Когараши

«Я не чувствую себя человеком. Не считаю себя полноценной личностью. Я где-то везде. Но не с самим собой. Люди вокруг меня хотят говорить не со мной, а обо мне. Мне противно, что я такой. Чувствую себя бесполезным». - Юнги, соберись! – крики разнеслись по всему помещению. Кричала женщина – режиссёр. - Боже! Как вы мне все противны! Да заткнись уже. Когда ты оставишь меня в покое? - Вот! Другое дело, - одобрительно кивнула женщина, - не забывай про свои реплики. Я же не смогу кричать на спектакле, чтобы ты очнулся от мыслей. - Извините, миссис Чон. Спектакль так скоро. Могу думать только об этом. - Я понимаю, все волнуются. Надо приходить в себя и начинать думать о том, как не подставить команду. - Да, вы правы. - Ну что? – обратилась женщина громче к другим актёрам, - маленький перерыв и продолжим? - Ну мам! – на голос, который издавался почти в конце зала, обратили внимания все актёры, - ты обещала их отпустить ещё час назад, - сын режиссёра встал с места и начал приближаться к сцене, - и не только актёрам надо отдыхать, но и тебе, - младший поднял ладонь на плечо матери, - поехали домой. - Мой сын прав, - накрыла его ладонь своею, - сворачиваемся. Несколько актёром благодарно улыбнулись своему спасителю – Чонгуку. Внимание Чона было направлено лишь на одного актёра, но в его глазах всё было как обычно – пустота. Юнги всегда был уверен: его обречённость незаметна для других глаз. Как же он ошибался… - Юнги, - обратилась главная, - будь другом, отнеси ключи от зала на вахту. Мин кивнул и спрыгнул со сцены, захватив с собой портфель, отправился отдавать ключи. - Опять допоздна сидели? – в немом сочувствии произнесла вахтёрша. - Скоро премьера пьесы, всё должно быть отрепетировано, - Юнги не старался натянуть дружелюбную улыбку, он знал эту женщину давно, она знает, что он не настроен зло по отношению к ней, - обещаю достать вам билет. Женщина улыбнулась, ей ни за что не понять, что у этого парня в голове. Юнги поклонился и направилась к выходу. Выйдя парень заметил машину режиссёра. - Юнги! – открылось окно, - садись в машину. Парень не стал спорить и сел на заднее сиденье. - Мама пригласила Вас на ужин? – ради приличия поинтересовался Мин. Миссис Чон лишь угукнула. Она была близкой подругой с его матерью, с которой они давно обзавелись традицией – каждую последнюю пятницу месяца встречаться на семейном ужине двух семей. Юнги было всё равно, он как обычно поест и пойдёт в свою комнату или поедет в свою квартиру. Парень ходит на них, чтобы ограничить себя от нелепых, никому ненужных вопросов «почему не пришёл?» или «что случилось?». На самом деле, чтобы избежать такого рода вопросов, он много куда ходит: университет, театр, прогулка со знакомыми. Раньше в этот список входили и свидания, но, когда понимаешь, что не важны отношения, когда пусто внутри, то перестаёшь обманывать себя и других. Юнги надеется, что найдёт ещё парочку таких смазливых цитат, чтобы вообще перестать посещать какие-либо места. Приехав домой, Юнги сразу отправился в свою комнату, чтобы скинуть вещи. - Подожди, - запястье Юнги кто-то перехватил. - Больше так никогда не делай, - Мин выдернул руку из хватки. - Извини, - парня будто ударил холодный поток ветра, - я лишь хотел кое-что уточнить. - Что? – решил никак не реагировать на извинения. - Твоя мама говорила, что ты ищешь соседа в квартиру. - Ты же вроде ещё школьник. Зачем тебе переезжать от родителей? Чонгук напрягся. - Так ищешь или нет? - Мой сосед только недавно съехал, половина его вещей ещё у меня, поэтому сначала надо ждать, когда он их заберёт, а потом я месяц-другой хотел пожить один. Не знаю, почему мать решила, что я кого-то ищу. - Эм, ладно, если нужно будет… - Юнги закрыл дверь, - позвони, - в стенку произнёс Чон. Почему-то только с этим парнем Мин не старался быть вежливым. Думал, что таким людям как Чонгук она не нужна. Парень был ещё школьником, но его не выгнали за тату и за пирсинг, Юнги находил это нечестным. - Думаю, ты часто терпишь разную грубость в свою сторону, что сам стал таким, - вслух думал Юнги. Этот парень раздражал его просто своим существованием. Чон прямое противопоставление словосочетания «соблюдение