Ледяной Дворецкий

С момента ухода Арсения в поместья поубавились звуки шагов, не было больше того смеха, не было игры на фортепиано, не было его. Ирина с Антоном уже во всю готовились к свадьбе. Об уходе дворецкого помещик сообщил с утра за завтраком. Весь поникший и раздосадованный Антон пришел на кухню. На ней во всю суетились домочадцы. Сережа готовил завтрак, что-то пританцовывая. Позов смеялся над Пашкой, которого мучил Роберт, пока отец катал его на шеи, Ляйсан показывала дочке, Софии, поместье, отвечая на все интересующие ее вопросы, она улыбалась и смеялась, пока девочка указывала на антикварные вазы, которые было трогать никому нельзя, кроме дворецкого в этом доме. Оксана попивала утренний кофе, разговаривая с счастливой Кузнецовой. В отличие от помещика, девушка была на седьмом небе от счастья, весь этот утренний задор поубавился, когда вопрос зашел о дворецком: «Кстати, а где наш Граф Болконский? Время уже полдень, а его все нет. Неужели еще спит?» — спросила Оксана, выглядывая в проем, словно ожидала увидеть там дворецкого, подкалывающего ее с самого утра. Вот только в проеме никто не появился, а Антон опустил взгляд, сжал скатерть до посинения костяшек, а затем с тяжестью на сердце сказал: — Сереж, с сегодняшнего дня подавай, пожалуйста, завтрак на девять персон. Оксана в тот же миг призадумалась, пересчитав всех присутствующих, в голове тут же созрел вопрос, который не заставил себя долго ждать: «Почему на девять? Нас же десять, или ты забыл о нашем дворецком?» — в шуточной форме спросила Суркова, даже не подозревая, что через секунду узнает удручающую правду. Антон сглотнул неприятный ком, подступивший к горлу, и заключил наконец, признавая неизбежный факт: «Окс, Арсения, больше с нами нет» — из рук девушки в тот же момент выпала кружка, разбиваясь на части, осколки разлетелись по всей кухни. Все стоявшие герои в этот момент с ужасом взглянули на помещика. Ляйсан зажала рот рукой, начиная всхлипывать, у Сережи затряслись руки, Паша спустил сына с плеч, смотря на Антона с серьезным видом, Позов пытался уловить суть мысли, однако голова выдавала лишь плохие идеи. Шастун, поняв, что ляпнул, быстро начал оправдываться: «Да вы неправильно поняли меня, с нашим дворецким все в порядке, но…» — признавать это было сложно, ведь помещик понимал, что, скажи он это, то раз и навсегда ему придется забыть об Арсении: «Попов больше не работает в этом доме.» — Что, но почему?! — тут же спросил Матвиенко слишком громко для этого утра. Антон вновь сглотнул. — Сереж, он сам пожелал уйти… Еще час все расспрашивали, как такое могло случиться, но у помещика не было на это ответа, сегодняшний завтрак превратился в траур, разочарование отпечаталось на всех лицах, кроме Ирины, девушка, не сказать, что была счастлива, однако разочарование друзей не разделяла. Так началась новая жизнь в поместье Шастуна, новая жизнь без Арсения Попова, его «Ледяного Дворецкого».

:::

