Любовь в кавычках

      Легко быть милым с теми, кого любишь, а вот быть милым с теми, кого ненавидишь - это наука.

      С приходом Решетниковой Елены Анатольевны в наш класс, образ жизни пришлось сильно поменять. Решетникова хоть и была женщиной тучной, но активность в ней играла, как в зайчике - энерджайзер. Она никогда не уставала ездить с нами по разным экскурсиям и выставкам, многое знала сама и рассказывала без экскурсовода.       Активный образ жизни прекрасно выбивал всякую дурь из юных, детских голов. Многие дети ходили на экскурсии лишь бы занять свободное время, а другая часть шла по принудительно – ласкательным просьбам, ведь Решетникова прекрасно понимала, с хулиганьём можно справиться двумя способами. Кнут и пряник прекрасно решали эту задачу.       Нагрузка была такой, что у детей отпадало практически всякое желание шляться где-то и заниматься ерундой, конечно это только практически, но это было лучше, чем ничего.       Решетникова располагала к себе, хотя методы у неё тоже были неординарные, но видимо она была знатоком детских душ или ей просто повезло. Но к своему новому 8 классу она очень быстро нашла подход.       Дети полюбили её, она никого не гребла под одну гребёнку, с каждым учеником разговаривала на языке, который был понятен именно ему. Она прекрасно делала вид, что видит в нас отдельных личностей.       Изящная манипуляция, не более того, но, к её счастью, это работало, ну либо же ей просто всегда доставались только проблемные подростки в классное руководство и за столько лет преподавания она научилась укрощать маленьких дьяволят.       Несмотря на то, что она была также, как и Глобус, размеров XXXL почему-то никто не решался давать ей кличку. Дети, за глаза конечно, просто называли её по имени.       Елена Анатольевна выглядела достаточно статно. Одежду подбирала в не кричащих тонах, а в спокойных бежевых оттенках. В основном носила юбки и пиджаки. На голове стандартно был завязан пучок.       Конечно, везде были свои нюансы, и здесь не обошлось без них, характер её можно было описать одной небезызвестной фразой: «Булочка с корицей, которая может тебя убить».       Лишь один её приторно – сладкий тон был огромным намёком, что ты где-то накосячил. Изначально вообще, казалось, что эта женщина и слово «орать» несовместимы, но это только казалось.       Первое впечатление оно всегда обманчиво и создаёт лишь иллюзорную вуаль, а когда дело доходит до суровой действительности настаёт момент разочарования. Но об этом мы поговорим позже.       С этой женщиной каждый день приносил с собой сюрпризы и нам это нравилось. До недавнего времени дети из двух разных классов, начали сближаться.       У Решетниковой получилось создать комфортную атмосферу для обучающихся и построить, хоть и хрупкий, но все же мост доверия, между друг другом. Это была одна из основных её задач, чтобы дети не поубивали друг друга, находясь в одном классе и помещении.       Из режима холодной войны все изначально плавно перешли в нейтралитет, а потом и вовсе начали сближаться, а кто-то даже дружить.       Коллеги поражались такой быстрой смене настроя у детей и готовы были чуть ли не аплодировать стоя этой Великой женщине с большой буквы.       В дальнейшем вы ещё узнаете, что эта первая большая буква не могла её обозначать никак иначе, чем Хуйло, но как уже было сказано ранее, это будет потом.

***

      Состояние Кати Шульц потихоньку начало приходить в норму. Постепенно спокойствие преобладало над раздражением всё больше и больше. Она просто приняла решение, что проблемы будет решать по мере их поступления, а Каренина вообще для неё не проблема.       Женщина, которая не умеет относиться к людям по-человечески не заслуживает со стороны Шульц ни грамма уважения к себе, а уж тем более ни одной потраченной нервной клетки.       Хоть Катин разум и твердил о том, что эта женщина не достойна её внимания, сердце каждый раз начинало нестись вскачь от одного лишь взгляда на Мисс ледышку.       Кабинет на третьем этаже она начала обходить стороной, не хотелось видеться с Карениной и испытывать те эмоции, которые ей, и её маленькому сердечку, не понятны.       Уроки с Кариной проходили плавно и без происшествий. Никто не хотел злить Каренину и испытывать на себе её гнев.       Особенно после того случая как они ненароком разбудили в ней огнедышащего дракона.

***

Если женщина тебя ненавидит, значит ей не всё равно

      Ситуация произошла в пределах недели назад. Урок русского языка не нёс в себе ничего интересного, кроме знаний в светлые головы нерадивых учеников. Информативно, конечно, но до жути скучно.       Шульц приняла для себя важное решение поменять локацию, и переселилась со всеми пожитками на последнюю парту третьего ряда. Подальше от учителей, и к великому сожалению, поближе к Полонской, но на тот момент она считала, что это гениальное решение всех её проблем в отношении Карениной.

Чем дальше находишься от раздражающего фактора, тем тебе спокойнее живётся.

      В начале урока большая масса детей стала подтягиваться к столу педагога. Ученики хотели побыстрому отдать свои тетради на проверку ошибок в домашних работах.       День был сумасшедший, только закончилась физкультура и оболтусы никак не хотели приводить себя в порядок и успокаивать свои развеселившиеся задницы.       Компания галёрки были главарями этого бунта, а полководцем этого парада буйных идиотов, как всегда, была Полонская.       Катя знала, что от Светы можно ждать подставы, но, чтобы так влипнуть по её вине, это было слишком неожиданно.       Где же был в этот момент мой мозг и почему я не вспомнила прописную истину?

Никогда не связывайтесь с идиотами, иначе — они превратят вашу жизнь в ад.

      Вот говорят же люди умные фразы, только по какой-то неведомой всем причине вспоминаем мы их только после того, как обязательно случится какая-то херня.       Полонская в раже схватила со стола Шульц пенал и начала его кидать по эстафете своей компании. Саша Мартова, заведённая озорным настроением, кинула пенал в сторону учительского стола, в толпу, надеясь попасть в Першкова, потому что уж больно он хотел поучаствовать в этом шоу.       Всё веселье было прервано громким вскриком из толпы. Как вы думаете, кому в голову прилетело этим чёртовым НЛО? Ну естественно удача обошла Каренину стороной в этот день! И тяжеленный пенал Шульц прилетел ей прямо в лобешник.       Удивительно, как после таких приключений, у неё не вырос рог единорога на лбу.       Кате на секунду показалось, что сердце остановилось, страх за эту женщину, конечно, не отменял того факта что она стерва, но очень ясно дал понять самой Госпоже Шульц, что ей не всё равно на Мадам ледышку.       В глазах Карениной, сквозь пелену начинающих скапливаться слёз, отчетливо была видна ярость, ей было больно и обидно. Она обвела взглядом всю галёрку, остановила взор на Шульц и этот пронизывающий до костей взгляд был красноречивее любых слов. Она подумала, что Катя тоже участвовала в этом балагане, а злосчастный пенал прилетел ей в голову не по печальному стечению обстоятельств.

Как писала Сара Дж (Маас. Стеклянный трон) «Какие у тебя красивые глаза... и какие злые!»

Приключения пенала - путешественника закончились трагически.

      У вас, бывало, когда-нибудь такое, что ты ничего не делал, но подсознание упорно твердит, что ты тупой баран и по уши влип в дерьмо? Так вот Катя испытала именно это чувство. Карениной не стоило даже ничего говорить, по одному только взгляду было понятно, виновного в этой ситуации она нашла и это была Екатерина Шульц! Аплодисменты в студию!

Я ещё ничего не сделал, а уже жалею. (Помни меня - Remember Me 2010г.)

