Выход из шкафа

Путешествие пятое. Голодные и мокрые они вернулись к шкафу. Драко настоял на том, чтобы продвинуться во времени еще немного, упрямо трансфигурируя часы. Поттер устало махнул рукой: его больше волновала змея. Она пропала, Малфою даже хватило сил на одну колкую фразочку. Спустя час Япония или Китай, слизеринец даже не хотел вникать, остались позади. Теперь они взирают с высокого холма на маленькую деревню, а в окнах маленьких домов едва мерцает свет. Шепот звезд и темнеющее небо. Из горизонта всходит полная луна, необычайно желтая и немного пугающая. Усталость берет свое, и они решают отправится в деревню прямо сейчас, уповая на удачу. — Мне уже плевать, что с нами сделают, — ворчит Драко, идя впереди. — Пусть убивают, хоть отосплюсь на том свете. — Ты как всегда категоричен, — молвит Гарри. — Возможно, нам повезет, и нас примут нормально. — Да, да, люди так любят чужаков! Они стучатся в первый дом. Им не открывают. Второй, третий. Жители либо глубоко спят, либо боятся. Малфой протяжно стонет и пинает первый попавшийся камень, который останавливается у ног незнакомого человека. Драко поднимает глаза и видит светловолосую, прекрасную девушку в темно-зеленой мантии. Гарри заметил ее раньше и не может отвести от нее взгляда. Поттер делает к ней шаг, еще шаг, и еще, словно зачарованный. Драко повторяет за ним. Девушка их выводит из деревни с другой стороны и приводит в маленькую избушку. Молчание длится даже в избушке. Парни садятся на деревянную скамью, наблюдая как она подходит к шкафу, в котором стоят склянки с зельями. Внутри нет никаких эмоций, словно они безжизненные куклы, ожидавшие приказа хозяина. Девушка находит нужную ей склянку с темной жидкостью и залпом выпивает. — А теперь можем поговорить, добрые путники, — взмахнула рукой она. Драко словно выплывает из сна. Девушка перед ним уже не такая молодая, казалось, что с каждой секундой она стареет. Светлые волосы приобретают серебристый блеск, на лице появляются морщины, а сама она становится ниже. Лишь черные глаза остаются такими же, глубокие и с веселым огоньком. Малфой понимает, что перед ним очень сильная ведьма и радуется этому. Будто он только что вернулся домой. Страха совсем нет, лишь только усталость, которая пытается овладеть сознанием. Но парень борется и делает самый дружелюбный вид. — Здравствуйте, — первым говорит Поттер. — Кто вы? Где это мы? — О, это неважно, — говорит ведьма на чистом английском языке. — Я выпила зелье, чтобы вы могли понять меня. Вижу — вы чужие. Здесь не ваше место. Простите, что воздействовала на вас немного, боялась, что убежите. Любопытно. Она машет руками в воздухе, бормоча себе под нос что-то. Драко чувствует от нее сильную Магию, темную и дикую, и восхищенно наблюдает за ней. Никогда еще он не видел настолько сильных людей. Даже Волдеморт кажется лишь новичком по сравнению с ней. С первого взгляда она внушает доверие и уважение. — Часы. Мои часы... — нахмурилась она и закрывает глаза. — Ваши часы? — тупо переспрашивает Малфой. — Значит, вы поможете нам вернуться домой? — с надеждой спрашивает Гарри. — Да. Но не сейчас, — качает головой она и открывает глаза. — Времени у нас много, не торопитесь. Я должна вас накормить, напоить и спать уложить. Драко согласен с ней. Он держится из последних сил, да и Поттер зевает уже в пятый раз за это время. Никогда он не думал, что безумно будет радоваться настолько простым вещам как сон и еда. Ведьма наливает им странный чай и сует им по лепешке, теплой и хрустящей. И Малфой осознает, что вот оно счастье: простое и искреннее. Гарри, словно чувствует его настроение, поддерживающе хлопает по плечу. Ведьма, которую зовут