Через пару недель началась подготовка к свадьбе, все хлопотали по дому, особенно Антон, помещик так усердно готовился к торжеству, что со стороны могло показаться, что ему это в радость, что он наконец понял, что любит эту прекрасную даму. Ну, по крайней мере, так считала Кузнецова. Но, увы и ах, вовсе нет, Шастун знал, что свадебной церемонии он не избежит, а готовился к ней усердно только потому, что разум надо было чем-то забить. Иначе мысли об Арсении захватили бы его с ног до головы и он вовсе бы не смог работать. За пару недель они успели достаточно. Договорились с церковным священником, обговорили меню для празднования сия торжества, выбрали себе свидетелей, которыми стали Оксана — со стороны невесты — и Дима — со стороны жениха. Выбрали платья и костюмы. Общим решением было принято провести церемонию на холме подле усадьбы, да, именно на том самом холме, где ранним утром стоял дворецкий, высматривая что-то вдалеке. Для Антона это место было особенным и он не мог себе представить, как сможет, смотря в глаза Ирине, сказать «да», зная, что его сердце уже никогда не сможет полюбить кого-то другого. Свадьба должна была состояться первого числа октября месяца. И помещик всеми силами пытался отодвинуть этот роковой момент, ведь знал, что после этого дня его жизнь разделится на до и после. Для Шастуна это была точка невозврата. Но этот день приблизился слишком быстро, как бы помещик не мечтал, не грезил наяву и во сне о том, что Ира скажет ему, что она еще не готова и со свадьбой можно повременить, это было невозможно. Кузнецова ждала этот день, как никто другой, и чем ближе он был, тем все шире на ее лице сияла улыбка во все уста. Утром первого октября Антон проснулся очень рано, ну как сказать рано, в четыре утра. Торжество было назначено на одиннадцать, однако помещик уже не мог уснуть, его избранница спала так крепко, что ей можно было позавидовать, а вот к Антону сон никак не хотел приходить. Его тело и разум сопротивлялись этой церемонии, да и сам Антон не был готов ко всему этому бедламу. Шастун заранее надел свадебный костюм и покинул спальню будущих новобрачных. Помещик скитался по дому, словно призрак, пока все спали, он успел обойти каждый уголок этого дома, узреть каждую антикварную вазу, посуду или чашку. Все эти вещи напоминали о дворецком, но избавиться он них он не мог, просто потому что не мог и все. Помещик дошел до музыкальной залы, из которой с тех самых пор, как пропал Арсений, никто не играл на фортепиано. Обойдя весь дом, Антон дошел до своего кабинета, взглянул в окно, в котором видел тот холм, на котором уже стояла арка, под которой их сегодня объявят мужем и женой. Когда его взор упал на ящик, все это время запертый на ключ. Когда дедушка умер, он сказал Антону, что в нем он найдет все то, что сможет ему разъяснить ситуацию, происходящую в их неподвластной никому крепостью. Но все детали сделок и документацию по бизнесу помещик обнаружил в другом месте. Именно тогда ему в голову пришла идея о том, что там может лежать что-то сокровенное, то о чем знать ему было не надо до сегодняшнего дня. Антон, порыскав по всем полкам, нашел тот самый ключ. Он дрожащей рукой открыл ящик, в котором был сверток бумаги с их фамильной печатью. Помещик развернул сверток дрожащими пальцами, прошелся взглядом по оставленному ему письму, а затем начал вчитываться в текст. Который раз и навсегда перевернул его мир с ног на голову.

«Дорогой мой мальчик, это мое последнее письмо. Я не смог сказать об этом тебе лично. И вряд ли бы пошел на это когда-нибудь. Ведь в глубине души я не знал, как ты к этому отнесешься.

Всю свою жизнь я оберегал и защищал тебя. Думаю, ты знаешь, что все, что я делал было исключительно ради тебя.

После смерти Андрея я не знал, как повернется судьба, не знал, как ты переживешь потерю родителей, поэтому продолжал быть твоим ангелом-хранителем.

А затем в нашей жизни появился Арсений. Я до сих пор помню те обреченные глаза, когда этот мальчишка встретился нам на дороге. Я был несказанно счастлив, когда у тебя, спустя время, появился такой друг, честно, я думал, что вы были, как братья.

Но вы стали друг для друга гораздо большим, и я сейчас говорю не про семейные узы. Я волновался о ваших отношениях и в скором времени узнал, что вы оба перешли за грань дружбы. Поэтому я сотворил глупость… Сейчас, когда я пишу это письмо, я понимаю, насколько я был глуп. Не знал, что моя роковая ошибка приведет к таким последствиям.

Я нанял людей, чтобы они «объяснили» Арсению его место в этом доме и в твоей жизни.

Но я не думал, что этот мальчишка так изменится. Он стал холодным, и как бы я не пытался вернуть его первозданный вид, у меня ничего не получилось.

Только спустя годы после моей роковой ошибки я понял, что натворил. Понял, что и для меня Арсений стал не последним человеком в этой жизни. Он стал взаправду частью нашей семьи, я понял, что относился к нему так же, как к тебе. Как к своему родному внуку.

Именно поэтому, когда я понял, что моя смерть наступает мне на пятки, я заключил сделку с одним человеком.

О ее деталях ты можешь узнать в документе, оставленном мной под этим письмом.

Я не могу просить вас обоих об этом, но очень надеюсь, что вы оба сможете меня простить. Антон, Арсений, я желаю вам счастья, желаю вам лучшей жизни. Надеюсь, что там, где я окажусь, я смогу увидеть ваши улыбки, обращенные к небу.