      Чувство жалости и сожаления за произошедшее царапало душу и приводило к самоуничтожающим последствиям.       Кате хотелось пойти и извиниться за содеянное, догнать Мадам ледышку и попросить её не плакать, но это было невозможно, не поймут, ни она, ни одноклассники.       Вернувшись в кабинет без заплаканного лица и вообще каких-либо эмоций на нём, Каренина продолжила вести урок. Триггером стало поведение Максима Шевчука. Выйдя к доске, этот придурок устроил клоунаду и начал заводить опять весь класс.       Нервы Карины лопнули, как натянутые струны, она взяла в руки журнал класса и со всей силы долбанула по столу с криком «Тишина!», а стеклянная накладка на учительском столе разлетелась на мелкие осколки. Звук разлетающегося стекла по линолеуму Катя запомнит надолго.

***

      Хотя на уроках Карениной стало значительно тише, основные шуты и быдло вели себя без изменений. На долго их не хватило, да и нужного эффекта нервный срыв Карениной на них не произвёл.       Полонская так же огрызалась и нарывалась на неприятности, в особенности, в лице Карениной, уж очень ей нравилось, видимо, испытывать нервную систему Карины Николаевны на прочность.       Першков продолжал так же тупо шутить, но теперь его целью было, привлечь внимание Шульц. Парня зацепила эта девчонка не на шутку. Он возомнил из себя мачо и никак не хотел понимать своим крошечным мозгом, что его подкаты сойдут только для таких же одноклеточных, недоразвитых придурков, как и он сам.       Шуточки были сальными, смех до омерзения походил на предсмертный крик чайки, а сам он был похож на клоуна – дегенерата, у которого процент мозга еле – еле дотягивал до показателей одной сотой процента. Возможно, у него просто одна извилина прямая. Катя пока не разобралась с этим, да и не особо хотелось, главное, чтобы берега видел.       В общем жизнь шла своим чередом, со всеми шероховатостями и неровностями, американские горки были только впереди.

***

      Октябрь выдался безумно холодным. Только середина октября на дворе, а зимняя куртка уже стала верным спутником многих жителей столицы.       Сегодня у нашего класса должна состояться плановая диспансеризация, а сразу после неё поход в музей А.С. Пушкина. День обещал быть плодотворным и по всей видимости очень даже весёлым.       - И так, 8 класс давайте проведём этот день без происшествий, спокойно пройдём диспансеризацию и поедем в музей, - Решетникова была вся на взводе, нервный день, из детей активность бьёт фонтаном, приходится перекрикивать толпу непослушных, шумных подростков, а это очень сложно сделать когда ты одна, а их тридцать с хвостиком, - Першков, Остров, Шевчук, Миронов! Вы меня вообще слышите? Без происшествий, это значит, без скандалов с врачами, без беготни по этажам и оров на всю поликлинику! – Из-за тупизма большей части учеников моего класса даже у нашей Алёнки начинала сползать маска святого ангела, с ними вообще было сложно всем.       - Конечно, Елена Анатольевна, всё будет в лучшем виде! - видимо громкость Першкова работает также, как сломанное радио, а именно, не регулируется от слова совсем. Эту систему – радио я поняла ещё с первых дней обучения с ним в одном классе, и почему только все говорят что это я вечно ору? Я просто громкоголосая от природы, а он придурок орастый, по-моему, разница ощутимо видна.       - Знаю я Максимка твоё «в лучшем виде». Без эксцессов! Я предупредила, если всё пройдет хорошо, после диспансеризации пойдем куда-нибудь покушать все вместе, чтобы в музей голодными не ехать. Все согласны? – в этот момент Решетникова была похожа на небезызвестного персонажа – змея искусителя, слишком сладко она вещала про золотые горы в виде вырисовывающегося вкусного обеда.       - Согласны! – Хор голосов, которые согласны с поставленными условиями приятно ласкал слух, хотя Алёнка прекрасно знала, что никто не собирался вести себя тихо и примерно, эксцессы обязательно должны были произойти, ведь с её учениками жизнь априори не может быть спокойной, надо запомнить только одно, мы на пороховой бочке, и когда рванёт неизвестно, но она обязательно рванёт.       Я всегда знала что мои одноклассники придурки и всё, что от них можно ожидать это только исключительный идиотизм, они носились по коридорам как угорелые, парни орали матом так громко, что слышала, наверное, вся поликлиника, начиная от цокольного и до пятого этажа.       Боже, да они даже не вспоминали о данном Решетниковой обещании вести себя тихо.       Да и вправду, зачем? Как уже говорилось, Елена Анатольевна очень умело скрывала под маской ангела змеюку Горгону, а мы - бедные подростки и не подозревали, что она может злиться, орать и уж тем более наказывать, именно поэтому оболтусы моего класса танцевали на её нервной системе жаркий танец – сальса.       - Слушай Макс, я где-то мед. карту свою проебал! – парень кричал на всю лестничную площадку надеясь докричаться до Першкова.       - Шевчук, я очень надеюсь, что мне сейчас послышалось и этот вопль больного на всю голову орангутанга в действительности не был твоим, - по выражению лица Алёны читалось одно, хотелось нахреначиться в зюзю чем-нибудь горячительным, но Решетникова прекрасно понимала, она – педагог, поэтому в силу сложившихся обстоятельств, лекарство – виски был ей недоступен. Под рукой была только валерьянка. Хотелось померять давление, поэтому срочно нужно было искать где-то тонометр, - Я же просила вас всех не позорить меня на всю поликлинику, так сложно вести себя по-человечески?       - Нет, конечно, Елена Анатольевна! Этого больше не повториться, - Складывалось впечатление, что Шевчук сначала делал, а потом только начинал заставлять свой мозг функционировать, если он, конечно, вообще был способен на это.       Интересно, почему подростки в этом возрасте часто творят херню и не задумываются о последствиях? Что же это, плохое воспитание родителей, влияние общества или слишком ярое желание доказать свою зрелость? Кажется, что чем больше нецензурной брани будет в твоём лексиконе, тем круче, старше и лучше других ты будешь выглядеть. Увы, это не так.       - Конечно не повториться, он же теперь испугается при вас материться Елена Анатольевна! Вы же знаете, наши парни только в компаниях крутые, а на деле трусло да и только! - Полонская, как всегда, не смогла не засунуть свои пять копеек, ей было до жути весело смотреть на этот балаган, она чувствовала себя королевой класса, если не всего мира. С самооценкой у неё не было никогда проблем, а ситуации на подобии этой только раздували её эго ещё сильнее, словно ветер раздувает потухающий костёр.       Тяжело вздохнув и проглотив очередной приступ накатывающей ярости, Алёна проговорила, - Светик, я вижу, как тебе уже надо к кому-то прицепиться, иди покури, проветрись. Сашу Мартову тоже можешь взять с собой, а то и она скоро взорвётся, да и Веру с Аней тоже с собой возьми. Короче, берите компашка руки в ноги и идите проветритесь.       - Да, иди покури, проветрись, может выветришь хоть часть своего выпендрёжа, ты же у нас не трусло, тебе же всё можно, ты же крутая! – Першкова дико бесила привилегированность Полонской, но сделать он ничего с этим не мог, как и все из класса, поэтому приходилось, стиснув зубы терпеть её загоны и периодически отмахиваться резкими выпадами, это всё на что он был способен.       - У кого-то голос прорезался? Макс… - Продолжать и дальше ребятам хамить друг другу не дал стальной тон Решетниковой, - А ну заткнулись оба, — вот теперь она действительно была похожа на человека, который может убить, - Разошлись в разные стороны. Повторяю, в последний раз, прекратите меня позорить. Мы не в детском саду, устроили тут цирк!       Дети действительно опешили от такой перемены в поведении Решетниковой, голос был холодным, как сталь, а в глазах бесновалось пламя, которое не предвещало ничего хорошего. Когда рептилия шипит, она готова нападать.       Я наблюдала за разворачивающейся картиной со стороны и испытывала смешанные чувства, с одной стороны мне безумно нравилось то, что хоть кто-то начал строить это стадо баранов, а с другой на душе было гадкое предчувствие, которое говорило о том, что день сейчас испортится окончательно. Флёр утренней легкости и радости ускользал словно песок сквозь пальцы.       Несмотря на всё своё нежелание влезать, я всё же решилась возложить себя на алтарь, как жертвенную овцу, ради того, чтобы не портить хороший день. А что? Прикольно будет звучать.