правил». Мин не ненавидел его, поэтому не мог быть и заинтересован в Чонгуке. Он не отказал ему в соседстве, потому что испытывает неприязнь, но с другой стороны, зачем ему жить одному, когда он не сможет платить коммуналку трёхкомнатной квартиры. Был, конечно, вариант устроиться на работу, но он сразу проходит мимо – постоянные репетиции в театре и пары. Неужели Юнги в шаге, чтобы переступить через себя – опять. Мин открывает дверь и идёт в гостиную, где уже все собрались, усаживаясь на диван рядом с Чонгуком. - Зайдёшь ко мне в комнату после ужина? - Зачем? – тут же пожалел, что спросил. Ведь Мин может передумать. - Я передумал, - Чон мысленно бьёт себя рукой, - насчёт квартиры, - не даёт себе пока выдыхать, - если твои родители не против, то сегодня мы должны обсудить кое какие вещи. - Хорошо. - Мальчики, - обращается хозяйка дома – мама Юнги, - за стол. Парни сели, и вечер начал проходить вместе с весёлыми разговорами. Мама Чонгука рассказывала про театр и забавные истории оттуда, также хвалила Мина за игру. Родители говорили о рутине, работе и сыновьях. Через час Юнги поблагодарил за ужин и вышел с кухни. Через пару минут за ним последовал младший. - Ты тут? - стучит Чон. Хотел сразу войти, но вовремя остановил себя. Юнги открыл дверь, отошёл от входа, тем самым приглашая парня внутрь, и закрыл за ним. - Мы можем поехать сегодня на квартиру, - Юнги сел на кровать, взглядом указывая на стул, чтобы туда приземлился Чонгук, - а можем и завтра. Впереди выходные – будет легче разобраться с вещами. - Я бы хотел сегодня. - Честно говоря, там немного не убрано из-за переезда прошлого соседа, - Юнги просто хотел остаться сегодня у родителей, так как сильно устал. - Эмм, - Чонгук давно определил для себя стратегию – не давить на парня, просто идти по направлению, куда он дует, - конечно. Мы сегодня остаёмся у вас, поэтому можем поехать с утра. - Да, так будет лучше, - обычно, когда Чоны решали оставаться, то Мин всегда сваливал, но тут было бы странно. - Я не буду тебя смущать? - Как ты сможешь меня смутить? – непонимающе взглянул на парня Юнги. - Мы будем делить одно пространство, - Чонгук боится сказать прямо, поэтому выпаливает первое, что пришло в голову. - Парень, у нас разные комнаты, и сидеть решать с тобой в спальне задачки по математике для восьмого класса я не собираюсь. Поэтому пространства ни твоё, ни моё не будут нарушены. - Юнги, - для Чонгука было так невыносимо обидно и неправильно, что человек, к которому он тянется, вообще ничего не знает о нём и не понимает, что парень имеет ввиду. - Что? - Я закончил школу. Иду на первый курс, - Чонгук стал говорить увереннее, у него не было причин скрывать, что он расстроен, ведь так давно хотел донести до парня важные для Чона вещи, - я понимаю, у тебя театр, сессия и всё такое. Но иногда надо смотреть на календарь. Учебный год у школьников закончен, вступительные экзамены сданы, документы поданы и бюджетники приняты. Юнги и правда не заметил, как мальчишка повзрослел. Раньше он совсем не замечал, что вся одежда на нём скрывает накаченные мышцы, а внешность обрела черты взрослого (привлекательного) парня, но Мин всё ещё не понимал через занавес своего безразличия ко всему, почему парень так перед ним распинается, ведь суть вышесказанного могло уместиться в одно простое предложение. - И в какой университет ты поступил? Не будет далековато ездить с моего района? - имея ввиду местность, где находится квартира, в которую Чон хочет перебраться. - В твой, - правда, - поэтому и прошу жить вместе, чтобы было легче добираться, - враньё, - только на другой факультет. - Ясно, - не растягивая гласных. Повисла неловкая тишина. Чонгук многое бы хотел спросить про университет, но Юнги его перебил. - Неплохое место, будет тяжело на первом курсе, - клишированные фразы от которых самому неприятно, но этот диалог надо заканчивать, - ладно, - поднялся с места Мин, Чон последовал за ним к двери, - давай пойдём спать, а утром я тебя разбужу, и мы поедем разбираться с вещами. - Хорошо, спокойной ночи. - Ага. Чонгук выдохнул уже за дверью, был какой-то осадок внутри, но он давно пообещал себе, что когда-нибудь поймёт этого парня.

