Самый худший учитель

2007 год. 21 Апреля. Коридоры детдома больше не привлекали. Страшно становилось смотреть кому-то в глаза. — Эй, пидор, отсосешь мне? — Насмешки со стороны воспитанников приводили в ярость. — Это наш туалет, он не для геев. Пошел вон. — Они выталкивали Антона откуда угодно. С того дня с Лёшей он виделся лишь один раз. Тот просто смотрел ему в глаза и молчал. Антон стоял и также смотрел на него. Он надеялся, что его друг, с которым у него были самые яркие моменты детства ответит хоть что-то. Скажет, что все это ошибка и что он признает ее. Но нет, он просто стоял и молчал. А потом опустил взгляд на как-будто между ними ничего и не было и ушел. В тот день Антон понял, что он ушел навсегда. Что больше не появиться в его жизни. И он не появлялся. До самого последнего дня в детском доме его не было. Младший конечно спрашивал, у воспитателей, что с Лёшей. Но никто так нормально и не сказал. В какой-то момент он перестал бегать и искать его. Ведь он и так знал, что все кончилось ещё тогда, гребанного 16 Апреля. Тоша был разбит. Разбит, как ему казалось навсегда. Ведь его предал самый любимый человек. Он пообещал себе, что больше никого не полюбит. — Эй, Антон-Гандон. Сиги есть? — Высокий парень требовал от Шастуна за углом детского дома. — Нет… — Антон мялся. — Че ты блять врешь. Я видел, как ты вчера курил залпом. — Он начал слегка пинать Антона.- Нет. У меня нет. — Шастун отбивался как мог. — Ну пидор. Ты сам напросился. — Он принялся избивать Тошу. Тот повалился на землю, и все, что ему оставалось, это прикрывать лицо руками. Ночь. Скорая. Потеря сознания. Антон помнил момент до столкновения с землёй. А потом провал. Пустота. Сирены. Чёртовы серены, они так раздражали. Звук колес от носилок. Капельница. И первое, что он услышал, было по типу: — У него сотрясение мозга. — Эти диалоги были словно в тумане. Пульс участился. — Возможны последствия. — Бам. Сильная боль пронзила голову. — Если это повториться, могут быть сильные осложнения. — Тупая боль охватила голову. — Он слаб. Мы могли его не спасти. — И снова потеря создания. Конец недели. Антон нашел в себе силы посетить колледж. Конечно он шел только ради одного человека. Арсений ни на секунду не выходил из его головы. Он бредил им. Перестал отвечать Диману. А на его предложения сходить выпить, все время избегал. Но регулярно писал Арсу о его состоянии. 11 ноября Антон: Привет! Сегодня меня не будет. Все хорошо, просто голова болит. Арсений: Принял, но не забывай, если я смогу тебя подтянуть по математике, это не значит, что я смогу выучить тебя другим предметам. Антон: Ты бука. Я все сдам не парься. Если ректор будет искать, отмажь меня. Пожалуйстаааа. ;) Арсений: Кто ещё бука. Вот придёшь и сам объяснишься. Все я пошел, у меня пары. 12 ноября. Арсений: Ты долго собираешься дома сидеть? Антон: Не злись. Я завтра буду. Удачи тебе сегодня! Арсений: Антон. Тут подготовка полным ходом. А ты просиживаешь все свое время дома. Антон: Злюка. Арсений: Антон, тебе пять? Дурак. Все, я ушел. Пфф. Там сегодня так холодно? Придется несколько кофт надевать на себя. Ненавижу зиму. Перед выходом из общежития, Антон конечно написал Арсению, чтоб тот его ждал. И с улыбкой на лице младший потопал к колледжу. Шастун сам не понимал, почему ему так хорошо с Арсением. Возможно потому, что тот и правда ждал его? Или потому, что спрашивал как его дела? Антон не знал. Он конечно до сих пор злился на него за то, что тот про себя умолчал истину. Но младший не стал давить. Он подумал, что похуй. Если расскажет то хорошо, а если нет, ну значит не судьба. Главное, что сейчас есть хоть какая-то поддержка от того с кем хорошо. Бляяяять, ну на 10 минут проебываюсь. Антон в спешке переодевался и бежал к заветному кабинету. Раздался стук в аудиторию. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич. — Лёгкая улыбка проскользнула на лице Арса. Ждал. А потом скрылась за суровой маской. — Почему опоздал? Мне сколько раз говорить о своих правилах на уроках? — Строго. — Извините. Искал теплую одежду. Вы видели как сегодня холодно? — С большим энтузиазмом рассказывал Шастун. — Арсений оглядел внешний вид младшего и его голос смягчился. — Ладно, проходи, страдалец. — Антон закатил глаза. Пара прошла как обычно, без особых мучений. Препод даже ни разу не пристал к Антону. — На этом все. Прошу готовьтесь к сессии. — Одногруппники быстро разбежались. — Привет, Арс! — с воодушевлением. — Уже здаровались, Антон. И я попрошу, в колледже я Арсений Сергеевич. — Арсений был чем-то занят. — То есть как лезть ко мне целоваться так ты первый? — Кинул Шаст обижаяясь. — Антон! — Подбежал к младшему Арсений. — Сам говоришь, что это не то о чем ты хочешь говорить. — Да там такая мутная история, мне похуй уже. — Антон врал. Всем сердцем врал. Он хотел думать, что давно уже опустил эту историю с Лёшей, но как бы не так. Он любил его. Это первый человек который проявил к нему тепло, он просто не мог от него отвязаться, но сегодня у него было очень хорошее настроение, чтобы думать о нем. Сегодня он хотел быть только для одного