Великомученица Екатерина Шульц.

      Собравшись с духом и глубоко вздохнув, крикнула, - Елена Анатольевна! Мы с девчонками всё, остался только психиатр, он же должен быть последним, - Решетникова повернула голову и мило улыбнулась, так, будто не она минуту назад была готова убить компанию юных садистов, - Да, конечно Кать, - обведя взглядом всех собравшихся вокруг, она сказала, - Все прошли всех врачей? Те, кто не прошёл поднимите руки, если все всё прошли дружно спускаемся на первый этаж к психиатру и пора уже заканчивать эту диспансеризацию.       С меня сошло сто потов, не меньше, а потом резко наступило облегчение, думала, что кончина уже близка, что сама себе подписала смертный приговор, но всё оказалось намного проще.

Красная тряпка для быка стала не триггером, а просто отвлекающим манёвром, на моё благо коррида не удалась.

      Я не попала под раздачу бонусов, а это можно считать ещё одной маленькой победой. Быку – Анатольевне мы автоматически засчитываем техническое поражение.       У Алёнки зазвонил телефон, и все заткнулись, дабы не мешать беседе и более не злить классного руководителя ещё сильнее, не хотелось испытывать её выдержку и самообладание на прочность.       Разговор продлился меньше минуты и особо информативным не был ни для кого, кроме естественно самой Решетниковой. Всё что мы поняли из одностороннего диалога, который услышали, было то, что, Галина Фёдоровна – учитель физики уже приехала в поликлинику и ждёт нас на первом этаже. С какой целью эта очковая кобра решила совершить сюда визит было непонятно, но оттого и ещё более страшно.       Галина Фёдоровна – женщина приблизительно пятидесяти лет, одевается чопорно и безвкусно, в своих нарядах она похожа на старый, облезлый башмак. Серые и чёрные тона в её одежде преобладают, взгляд вечно сосредоточенный и хмурый, она ходит по школе, обводя коридоры этим взглядом словно ястреб в поле охотится за безобидной мышкой-полёвкой. Эту женщину многие боялись, а многие уважали. Она умела держать марку. Я могу её сравнить только с одним персонажем – Сталин в юбке!       Кое-как собравшись в однородную массу наша дружно-орастая, компания двинулась на первый этаж. Действительно, пора уже заканчивать эту диспансеризацию, хочу поехать в музей, да и стены поликлиники как-то не особо способствуют позитивному настрою. Врачи становятся очень раздражительными в период школьных диспансеризаций, а так как они не учителя и не обязаны контролировать свои эмоции вся неприязнь к детям, так и написана у них на рожах.       Тем более, что сегодня по вине Сизиной я уже чуть не лишилась руки в этой долбанной поликлинике. Я, конечно, понимаю, что фобии у всех бывают разные и каждый человек проявляет свой страх в особенной манере свойственной только ему, но не до такой же блять степени!       Мы с Сизиной хоть и друзья, но это не отменяет того факта, что она кобылка в два раза больше, чем я, и переломать мне руку своим хватом ей на раз два, но твою мать, видимо ей этот факт не известен.       Катя попросила меня подержать её за руку пока она будет сдавать кровь из пальца, ну и я, конечно, по-дружески согласилась. Кто же знал, что Катя вцепится в меня словно клещ в свою добычу? Да никто мать твою не знал! А уж тем более я, наивная овца, не думала, что Катя настолько сильно боится сдавать кровь. Ладно бы Сизина боялась вида крови, но нет же! Она боится самих болевых ощущений.       Катя схватила меня за руку и от страха начала её сжимать так, словно моя рука — это спасательный круг для утопающего, хотя в нашем случае тоже не очень подходящий пример. Больше было похоже на то, что она подумала, что моя рука – это мягкая игрушка антистресс и сколько на неё не дави с ней ничего не будет. Чёрт возьми, было! Мне было дико больно, у меня искры посыпались из глаз, на секунду даже успела подумать, что можно уже попрощаться с рукой, казалось, ампутация кисти неизбежна.       Потом ещё это моё жертвоприношение себя на благо всего класса в битве против титана Решетниковой, тоже бесило что чёртова доброта заставляет меня быть затычкой в каждой бочке. До добра меня точно не доведёт натура самаритянина.       Теперь ещё и физичка сюда припёрлась, нашествие инопланетян и то не было бы настолько критичным, как физичка с моим классом в одном помещении. Капец, пусть она и подружка Решетниковой, это не меняет ничего. Она ненавидит наш класс, я лично с ней не сталкивалась, конечно, но то, что она мегера ещё та, поняла с самого начала, а это с поступлением в среднюю школу.       Раздражение кипело и бурлило в венах, из ушей чуть ли не пар валил от напряжения, хреново, конечно, в таком состоянии посещать психиатра, но что поделать, жизнь вообще хреновая штука. Боже, хоть в одном повезло, сегодня не увижу Каренину, ещё одна печаль моей жизни, хоть одна женщина сегодня мне не испоганит день своим появлением, а это не может не радовать.       Хотя ладно, чего греха таить, я скучаю по Мисс ледышке, мне стало нравиться выводить её из себя всё больше и больше. Я честно не знаю почему всё так, но факт остаётся фактом, она меня обливает волной ненависти из глаз, а я устраиваю мелкие пакости на её уроках в ответ. Всё чаще стала отвлекаться на болтовню с Полонской и компанией, шумно себя вести, как от ученика вообще не даю никакой отдачи для педагога, а Мисс ледышку это бесит.       Когда у Карениной в глазах начинают танцевать снежинки, а в голосе ещё ярче выделяться стальные нотки, во мне поднимается буря эмоций. Благодаря этим мгновениям во мне поднимается уровень гормона радости, не то, чтобы я живу этими мгновениями, но это уже успело стать неотъемлемой частью моей жизни.       До чего я докатилась? Сижу жду приёма у психиатра и вспоминаю Каренину, больше похоже на моё безрадостное будущее, если я не закончу с ней войну, чем на действительность.       Психиатр видимо самый медлительный врач в этой поликлинике, детей он принимает очень медленно, а это ещё больше бесит, время ползёт с черепашьей скоростью.       Ладно, нужно позитивно мыслить. Благодаря медлительности психиатра я узнала зачем к нам приползла очковая кобра. Физичка сюда приехала отдать какие-то документы Решетниковой и попиздеть по душам. Походу эта старая карга и дома всех достала, раз уж она за разговорами едет к коллеге, даже если они друзья.       - Слушай Кать, да не психуй ты, сейчас пройдём психиатра, и поедем, - Наташа говорила это так спокойно, словно её и вовсе не волновал балаган, творившийся вокруг них. Хотя, наверное, это действительно так, Наташа до шестого класса отучилась в классе с трудновоспитуемыми, а именно с теми, кого к нам прикрепили в этом году, а потом уже перевелась к нам. Недолго же она наслаждалась своей свободой от Полонской.       Она всегда была отличницей, умницей, красавицей, да и выдержка у неё была большая. Её выдержке, контролю и самообладанию мог бы позавидовать любой. С Наташиным синдромом отличницы отучится аж до шестого класса с потенциальными уголовниками это, конечно, жесть, я бы так точно не смогла.       - Да никто и не психует, я просто хочу уже выйти из этой поликлиники и покурить, и желательно покурить так, чтобы Алёнушка этого даже не пронюхала.       - Дети, давайте в темпе, чуть быстрее проходим врача, у нас время поджимает, а вы у меня все ещё и голодные.       - Ну конечно, Елена Анатольевна, именно быстрее, именно с черепашьим темпом самого психиатра, ну конечно!       - Шульц, не язви! Что с тобой? Нервы шалят? Мы все на взводе, успокойся немного… - Решетникова в замешательстве, за Шульц никогда не наблюдалось агрессии и повышенной раздражительности, но сегодня определенно что-то не так.       - Да всё в полном порядке Елена Анатольевна, я вообще тихо – мирно жду свою очередь и молчу в тряпочку, - желание свалить из этой поликлиники как можно дальше росло с геометрической прогрессией, казалось, что в телефоне, который Катя держала в руках, скоро образуется дырка от её прожигающего взгляда.       - Так, дети, давайте быстрее, кто следующий в кабинет? Очередь не ждёт.       Ну вот и момент истины настал, сейчас пойдёт Сизина, а следом и я, сколько там ещё человек после меня должно пройти чтобы мы свалили отсюда?       Боже ещё пятеро, как раз Полонская и компания, хотя с другой стороны чего я психую? Пока они будут сидеть тут в очереди я беспалевно сгоняю покурить, никто ничего даже не заметит. Может всё не так уж и плохо?       