уродливой трещиной нарушавшей совершенность защиты. – Мы не на смотре и не параде, – продолжал пех-капитан, подходя ближе, – так что вполне можем обращаться друг к другу по имени. – Это как-то неудобно, – возразил Лиахим, прикидывая как побыстрее улизнуть от нежелательного общения. Побег обратно в туалет, к сожалению, исключался. – Так мы по-соседски, – мужчина остановился в полушаге. – Вы все же преподаватель, а я... – Условности, милая Лиара, это все условности, – пех-капитан сделал паузу, – а мне было бы приятно, а это...– он довольно резко распахнул полы плаща, и вытащил из внутреннего кармана небольшой чуть примятый букетик простеньких цветов, – чтоб чуток упростить наше общение. – Или усложнить, – невольно пробормотал Лиахим, – принимая букет. – Нет-нет, никаких сложностей. Я специально постарался прийти попозже, чтоб не компрометировать... Неожиданное «Надо же!» за спиной заставило его быстро обернуться. Лиахиму стала видна лестница, по которой понималась Анири с довольно большим вещевым мешком за плечами. –... А я-то думала, что вы, таясь, пробрались сюда, чтоб вас с вашими манерами на смех не подняли. Это ж надо было додуматься, караулить даму сердца под дверями туалета! – герцогиня, встав на последнюю ступеньку, скользнула взглядом по рукам «возлюбленной», – да еще с цветами. Впрочем, признаю, встречать с цветами выход из туалета весьма рациональный заглушающий запахи изыск. – Курсантка Яавреп, – проскрипел пех-капитан, – вы, кажется, нарушаете устав академии, обращаясь ко мне подобным образом. – То есть вы, – Анири подошла практически вплотную к мужчине, – делая попытку разрушить мои семейные связи, действуете строго в соответствии с уставом академии? – Лиара не является вашей семьей! – Де юре, да не является... – Вот! –... а де факто, только глухой в академии не слышал о наших с Лиарой близких отношениях. – По академии о вас, курсантка Яавреп, куча слухов гуляет, но пока они печатью не заверены – это просто пересуды кумушек. Поэтому они под устав не подпадают и ни в кои мере не являются помехой моим чувствам. – То есть вам нужен документ? – Да уж желателен... – Понятно... Скривив губы в снисходительной усмешке, герцогиня решительно двинулась вперед. Подозревая провокацию, пех-капитан осторожно шагнул в сторону, избегая столкновения. Хитрая же девчонка воспользовалась этим, чтоб влезть между ним и Лиахимом. Мужчина был вынужден отступить. Оставив «возлюбленную» за спиной. Анири надвинулась на соперника: ¬– Значит все дело в документе? Как насчет договора о найме? Вы ведь знаете, что Лиара является служащей моего дома? – Ну-у, сейчас-то она не на службе. – Да? – Анири сделала небольшой шажок вынуждая пех-капитана попятиться, – то есть вы, совершенно посторонний человек, в курсе того на каких условиях дом Дорогежинских заключает договоры со своими служащими? – Причем тут ваш герцогский дом? Лиара – работница Академии. – Ей придан статус работницы Академии, – парировала аргумент соседа девушка, продолжая медленное наступление, – на основании того, что она является моей личной служанкой. – То есть таскаешь в постель на службу? – Зависть – плохое чувство, – жестко отрезала магичка, – тем более что она побудительный мотив для противоправных действий. В частности, вы нарушаете закон империи о нерушимости частных договоров. Кроме того, договор, его исполнение, равно как и защита попадает под законы герцогства Дорогежинского, в согласии с которыми вас вполне можно судить за покушение на частную собственность владетелей. Я уже молчу о законах по защите чести и совести. Но зато напомню, что нарушение законов не предусматривается уставом академии, даже если вы имеете статус преподавателя. – Угрожаешь? – Защищаю свое. – Посмотрим еще, насколько оно твое, – зло процедил пех-капитан, развернулся и пошел к лестнице.