***

Всё так бессмысленно. Зачем он позволил знакомому жить вместе с ним. Они ещё не съезжались, а Юнги уже было тяжело лишь от мысли, что Чонгук будет постоянно спрашивать какие-то странные вопросы, режиссёр будет постоянно заезжать, будто Мину не хватало её на репетициях, Чон пойдёт учиться и услышит о чём говорят в университете про Мина. Всё это ужасно напрягало Юнги, но он вдруг решил, что это просто ещё одно неудобство, которое должен вытерпеть Мин. Он не понимает откуда взялось такое отношение к себе, но он знал лишь одно – Чонгук – просто ещё один этап вечного испытания, и он никак не навсегда. Будет что-то или кто-то похуже его, поэтому Мин себя настраивал, что будет просто дальше играть надёжную роль в своей жизни, оставаясь тем самым в безопасности. Ему больно от себя, но не смертельно. Значит он в порядке. Значит он нормальный.

***

- Обманщик, - тихо прошептал Чонгук, сидя на корточках прямо перед кроватью Юнги. Чон наблюдал забавную картину: тот, кто обещал разбудить – спит и видит десятый сон. Парень, убедившись после пристального взгляда, что Мин не притворяется спящим, поднял ладонь к его голове и погладил тыльной стороной сначала волосы, потом опускаясь к скулам, а затем случайно задел подушечкой большого пальца губы. Такие мягкие, интересно, сколько раз они кого-то страстно целовали, и готов ли был обладатель подарить эти же поцелуи другому человеку. Сегодня – нет. Завтра – кто знает? - Имею ли я права украсть у тебя поцелуй? Просто так, не предупреждая, чтобы ты ничего не узнал, чтобы некому было бить лицо и разочаровано смотреть, чтобы, когда я тебя целовал, тебе снилась какая-нибудь девушка в твоём вкусе, чтобы тебе не было противно от такого как я, чтобы ты представлял худую красотку с бледной кожей и добрыми глазами, у которой такое же мнение о людях, как и у тебя, чтобы ты никогда не узнал, что тебя целует не она, а он. Тот, кто бы не хотел от тебя прекрасной актёрской игры, не заставлял бы быть правильным сыном, не требовал иметь везде хорошие результаты. Ему бы хоть на секунду увидеть твою искреннюю улыбку. Хотел бы, чтобы ты понял, что можешь быть особенным для кого-то, не добиваясь этого. Чонгук не имел права красть этот поцелуй. Для него Юнги был, как и для всех – мечтой, чем-то недосягаемым. Тем, кого невозможно получить. Пообещал себе, что это скоро исправится. И когда он будет для Чона просто Мин Юнги, тогда он обязательно сделает так, чтобы Чонгук для него тоже стал не сыном друзей родителей, не парнем, которого он постоянно видит с режиссёром, не назойливым соседом, который ошивается в квартире Мина, а просто Чон Чонгуком, с которым можно поговорить о личном, которому можно открыться, которому можно подарить первый поцелуй, тем, кого можно полюбить. Чонгук встаёт. - Мечта, просыпайся. - Ммм, - Юнги лишь потянулся и пробубнил что-то неразборчивое. - Обещал меня разбудить, а сам двенадцатый час спишь. Мин резко откинул одеяло с головы. - Повтори, сколько время. - Двенадцать. - Чёрт! Мы до вечера будем сидеть и возиться с твоими вещами. - Всё нормально, - Чон сел на стул, - родители сказали, что наймут машину, чтобы всё перевезти за один раз, в квартире мне нужно будет просто разобрать быстро коробки. Юнги садится на кровать, волосы превратились в гнездо для птичек, а глазки не в состоянии открыться полностью. Именно такие моменты называются интимными – когда ты позволяешь другому человеку видеть себя таким. Чонгук не понимает, почему Мин впускает его в свой мир, отгоняя от себя мысль, что парню просто всё равно. - Будешь смотреть, как я переодеваюсь? – нет, не всё равно. - Извини, - без грамма сожаления произнёс Чон. Одевшись Юнги пришёл