Делаем глубокий вдох, открываем вк, наушник в ухо и начинаем наслаждаться убаюкивающим и успокаивающим голосом Лорак.       Сквозь пелену вдруг появившегося расслабления я услышала всего лишь одну фразу, но она дала неимоверный толчок накатывающей эйфории, раздражение свалило в небытие, так словно его никогда и не было, - Следующий, - О, музыка для моих ушей! О, блаженство!       На скорую руку обмотав наушники вокруг телефона и засунув его в портфель я двинулась в сторону кабинета психиатра.       Неуверенно постучавшись и просунув голову в маленькую щель между дверью и, косяком спросила, - Здравствуйте. Можно?       - Добрый день, юная леди, проходите, присаживайтесь, - врачу на вид было в пределах пятидесяти пяти, волосы седоватые и уже виднеется проплешина, тембр голоса низкий и глубокий, говорил он в лучшей из манер общения психиатров, спокойно и размерено.       Двинувшись вглубь кабинета, взглядом быстро отыскала стул и поторопилась посадить на него свою струсившую жопоньку, хоть дядька и выглядел достаточно миролюбиво во мне он по какой-то причине не вызывал никаких положительных эмоций.       Я присела на стул, и доктор начал свою пытку, - Как вас зовут? Сколько полных лет?       - Екатерина Шульц, полных четырнадцать лет, - Если честно, меня сильно смущал его внимательно – подозрительный взгляд.       Доктор что-то записал у себя на листочке и продолжил допрос, - Хорошо, Вас беспокоит что-нибудь на данный момент?       - Нет, ничего не беспокоит, - наверное в его глазах я выгляжу очень подозрительно, пугливая и напряжённая до невозможного. Точно подумает, что психушка по мне плачет.       - Хорошо, какие оценки ты зарабатываешь в школе? Хорошо учишься?       - Не могу сказать, что хорошо, но и неплохо. Всё больше зависит от самого предмета и того насколько он мне интересен, - Что же он там всё время записывает? Уже подыскивает мне психушку?       - Хорошо, ничего не беспокоит?       - Всё в порядке, меня ничего не беспокоит, - Стоп! Он уже задавал этот вопрос буквально минуту назад, он вообще в адеквате? Спокойно Катя, только без паники и без психоза.       - Со сверстниками какие отношения?       - Нормальные, я стараюсь общаться почти со всеми в классе, не конфликтую.       - Хорошо, - Задумчиво трёт подбородок, он точно сейчас сморозит что-нибудь, что меня выбесит, - Так говорите ничего не беспокоит? - Твою мать! Пока что меня беспокоишь только ты, лысеющее недоразумение.       - Ничего не беспокоит, всё в порядке, - раздражение уже начинала призывно раскрывать свои ручищи и звать меня к себе, как тут же в одну секунду его настрой поменялся и он приторно – сладким тоном проговорил, - Хорошо, мы закончили, позови пожалуйста следующего.       Из кабинета я выходила определенно злая, заметила за собой это не только я, но и мои одноклассники в комплексе с Алёнкой и физичкой. Шикарно! Просто блеск!       - Кать, всё хорошо? – Алёнушка была однозначно обеспокоена моим поведением, видимо мой хлопок дверью не предвещал ничего хорошего в её глазах. Ну извините блин.       - Всё хорошо, просто, как по мне, этого психиатра самого лечить надо, пусть голову сходит проверит! Он мне вопросы по несколько раз одни и те же задавал, вообще неадекватный тип, - Надо покурить! Срочно!       Галина Фёдоровна ядовито усмехнулась на моё высказывание и снова погрузилась в созерцание стен поликлиники. Неприятная женщина, отвращение к ней видимо не поменяется никогда на другие эмоции.       - Ну что ты так кричишь Шульц, это просто часть их врачебной практики, так что не ори, садись. Ждём сейчас оставшихся и выезжаем, - Н-да, хреновый из Решетниковой решала, НАДО ПОКУРИТЬ, эта мысль бьёт набатом по ушам.       - Я пойду маме позвоню и отыщу, где здесь можно воды попить, - Валим, срочно валим отсюда!       Выйдя из душного помещения на улицу, я почувствовала неимоверное облегчение. Свежий, морозный воздух приятно покалывал лёгкие, состояние значительно улучшалось, а ползунок раздражительности медленно, но верно начал опускаться вниз.       Двигаюсь за ближайший угол и попутно открываю ещё девственно-чистую, нетронутую пачку сигарет. Зажигалка, как всегда, находится в кармане джинс. Полиэтиленовая упаковка приятно шуршит. Сорвала её, настала очередь фольги, и вот «о, чудо!», наконец-то добралась до сигарет.       Достаю зажигалку из кармана, сигарета уже зажата между зубами, один чирк, второй, и вот уже табачный дым проникает глубоко в лёгкие и окаймляет пространство вокруг меня серовато-прозрачной дымкой.       Никотин в моей крови – это неотъемлемая составляющая меня. Для кого-то сигареты это баловство, для кого-то способ показать свою крутость перед сверстниками, а для меня табакокурение — это отдельный вид искусства. Благодаря табаку просеиваются мысли, словно сквозь сито, появляется ощущение лёгкости и расслабленности.       Одна затяжка, две, кажется, время вокруг меня замерло, остановилось и нет тех противно снующих туда-сюда людей, нет сигналящих машин, нет криков детей на соседней детской площадке, нет ничего кроме меня и этого прекрасного творения людского – сигареты.       К сожалению, расслабляться особо долго у меня нет времени, надо хватать руки в ноги и бежать назад в поликлинику пока Алёна ничего не пронюхала.       Не хочу потом выслушивать визги-писки и полоскание мозгов, о том, что курение – это плохо.       Кстати, однажды в КВН услышала фразу: «Минздрав предупреждает, при возникновении вопроса «Слышь, закурить есть?» курение и некурение одинаково опасны для вашего здоровья»       Настроение точно начало улучшаться, поэтому быстро и безжалостно потушив окурок о влажный асфальт носком ботинка, я побежала в сторону поликлиники, дабы не быть замеченной в ранее содеянном мелком преступлении.       Влетаю как ошпаренная в парадную и молюсь всем богам чтобы меня не спалили за маленькой шалостью. Куртка на крючок, адреналин разгоняет кровь в венах, голова ещё туманная от пережитого табачного экстаза. Кайф.       Кажется, все уже начинают собираться уходить отсюда. Ни Алёны, ни одноклассников нет у кабинета, странно. Наверное, уже где-то разбрелись по поликлинике. Надо бы найти Решетникову и побыстрее.       Так, Першкова с Мироновым вижу, Полонская с Мартовой тоже на месте, где же Решетникова и остальные? Ага, вот и Ларина выходит из кабинета психиатра. Похоже все в сборе, но только Алёнушку я до сих пор не наблюдаю в поле зрения.       Бред какой-то, куда эта женщина – энергетик делась? Ещё и кобра вместе с ней пропала. Ну, кстати, пропаже этой ползучей твари я не расстроюсь ни на йоту.       Ах вот они где, греют задницы на диванчиках рядом с телевизором. Интересно, Алёнка попрёт с нами это серо-мутное недоразумение или мы её всё же отправим домой? Надеюсь, что отправим домой.       По лицам моих собратьев по несчастью было видно, что они тоже не особо горят желанием наблюдать постную рожу физички и дальше. Как бы понять, сваливает она или нет? Думаю, если не свалит она, сами по себе сольёмся мы, лишь бы не с ней проводить время.       Завидев Ларину, двигающуюся в нашу сторону Решетникова, громко огласила, - Все в сборе? Никому в туалет не надо? Если нет, тогда бегом все в раздевалку и поехали, - по выражению её лица было видно, она устала уже только от диспансеризации, что же с ней будет после экскурсии? Это только одному богу известно.       Наташа в силу того, что была отличницей и ни в каких замесах не участвовала могла спокойно обращаться к учителям, чем она в принципе и пользовалась всегда, она их не боялась, как мы, ведь знала, у неё нет грехов за душой, - Елена Анатольевна, а мы сейчас куда? Сразу на экскурсию или всё-таки пойдём покушать? Мы как-никак на голодный желудок сюда ехали, - Состроила такую печальную мордаху, даже Полонская, наверное, не смогла бы ей отказать в этот момент.       Тяжело вздохнув уже в который раз за день, Алёна проговорила, - Ну что с вами делать, конечно, едем есть, Наташ, но ты будешь ответственная, если они мне истреплют все нервы ещё до приезда в музей.        -Хорошо, мне же Шульц поможет и Сизина, так что я думаю мы справимся, - Стоит блин и сияет, как чёртов начищенный самовар.       С какого хрена я там, где-то должна помогать? Не буду я этого делать, сами справятся, не маленькие, помогу я им, как же! Держи карман шире! Ладно, надо собраться и постараться отшутиться, - Конечно, я помогу, но ни за что не отвечаю! – Прокричала я, натягивая куртку и попутно двигаясь в сторону выхода.