Эннель, говорит о судьбе и трудностях жизни. Ее певучий голос, будто колыбельная, убаюкивает. Парни заваливаются на железную, скрипучую кровать и сразу погружаются в долгожданный сон. Малфою снова снится Тьма. Но теперь она приняла обличие Эннель. И теперь она не заставляет делать ужасные вещи, она просто заставляет его принять положение вещей. Драко смело смотрит в лицо Волдеморта и не чувствует страха. Он кидает свою палочку Поттеру, который почему-то был мертвым, и тот наконец убивает его. Гарри улыбается ему одним уголком губ, а в глазах безграничное тепло. Эннель снова говорит о судьбе и предназначении. Он все понимает. Он должен пройти. Он смотрит на свою Метку, Поттер подходит ближе и ласково дотрагивается до нее. — Мы те — кто есть, не пытайся изменить это. Но это не значит, что мы не должны бороться, — шепчет ему Гарри, и Драко кивает. Эннель медленно подходит к ним и протягивает часы. Малфой не может оторвать свой взгляд от циферблата, и он начинает крутится с бешеной скоростью. *** — Уже проснулись? — спрашивает ведьма, когда замечает движения Драко, не дожидаясь ответа, просит об одолжении. — Там на холме, где вы остановились, растет трава, которая поможет мне доделать часы. Их нужно окурить именно этой травой. Принесите мне ее. Эннель сидит за столом, а перед ней куча связок с травами. Она берет один пучок, совсем маленький и показывает Драко издалека. Он кивает и вздыхает, понимая, для чего ей нужна именно эта трава. Он легонько толкает Поттера в бок, чтобы тот проснулся, и снова возвращается к ней взглядом. — Молодец, догадался, — улыбается старушка. Гарри осоловело поморгал, присаживаясь в кровати, и потер ладонями лицо. Драко протянул ему очки и соскочил с постели. Он не спешит говорить и задавать вопросы, пребывая в смятении: ведьма отправляет их за сонной травой. Малфой не хочет забывать произошедшее. Они с Поттером снова вернутся к взаимной ненависти, но так действительно будет правильнее. — Да, — кивает она головой. — Шутки со временем всегда плохо заканчивались. — О чем это вы? — интересуется Поттер с хрипотцой в голосе. Драко усиленно пытается запомнить, как звучит герой по утрам. — Мы все забудем, Поттер. Мы вернемся в изначальную точку и ничего, совершенно ничего не будем помнить, — слизеринец надеется, что его голос не дал слабину и звучал ровно. — Вот как, — расстроенно произносит тот. — Что ж, было весело. — Согласен. Они быстро завтракают и поднимаются на холм. Угрюмый, темный шкаф нависает над ними немым напоминанием. Малфой никак не может унять свое ноющее сердце. Он никогда ещё не был настолько наполнен. Впервые в жизни ему хотелось жить, душа была залатана, а тут будто латки все махом сорвали, и остаётся просто оголенная кожа. Опустошенность разливается по всему телу, Драко закусывает губу от бессилия и садится на землю рядом со шкафом. — Ничего не говори, — просит он, смотря на такого же расстерянного Поттера. — Глупо было надеяться, да? Риторический вопрос висит в воздухе, а в голове воспоминания прошедших дней. Они с Гарри стали несомненно ближе, прошли бок о бок через многое, и теперь это все раствориться словно полуночный сон. Гарри садится рядом и берет его руки в ладони. Этот жест, такой привычный для них двоих, станет снова неприемлемым. — Когда я пришёл в комнату, я знал, что ты там, — все-таки начинает говорить Гарри. — Я хотел всего лишь помочь. Мне больно было смотреть на то, как ты угасаешь. Я не мог перестать думать о тебе. Ты — вредный папенькин сынок, мелкий Пожиратель Смерти. Весь разум твердит мне о ненависти, но стоит мне оказаться рядом с тобой, я теряюсь. И эти дни показали мне тебя, настоящего. Я больше