на кухню, где его ждали родители и вчерашние гости. - Доброе утро, - по сценарию «хорошего сына» сказал парень, хотя желания видеть кого-то, не то что говорить, вообще не было. - Доброе утро, милый, - с улыбкой ответила миссис Чон. Для кого она притворяется? – будешь завтракать? - Нет, поеду домой, приберусь к тому времени, когда Чонгук разберётся с вещами, - в квартире Юнги всегда было чисто, он не мог не быть правильным и в этом. Просто хотелось побыть одному. Насладиться последними мгновениями одиночества. - Ладно. Будь осторожен. Позвони, когда доберёшься. Он принял правильное решение свалить. Больше в этом наигранном цирке он и секунду не продержится. Юнги кивнул, попрощался с гостями и направился к выходу. Он надеялся хотя бы на пару часов, чтобы успеть сделать все дела: пройтись по сценарию, разобрать конспекты, выбросить то, что связывало их с прошлым соседом. На самом деле, таких вещей мало, они не были близки, сосед был на год старше, их объединял лишь общий университет и факультет. Юнги не отрицал, что тот стал комфортным человеком в его жизни. Иногда они могли часами разговаривать про свою специальность, а иногда неделями не общаться, но всё равно чувствовать безопасность. Сосед закончил пять курсов, ему предложили работу, и он переехал поближе к месту заработка. На прощания сказал лишь: «знаю, что я буду скучать по тебе больше, чем ты по мне, засранец». Он был прав. Юнги не скучает. Ему не одиноко без него, квартира не стала пустой. Он не потерял друга. Внутри Мин понимал, что сразу приобрёл что-то другое. Звонок в дверь. - Здравствуйте, - по другую сторону двери были грузчики с коробками, - проходите, - отошёл от проёма. За ними сразу последовал Чонгук. Он был в майке без рукавов, середина августа как никак. Только тогда Юнги мог полноценно рассмотреть его руки, не то чтобы он пялился, просто смотреть, правда, есть на что. Никто же не говорил, что Юнги безразличен к красивым телам, он же не такой безнадёжный, и точно не социопат. Он немного запутался и заблудился у себя в голове, но не всё так плохо. Например, ему абсолютно всё равно справится ли Чон жить отдельно и волнуется ли из-за первого курса. Но ему точно не всё равно, почему этот придурок решил полностью оголить свои руки. Юнги не волнует, когда этот сопляк успел стать больше и выше его, но ему интересно наблюдать за этими самыми изменениями. Что поделать, что Мин от начала и до конца гей. И как бы не старался заставить себя жить по-другому – найти девушку, познакомится её с родителями, завести семью с ребёнком и жить не для себя, а для одобрения общественности – он прекрасно понимал - на каждого такого Мин Юнги найдутся руки какого-нибудь Чон Чонгука, которые будут его привлекать намного больше, чем любимая женушка. Парень отвёл взгляд, чтобы его ни в чём не заподозрили. Он не собирается разрушать свою игру в «правильного» члена общества из-за минутной слабости. Он не из тех, кто быстро сдаётся. По крайней мере, он так думает. - Привет, - вытянул из пучины странных мыслей Чон, - поможешь перетащить коробки в мою комнату? - Только если пообещаешь не приводить сюда друзей, чтобы отметить новоселье, - рабочие уже ушли. - Обещаю, - Чонгук поставил одну из коробок на ковёр и серьёзно посмотрел на парня, - Юнги, я понимаю, какое впечатления создаю из-за внешнего вида, но поверь, я ценю место в котором живу и уважаю людей с кем разделяю одно пространство. Юнги одобрительно кивнул. Он не может сказать, что его мнение о Чоне сильно поменялась, всё осталось таким, как и было, но оно хотя бы не испортилось, а это уже прогресс. Мин взял коробку и пошёл в комнату бывшего соседа. Можно посчитать по пальцам