человека. Шастун крутился вокруг его стола, наблюдая. — Антон, я занят. — Нервно. — Ты же сказал, что поможешь с материалами? — Ну не сейчас. Иди уже, у тебя экономика через пару минут. — Может я с тобой побыть хочу? — Кинул Шастун надув губы. — Господи, за что мне ты. А я не хочу. — Арсу пришлось взять Тошу за руки и проводить самостоятельно до двери. — Топай на пары. Можешь сегодня вечером придти ко мне, если хочешь. — Зачем? — Томным голосом спросил Шастун издеваясь. — Боже Шаст, математикой заниматься! Все удачи. — Арсений хлопнул дверью перед носом младшего. Худший учитель. В три часа дня Антон освободился. Выйдя из колледжа навстречу к Тоше, шел медик. — Антон! — Окликнул Дима. — Здарова. — Шастун не ожидал встретить старого друга. — Ты почему продолжаешь игнорировать меня? Может у меня инфа интересная. — Дима достал пачку сигарет и «угостил» Антона. — Говори. — Шаст закурил. — Серёга сегодня с новой партией. В этот раз намного круче. Пойдешь? — Антон задумался. Впервые ему пришлось выбирать между учебой и наркотиками. — Не пойду. — Отрезал Шастун сам себе не веря. Дима выпучил глаза. — Я не верю, что такое говорит Шастун. Интересно почему? — У меня математика вечером. — Смущённо. — Блять Шаст. Что с тобой происходит? У тебя после этого препода голову снесло? Бухать не ходишь, мне не отвечаешь. А когда я позвал тебя кумарить, ты вообще отказался. И все ради математики? Да ты никогда в жизни не увлекался учебой. А сейчас видите ли самым умным решил стать. — Кричал Позов. — Я обещал… — Антону было некомфортно. Он начал затягиваться и держать дым в лёгких как можно дольше. — Этот мужик тебе дороже чем я? Знаешь Шаст, иди нахуй. Не он тебя поддерживал все эти годы, чтобы что-то ты ему обещал. — Дима докурил больше ничего не сказав, а потом ушел. Антон помедлил, но следом не пошел. Он достал телефон и отравил сообщение. Антон: Скоро буду. *** Приходить к Арсу домой стало чем-то обыденным. Уже почти месяц Антон захаживал к старшему. Сначала они ужинали, а потом садились за математику. И так постоянно. У Антона стало что-то получается. Он делал успехи. Трынь~трынь. Привычный звонок в дверь после 5-ти вечера. Арсений встречал младший постоянно в новом костюме. То в рубашке, то свитере. Иногда, удавалось увидеть Арсения в домашних штанах и футболке с надписью сеня. Антон всегда улыбался при виде дурацкой майки. — Привет, Арс. — Здравствуй, Антон. — Проходи, сегодня на ужин макароны по-флотски. Тебе понравится. — Антон уже на пятый день перестал смущаться и буквально вбегал в кухню. — Пахнет вкусно. — Потирал руки. — Садись дурак. Что пить будешь? — Какао. — Как оказалось Антон безумный любитель этого сладкого напитка. Он все запивал им. — Ох. Точно ребенок. — Арсений в привычной обстановке варил себе кофе, а младшему заваривал приторный какао. — Арс. — Арсений дрогнул. — Что тебе? — Не поворачиваясь. — А расскажи про семью… Ну и про Омск. — Выдал Шастун. — Кхм. А что говорить? Жил я в обычной семье. Мама, папа. Я увлекался актерским мастерством, но родители не поддержали это, и мне пришлось стать преподавателем. Отучился там же, а потом ты уже знаешь. — Жалеешь? — Антон крутил свои макароны на вилке. — То что не пошел на актера? — Именно. — Шатун жевал и очень внимательно слушал Попова. — Жалею. До сих пор. Но знаешь, они правы, лучше быть с постоянной работой, чем если бы я носился не пойми где. Так ладно, вот твой какао. — Перед лицом Антона оказалась большая кружка с коричневой жидкостью. — Спасибо. — А можно ещё вопрос? — Щеки Антона чуть покраснели. — Ну попробуй. — Арсений мирно попивал свой кофе из кружечки. — Что ты любишь? — Очень двоякий вопрос задал младший. — Я люблю теплые носки и виниловые пластинки. — Ой, нет, я не это хотел спросить. — А что тогда? — Теперь и щеки Арсения чуть порозовели. — У тебя есть пара? — Очень резко спросил Шастун, а потом спрятался за кружкой. — Шастун… — Протянул старший. — Нет, ну ты просто скажи да или нет. — Как видишь сейчас в моей квартире только ты. — Арсений начал собирать посуду как бы уходя от ответа. — Это не ответ. — Буркнул младший. — Не забивай голову. Видишь, сейчас мы здесь вдвоем. Поэтому поднимай свой зад и тащи учебники. Антон надулся, но перечить не стал. Он поплелся в коридор за вещами. Заходя в кухню он глянул на окно. Пошел снег. Первый снег. Тоша как маленький подбежал к окну и стал наблюдать как снежинки падают с неба. На улице было уже совсем темно. — Арс, глянь! Там снег! — Шастун чуть ли не прыгал от радости. Арсений подошёл сзади. — Ты же говорил что не любишь зиму? — Удивлённо. — Да, но я помню как мне мама говорила, когда выпал первый снег. Она подходила к окну и тихонько рассказывала как влюбилась в отца, а в конце всегда говорила одну фразу. «Люби несмотря ни на что» И нежно-нежно улыбалась и целовала меня в лоб. — Шастун мягко улыбнулся. — Я конечно не дурак, чтобы питать чувства к этим нежностям, но когда это произносила она, я выпадал. И смотрел, смотрел как падает снег. — Арсений приобнял младшего за плечо. — Учи математику несмотря ни на что. — И чмокнул того в висок.