Выход из шкафа

Путешествие второе. — Что там? — только и успевает спросить Гарри, как они падают вместе со шкафом, а дверь открывается. На них устремлены несколько копий. — Ууу! — вскрикивает кто-то, и поднимается жуткий гул. Их резко хватают, заставляя встать на ноги. Несколько испуганных лиц таращатся на них, а парни отвечают такими же изумлёнными взглядами, поднимая руки вверх. — Дерьмо, — сухо заключает Поттер, и в его лицо утыкается копьё. Драко понимает, что лучше помолчать. Вокруг смеркается. Их куда-то ведут, о чем-то галдя меж собой. С каждым шагом страх усиливается, слизеринец никак не может перестать думать о своей палочке. Он хочет ее достать, но одно лишнее движение, и может случиться непоправимое. Один из дикарей, который шел впереди, останавливается перед стеной из листьев и раздвигает их в стороны. Перед ним предстает целый мир, скрытый за листьями. Поттер даже присвистывает от восхищения. Маленькие шалаши расположены по кругу, повсюду женщины и дети, занимающиеся своими делами. В кругу стоял огромный камень, из которого, кажется, они сделали стол. На нем лежат кости, несколько обгрызок от фруктов и деревянная чаша, наполненная водой. Все ещё страшно, но с другой стороны любопытно. Дикари не опускают своих копий, но уже настроены не так воинственно, как изначально. — А про них что-нибудь знаешь? — с надеждой спрашивает Малфой совсем тихо, пока те снова устроили гул. — Нет, — выдавливает Гарри и резко вскидывает палочку. — Протего! — Инсендио! — за ним орет Драко. Огонь вызывает бурю эмоций. Крик заполняет всю маленькую поляну, копья летят вниз, и все они сбиваются в кучу, обнимая друг друга. — Агуаменти! — сразу тушит огонь Малфой. Ему не хочется портить этот мир и рушить жилище дикарей. Десятки недоуменных глаз и полнейшая тишина. К ним неуверенно ступает один из дикарей, самый крупный и падает на колени. — Малфой, черт возьми! Ты гений! Больше всего они бояться огня, так как молнии разрушают их дома, — восклицает Поттер и опускает защиту. — Теперь мы для них — боги. — Мерлин! Быть богом оказалось совсем несложно. Показав несколько заклинаний и миролюбивый настрой, парни заняли один из шалашей. Им даже выделили немного мяса, Драко предпочел не думать чье оно, предварительно пожарив на костре, который тоже вызвал кучу эмоций. А затем дал попробовать этим людям, которые с опаской, но попробовали. Тем временем Поттер собрал возле себя несколько детей, раздав им веточки, и показывал простые заклинания. Малфой наблюдал за этим усмешкой, пока у одного ребенка не получился Люмос. Он даже не выговорил полностью, лишь короткое: "Лу". — Какого хрена ты творишь? — всплескивает руками Драко. — А если мы изменим историю? — А если мы есть сама история? — задаёт философский вопрос Поттер, поправляя очки. — А это один из твоих древнейших предков? Звучит заманчиво, не правда ли? — Предпочитаю не думать об этом сейчас, — мрачно замечает слизеринец. — Когда вернёмся, тогда и поболтаем. — А может будем оставлять знаки? А потом и посмотрим, как изменится наша жизнь, изменится ли вообще, и будут ли упоминания, — предлагает он. Это и правда заманчиво. Драко снимает свой перстень рода Малфоев и сует тому самому ребенку. — Мал-фой, — проговаривает по слогам он. У этого ребенка глубокие серые глаза и светлые волосы. Тот держит в руках ветку, которая все ещё источает свет. Поттер в это время отлавливает своего будущего-нынешнего предка, который прячется за своей матерью. Он отрывает вышивку с символа Гриффиндора и сует тому в руки. — Пот-тер, — так же учит Гарри своей фамилии. Это становится весёлым и в коей мере волнующе. Драко даже не жалко прощаться с перстнем, но рука выглядит немного голой без