одной руки, сколько раз он бывал здесь. Первый – когда выбирали квартиру, второй – когда заселялись, третий – когда выселялся сосед, четвёртый – сейчас. - У тебя уютно, - перетащив последнюю коробку, начал Чонгук, - не хочешь озвучить какие-нибудь правила, чтобы в будущем не было недопониманий? - Давай позже, я устал с твоими коробками, - Юнги огляделся вокруг, - сколько их здесь вообще? - Извини, что напряг. - Всё нормально, - и вышел с комнаты. Чонгук принялся разбирать вещи, заполнять шкаф и полки рабочего стола. В конце комната получилась очень атмосферной и уютной. Совсем не скажешь, будто так было не всегда, а утром было ощущения пустоты. Разбирая последнюю коробку, он вытащил оттуда бутылку вина. Её впихнула мама Чона со словами: «Бери, поближе познакомитесь, отметите переезд». У Чонгука было пару сомнений, согласится ли Мин, но попытка – не пытка. Сегодня суббота, на часах восемь вечера, планов никаких у обоев нет. Если Юнги и не согласится, то Чон не будет слишком расстроен. Он привык к холодному отношению парня к себе. Собрав волю в кулак, отбросив переживания, парень хотел отправиться в сторону комнаты Мина, но застукал того в гостиной, смотрящего какой-то сериал. - Что смотришь? Парень перевёл взгляд с экрана на голос. - Друзей. - Не хочешь обсудить некие моменты? – и поднял чуть выше бутылку. - Предлагаешь мне пить со школьником? - Вообще-то я уже студент. Юнги лишь пристально посмотрел на парня, будто пытаясь в нём что-то разглядеть. - Бокалы на кухне. Сам найдёшь? - Постараюсь. Вернувшись обратно в гостиную, Чон поставил бокалы на журнальный столик перед диваном и начал разливать вино. - Я смотрел все десять сезонов, - непринуждённо начал Чонгук. - Я тоже. Дважды. - Любишь пересматривать? - Нет. Друзья исключение, - Мин немного засомневался говорить ли такое, - это мой любимый сериал. Чонгук улыбнулся. - Мой тоже. Мин перевёл на него взгляд. - Кто твой любимый персонаж? - Чендлер, - Чон давно определился с любимым персонажем, поэтому выпалил долго не думая. Юнги усмехнулся, и в этот момент в Чонгуке что-то перевернулось. Эта была первая улыбка, вызванная Чоном. До этого парень толком и не понимал, насколько считает Мина особенным. - А твой? – нашёл в себе силы, чтобы спросить. - Тоже. - Ого, не думал, что тебе нравятся такие персонажи. - Думал, что мне нравятся всякие Ягами Лайты, Эрены Йегеры и другие нарциссы с манией величия? - Нет, думал тебе никто не нравится. - Мне никто и не нравится, - сделал паузу, - кроме Чендлера. - Значит за него? – предложил, передавая в руки бокал. Юнги снова посмеялся. Чонгук просиял вместе с ним. - Давай. Они чокнулись бокалами и сделали первые глотки. - Так что насчёт правил? - Их особо нет, - Юнги немного знал о том, что думает про него Чон, но всё-таки какие-то представления были. Тот много наблюдает за Мином из-за театра, поскольку подрабатывает звукорежиссёром, и ко всему прочему Юнги ведёт себя с ним никак с остальными - не старается создать ложное мнение, - я строг только к себе, - когда они стали ещё чуток ближе – в плане места, Мин решил, что иногда с Чонгуком можно быть честным, - ты в своей комнате делай что хочешь. А так, всё, как и у всех: музыку слушай до одиннадцати, мой за собой посуду, плати вовремя за квартиру, если хочешь кого-то привести – предупреди. - Ты часто кого-то приводишь? – после того как спросил пожалел миллион раз. - Нет. Меня постоянно окружает куча людей. Дом – единственное место, где я могу побыть один. - Прошлый сосед приводил кого-то? - Да, но я тогда был у родителей, - снова сделал паузу, вино слишком сильно развязывает его язык, - иногда он заботился о моём личном пространстве больше