Порыв

      Монти кивнул и, взяв плед, осторожно накинул на плечи Алана, как бы укутывая. После этого Гатор осторожно поднял его на руки так, что он оказался весь в ткани и никак не мог испачкать аллигатора. Эклипсо надел новые перчатки и достал средство для уборки.       — Смотри, чтобы он ничего не касался. — сказал спокойно мужчина.       — Мы это уже обсуждали, все помню. — улыбнулся Гатор и понес его из кладовки.       Когда Хейла подняли на руки, он простонал от боли и от того, что оказался в другом положении. Все же тело затекло. Парень был очень удивлен тому, что происходит, и рад теплу, которое наступило, но не мог даже осознать, что ад временно закончился. Опустошение немного покинуло его тело из-за какого-то облегчения, его тело было только радо отдохнуть после пытки. Хейл удивленно смотрел на Монти и не понимал абсолютно ничего. Все было как будто в пелене. Возможно из-за обезвоживания и изнеможения.       — Очухался? — прозвучал эхом голос Гатора в голове кометы.       — Куда… Мы… — смог еле выдавить Алан и прикрыл глаза, после чего отключился. Как же тепло и хорошо… За весь день стресса это его очень сильно расслабило и уморило.       — Вот блин… Уснул… — Монти вздохнул и понес его в ванну на втором этаже. Аллигатор осторожно начал набирать ванну, продолжая держать парня на руках. В какой-то момент спящий Алан чем-то напомнил Гатору Санни, и Монти мягко улыбнулся и провел нежно по голове Хейла. Но ощутив, что нет зубчиков, как у возлюбленного, резко прекратил и нахмурился.       — Совсем уже головой еду… — буркнул Монти и тяжело вздохнул, смотря в зеркало. Синяки под глазами, немного нездоровый цвет кожи, красные от усталости очи. Да уж… Выглядит паршивей некуда.       Когда ванна наполнилась, то аллигатор осторожно посадил в нее комету и немного умыл водой, чтобы парень пришел в себя.       — Просыпайся… — сказал на удивление спокойно Гатор и взял круглую пушистую мочалку и нанес на нее гель для душа. — Все закончилось.       Алан приоткрыл глаза и все так же ничего не понимал, но улыбнулся от того, что он почувствовал какую-то заботу. Монти внутри испытал от его выражения лица отвращение, но лишь продолжал мыть его.       Когда дело дошло до причинного места, то он осторожно вошёл в него под водой пальцами, раздвинул стенки и начал круговыми движениями очищать внутри от остатков смазки и прочего.       Хейл заскулил и заныл от боли, но не сопротивлялся: сил не было.       — Тише… Тише… — Монти поцеловал его в щеку, попадая на слезинку, пытаясь успокоить комету. Эта нежность была странной: Монти же ненавидит его, а сейчас так себя ведет. Алан был не в том состоянии, чтобы искать подвох, да и эта нежность сейчас была ему очень нужна. Поддержка хоть в какой-то мере после пытки для кометы была на вес золота.       После того как Гатор хорошо вымыл его, он взял полотенце и вытер его. Взял на руки Хейла и понес в комнату. Там он уложил его на постель и лег рядом, укутывая в одеяло.       — Спи, а я буду рядом… — прошептал аллигатор, а Алан решил даже не переваривать, что происходит. Практически сразу отключился, как оказался головой на подушке.