него. Герой замечает его взгляд и хлопает по плечу. — Это для эксперимента. Когда вернёмся, я куплю тебе кольцо, какое хочешь. Или ещё лучше, сделаю на заказ, найду лучших людей, чтобы поставили все защиты! Малфой лишь кивает. Ему не хочется объяснять про Родовую Магию и нудеть о том, что такого перстня второго уже не сделать. Возможно, они застрянут в каком-либо временном отрезке и никогда не вернутся домой. Пока им везёт и очень сильно. Драко полагается на поттеровскую удачу и ничего не говорит об этом. Вместо этого он прячется в шалаше. Прошел второй день, а кажется словно вечность. Когда опасность миновала, мозг Малфоя начинает думать о совсем бесполезных и никчемных вещах, как чувства. Эти гребанные чувства! Он не знает куда от них деваться, а Гарри... За это время их отношения с Поттером стали совсем непонятными: сухая вежливость и взаимное сотрудничество. Гриффиндорец заходит спустя несколько минут после Малфоя и садится напротив на солому, подогнув под себя колени. Драко копирует его позу и смотрит на него, пытаясь разгадать, что же скрывает за собой герой. Раньше он видел лишь оболочку: мальчик-который-выжил, выпендрёжник, заноза в заднице. Затем он превратился в некое наваждение, с которым Малфой пытался бороться. А сейчас... В сердце начинает разгораться пламя, толкающее на глупые поступки. Гарри наклоняет голову, терпеливо ожидая слов Малфоя. Драко даже начинает казаться, что они начинают понимать друг друга с полувзгляда. И почему они раньше не могли так спокойно поговорить? Та жизнь словно туман растворяется и перестает существовать... — О чем ты думаешь? — не выдерживает Поттер, разрушая тишину. — О... — Малфой отворачивается и вспыхивает от неловкости. — О том, что из нас получилась неплохая команда. — Согласен, — усмехается тот и пододвигается поближе, чтобы взять руки Драко в свои ладони. Тот изумлённо охает, снова глядя на Гарри, но рук не убирает. — Ты легко замерзаешь. — Спасибо, — смущается ещё больше Малфой. Он вспоминает сон, объятье и ощущение чужих губ на своем лбу. Кожа покрывается мурашками, но вовсе не от холода. Ему хочется придвинуться к нему ещё ближе, он еле сдерживается. В воздухе пахнет свежестью и влажностью как после дождя. Они снова изучают друг друга. — Знаешь, Драко... — начинает Поттер, и Малфой напрягается и задерживает дыхание. Волшебство момента тут же пропадает. — Поговорим потом, Поттер, — сухо прерывает его Малфой и резко отодвигается. — Я устал. Он аккуратно ложится на солому и трансфигурирует себе тонкое одеяло. Сон приходит моментально, Драко еле успевает осознать, как руки Гарри притягивают его к себе. Этой ночью он не мёрзнет. Путешествие третье. Они решили действовать по той же схеме: залезть в шкаф, разбить часы. У Драко в этот раз выходит все быстрее, и они не задерживаются здесь. И сейчас, стоя в шкафу, парни ругаются, кто первым откроет дверь. — Поттер, в самом деле! — психует Малфой. — Твоя очередь! — Ну и что? — фыркает он, обнимая его. — Тебе везёт больше! Открывай уже ее! Оба понимают, что это лишь оттягивание времени, как бы это глупо не звучало. Гарри сдается и резко открывает дверь, вскидывая палочку. Пустыня. Пред ними огромная пустыня. Солнце нещадно палит им в глаза. Небо такое синее, Драко может поклясться, что никогда не видел ещё такого бескрайнего неба. Впечатление портит бесжалостная жара. Ему не хочется даже вылезать из шкафа. — По-моему, это Египет, — тянет он, оглядываясь в поисках пирамид. Возможно, их ещё не построили. — Согласен, — кивает Поттер. — Мне здесь не нравится, погнали дальше. Он притаскивает ему камень, веток нет, и вместо стрелок выступают волосы. Драко торопиться, даже в этом темном шкафу невыносимо