P.S. С любовью, ваш дедушка»

Помещик заплакал, вновь вспомнив своего дедушку, а затем достал документ, от информации в котором упал на пол: «Быть не может… Как? Как он это сделал?» — спрашивал шепотом сам у себя Антон. Помещик даже не подозревал, что, притаившись за дверью, стояла Ира, девушка впервые видела его таким, она хотела провести с ним жизнь, нарожать ему детишек, но если ее возлюбленный не может быть с ней счастливой, то так тому и быть. Кузнецова спустилась вниз и отдала приказ подать машину, зная, что Антон сорвется с места спустя пару минут и сделает тоже самое. Так и произошло, вот только, спустившись, помещик обнаружил, что машина уже его ждала под воротами поместья. Но он не стал разбираться, посчитав, что это было стечение обстоятельств. Держа в руках документ и сверток с письмом, он приказал водителю отвезти его на окраину города, уже заведомо зная, где остановился его дворецкий.

:::

Арсений покинул поместье Шастуна месяц назад, дышать и правда стало легче. Попов устроился в ту самую лавочку на окраине города, которой заведовал в давние времена отец дворецкого. О том, что антикварную лавочку кто-то приобрел, Попов узнал от горожан. Те до сих пор судачили покойного помещика, который в ту роковую ночь убил отца Попова. Устроиться в антикварную лавочку не составило никакого труда, работники требовались давно, однако никто не хотел ездить до окраины и обратно каждый божий день, а Арсению было плевать, он устроился не так далеко от магазинчика, да и будь его воля, он бы ночевал внутри, но, увы и ах, антикварная лавка принадлежала не ему. Кстати, насчет хозяина, Арсений ни разу за проработанный им месяц его не видел, на работу его устроил помощник этого самого владельца. В лавочку заходили редко, однако просто находиться здесь для Арсения было счастьем, он каждый день смахивал пыль с антиквариата, натирал его до блеска, такие вещи не должны пылиться на полках, они должны радовать глаз, говорил отец, и Попов запомнил это раз и навсегда, для него каждая вещь в этой лавочки была уникальна, словно частичка собственной души. С раннего утра Арсений уже был на ногах и начищал фарфор до блеска, когда дверь в его лавочку открылась и в нее зашел, по сей видимости, покупатель. Попов на автомате начал излагать: «Добрый день, чем я могу вам… Помочь». На последнем слове он застыл, обескураженный появлением запыхавшимся помещиком. На котором был только костюм и ничего более теплого. «Ну разве можно так одеваться на улице, что май месяц?» - подумал про себя Арсений, но вслух произнес совершенно другое: «Что ты здесь делаешь? У тебя же сегодня свадьба» — оглядев его сверху донизу, заключил бывший дворецкий. Антон отдышался, сжимая важные документы и сверток с письмом, и сказал: — Знаешь, Арс, я всю свою жизнь, с тех пор, как ты вошел в нее, боялся тебя потерять. И я потерял, и знаешь, о чем я сейчас жалею больше всего? — спрашивает Шастун, смотря в этот голубой океан, в котором он бы с удовольствием утонул. — Антон, ты несешь бред, тебе срочно нужно вернуться в поместье. Ирина будет волноваться, — сказал Попов, выйдя из-за стойки, пытаясь предотвратить сий разговор. Он знал, что если помещик останется, что бывший дворецкий уже не сможет его отпустить. Он так долго ломал себя в тлеющей надежде, что ему удастся закончить эти ни к чему хорошему не приводящие отношения. Однако даже спустя месяц сердце начинало трепетать лишь от одного взгляда этих проклятых зеленых глаз. — Мы все уже решили. Но помещик будто его не слышал, он продолжил говорить: «Я жалею о том, что в то утро не остановил тебя, струсил, боялся осуждения со стороны. Что подумает народ? Вот какие мысли были в тот момент в моей голове, но после того, как ты ушел, я понял, как же плевать на других, да пусть хоть окрестят меня самым последним негодяем, но если такова цена моей любви, я готов ее принять». — Вздор! Антон, ты уважаемый человек, так нельзя, с бухты барахты, заявить на весь мир, о том, что влюблен в обычного крестьянина. Ты испортишь себе жизнь, если так поступишь! Как же ты этого не поймешь?! — Арсений перешел на повышенные тона, его начинало трясти, он подошел почти вплотную к Антону. И это действие стало для помещика последним звеном в разрыве того нелепой стены, которую они вместе с дворецким выстраивали на протяжении всех десяти лет. Он притянул Попова к себе за талию и, смотря в глаза, произнес: «Думаешь, я смогу прожить эту жизнь без тебя? Думаешь, я смогу избавиться от тебя в своих мыслях? Арс, ты для меня все, пускай судачат, сколько их душам угодно, но если в моей жизни не будет тебя, то она станет самым бессмысленным испытанием для меня». Попов прижался к нему лбом, прикрывая глаза, понимая, что еще секунд пятнадцать, и он сдастся. — Ты же понимаешь, что мы творим? Антон, мы глупцы… Шастун огладил его по щеке, заставляя вновь смотреть в глаза. — Глупцы… — повторил помещик с улыбкой. — Но разве не так ведут себя влюбленные люди. Совершая глупости ради друг друга? — он не дождался ответа и в следующую секунду поцеловал Арсения, так нежно и трепетно, что бабочки в их сердцах затрепетали от счастья. Только отстранившись спустя пару минут, Шастун заключил, приняв наконец правильное решение. — Я больше не позволю тебе уйти, а со свадьбой я разберусь. Ах да, совсем забыл, это, кажется, принадлежит тебе, — он протянул письмо с документом. Арсений с удивлением взирал на него, с минуту вчитываясь в текст. — Хочешь сказать, что эта лавочка принадлежит мне? — Антон кивнул. И действительно дедушка совершил чудо, он выкупил антикварный магазинчик, зная, как он был важен для дворецкого.