***

      Кажется, у Решетниковой такое хобби – снимать нас на видео и делать тупые фотки, когда мы этого не ожидаем, а может просто она ведёт отчётность о проделанной работе с трудновоспитуемыми подростками?       Хрен поймёшь её, хотя мне в принципе это и не нужно, главное, чтобы я меньше всего в кадр попадала, а там мне уже всё равно для чего ей нужны эти материалы.       Из поликлиники все двигались на позитиве, ведь мы знали, близится время обеда, казалось, что больше ничего не может изгадить этот день и все круги ада были уже пройдены.       Наверное, моё шестое чувство в принципе отключилось в последнее время. Хотя для зимы ещё рановато, так что вернись блять из своей спячки, кидало малосольное!       До района мы тоже добрались вполне себе сносно. Не могу сказать, что всё было в полном идеале, такого просто не могло быть, но то, что мы вели себя вполне тихо, это факт.       Физичка тоже свалила от нас, что не могло не радовать, не хотелось ещё и с Галиной Фёдоровной тусоваться до конца дня.       По-моему, ей позвонила дочь и попросила посидеть с внучкой, поэтому старая кляча упорхнула в своё логово.       Завидев огромное здание ТЦ, мы с одноклассниками чуть ли не бегом ринулись к нему, есть хотелось дико.       Конечно, это же сродни подвигу, не есть пол дня. Желудки голодных подростков издавали неслыханные серенады.       Обед протекал плавно, а самое главное вкусно. Местами, конечно, безумно хотелось засунуть в жопу Решетниковой её фотоаппарат, потому что она с ним развлекалась, как только могла.       А вас разве не будет бесить, если вы сидите, спокойно засовываете картоху фри себе в рот и только-только хотите насладиться этим божественным вкусом, как на вас наводят объектив фотоаппарата и начинают снимать. Ну что это такое? Никакого, мать её, такта. Мисс обломщица.       Как ни крути ползунок эндорфина начал стремительно двигаться вверх. Смех и веселье взяли реванш над пессимистичным настроем, а шутки и подколы Першкова стали громкими и неиссякаемыми спутниками нашей поездки.       - Кать, кажется, нас опять снимают, - сказала Наташка, попивая колу и хихикая себе под нос.       - Да я так и поняла, что сегодня мы прям в звёздах у Алёнушки ходим, объектив от нас так и не отлипает, - поддержала её настрой звонким смехом.       Кто-то, улыбаясь позировал в объектив, кто-то, пытался быстрее доесть свой вкусный обед из мака и не подавиться при этом, кто-то, засовывал картоху фри в нос. В общем было действительно весело.       От смеха кола была готова бежать через носы у собравшихся, что она, собственно, и сделала в случае с Мироновым и Островым.       Пока парни пили колу, размахивали руками в камеру и ржали как кони, делая все эти три дела одновременно, злосчастная жидкость решила, что в организме ей тесно и надо начать бежать носом.       В этот момент парням было уже не до смеха, а вот все остальные поржали до колик, даже сама Алёна не сдержалась и забыв о этике начала стебать парней.       Отдышавшись после марафона смеха, Решетникова спросила, - Ну что, все поели? Вы готовы ехать?       Дети безмолвно подняли свои стаканы с колой и всем своим видом показали, что они готовы.       Куртки и шапки очень быстро были надеты, вещи и остатки еды взяты в руки, а потом конечно же не обошлось без того, что после выхода из здания кому-то приспичило в туалет и пришлось ждать наших писающих мальчиков на улице пока они вернутся и сбегают в санузел.       Наконец-то все в сборе. Надеюсь, день не испортится под самый конец прогулки.       Голос Решетниковой вывел из раздумий, - 8 класс, я надеюсь в музее мне не придётся за вас краснеть так же, как в поликлинике? - После этого напряжение снова повисло в воздухе.       Я решила влезть во всю эту красоту и не ждать пока кто-нибудь ляпнет ахинею, я её ляпну сама, - Елена Анатольевна, как сказал Иван Будько «Не переживай Валюха, всё будет пучком, останешься бледной» - Класс заржал, атмосфера была опять разряжена, а это значит - мы готовы ехать в музей!

***

Как однажды сказал кто-то умный… «Женщина — самый сильный из известных наркотиков. Некоторые экземпляры вызывают привыкание ещё до первого употребления».