жарко. Гарри же прячется в тени, успев найти нового друга — змею. Они шипят друг на друга, не умолкая совсем, от чего становится смешно. Часы готовы, и пора отправляться дальше. У Драко даже возникает теория о том, что они скачут по определенным точкам времени специально для чего-то важного, и в конце концов придут к чему-то. Возможно, им удастся попасть во времена становления из Тома Реддла в Волдеморта и предотвратят это. Он делится с этой мыслью с Поттером, на что он отрицательно качает головой. — Одно дело дать какую-то вещь неизвестным детям, другое дело уничтожить того, кто повлиял на наши судьбы. Что будет с нами, когда вернёмся? — парирует он, а змея качает головой в такт. — Драко, не бери все это в голову, живи моментом. Представь, что это для нас просто путешествие и попытка узнать мир. Я не хочу, чтобы ты менялся. Я не презираю тебя из-за твоей Метки. Это твой путь, твоя судьба. И без нее, ты не был сейчас таким, какой есть. Малфой не знает, что ему на это ответить. Он молча протягивает ему часы, а тот тянет ему руку со змеёй. — Может мы ее возьмём? — просит тот. — Что? Нет, Поттер! — хмурится Драко. — Ты же сам сказал, что... — Я знаю, что я сказал, — поправляет очки тот и залазит в шкаф вместе со змеёй. — Погнали. — Поттер! Но дверь уже закрыта, а шкаф трясется. Путешествие четвертое. — Мерлин, Поттер, ты невозможен! — ворчит Драко, когда тряска прекращается. — Взять с собой змею! А вдруг... — Подумаешь, ещё одна змея. С тобой же справился, — весело хохочет он. — Змейки — хорошие и добрые существа, пока на них не нападут. Немного ласки и... Поттер переходит на шепот, а Малфой задыхается от его толстого намека. Он быстро открывает дверь, чтобы оказаться от него подальше. Ему плевать, где они очутились в этот раз. Гарри стало слишком много за эти дни. А все эти его намеки, взгляды, прикосновения смущают до кончиков пальцев и в то же время льстят. И почему только он так может себя вести? Драко закрывает дверь, даже не посмотрев, где они. — А змеи тебе не игрушка, чтобы приласкать и бросить, Поттер. Это тоже живое существо, — парень наклоняется к его уху, переходя на тот же хищный шепот, которым говорил до этого Гарри. — Поэтому, будь добр, либо не приручай ее к себе и отпусти на волю, либо неси ответственность до конца. — А кто сказал, что я играюсь? Я вполне серьёзен. — Это ты сейчас так говоришь, — фыркает Малфой. — Легко говорить и делать все, что хочешь, когда на тебя не давит общество. Напряжение между ними становится ощутимым. Драко не может успокоиться, внутри разрастается волна злости. Он теряется в своих ощущениях и не знает, что хочется больше: ударить тупоголового Поттера или же прижаться к его губам. Это сводит с ума. — Значит ты плохо знаешь меня, Малфой, — слишком спокойно отвечает Гарри, что выбешивает ещё больше. — Я всегда добиваюсь своего и неважно, что считают другие. Это заявление пугает ещё больше. Одно дело любить Поттера в стороне и лелеять свои чувства в полном одиночестве, а другое, когда между ними проскальзывает та самая искра и все становится серьезным и настоящим. Каждый взгляд — немая просьба, а каждое прикосновение — способ быть ближе. В животе завязывается тугой узел волнения: они стоят вплотную друг к другу. Одно движение, и... — Да пошел ты! — восклицает Драко и выпрыгивает из шкафа. — Делай, что хочешь, но меня не трогай. Хочешь таскаться со змеёй, пожалуйста. Это возможно изменит ход истории, но ты же — великий Поттер, тебе на все плевать. — И снова мы включили режим невыносимого придурка! — выскакивает за ним Гарри. — Уж какой есть! Извините, что не соответствую геройскому ожиданию! Я не буду соглашаться с каждым твоим словом и лизать тебе