:::

Они вместе прибыли в поместье. Антон, держа за руку своего дворецкого, поднялся на холм, на нем уже собрались гости, так как церемонию с подачи Шастуна было провести в тихом семейном кругу, все гости были знакомы Арсению уже более десяти лет. — Ну, сколько можно вас ждать? У меня слов нет! — с наигранной обидой спросила Ирина. Лица двух мужчин исказились в недоумении. Первым голос подал Антон: «Что здесь происходит?» спросил он, гости все рассмеялись, их искренне улыбки на лицах, заставляли пройтись мурашками по спинам обоих пришедших. — Ваша свадьба, — с улыбкой сказала Ляйсан. — Что?! — тут же вскрикнули дворецкий с помещиком. Тогда Ирина пояснила: «Я вижу, как ты смотришь на него, вижу, как вы счастливы друг с другом. Антон, я не монстр, не могу женить тебя на себе против твоей воли. Если ты правда так любишь Арсения, то почему бы не заключить ваши отношения на небесах?» — спросила девушка с улыбкой, отступая от алтаря. Ну а дальше, как в любой красивой истории, их свадьба прошла более чем успешно, за исключением ошарашенного священника, который до конца церемонии не смог понять, как такое возможно, что вместо жениха и невесты стояли два жениха. На следующий день весь город узнал о свадьбе, как и думали новобрачные слухов и осуждений они не избежали. Однако, именно благодаря ним, бизнес Антона пошел в гору, люди из других стран поражались такому смелому решению и толпами стремили получить заветный российский чай. Что же касается остальных героев, их счастье было не за горами, так по примеру дворецкого с помещиком. Через пару месяцев Дима с Матвиенко наконец смогли признаться друг другу в своих чувствах, что оказалось вполне взаимно. Через пару лет Дима изобрел лекарство от заразной болезни, поражавшей многие жизни, за что получил награду и известность среди горожан. Ляйсан с Пашей также обрели свое счастья в виде третьего ребенка. Этот сорванец, как говорил Арсений, сможет впоследствии вместе со своими братом и сестрой перевернуть этот мир с ног на голову. Ирина же обрела свое счастье в виде прекрасного молодого человека по имени Денис, скромного мужчины, которого нанял работать к себе в лавочку Арсений, бизнес которого, к слову, тоже пошел в гору. Парня покорила девушка с первого взгляда, он добивался ее целый год и, в конечном итоге, Ира пала от его чар. Все зажили своей полноценной жизнью, конечно, в их жизни будет еще множество трудностей, взлетов и падений, однако, невзирая ни на что, они пройдут их вместе. И если для нас это конец, то для наших героев это только начало поистине непростого жизненного пути.

:::

«Дедушка взирал на них с небес, любуясь и поражаясь своим внукам. — Я же сказал, что у них обязательно все получится, — обратился он к Серафиму». «Они и правда смелые, тебе очень повезло с детьми, — сказал седовласый мужчина, похлопывая по плечу дедушку». «Им повезло встретить друг друга, а мне — что я воспитал таких прекрасных людей».

THE END