      Те, кто подчёркивают красоту шумного мегаполиса, сильно преувеличивают, скорее просто не знают какого это на самом деле жить в постоянном напряжении и темпе загнанного осла. Хотя, возможно у этих людей был полный желудок и хорошее настроение.       Как говорится, после вкусного обеда… Нет, не вытри руки об соседа. После вкусного обеда и прогулки на свежем воздухе кажутся идеальными, даже если этот свежий воздух полон выхлопных газов и нет ни единого намёка на размеренность и спокойствие.       Храм Христа Спасителя - это Величественное здание, которое входит в пятерку крупнейших соборов мира и является самым большим храмом русской Православной церкви. Именно через это место пролегал наш маршрут.       Находясь под огромным впечатлением от созерцания большой, белоснежной церкви с позолоченными куполами, которая находилась не так далеко от самого музея Пушкина, я перестала обращать внимание на всё происходящее вокруг.       Будто на неопределенный срок потеряв связь с реальностью, я шла по улице в забвении. Как же не хотелось терять это чувство гармонии, но как это обычно бывает, флёр положительных эмоций от соприкосновения души с прекрасным покидал меня, уступая место холодной Москве с её давкой, хмуро – серым небом и злыми людьми.       Из оцепенения меня вывел голос, который призывал меня вернуться с Юпитера на Землю и достаточно ощутимый тычок в бочину. Это была Наташка, которая по всей видимости что-то упорно мне рассказывала, а я, зазевавшись совершенно её не слушала в этот момент.       - Шульц, твою мать, ты можешь быть хоть чуточку внимательнее? Я тебе тут вообще-то душу пыталась излить, - Выражение обиженной моськи говорило само за себя, я – человек косяк, надо срочно вымаливать прощение.       - Ну прости Натусь, я задумалась, засмотрелась на церковь, замечталась о прекрасном, так что ты там говоришь у вас с твоим Ароновым происходит? – Надо срочно выводить её опять на разговоры о ненаглядном Царе Аронове, иначе меня сожрут раньше, чем я успею хоть что-нибудь сказать в своё оправдание.       - Ну нет дорогая, сначала объясни, о чём это ты там задумалась? О церкви говоришь. Ты сейчас серьёзно? С каких это пор, извольте поинтересоваться, Вас Госпожа Шульц интересует архитектура нашего города?       - А на какой вопрос отвечать первый? – Я действительно растерялась от такого количества заданных вопросов. Нафига ей этот лишний поток информации? Нормально же шли. Она говорила, я делала вид, что слушаю. Разве не идиллия? По-моему, она сама собственной персоной.       - Хотя бы не вопросом на вопрос! Так о чём ты там замечталась? – Нату злить и дальше не стоило, а то она когда злая похожа на свирепого хомячка, главное, чтобы не лопнула.       Обвожу взглядом окрестности и пытаюсь зацепиться хоть за какую-нибудь крохотную деталь, нужна подсказка, в любовь к архитектуре всё равно не поверит.       Душу никому не открываю поэтому и не поверит, линия поведения у меня совсем не та, чтобы архитектуру блин любить. Думай, думай, думай, что тебе сказать, тупая голова.       Взглядом натыкаюсь на статный, фарфорово – белый профиль, который без особого интереса рассматривает фасад старого здания, и в сознании пулей проносится мысль: «Каренина как всегда играет в Капитана похуизм. Мисс ледышка в деле?».       Стоп! Что простите? Это зрительная галлюцинация? Разве гамбургеры были с галлюциногенными препаратами или с какого хрена тогда она мне мерещится?       Незаметно толкнув Нату в бок и не дав ей задать ни единого вопроса более, я тихо, словно в миг лишившись голоса, прошептала, - Натусь, это галюн или там реально сейчас стоит Каренина? Скажи пожалуйста, что это просто происки моего больного воображения, я тебя умоляю, - Свой собственный голос казался чужим, складывалась впечатление, что я готова расплакаться прямо здесь на месте.          - Боюсь тебя напугать ещё больше, Шульц, - Незаметно подкравшись сзади прямо в ухо прошипела Полонская, - НО, к твоему великому сожалению, там действительно стоит наша училка по литре!          Света была довольна тем, что мне категорически не нравится разворачивающаяся картина, улыбка на её роже не то, что расплылась, она была похоже на Чеширского кота, так ещё и обожравшегося сметаной.           Сказать, что я пребывала в состоянии шока, равносильно ни сказать ничего. Я находилась в ахуе, дамы и господа. Я всей душой надеялась, что неприятности на сегодня закончены. Я не ожидала больше столкновений с учителями, ну кроме Решетниковой, конечно, а тут такая подстава. Кого-кого, а Мисс ледышку я точно не готовилась сегодня встретить.         Ну почему именно она? Почему эта женщина так некстати всегда появляется в моей жизни. Она без объявления войны вторгается в моё пространство и мою жизнь, и плевать я сейчас хотела, что пришла она не персонально ко мне, а всего лишь на экскурсию к моему классу.       Моё кошмарное сновидение предстало предо мной в полный рост, а это целых метр пятьдесят шесть, без каблуков, ну чтобы вы понимали. Каренина медленно обводила своим холодным взором фасад здания и казалось не замечала никого и ничего вокруг, но в одну лишь секунду ситуация поменялась.          Карина развернулась на сто восемьдесят, обвела взглядом всех учеников 8 класса и остановила свой равнодушный взор на мне. В последнее время я всё чаще задумываюсь о том, что может быть это уже стало нашей традицией? 

В этом городе, шумном городе,

на склоне дня Взгляд твой искренний,

взгляд твой пристальный нашел меня.

Как мне справиться, как избавиться от колдовства,

От колдовства кружится голова.*

      Зайдя в здание музея, казалось, что Екатерина Шульц пришла сюда вовсе не наслаждаться многовековыми пылесборниками, а будто получать эстетическое удовольствие от созерцания госпожи Карениной.          Сегодняшний образ Карины отличался от того, что обычно Кате приходилось наблюдать на уроках. Каренина выглядела особенно, по-домашнему что ли. Пепельного цвета волосы были забраны в хвост, никакой укладкой там сегодня даже и не пахло, на тело был надет нежно-молочного оттенка лёгкий свитер, а бедра неизменно были обтянута плотной тканью приталенных брюк, но это абсолютно не портило её образ.          В отличии от Карины Николаевны, которая по идее должна была знать все представленные экспонаты в этом музее, но по какой-то неведомой мне причине не знала или просто очень внимательно слушала. Лично я возрастную тётку, которая по совместительству была ещё и нашим экскурсоводом слушала вполовину уха.           Возможно, вы посчитаете меня невежей, и зачем вообще было ехать, если экскурсия как таковая тебе не интересна? Да мне было интересно, честно, но ровно до того момента пока эта нудная перечница не открыла свой рот.          Матерь божья, как же можно так нудно рассказывать о культуре и искусстве детям? Да ни один подросток не станет её слушать дольше пяти – десяти минут.          Я тщетно пыталась не заснуть от этой нудятины и слушать противную бабку, ну в принципе, как и большинство моих одноклассников. Кампания парней начала перешёптываться ещё на второй минуте экскурсии, ещё через три минуты сдали нервы у Наташи, она просто уткнулась в телефон, следом и я прилегла спать к ней на плечо, но дремать долго мне не дали, нервы лопнули у Светы. Света начала тыкать меня в спину и пытаться сделать так, чтобы я развернулась к ним и попиздела.        Справедливости ради, хочу заметить, что у неё это получилось, но не потому, что у Полонской ахренительная харизма и животный магнетизм, а потому что я видела безумную ярость в глазах Карениной, когда она замечала, что я занята чем угодно, лишь бы не тем, чтобы слушать экскурсовода.       Парни уже попали под раздачу первыми. Я видела, как находясь в другом конце помещения рядом с Карениной у Острова менялось выражение лица, из парня с широкой улыбкой, он в секунду превратился в унылое чмо, что уж она ему там сказала я понятия не имею, но думаю, что ничего хорошего.          С каждой минутой, проведённой здесь, я с прискорбием осознавала всю плачевность ситуации, музей действительно скучный, спать на плече у подруги не получилось, так что же мне делать?          Всё чаще взгляд непроизвольно возвращался к Мисс ледышке, её фарфоровой бледности и задумчивому кофейному взгляду. Она словно живопись, только лучше.