чем я, поэтому ни разу никого не привёл, когда я был в соседней комнате. - Ты, наверное, жалеешь, что он съехал. - Нет. Это было лишь плюсом, а не тем, без чего я не смог быть жить. Поэтому тебе не обязательно следовать его принципам. Мне всё равно, просто предупреждай. Чонгук кивнул. Решил не озвучивать, что все, кого он бы хотел привести, уже здесь – сидят на диване. - Расскажешь что-нибудь про университет? - Зачем? К сожалению, так сложилось, что ко всем там отношение разное, поэтому, как себя покажешь, так к тебе и будут относиться. А потом, в зависимости от хорошего или плохого отношения, будет складываться и впечатления от универа. - И какие у тебя впечатления? – осторожно поинтересовался Чон. - Двоякие, - Чонгук доливал ему третий бокал – последний, - иногда мне нравится, что у меня есть некие привилегии, иногда мне хочется, чтобы никто не знал моего имени, но в большинстве случаев мне всё равно. Раньше были вещи, которые меня тревожили. Но я заканчиваю четвёртый курс и к этому времени научился на все вещи смотреть по-другому, - делает глоток, - но ты можешь не переживать, первый курс всегда волнительный, но таким как ты не о чем париться, в первый год тебе хочется произвести впечатления не только на преподавателей, - Юнги засмотрелся в бокал, мешая красную жидкость, - ты точно понравишься девчонкам. Чонгук решил быть откровенным, Мин ему ничего не сделает. А долгий холод в их взаимодействиях и алкоголь только развязывают язык. - Они мне не интересны. Юнги загадочно улыбнулся и перевёл взгляд на Чона. - Значит парни, - трезвым он такого бы не сказал, но сегодня можно многое. Чонгук опустил голову на спинку дивана и смущённо заулыбался – он был таким же пьяным, как и Мин. - Я угадал? – засмеялся Юнги, - клянусь, я бы ни за что не подумал. - Тебе противно? – посмелел Чон, - или тоже всё равно? Юнги замолчал. И лишь через минуту продолжил, собравшись с мыслями, насколько это возможно в таком состоянии. - Мне точно не противно, - взял большим и указательным пальцем за скулы Чона. Тот замер, - даже наоборот. - А что насчёт, всё равно ли тебе? Юнги засмеялся. - Маленький мальчик хочет поцеловать взрослого дядю? – снова рассмеялся, не понимая, что несёт - ну попробуй, - лишь улыбается, - проверь, всё равно ли мне. Чонгук наклоняется ближе. - Сможешь ли ты сам остановиться? – Чон прекрасно понял ориентацию Мина, - если столько себя сдерживал. - Я умею себя сдерживать. Парень усмехнулся последний раз и перестал улыбаться. Чонгук пользуется этим – сначала просто прикасается к губам Юнги, будто проверяя на мягкость. Затем начинает совсем медленно двигать, будто боясь, что это может испугать парня. Но Мин внезапно отвечает, двигая губами в том же тягучем ритме. Берёт двумя ладонями за лицо Чонгука и приближает его к себе, тянет, укладывает на себя, Чон оказывается сверху и тогда поцелуй начинает ускоряться. Юнги первый открывает рот парня языком и пробует его на вкус. Чонгук подстраивается, его руки блуждают везде, одна поднимает края футболки всё выше. Другая забралась в штаны и сжимает ягодицы. Поцелуй становится мокрым и жарким. У обоих стоит колом, но Чонгук должен выиграть. Он отрывается от губ, опаляя дыханием. - А говорил, что сможешь остановиться. Юнги не смотрит ему в глаза, лишь на губы, желая продолжить. Но видит лишь коварную улыбку. - Пора спать, Мин Юнги. Отстранившись от него идёт в свою комнату, оставляя Мина с его мыслями и возбуждением один на один. Тот просто хлопает глазами и не понимает, что только что произошло. Юнги чувствует лишь непонимание, но никак не жалеет. Только наоборот – грузит себя мыслями, что жалеет именно Чонгук, раз не захотел продолжить.