Легенда о Сагвердене

      Утомлённая разъездами, Афина остановилась на утёсе, наблюдая за сражением, что развернулось на море. Корабли персов закрыли собой воду, а небольшой флот афинян выглядел ничтожно. Афинские воины осознавали это, но упорно шли на смерть.       Богиня мудрости нахмурилась, услышав грохот тяжёлой колесницы и лошадиное ржание, — конечно, Бог войны не пропустил бы своё сражение.       Арес присоединился к богине. Его тяжёлая поступь и бряцание оружия сразу выдали его присутствие. Афина с неохотой оглянулась на своего извечного противника. Как и Паллада, Арес всегда носил шлем, за которым скрывалось прекрасное лицо, искажённое яростью. За его широкими плечами развевался алый плащ. Могучей рукой он коснулся меча, висевшего на поясе, и заговорил:       — Здравствуй, Афина. Неужели ты соизволила присоединиться к веселью?       — Я веду войну иначе, чем ты. Мне пришлось сделать немало, прежде чем явиться на поле битвы. — Голос Афины звучал равнодушно.       — Этот человечишка мне понравился! — заявил Арес и расхохотался. — Он дерзок, но почитает меня и ведёт войну по моим правилам!       — Разве он командует войском? — Афина приподняла брови, но шлем скрыл её удивление.       — Нет. Но у него прекрасная главнокомандующая. Хоть и женщина, но свирепостью и воинским мастерством она восхищает даже меня. Её зовут Артемисия, и её корабль — вон тот! — Арес указал копьём на один из кораблей.       Афина заинтересовалась и обратила взор на указанный корабль.       В окружении телохранителей стояла красивая дева. Она пренебрегла доспехами и щитом. Её длинные чёрные волосы трепал ветер. На поясе висели два позолоченных меча. Взгляд горел яростью, выискивая кого-то среди врагов.       На помощь к флоту афинян уже спешили корабли остальных греков во главе с непревзойдёнными спартанцами. Над морем разносился их боевой клич. Но они были ещё слишком далеко и потому не успевали присоединиться к моменту, когда корабли афинян и персов столкнулись и развязался бой.       — Я не могу остаться в стороне! — взревел Арес, вскочил на свою колесницу, запряжённую четвёркой бессмертных лошадей, и ринулся в самую гущу битвы.       Афина же осталась внимательно наблюдать за Артемисией. Она не была союзницей, но богиня была справедлива и оценивала противниц по достоинству.       Главнокомандующая персидской армией тоже решила не оставаться в стороне и присоединилась к битве. Умело сражаясь сразу двумя мечами, Артемисия была поистине смертоносной. С яростью, но не теряя голову, она уничтожала афинских воинов одного за другим. Прикрывая её со спины, сражались и телохранители. Реки крови проливались на палубу, делая её скользкой, но воинам это нисколько не мешало. Вода в море медленно краснела.       Навстречу Артемисии отправился командующий афинской армией Фемистокл. Его острый ум давно разработал план этого сражения и нашёл способ, как пройти через всё побоище для встречи с противницей. По команде своего предводителя афиняне выпустили из трюма коня. На ходу запрыгнув на него, Фемистокл помчался к главнокомандующей персидским флотом.       Противники встретились на одном из кораблей. Артемисия заметила, насколько был измотан её враг: долгое сражение его утомило, и поддержание дисциплины в этом афинском сброде наверняка требовало неимоверных усилий. Воительницу до сих пор лишь забавляли жалкие попытки афинян противостоять опытным персидским воинам, но Фемистокл показывал себя отличным стратегом, отражая все атаки, постоянно меняя тактику боя и даже устраивая ловушки.       — Ты предлагала свободу без последствий и ответственности, — обратился к Артемисии Фемистокл, убив последнего телохранителя.       Артемисия пошла ему навстречу.       — Ты принимаешь моё предложение?!       — Мой ответ по-прежнему — нет!       «Значит, ты выбрал смерть», — подумала воительница и атаковала первой. Артемисия сражалась с ловкостью дикой кошки и коварством змеи. Каждое движение было просчитано, и казалось, что она лишь играет со своим противником. Фемистокл блокировал удары и уклонялся, но в искусстве владения мечом он уступал персидской воительнице.       Главнокомандующие замерли, ощутив острый, как бритва, клинок у своего горла. Любое движение могло обернуться гибелью обоих.       Неужели Фемистокл примет предложение Артемисии и сдастся? Невозможно. Афина мельком оглянулась на стоящего неподалёку Ксеркса: этот безумец тоже наблюдал за сражением; за его спиной ожидало несметное войско.       Чувства Артемисии обострились. Она увидела и услышала всё до мельчайших подробностей: шум битвы вдруг стал нестерпимым, вонь крови смешивалась с запахом моря, но не растворялась в нём. На миг воительницу охватила усталость. Ветерок легко коснулся её волос и донёс боевой клич, прогремевший вдалеке. Артемисия повернула голову и, увидев приближающиеся эллинские корабли, приняла решение. Воспользовавшись моментом, Фемистокл вырвал из её рук оружие и отшвырнул его прочь. Но воительница не собиралась сдаваться.       Афина слегка улыбнулась: так отважно смотреть в глаза смерти могут немногие люди. Вот сейчас настанет момент, когда проявится истинная суть прославленной воительницы.       Ксеркс бросил последний, полный презрения взгляд на ненавистную подчинённую и ушёл к своему войску: он не прощал дерзости. И, удовлетворённый поражением Артемисии, он сразу же забыл о ней.       Афина осталась наблюдать за битвой в одиночестве. В её голове уже сложился план, в котором этой воительнице уготована главная роль.       Тем временем Фемистокл великодушно предложил воительнице бежать и сохранить жизнь, чем рассердил её. Резким движением Артемисия схватила свой меч и замахнулась на противника, но тот отступил. Ловко поймав руку с оружием, он пронзил воительницу своим клинком и замер поражённый, глядя в её глаза. Превозмогая невыносимую боль, Артемисия схватила Фемистокла за плечи и рывком приблизилась — клинок прошёл насквозь. Её горячая кровь потекла по холодному лезвию.       Афина отвернулась, не в силах смотреть на это даже ради воительницы. Богиня взошла на свою колесницу и снова отправилась в путь.