зад! — язвит Пожиратель Смерти и направляется куда подальше от шкафа. — И не смей идти за мной! — Будто мне этого хотелось! — орет ему вслед Поттер. В этот раз они остановились на какой-то поляне, окружённой со всех сторон деревьями. Драко идёт вглубь леса и позволяет себе вдохнуть полной грудью свежего воздуха. Прохладный ветер врезается с немой жестокостью в его лицо, а голова наконец-то начинает думать нормально. Он усаживается на первый попавшийся камень, чувство вины снова разливается в его сердце: так бывает всегда после ссоры с Поттером. Они продержались всего два дня без стычек, вот их предел. — Малфой, — раздается тихий поттеровский голос за его спиной. — Давай называть вещи своими именами, Гарри, — выдыхает он, не поворачиваясь к нему. — Что ты хочешь от меня? Почему ты не можешь оставить меня в покое? — По той же причине, что и ты не можешь оставить меня в покое. Как вижу тебя, внутри возникает буря чувств, которую никто не вызывает столько за раз. Я хочу сказать, что... Неожиданно его слова прерывает стрела, которая пролетает между ними с молниеносной скоростью и врезается в дерево. — Протего, — без промедления реагирует Малфой и вовремя. В их защиту врезается ещё одна стрела. — Стрелы — это уже серьезно. Что будем делать? — спрашивает Поттер, вставая спиной к Драко. — Протего. Невидимый враг стреляет ещё раз. Он двигается бесшумно и незаметно, стрелы сыпятся со всех сторон. — Есть предположение, кто это? — интересуется Малфой, вглядываясь в густую листву деревьев. Его глаза едва улавливают движение. Человек в черной обтягивающей одежде ловко перескакивает с одной ветки на другую. — Нашел. Одного. — И я одного. Ниндзя, — выдает Поттер. — В детстве я мечтал стать одним из них. — Что ж, давай я отдам тебя им, может быть они тебя научат, — кривляется Драко, не сводя пристального взгляда с человека. Летит ещё одна стрела. — Мы не можем стоять так вечно. — Неужели тебе меня не жалко? — плаксиво тянет Гарри. — Нет. Ты живучий, что тебе какие-то ниндзя. — Ты же это не серьезно. Если я умру, то тебе некого будет доставать. — Поттер, если сейчас не придумаешь достойный план, я действительно тебя им отдам! Герой молчит ровно минуту. Драко чувствует, как потихоньку слабеет. — Насчёт три опускаем щиты. — Что? — неверяще переспрашивает слизеринец. — Раз. — А дальше... — Два. — Модред тебя побери! — Три! И они синхронно опускают щиты. Поттер хватает за руку Малфоя, он чувствует как его тело затягивает куда-то. Всего лишь секунда, и Драко падает на мокрый песок. Его неимоверно тошнит, а перед глазами рябь. Он сосредотачивается на тяжёлом дыхании Гарри, который заваливается рядом. Постепенно Малфой начинает различать небо, покрытое тяжёлыми свинцовыми тучами. На его нос падает маленькая капелька, а потом ещё одна и ещё одна. Но шевелиться совершенно не хочется, Драко начинает вспоминать, что они ничего сегодня не ели. — Какого хрена ты не сказал мне, что умеешь аппарировать? — задаёт логичный вопрос парень, чтобы отвлечься от мыслей о еде. — Почему мы бежали от динозавров, как идиоты? — А я и не умел. Я попробовал. Истеричный смех сам вырывается наружу. Только Поттер на такое способен! Безумец и везунчик в одном лице. Драко понимает насколько сейчас был близок к смерти и смеётся ещё больше. Гарри все понимает и угрюмо молчит. Капли становятся всё крупнее и набирают скорость. Они врезаются в лицо Малфоя, а тот уже задыхается от смеха. Ему плевать на дождь, на Поттера и на самого себя. Гриффиндорец перекатывается и притягивает его к себе. Тот утыкается в его плечо, в носу неприятно щиплет. — Я ненавижу тебя, Поттер! — всем сердцем высказывает ему Драко и обвивает его тело руками. — И я тебя тоже...