part. 2
5 августа 2022 г., 06:15
Но, в итоге, тащит в свою машину, стоящую рядом с кабинкой охранника, чёрную такую, немного угрожающую как и сам он – внедорожник. Сажает на переднее пассажирское, а сам за руль, девушка и так дрожит, дышать нормально боится, что он делает? Он её убьёт? Изнасилует? Эти нагнетающие, столь опасную обстановку, мысли заставляют судорожно и рвано выпустить пару вздохов.
Ким усмехается по дикому, нечеловечески, краем губ и, заводя машину, выезжает с парковки, направляясь куда-то за последнюю улицу города, далеко в бедный обшарпанный район, к заброшкам, таким холодным, устрашающим. А сердце жертвы аж в глотке ощущается, насколько она боится этого психа.
— Джуди, ты помнишь этого урода, который тебя чуть не изнасиловал на парковке? — слишком приторно отдает фальшивая забота в голосе водителя.
Грудь спёрло, что ребра болят, что он хочет эти сказать?
— Этот парень... И-извинился, ведь лишь коснулся меня вне трезвости, — вновь объясняет этому многогранному человеку, дёрганно переведя мокрые глаза на его точёный профиль.
— О нет, Джуди, ты такая наивная.. — заезжая в некого рода гараж, который уцелел больше, чем всё строение, хмыкает он. По всей видимости, мужчина отлично знает проект здания, раз столь точно в безопасную крепкую часть прибыл.
— Зачем ты привез меня сюда? — дрожащими губами кое-как проговаривает светловолосая.
— Посмотри вперёд, Джуди, — взглядом показывает Ким туда, куда светят фары машины, а у бедняжки сердце резко падает.
Ведь там привязанный к стулу, с заклеенным ртом, находится парень, который коснулся её бедра, тогда на стоянке по пьяне. Он знатно потреплен, на носу кровь, как и на брови, но для Кима, для одержимого красотой этой женщины, этого ещё мало. Но и желанием доставить себе наслаждение, причиняя вред, выводя на эмоции.
— Удивлена?
Та пару раз резко моргает, надеясь, что в глазах всё не то мерещится, но нет же. Это и есть этот парень, но зачем он тут? Да и в таком виде? Столько много вопросов, столько страха, столько потухающих огоньков надежды у обоих жертв.
— Я ничего не понимаю...
— Видишь ли, дорогая Джуди, — начинает темноволосый, чуть приблизившись к её уху, что вызывает ещё большее чувство незащищёности. — Я так просто не прощаю, особенно, таких уродов, как он.
— Он извинился... Он не хотел, это произошло случайно, — за место связанного парня извиняется Джуди, голос предательски подрагивает и горло сводит от этого. Глаза мокрые, тушь уже потекла под нижним веком, оставаясь неприятным разводом под ним.
Но для него это лучший вид, у него аж кровь кипеть начинает, а его садистская душонка так и скрипит от радости, получая удовольствие от женских подрагивающих губ, потекшего макияжа, да огромного страха в глазах, а это значит, что она будет под неким "адреналином", под которым просто будет бороться из последних сил.
— Ты же не проститутка, да? — вспыхивает мужчина, приблизив к ней своё настолько прекрасное, чертовски сложенное своими чертами лицо. — А он решил, что ты проститутка, — низким голосом, где-то в районе ушка, хмыкает тот, что аж каждый волосок на женском теле дыбом встаёт, а в горле ком дышать мешает, раз у неё губы чуть приоткрываются, даря лёгким такой давящий кислород. Тяжёлый воздух из-за этого молодого человека, от него так веет жестокостью, что сложно дышать.
— Не правда... Я уверена, что это из-за алкоголя в крови, — мнется та, он слишком близко, что заставляет её даже дышать беззвучно, лишь бы не разозлить его, ведь в этих бездонных чёрных омутах загорается пугающий огонек, словно бы с каждой минутой подливают бензина больше и больше.
— Глупая Джуди, — отодвинулся от неё Ким. — Слишком наивная. Этот человек не заслуживает твоего прощения, понимаешь? — его подбешивают женские слова. Но одновременно возбуждают в нём животный аппетит на девичьи драгоценные эмоции, которые слишком прекрасно читаемы.
— Я... Я не понимаю, зачем мы сюда приехали, — с нервным тиком, краем глаза смотрит на водителя Джуди.
Мужчина рукой на заднее сиденье лезет, достав оттуда биту, металлическую биту, а у девушки в наручниках от страха глотку сдавливает. Её словно в липкое вязкое болото кинули и рукой махнули, мол «выбирайся сама, а лучше сдохни».
— Я хочу, чтобы ты преподала этому мудозвону урок.
— Прости... Ч-что? — голос аж на пару тонов осип, глаза нервно забегали, вызывая очередную ненормальную улыбку на лице Намджуна.
— Я хочу, чтобы ты отпиздила его этой битой, Джуди, — каждое слово выделяя, приближается к её лицу, тоня в столь прекрасном море страха и отчаяния. Его прямо-таки выворачивает от ангельского поступка к этому жалкому человеку.
— Нет, я не буду... Нет, — она резко начинает отрицательно головой качать, больше вжимаясь в сидение, жаждя слиться с ним в одно. — Не проси меня о... О таком.
— Будешь! — он всучивает в дрожащие, сцепленные наручниками запястья, биту, смотря подобно демону из преисподней.
— Нет.. — она качает головой, сжимаясь едва ли не в маленький комок, убрав от себя биту.
Его окончательно выбешивает этот поступок, его огромная ладонь жёстко хватает женскую шею сзади, прижимаясь идеально выточеным носом к виску, дыша подобно зверю или же психу, другим его существом не назовешь.
— Вот значит как... Да? — рука сжимается сильнее, что шею медленно сводить начинает, а страх, что он ей сломает шею превыше всего. — В ангелы записалась, Джуди? — низко, грубо, будоражаще, что каждый нерв дёргается. — Отлично, тогда я сделаю это за тебя, но ты обязана будешь смотреть и сидеть здесь. Согласна?
«Если он займётся этим парнем... Я смогу сбежать хотя бы подальше отсюда, да?» — теплица малая надежда внутри девицы.
— Хорошо... — смиренно, подавленно сжимает челюсть та. Наконец-то хватка с шеи уходит, а именно, берет биту. Губу нижнюю закусывает, смотрит в душу, что морозит не на шутку.
— Тогда сиди здесь, малышка. Иначе я буду очень зол, — скалится мужчина, покинув машину, закинув биту на плечо.
Он приближается к привязанному к стулу парнишке, биту около капота ставит, закатав рукава черной рубашки, а после обратно беря предмет для пыток, для убийства.
— О боже... — светловолосая напрягается, смотрит на свои дрожащие руки, а потом на дверь машины, одновременно кося на мужчин. Дверь же не заблокирована?.
