Самый худший учитель

Он бежал долго. Ноги подкашивались. Заново и заново прокручивал момент поцелуя в своей голове. Я сосался с учителем! Что блять. Проспекты казались бесконечно длинными. Дождь залиливал Антона целиком. По щекам лились слезы. Фонари освещали дорогу домой, и только они помогали не потеряться Тоше. Хоть он уже давно был потерян. Хочу все забыть. Я ведь не хотел. — Заливался Шастун. — Прошу. Не надо. — Он вытер слезы рукавами. — Я не хотел. — Он хотел. Очень хотел. С самого начала. Хотел поцеловать его. Это было скорее подсознательное желание. Но за этот жалкий месяц он безумно привязался к преподу. Ноябрь. На деревьях листьев уже не оставалось. Хмурые дворники каждый день убирали дурацкую листву возле общежития, не давая спокойно ходить. Мужчины в формах бродили по территории, собирая жёлтые листочки. Не сладко им. Совсем не сладко. Шастун наблюдал за ними каждое утро. Он даже запомнил во сколько они «просыпаются» и идут на "охоту". В 9:07 выходил мужчина в кепке. В руках у него постоянно был стакан кофе. Возможно те самые семь минут он тратил на покупку кофеина. Последующие два работника приходили к 9:30 и все время вдвоем. Друзья наверное. Они брали уборочный инвентарь и начанали уборку от главного входа, заканчивая у ворот. Дальше шли по периметру. Уже вторую неделю Антон не появляется в колледже. Он отключил телефон. И все время был «вне зоны действия.» Синяки под глазами были больше глазных яблок. Сухие губы были поджаты. Кожа была больше синей, чем похожей на человеческую. В правой руке догорала сигарета. Взгляд был направлен на окно. В этот день на улице было совсем тихо. Шастун глянул на часы. 9:39. Где они? — Вопрос прозвучал в голове. Но так же быстро этот вопрос вылетел из нее. Ему было все равно. Это был скорее риторический вопрос. Шастун опустил голову на стол. Он был разбит. Он не понимал зачем все это. Хотел забыть. Больше всего хотел забыть. — Открывай. -Раздался характерный стук в дверь. — Уебывайте. — Откликнулся Шастун. — Это Дима. — Антону пришлось встать и перетащить свои длинные конечности к двери. В дверях стоял старый добрый друг Дима. — Выглядишь хуево. — Отрезал Позов. — Младший поднял на него свои красные глаза и поплелся обратно. Сел на кровать. — Шаст, ты не ахуел? — Дима прошел в его спертую комнату. — Мозги отшибло? Я о тебе сука переживал! Ты хули уже неделю не отвечаешь? — Дмитрий бродил по комнате туда-сюда. — Шаст лишь следил глазами за его действиями. — Телефон сел. — Угрюмо. — Сукин ты сын. Ты меня заебал, что случилось? — Шастун улыбнулся. — Я в дерьме. Помнишь я тебе про препода говорил? — Так. — Медик сел рядом. — Я с ним сосался. — Дима ошарашенно выручил глаза. — Ты из этих что-ли? — Удивлённо. — Нет! В этом и дело! — Он плакал. Опять. — Господи, Шастун! Я говорил, что вечный прием алкоголя к добру не приведет! — Кто бы говорил. — Дима повернулся к младшему. — У меня хотя бы девушка есть. В общем ты точно в дерьме. — Подтвердил Дима. — Молись чтобы тебя не исключили. — Я уже. — Шастун упал всем телом на кровать. — Уходи Дим. — Шастун умолял. — А ты думал мне нужны твои проблемы? Конечно я уйду. — Дима захватил с собой мусор Шастуна и ушел. — Антон закрыл глаза. Ему снился странный сон. Все ходили вокруг Антона. Потом он заметил, что не может пошевелиться и все смеялись над ним. Но единственный из этой толпы был мужчина с голубыми глазами. Он смотрел серьезно, не улыбаясь. Шастун хотел подать знак, что это он. Но