Кажется я всю экскурсию смотрю не на те картины… 

***

Я рисую, я тебя рисую, Я тебя рисую, сидя у окна, Я тоскую, по тебе тоскую, Если бы ты это только знать могла. Весь мой дом портретами увешан, Без тебя теперь мне не прожить и дня, Смотришь ты то весело, то нежно С каждого портрета смотришь на меня. Пусть образ твой хранят года, Теперь со мной ты навсегда, навсегда.**

      Она часто вспоминала их первую встречу, первый дружеский разговор, первую ссору, первое нравоучение, полученное от Мисс ледышки словно не от педагога, а от родной матери.          Она часто вспоминала аромат духов, который заполнял собой всё пространство кабинета на третьем этаже и всё вокруг в радиусе километра не меньше.          Сейчас же, за окном завывает грозная вьюга, снежинки врезаются в холодную, прозрачную поверхность окна и разбиваются на миллионы маленьких осколков. В унисон вьюге подвывают собаки, здесь у бабушки их не меньше десяти штук. Дворовые, одинокие, жаждущие внимания и ласки.          Иногда Шульц сравнивала себя с этими маленькими, на первый взгляд беззащитными и загнанными в угол животными. Загнанными в угол обстоятельствами, людьми, жизнью.           Она оказалась так же загнана в угол, изгнана и уничтожена морально. Так же как эти маленькие зверьки училась выбивать себе место под солнцем, и она обязательно научится. Теперь она другая, переезд и предшествующие ему события сильно изменили эту маленькую девочку.          Она больше не робеет, смотря кому бы то ни было в глаза, она больше не боится высказывать свою точку зрения, она каждый день борется сама с собой и с этим жестоким миром.          Вот до чего может довести слепая вера и наивность, она поводырём ведёт тебя до пункта назначения даже тогда, когда ты не подозреваешь об этом. Где же находился её пункт назначения? Надо посмотреть на билете. Ах да, разочарование и ожесточение. Поздравляю, посадка была мягкой, вы прибыли.       За Шульц всё чаще стало замечаться отсутствие какого-либо интереса ко всему происходящему вокруг. Но к удивлению учителей, она не находилась в депрессии, была вполне контактной с новыми одноклассниками, так же смеялась, шутила, не теряла аппетит.          Она просто перестала погружаться в какое-либо дело с головой, всё что она делала, это училась, по инерции выполняя домашние задания и не горя больше желанием изучать ни один предмет более углублённо.        Шульц сидела на уроке литературы и, как всегда, смотрела в большое панорамное окно. Ну как панорамное? Оно больше похоже на пережиток прошлого. Огромное окно во всю стену в такой же массивной деревянной оправе.          В последнее время, её ничего не радовало, мама недавно всё-таки уехала в Москву, работа не терпит отлагательств, да и отпуск не вечен. Месяц, пробыв здесь с Катей и пройдя сложный адаптационный период она всё же села на поезд, перед этим пообещав приезжать чуть ли не каждые две недели.          Катя думала о том, что было бы, не начни она общаться с Карениной, не привяжись к ней, как к родному человеку? Возможно, сейчас она бы уже заканчивала девятый класс вместе со своими одноклассниками и не переживала о том, сколько же ей ещё находиться в этом захолустье.          Валентина Павловна что-то усердно рассказывала о поэтах девятнадцатого века, о их жизни, семьях, о том, что они воспевали в своих стихах. Кажется, всё это пролетало мимо Шульц. Она не обращала ни толики своего внимания на старающегося педагога.          - Катюш, я понимаю, что метель намного интереснее, чем литература, но давай, может ты нам расскажешь что-нибудь интересное, например, какой у тебя любимый поэт? – Валентине Павловне была близка по духу эта маленькая девочка несмотря на то, что ей самой было за шестьдесят, к Кате она как-то с первых минут прикипела душой и хотелось помочь, вытащить девчонку из этого состояния коматоза.          Переведя мутный взгляд с окна на учителя, абсолютно не заинтересованная в происходящем, Шульц произнесла, - У меня нет любимых поэтов, я никого не выделяю из общей массы. Все писали и все были великими.          - Хорошо, я поняла тебя, а у меня вот есть всё же два любимых поэта, Пушкин и Есенин.          - Это классно, они хорошо пишут, - Впервые за долгое время Катя начала проявлять хоть к чему – то интерес, это была великая удача. Валентина Павловна поняла, надо ловить удачу за хвост.         - А может быть ты знаешь хоть какое-нибудь произведение Пушкина?         - Знаю, стихотворение одно сейчас пришло в голову. Я могу рассказать?        - Да конечно! Мы с удовольствием послушаем.       Катя поднялась из-за своей парты, но к доске так и не пошла, она стояла на месте словно каменное изваяние. Прикрыла глаза, набрала в грудь побольше воздуха, а когда открыла их вновь, кабинет изменился. 

***

        Шульц стоит у доски, она находится практически в центре кабинета Карениной, руки и ноги отказываются слушаться, сегодня она впервые будет рассказывать то, что близко её душе, а не тупо заученную нудятину из учебника.          Першков как обычно чуть ли не в носу ковыряется, сидя прямо перед учительским столом, Полонская тычет ручкой в спину Мартовой в конце кабинета. Всё как обычно. Стабильность наше кредо.        Каренина наблюдает за мной, даже не поднимая на неё взгляда я чувствую это будто спинным мозгом, она ждёт что я расскажу хорошо, она верит в меня, это успокаивает и подбадривает. Эта невероятная женщина верит в меня, верит и доверяет мне, это не может не радовать. Не хочется её разочаровать.        Гордо расправив плечи начала свой рассказ…   

 

Я вас любил: любовь еще, быть может, 

В душе моей угасла не совсем; 

Но пусть она вас больше не тревожит; 

Я не хочу печалить вас ничем. 

Я вас любил безмолвно, безнадежно, 

То робостью, то ревностью томим; 

Я вас любил так искренно, так нежно,

 Как дай вам бог любимой быть другим.*** 

      Завершающим аккордом был взгляд, направленный прямиков в кофейные глаза напротив.   

***

      - Катя, ты умничка, это было очень душевно, - голос Валентины Павловны слышался будто сквозь толщу воды.       Открыв глаза, Шульц не сразу поняла, где находится, но по улыбающемуся лицу Терёшкина Сашки поняла, что она всё в той же Рязани, за окном метель, а она всё так же одинока. Рядом нет Полонской и Мартовой, нет Першкова вальяжно развалившегося на парте. И самое главное, напротив больше нет, никаких кофейных глаз.         Катя быстро пришла в себя, отогнала ненужные мысли, которые роились в голове и проговорив кроткое и тихое спасибо села обратно за парту.          Не хотела разочаровать. А была ли Каренина вообще когда-то очарована, чтобы в последствии не разочаровывать её? Вот это вопрос века. 