***

      Жизнь в Фемискире , как всегда, кипела: по дорогам торопливо шагали люди, рабыни таскали разные грузы, с базара доносились крики торговок и гомон покупательниц. Самые разные товары продавали здесь, но наиболее популярной была мясная лавка. Торговка, крупная грубая женщина, огромным тесаком кромсала куски мяса и рявкала на крутящихся у её лавки особо назойливых покупательниц.       На прилавок с потолка рухнула крупная трёхцветная кошка и, схватив кусок мяса, метнулась прочь. На её голову обрушился тесак. Бестия была быстрее и сберегла свой череп, но лезвие задело её бок, и на белоснежной шерсти заалел длинный порез. Не выпуская добычу, обливаясь кровью, кошка убежала. Покупательницы хохотали и улюлюкали ей вслед. Непонятно откуда взявшаяся свора собак ринулась за ней. Животное скрылось за лавками и быстро вскарабкалось на крышу, где и скрылось от людских глаз. Кошка перевела дух и принялась зализывать рану. Она часто рисковала, но всегда убегала невредимой, будь то драка с собаками или охота. Но сегодня её везение закончилось.

***

      Группа вооружённых охотниц шла по следу оленя. Издали они напоминали Артемиду с её нимфами, но во главе этой компании ковыляла пожилая угрюмая женщина. Она плотно сжимала тонкие губы, терзаясь в раздумьях. За ней следовали юные девушки. В противоположность беззаботным нимфам, эти охотницы были серьёзны и держали ухо востро.       — Впереди ручей. Там олень наверняка задержится, или можно устроить засаду на другую дичь, — шепнула одна из охотниц и поправила ремень колчана. Идущая рядом подруга кивнула и удобнее перехватила своё копьё. — Даже не надейся. Он мой! Андромаха, не отставай!       Идущая позади группы девушка подняла голову, вглядываясь в кроны деревьев. Редкие солнечные лучи осветили её мягкие черты лица и короткие тёмные волосы.       В кронах мирно щебетали между собой птицы — значит, их за опасность не считают и шанс на удачную охоту есть.       Охотницы на ночь расположились на небольшой поляне: девушки занялись разведением костра и разделкой оленьей туши; старшая из группы сидела у костра и растирала колено вязкой массой из лечебных трав. Травма, полученная когда-то в сражении, давала о себе знать после длительных походов. Но отказаться от чести сопровождать юных охотниц было равно проявлению слабости, что являлось недопустимым для женщины.

