«parking or in the hands of a psycho»

Девушка старалась бежать как можно быстрее, но эти чёртовы каблуки были очень некстати. Она жалеет об этом; жалеет, что вообще заехала в Рождество на эту парковку, жалеет, что её спас этот ужасный человек. Страх сжимает горло, а ком под названием «истерика» так и мешался в глотке, из-за чего дыхание бедняжки ещё больше сбито, что лёгкие жгут, адреналин в кровь бьёт. — Айщ... Джуди, Джуди, я начинаю злиться, ведь не люблю прятки. — Вроде бы обычный мужской голос – напоминающий баритон, но и отдающий нотками контральто. Если бы он звучал в другой ситуации, то, возможно, даже соблазнил, но никак не сейчас. Этот голос пугает, заставляет сердце судорожно сжиматься, аж рёбра ноют, а ноги как к неудаче подкашиваются и та падает, сдирая колени в кровь о асфальт. Глаза на мокром месте, встать трудно, а лай собаки и звук мужских каблуков о асфальт, всё ближе и ближе. Джуди судорожно оглядывается, прижавшись к земле, и видит через несколько машин его чёрные туфли, а сердце грузом придавливает к земле. «О боже... мамочки», — мысленно молится девушка и, прижимаясь к колесам какой-то BMW, старается дышать как можно тише. Снимает туфли, заползая под внедорожник, и радуется, что здесь темнее, чем там, где идёт он. — Джуди, мне не нравится, что ты убегаешь, я ведь помог тебе как никак. А если ты будешь продолжать так делать, то Дон сорвётся с моего поводка, — «предупреждает» темноволосый, хищно усмехаясь: а эта сучка интереснее, чем он мог представить. Сопротивляется овечка, да только от волка не сбежишь. Наручники ужасно натёрли кисти, а когда рычание собаки было рядом, то дрожь пробило тело двадцатитрёхлетней особы. Та аккуратно на спине ползёт по земле в противоположную сторону от него с собакой, но удача оказалась на его стороне. Та только успела голову повернуть, как рядом лязгнула челюсть добермана, заставляя истерически дернуться назад, а жизни промелькнуть перед глазами. — Нашлась, — делая чересчур приторным голос, больше скалится, чем улыбается, — плохая девочка. — Он свободной рукой хватает длинные светло-русые волосы, резко потянув вверх, что кажется шейные позвонки не выдержали, издав какой-то хруст, сжимая в большой ладони, на затылке. — Вставай! — А-ай! — Джуди хватается руками, отяжелеными наручниками, за его кисть, дабы ослабить хватку. — Мне больно!. — Нечего было злить. — Прижимает к чёрной гоночной тачке беглянку, сжимая волосы. — Как мне неприятно тебе делать больно, — настолько правдиво для неё шепчет тот около дрожащих губ, пока дорожки слёз марают кожу щёк, оставляя чёрные полосы из-за потекшей размазанной туши. — Я... Я... — проглатывая боль в голове и коленях, та судорожно, отодвигается от его лица. — Я больше... Н-не буду. О-обещаю... Он таким «невинным» зверем смотрит, а у самого тигр сокрыт в глазах, который готов загрызть Джуди за раз. Мужчина кончиком носа проводит по её заплаканой щеке, ощущает сладкий страх, боль и ужас, наполняющий всю девушку. Хмыкает, ухмыляясь в женскую линию челюсти, а после резко волосы отпускает, кладя большую ладонь на лебединую шею сзади и чуть сжав, чтоб не убежала вновь. — Мы ещё поговорим... У меня как раз сюрприз есть для тебя. — Ведёт куда-то в кабинку охранника сжимает по-прежнему шейку, мечтая в ближайший момент дёрнуть сильной рукой, сломав позвонки. «М-мама...», — опять мольба в её мыслях, а парковка свои холодом жжет, отчего больше страх.