***

      Один день после похорон Санни…       Монти был разбит и подавлен. После похорон он очень тихо прошел мимо Себек и закрыл спокойно дверь.       Женщина и дальше бы продолжила вытирать тарелки, но неожиданно услышала рычание Монти и звуки ломающейся мебели. Она сразу побросала все и кинулась наверх, на второй этаж, где и находилась комната зеленого чуда.       — Монти?! Что происходит?? — женщина попыталась открыть дверь, но та не поддалась: закрыта изнутри. — Монти!       — Эта тварь ответит! Эта тварь ответит за все!! — кричал аллигатор, а в ход пошел и стол. Принадлежности посыпались на пол со звоном.       — Монти! Открой дверь, тебе нужно успокоиться!! — Себек уже начинала ее выламывать. Она сильно испугалась за него. Не хотела, чтобы парень наделал дел, о которых потом будет жалеть.       Монти взял в руки биту и зло пошёл к двери. Послышался щелчок, и он резко открыл дверь, задевая плечо Себек, от чего та за него схватилась и пыталась быстро сообразить, что сделать. Аллигатор ее сейчас слушать не будет.       — А ну стой! — женщина и моргнуть не успела, как зеленая бестия рванула резко вниз по лестнице. Себек бросилась за ним в чем была, а Монти зло быстро шел по направлению к дому Хейлов. Внутри от злости кипела кровь, он был готов убить ублюдка Алана на месте! — Монти, стой! Не надо! — Себек пыталась его догнать, но не получалось. Племянник же ее вовсе не слушал.       Дом Хейлов был не так уж далеко, долго до него идти не пришлось. Он увидел Алана, который шел домой. Монти не знал, что на него нашло, аллигатор начал ускоряться и сильнее сжал биту в руках.       — Монти!! — Себек прекрасно поняла, что он хочет и поэтому ускорилась как могла, чтобы предотвратить это.       Алан, увидев, что к нему несется разъяренный аллигатор оцепенел на миг от шока, а после резко рванул в сторону, падая на асфальт, но уворачиваясь от удара биты. Монти не растерялся и со всей силы пнул его, от чего у кометы перебилось дыхание, и он согнулся на асфальте, но старался подняться и дышать.       — Монти!! — Себек схватила его со спины и немного оттащила назад. Парень начал сопротивляться и вырываться, неосознанно царапая женщину. У Гатор не было так много сил, чтобы остановить это чудо, но все же похоже аллигатор немного выплеснул злости и шанс был. — Пожалуйста, я тебя прошу, Монти!! — сказала женщина с каким-то отчаянием и слезами на глазах. Она обычно не плакала, но сейчас сильно испугалась за племянника. Парень вздрогнул и посмотрел на нее в шоке. До него начало доходить, что происходит. Он выронил биту в руках и непонимающе посмотрел на Алана, скорчившегося на полу. Это все он? Это он сделал?       — Что здесь происходит?! — неожиданно появился Хартлисс, который выбежал из своего дома, услыша крики и увидя в окно как Монти несется на его сына.       — Он… Убил Санни… И не смейте это отрицать! — фыркнул со слезами на глазах Монти, но Хартлиссу было не до него. Он поднял сына на ноги и зло посмотрел на Гатора, которого держала Себек.       — Закон решает кто, кого и когда, ясно?! Самосуд решил устроить? На десять лет в тюрьму сесть захотелось?! Я могу устроить! — рыкнул мужчина зло.       — И этим законом управляете вы! Если бы не ваши связи, то преступник бы понес заслуженное наказание. Все всё знают, а вы продолжаете вешать лапшу на уши. Вы можете спрятать сына от закона, но от правды его не спрячет никто! — рыкнула Себек и закрыла собой Монти, защищая его.       Хартилисс резко стал холодным и спокойным.       — Миссис Гатор… Мне кажется вы забываетесь, с кем разговариваете. — мужчина смотрел ей точно в глаза. — Не стоит клеветать на моего сына. Я же и к ответственности могу призвать.       — Вы мне угрожаете? — женщина стала такой же холодной. Как ее бесила эта комета, она бы тоже была не прочь ему врезать, но увы она хотела защитить Монти, поэтому нельзя.       — На вашем месте я бы стал извиняться, а не защищать своего отпрыска. Знаете, я готов закрыть на этот инцидент глаза. Но только если ваш сын извинится перед моим. — мужчина приобнял за плечо сына. Алан недовольно смотрел на обоих Гаторов. Он не хотел извинений или чего-то такого…       Себек стиснула зубы и нахмурилась, а после посмотрела на Монти… Заставлять его унижаться или просто уйти и потом ебаться с делом, которое заведет Харт. Она почти была выбрать второе и врезать Харту, но неожиданно племянник взял ее за руку.       — Себ, не нужно… — вздохнул парень и подошел ближе к Алану, поднимая биту. — Алан, прости меня, пожалуйста, за то, что хотел тебя убить. Надеюсь ты сможешь спать ночью, зная, что натворил. Но не переживай, бумеранг существует. — фыркнул Монти, а Алан нахмурился.       — Да пошел ты… — фыркнул младший Хейл.       — Мы сделали как вы и хотели. Надеемся на ваше “слово”, — фыркнула Себек и приобняв Монти за плечо пошла с ним прочь. Поговорить с ним она собиралась, но в любом случае была на стороне Монти. И даже в такой ситуации, когда парень был не прав, она поддержала и защитила его. Пусть из нее получился не очень хороший родитель, но она безумно любила своего племянника как собственного сына.