никогда не смогу отказаться от тебя, понимаешь? Драко, скажи мне... что я не один чувствую это. Долгий, изучающий взгляд. — Не один, — шепчет он и кладёт ладонь на его лицо. Драко медленно наклоняется и оставляет невесомый поцелуй на его сухих губах. — Я тоже никогда не смогу отказаться от тебя. Гарри кивает и улыбается ему нежной и тёплой улыбкой. Боль все ещё внутри, но теперь вместе с ней поселяется надежда. *** — Четыре колесика: век, год, месяц, день. Вот эта кнопка регулирует цифры, к примеру, мы крутим левое крайнее колесико: два — кнопка, десять — кнопка. Двадцатый век. Далее, соседнее колесико: девять — кнопка, шесть — кнопка. Девяносто шестой год двадцатого века. Месяц и день выставляются аналогично. Когда мы задали все нужные цифры, быстро нажимаем кнопку три раза. Эннель вертит перед ними часами, теми самыми, которые нашёл Драко в комнате. От них исходит знакомый магический отголосок. — А время? Как нам попасть в нужное нам время? — следует логический вопрос от слизеринца. — Время остаётся таким же, — поясняет она и зажигает Сон-траву над часами. — Вам пора, мальчики. — Но кто вы? Почему вы помогли нам? — спрашивает Гарри. — Вы ведь непростой волшебник. — Я переходник, — равнодушно отвечает ведьма и суёт в руки часы. — Когда придёт ваше время, мы обязательно с вами встретимся. Снова шкаф. Дрожащими руками Драко настраивает время. Секунда. Две. Три. Тряска и родные руки Поттера на его талии. Сознание постепенно погружается в темноту. *** — Мерлин, — стонет Драко и хватается за голову, ощущая тяжесть. Внутри тягучая слабость и ни одной полноценной мысли. Как он и предполагал, без драки не обошлось. Поттер валяется на нем и не придаёт никаких признаков жизни, что Малфой успевает испугаться. — Поттер? — несмело зовёт его Драко, слегка трогая его за плечо. Стон. Юный Пожиратель Смерти облегчённо выдыхает. Хотя, с какого хрена он должен волноваться о нем? Да, пусть он ему нравится, но ведь... Он теряется в своих ощущениях. Кажется, что между ними было что-то, кроме этой ненависти и пустоты. Малфой пытается нащупать в себе хоть немного злости, но тщетно. Гарри сползает с его тела и пытается привстать, держась об стену. — Что произошло? — спрашивает Поттер с знакомой хрипотцой в голосе, на что Драко пожимает плечами и пытается найти ответ в самом себе. — Ты наслал на меня Обливейт? — Фу, Поттер, сдались мне твои воспоминания, — оскорбляется Малфой и тоже с трудом встаёт. Шкаф слишком тесен для двоих, но они продолжают находится в нем. — Может, я узнал кое-что, и ты не хотел, чтобы я оставался с этими знаниями? — спрашивает тот. — И себе заодно стёр, чтобы наверняка! — фыркает слизеринец. — Тебе все равно никто не поверит, что у меня Метка, Поттер. Гарри молчит и притрагивается к тому месту, где должна быть Метка. Малфой охает от неожиданности. Прикосновение слишком знакомое, и Драко расслабляется, чувствуя правильность от этой ситуации. — А мне не нужно, чтобы мне верили. Я просто хочу помочь тебе, — рука Гарри опускается к его ладони и слегка сжимая. — У тебя очень холодные руки. — А ты хочешь согреть? — хохочет Малфой. — У мальчика-который-выжил новая специальность: согреть бедных Пожирателей Смерти. Возможно, тогда они станут добрыми! — А мне не нужны все, мне нужен ты... Драко всегда думал о статусе, о родителях, о правильности, о мире, о Волдеморте. Теперь же, он знает, что всегда думал не о том. Его внезапно перестаёт волновать все на свете, а на губах лёгкое, просящее покалывание. Он не может спрятать смущенную улыбку, и поэтому просто пялится на умиротворенного Гарри. Он больше не намерен скрываться. — Как скажешь, Поттер. Думаю, нам пора выйти из шкафа.