***

      Лишь под покровом ночи кошка рискнула покинуть своё убежище и отправилась к ближайшему пруду, чтобы утолить жажду. От привычной ловкости не осталось и следа. Тяжело подволакивая лапы, слабая от потери крови, она добралась до пруда и приникла к воде.       — Кто это?! — рядом с ней раздался звонкий девичий голос.       Кошка вздрогнула и повернула голову на звук: рядом с ней стоял человеческий ребёнок, держа в руках палку. Этой палкой она ткнула кошку в бок, прямо в рану. От боли кошка с яростным воплем бросилась на обидчицу. Девчонка с завидным проворством отскочила и испуганно закричала. На её вопли прибежала мать и пинком отправила животное в кусты.       — Сколько тебе говорить, чтобы ты не лезла к бродячим бестиям?!       — Я просто посмотреть хотела…       — Иди в дом!       Девчонка, хныкая от пережитого ужаса, побежала в дом, а её мать полезла в кусты за кошкой. Если эта бестия больна, то с ней нужно разделаться поскорее. Но там был лишь кровавый след. Женщина посмотрела в сторону тёмного леса и, пожав плечами, вернулась в дом.

***

      Андромаха ушла за хворостом для костра. Она шла бесшумно, как умеют искусные охотницы. Солнце ушло за горизонт, его место в небе заняла огромная луна. Неподалёку ухнула сова. Андромаха огляделась, наклонилась за большой веткой в траве и отскочила назад, заметив небольшую бестию. Та не шевелилась. Андромаха веткой отодвинула траву и увидела, что на земле лежала кошка: её длинная шерсть была испачкана грязью и запёкшейся кровью. Кошка подняла голову и взглянула на девушку. Странное чувство, неведомое ранее, охватило охотницу. Осторожно она взяла кошку на руки и, тихо шепча успокаивающие слова, пошла к временному лагерю.       — Андромаха, кого ты поймала? — подбежала подруга и, увидев ношу, покачала головой.       — Я хочу ей помочь, — сказала Андромаха, игнорируя удивлённые взгляды остальных.       — Она наверняка больна гидрофобией! — сиплым голосом сказала старшая и швырнула в сторону Андромахи клинок. — Добей и унеси её подальше.       Андромаха не обратила на неё внимания. Она свернула свой плащ и положила на него кошку. Кошка лишь моргнула и замурлыкала. Охотница поднесла ей воды в ладони. Животное с жадностью принялось лакать, но от предложенного позже кусочка мяса отказалось.       — Я возвращаюсь в город! — заявила Андромаха и, взяв кошку, ушла в темноту не оглядываясь.       Ей вслед смотрели встревоженные подруги. Старшая покачала головой.       — Но ведь кошки священны… — смущённо пробормотала близкая подруга Андромахи, затачивая и без того острый нож.       — Дисциплина превыше всего, — твёрдо сказала старшая. — Не узнаю её. Похоже, её разум помутился от болезни. Пусть идёт подальше от нас.       Андромаха надеялась добраться до города к утру. К её счастью, луна в небе светила полная и яркая. Кошка громко мурлыкала и иногда жалобно мяукала. Старшая была права: нужно было просто добить животное, избавив от страданий.       Андромаха грустно рассмеялась: её, охотницу и воительницу, может смутить смерть.       — Я не понимаю себя, — шепнула она кошке. Та лишь тихо мяукнула. — Прости меня.       Андромаха остановилась, прислушиваясь. Её охватило странное чувство. С похожим охотница столкнулась однажды десять лет назад, когда во время её первого военного похода рядом с ней ударила молния. Сейчас она также почувствовала, как воздух вокруг неё словно сгустился и завибрировал. Но вместо ослепляющей вспышки и грома раздался чистый и ясный голос:       — По какой причине ты заставляешь страдать эту кошку?       Андромаха вздрогнула и резко подняла голову. Перед ней в нескольких шагах стояла богиня. Лунный свет не освещал её — наоборот, она сама словно светилась им. Её серые глаза смотрели сурово, в руке она сжимала лук, а за плечами виднелся колчан со стрелами.       Андромаха почувствовала слабость и невольно опустилась на колени, осторожно опустив кошку на землю.       — Я хочу спасти ей жизнь, великая Артемида, — выдохнула Андромаха, с ужасом осознав, что встреча с грозной богиней может обернуться самым страшным её кошмаром.       — Спасти жизнь… — Богиня склонила голову, и на её губах мелькнула улыбка.       Андромаха с ужасом смотрела, как богиня подошла к ней и опустилась на одно колено перед кошкой. От прикосновения Артемиды кошка муркнула и потёрлась головой о её руку.       — Да будет так! — Артемида взяла животное и прижала к груди. Кошка уткнулась в шею богини, мурлыкая, пока та гладила её.       Андромаха с изумлением наблюдала, как страшная рана затягивается, превращаясь в шрам. Богиня рассмеялась, когда кошка легонько укусила её за палец.       — Ей нужно время на восстановление. Отнеси её в мой храм. Пусть жрицы позаботятся о ней.       Богиня передала кошку Андромахе и ушла. Издали послышался лай псов и девичий смех.       Андромаха прижала животное к груди и поспешила исполнить приказ богини.