***

      — Ммм… — Алан проснулся и поморщился… Тело болело, но почему-то было немного полегче внизу. Он сначала подумал, что дома, но увидев рядом с собой Монти, он резко все вспомнил и присел, ударяясь и прижимаясь спиной к изголовью кровати. Испугался.       — Проснулся? — спросил Гатор спокойно. — Я принес тебе воды, держи. — Монти протянул ему кружку с водой, а Алан встал в ступор. Его нижняя губа затряслась, он хотел пить, но он почему-то думал, что там что-то подмешано. — Ой, ты серьезно? — буркнул Монти. — Если не будешь, я вылью.       — Не-мгх!!! — он хотел что-то сказать, но голос пропал и стало резко больно говорить. Алан взялся за горло и поморщился.       — Как скажешь. — Монти протянул ему кружку и Хейл взял ее и жадно начал глотать воду. — Ох, наверное, одну тебе мало… — Монти вздохнул и взял графин и налил ему ещё, пока Алан не напился.       Комета не понимала, что происходит. Он помнил отрывки прошлого дня: ужас в кладовке, ванну, тепло. Внутри создавались смешанные чувства. Над ним издевались и заботились, он ничего не понимал.       — Хочешь есть? — Монти провел по его хвосту рукой гладя. Да что происходит?! Алан вздрогнул, не понимая смотрел на него и кивнул. Он действительно хотел есть, но ему было страшно довериться. Хейл переживал, что это очередной трюк, чтобы больше издеваться над ним. Его унизили… Его лишили голоса, что дальше? Глаз лишат? — М, без проблем. Только сиди на кровати, ладно? — попросил спокойно юноша и ушел из комнаты. У Алана было время осмотреться.       Комната была пустой. Шкаф и кровать, на которой он сидел и… Окно… Окно. Он увидел улицу, ветви яблони и вздрогнул, смотря на дверь. Алан осторожно поднялся и подошел к нему, кладя руки на подоконник и посмотрел на улицу. Как парень хотел оказаться там, снова гулять с друзьями, снова быть… Живым… Хейл чувствовал, что его сломали, чувствовал себя максимально паршиво. Вылезать смысла из окна нет, ибо Монти скоро придет, но хотя бы насладиться каплей свободы хотелось.       Услышав шаги, парень вернулся на кровать. Не хотелось злить похитителя, он уже понял на что они способны.       Гатор зашел в комнату с тарелкой спагетти в руках. Он улыбнулся, ибо реально посчитал, что парень послушно сидел на месте и подошел к нему, протягивая тарелку.       — Приятного. — сказал тот и сел рядом, наблюдая, как комета набросилась на еду. Алан был очень голоден. Если жажда и потребность в сне отступили, то голод — нет.       Монти вел грамотную политику. Он пытался создать в психике Алана мешанину по приказу Эклипсо, но убедился в одном: ему явно не к лицу лицемерие. Но, к сожалению, для полного исполнения плана нужно было быть таким.       Когда Хейл поел, то не понимая смотрел на Монти, который поглаживал его голову. Он хотел ответов, потому что странное поведение своего врага парень хотел хоть как-то разумно обосновать.       — Ох, хочешь знать, что будешь дальше, верно? — улыбнулся Монти и продолжал его поглаживать… — Мне тянуть, как Эклипсо, не по душе. Я люблю все сразу, так что… Скажу прямо. — Монти улыбнулся, смотря ему в глаза. Совесть уже не мучила, он давно пересек черту. Ломая Ала, он сломал и себя, стал более жестоким и безжалостным. — Мы вколем тебе кетамин. Да, то же самое вещество, что и твоим дорогим друзьям. Но намного меньшую дозу. Ты забудешь на время все: свою семью, друзей, кто ты есть. А мы будем из тебя плести все, что захотим. — улыбнулся Гатор и взял его за подбородок, смотря в глаза Алана, которые выражали полный ужас. Хейл думал, что ничего больше не заставит его как-то реагировать, но это… Теперь уже все что угодно, лишь бы не терять память. Алан бы начал умолять, но не мог говорить. Да и есть ли смысл: он давно понял, что они делают что захотят и мольбы не помогут. Глаза кометы резко стали пустыми, он не хотел больше страдать и продолжать этот кошмар. Он хотел умереть… — Не надейся. — фыркнул Монти, — Мы же не такие твари как ты. Мы не оставим тебя умирать и очень хорошо позаботимся о тебе.       Неожиданно дверь в комнату открыл Эклипсо и держал в руке шприц, смотря на комету. Алан всхлипнул, закрывая рот рукой… Все что у него было сейчас это воспоминания…       “Пап… Мне жалко, что между нами были отношения больше, чем между отцом и сыном… Несмотря на все я безумно люблю тебя… Жалко, что у нас не было времени поговорить обо всем… И жаль, что ты меня не понимал… Мам… Мне очень стыдно за связь с отцом… Я безумно люблю тебя, прости, что заставлял тебя плакать… Хотел бы я вас с отцом еще обнять… Шарлотта… Я не смог тебя защитить… Прости… Дирк... Дрейк… Мне жаль, что я не смог быть хорошим другом… Я безумно люблю вас, простите за все”... — попрощался со всеми Алан в мыслях. Никогда в жизни он не мог представить, что его жизнь закончится так рано. Он был уверен, что если это все продолжится, то он просто сойдет с ума… А не иметь разум равноправно смерти. Хейл прекрасно это понимал. — “Вот… Мой… Конец…”.       Алан смотрел со слезами на глазах на Эклипсо, а мужчина лишь медленно со скрипом закрыл за собой дверь. Настоящий Алан больше никогда не сможет покинуть эту комнату. Никогда.       Стоит ли смерть Санни такой цены? Каждый может посудить лишь сам…