ничего не вышло. Младший открыл в глаза. Он был мокрый насквозь. Сколько я блять спал? Шастун потянулся к часам. Но не успел он протянуть руку, как рухнулся мешком с кровати. В этот момент в дверь позвонили. — Дима, сука, я сказал уходи. — Звонок повторился. — Тварь. — Шастуну пришлось встать и подойти к двери. — Здравствуй, Антон. — Тоша в эту же секунду закрыл дверь. — Эй. Пусти меня. — Требовал старший. — Уходи. — Выслушай и я уйду. — Антон молчал. — Шастун. Открой. — Дверь отворилась, в душное помещение зашёл потрёпанный учитель. Не только Шастун мучился все это время, или ему хотелось думать, что не только он мучился. Арсений подошёл к парню и взял его за локоть. Требуя приземлится. Два тела оказались на безумно маленькой для них кровати. — То что между нами было… — Ничего не было. — Прервал того Попов. — Я был пьян. Это эффект алкоголя, не более. Я надеюсь этого никто не узнает? — С серьезным видом спрашивал Арсений. — Нет… — Выдохнул Антон. — Но знаешь, Это ранило меня. — Господи, Шастун… Это просто поцелуй. Он ничего не значит. — Виновато. — Для меня значит, очень много значит. Ты хотел, чтобы я рассказал про мои дела в детдоме? Я расскажу. Мне было 15 лет. Всего лишь. Я был глуп, я и сейчас глупый, но раньше я вообще не соображал. Со мной в одной группе воспитывался на тот момент мой друг Леша. Все было супер, мы дружили, но эта дружба была очень нежной, не как все привыкли между парнями. И в один день, 19 Апреля, в мой день рождения, мне 16 исполнилось, мы поцеловались. Это был страстный поцелуй. — Щеки Антона покраснели. — Почти до секса дошло. Если бы не его дружки. Они избили меня. А Леша… — Голос дрожал. — Он смеялся с ними. А я как дурак в туалете с голым торсом стоял. И знаешь, Арсений, можешь думать, что я гей. У меня не было девушки. Тот случай разбил меня. А ты напомнил о нем. — Антон… — Попов обнял его. Всем своим телом он обнял младшего. Он гладил того по голове. — Прости, боже, Шастун, прости меня, почему ты молчал. Я готов помогать тебе! — Шастун вжался в его тело. — Помогать и заботиться, это разные вещи, Арсений Сергеевич. Мне помощь не нужна. Зачем мне помощь из жалости. — Это не жалость! Ты мне друг. — Говорил на ухо учитель. — Я о тебе даже ничего не знаю. — Молил Шастун в очередной раз. — Попов отстранился. — Хорошо, я отвечу на любой твой один вопрос, если ты будешь продолжишь заниматься математикой. — Приз был слишком сладок, чтобы отказываться. — Хорошо. Тогда мой вопрос. — Антон поджал ноги под себя. — Почему ты приехал в Воронеж? — Шастун. — Мы договорились! — Арсений дернулся. — В этом ничего необычного, я сам из Омска. И вот, были связи в Воронеже, предложили работу. Я не мог отказать. — Это ложь. — Сделал вывод Шастун. — Никому в голову не придет ехать из Омска в Воронеж. Тут совершенно нечего делать, а судя по тебе, ты из тех, кто хочет многого добиться. — Выдал младший. — Антон, ты сказал, я ответил. Договор был такой. Я действительно из Омска. — Арсений поднялся. — А теперь, как мы и договорились. — Поправил воротник водолазки. — Ты бросаешь старадание хуетой и садишься делать математику. — Препод дотронулся до плеча ученика. — И прости меня, ещё раз. Этот секрет я никому не расскажу. Только прошу, не убивай ты себя. — Антон хлопал ресницами. — Иди уже. — Буркнул Шастун. Арсений мило улыбнулся и как ни в чем не бывало ушел. Пфф. Он либо сумасшедший либо прекрасный актер. Иначе я не понимаю почему он меняет эмоции каждую секунду?