***

      Стабильно выполняя своё обещание и, приезжая к дочери каждые две недели хотя бы на выходные, Шульц Светлана Алексеевна всё больше печалилась.          Катя в её глазах выглядела слишком разбитой, они практически не обсуждали то, что произошло в той школе и почему Катя сейчас должна учиться здесь. Они не вспоминали о учителях, которые были теперь ей противны до омерзения и не обсуждали главный персонаж этого балета Каренину.          Светлана Алексеевна так и не рассказала дочери о разговоре между ней и Карениной. А зачем? Это не привело бы ни к чему хорошему, а расстраивать лишний раз Катю уж очень не хотелось.          Катя ещё ребёнок, и она всегда останется для неё ребёнком, сколько бы ей не было лет. Зачем травмировать своё же собственное чадо из-за какой-то на всю голову больной тётки, которая затеяла нечистую игру ради своего самолюбования или ради ещё чего.          В принципе, Шульц старшей было глубоко наплевать ради чего всё это было, но ей было не наплевать на свою дочь! Эта женщина тронула самое дорогое что было у Светланы Алексеевны в жизни, она залезла своими грязными ручонками в светлую душу её ребёнка и очернила её, испачкала, осквернила.   

***

      Стоя по середине кабинета классного руководителя своей дочери, Светлана Алексеевна пребывала в полнейшем шоке. Единственное что ей было не понятно так это одно, как их семья могла попасть в такое Дерьмо?          Её дочь обвиняют в том, что она преследует педагога, нарушает её личные границы. Как такое вообще возможно? Может это просто глупый розыгрыш? Тогда куда и когда смеяться?          Набатом бьют по ушам фразы сказанные Решетниковой менее минуты назад.   

- Катя преследует Карину Николаевну!

  - Дарит игрушки её дочери, проходу не даёт! 

 

- Учитель русского языка уже не знает куда деваться от Вашей дочери! 

 

      Голова идёт кругом, мысли путаются, кажется, что всё это происходит не с ними, не с её маленькой доченькой, которую она так старательно уберегала ото всего, но видимо здесь не уследила.          - Света сейчас приедет и подтвердит, что Ваша дочь приходила к нам летом пьяная и спать заваливалась, чтобы не идти в таком состоянии домой!

- Да она и в школу пьяная приходила! Почему вы не следите за дочерью?!

      Катя потихоньку теряла связь с реальностью, её пугало то, что сейчас происходит. А что вообще здесь происходит? Эти люди стоят и нагло лгут глядя в глаза её матери. Ещё и Каренину сюда приплели, которая с минуты на минуту должна будет войти в этот чёртов класс.       Боже, я так боюсь услышать то, что она сейчас будет говорить. Будет ли подтверждать правдивость их слов или опровергать?       А может быть она действительно считает, что я её преследую? Может я сама себе всё нафантазировала?

Дура...

Дура...

Дура...

      Какая же я дура, просто дура в кубе... Идиотка.       Каренина уже минут пять как находится в этом помещении, её взгляд говорит об одном, она так же, как и мама Кати совершенно не понимает, какого чёрта здесь творится. Почему эти идиоты задают ей тупые вопросы о том, преследует ли её Катя?          - Нет! Конечно же нет!          Да что же здесь происходит? Они идиоты? Люди очнитесь! Отстаньте от этого ребёнка! Господи, у неё такой испуганный взгляд. Её мать, кажется, на грани с нервным срывом. Решетникова что же ты, мать твою, творишь? Нахрена тебе это всё?       - Ну так что, Карина Николаевна, эта девочка действительно преследует Вас и не даёт Вам прохода, как нам об этом сообщает Елена Анатольевна? - Какая же у нас мерзкая директриса, я только сейчас начинаю осознавать всю её гадкую сущность. Так противно с издёвкой это всё спрашивает и ухом не ведёт видя, что у большинства присутствующих вообще паника сейчас.       - Нет, Марина Константиновна, Екатерина не преследует меня, - Да что же со мной такое? Почему я говорю это так, будто cама не уверена в собственных словах? Идиотка. Соберись тряпка, иначе они сожрут твою девчонку с потрохами.       - Хорошо, я вас услышала, а теперь извините, мне пора, надеюсь дальше вы разберётесь без моего вмешательства, - гордо покинула стены кабинета, словно она не директор, а королева этих владений.

Бесит.

      Неожиданно, но меньше чем через минуту после ухода директора ко мне обратилась мать самой Шульц, и что же этой женщине от меня могло понадобиться. Хотя блять, странный вопрос, если мы только что разбирались кто из нас с Катей кого преследует и преследует ли вообще, - Карина Николаевна, можно Вас буквально на пару слов? - Переведя нежный взгляд на дочь, сказала - Катюш, подожди тут, а потом пойдём домой.       Обведя затравленным взглядом всех собравшихся я тихо, срывающимся голосом ответила, - Да, конечно.       - Карина Николаевна, как вы уже поняли наверное, я мама Кати Шульц, зовут меня Светлана Алексеевна, ответьте мне пожалуйста на вопрос, действительно ли моя дочь Вас преследует? - Весь вид её кричал о том, что женщина настроена более чем серьёзно, да оно и понятно, она пришла отстаивать права своего ребёнка, я бы за Сашку тоже порвала на месте.       Приняв такое же серьезное выражение лица я произнесла, - Я сказала ещё в кабинете и готова повториться, Ваша дочь никогда меня не преследовала.       - Хорошо, тогда объясните мне пожалуйста, зачем вы начали общаться с моей дочерью?       Наверное, в моих глазах читался дикий страх, я сама не знала ответа на этот вопрос, не то что уж ответить кому-то на него. Тем более, что передо мной стоял не просто кто-то, а её мать. И что мне ей сказать? Я привязалась к Вашему ребёнку? Или нет, ещё лучше, Ваша дочь стала мне как родная? Супер! Она стопроцентно меня поймёт! Вот зуб даю! Стоматолог точно оценит этот подвиг, когда будет вставлять мне новый зуб.       - Вы знаете, дети в этом возрасте часто имеют суицидальные наклонности, - Ну и что ты ей дальше скажешь, гений?       - У Кати есть такие наклонности?       - Нет, что Вы, ни в коем случае!       - Тогда спрошу ещё раз, зачем Вы начали общаться с моей дочерью?       - Глупо, наверное, будет говорить я не знаю, но это действительно так. А вообще Катя в последнее время сильно изменилась, она стала замкнутой, раздражительной, Вы не знаете что с ней?       - Тоже самое я хотела спросить у Вас. То что её травит Полонская уже на протяжении длительного времени я думаю Вы в курсе, в принципе поэтому мы сегодня сюда и пришли с Катей, но только видите чем всё это обернулось. Сюда приплели и Вас.       - Это ужасная ситуация со Светой, но в связи со всем происходящим сейчас, как вы понимаете, я сделать ничего не могу...       Разговор прервал громкий крик Кати, которая выбегала из кабинета и чуть ли не снесла дверь с петель, конечно же образно говоря, она просто долбанула по ней со всей силы с криком: "Да пошли вы все!" И самое страшное, что в этот момент её взгляд, полный ненависти и презрения, был устремлён прямо в кофейные глаза напротив.

***

      Шульц старшая знала только одно, как бы это не было эгоистично с её стороны, нужно просто помочь дочери забыть эту женщину, вычеркнуть из памяти словно её никогда и не было.       Пусть это будет сложно, пусть она положит на это все свои силы и здоровье, но она добьётся когда-нибудь, что бы на имени Карениной стояло табу в их доме.