Дочь знойных песков

      Откладывать на завтра наш боевой выход мы не стали, хоть время уже и близилось к вечеру. До фермы Лунда примерно час неспешного марша, при этом большая часть пути пролегает по уже знакомому мне тракту. Проблемы ожидаются только в самом конце, когда придется сойти с дороги на тропинку, вьющуюся среди местных скалистых холмов.       Один щит я отдала Эрику, второй несла сама. У нас у обоих, конечно, двуручное оружие, но щит в любом случае лишним не будет, тем более что я свою дубину легко держу одной рукой, а Эрик своей новой алебардой вообще умудрился какие-то цирковые фокусы закрутить. Донские казаки бы оценили. Если судить по игре, никто, опаснее злокрысов, нам там встретиться не должен, но готовиться всегда надо к худшему.       Путь по тракту пролетел почти незаметно. Я уточнила у парня уровень его боевой подготовки, чисто для примера пару раз легко сбила его с ног хитрыми подсечками и определила команды, которыми мы будем пользоваться в бою. Моё лидерство Эрик даже не думал оспаривать, а то, что я рассказывала и показывала, слушал внимательно и задавал грамотные вопросы.       Тропинка к ферме поначалу ничего опасного из себя не представляла. На Кавказе и покруче бывало. В самом её начале, буквально после того, как мы сошли с тракта, на нас выскочила худая, облезлая дворняга. Ну, как выскочила, так и померла: отреагировали мы одновременно, буквально сплющив незадачливого налетчика. Немного подумав, я велела Эрику отрубить её заднюю ногу. Что-то не спокойно мне было, так что лишний раз лучше перестраховаться.       Ну да! Разумеется! Когда у меня всё шло по плану? Правильно: никогда. Сидим за скалой, смотрим на ферму. Странная ферма. Без грядок и плодовых деревьев. Вернее, есть несколько куцых посадок за домом, но на гордое звание «ферма» это всё не тянет. Хижина небольшая, деревянная. Нормальных окон нет, только мелкие световые окошки под крышей, сделанные из местной мутной слюды. Дверь приоткрыта. Дощатое крыльцо завалено соломой и каким-то мусором. Странно всё это.       Даю Эрику знак приготовиться и метко кидаю собачью ногу на крыльцо. Нехитрый тактический прием оказался очень эффективным: из хижины, из-под соломы, из-за крупных камней… да вообще отовсюду, полезли крупные, отъевшиеся злокрысы! Десятка два, не меньше! Некоторые тут же отвлеклись на мясо, но большая часть безошибочно ломанулась в нашу сторону.       - Спиной к спине! – Быстро бросаю команду, перехватываю одной рукой дубину, а во вторую беру щит. – Не отходи от меня.       Эрик повторяет мои действия и прикрывает мой тыл. С одной стороны от нас высокая, отвесная скала, с другой – открытое пространство. Окружить не получится. Злокрысы набегают толпой, мешая друг другу, и начинают методично огребать. Я незатейливо отмахиваюсь дубиной, каждый раз с хрустом ломая кости, а щитом отбиваю самых настырных тварей. Эрик же быстро и метко колет злокрысов пиковой частью алебарды. Поначалу попробовал рубить их, но против мелких и ловких целей это оказалось не лучшей тактикой.       Одна хитрая тварь таки увернулась от щита и попыталась меня укусить. Ну, что можно сказать? Спасибо Кьёле: чулочки отлично держат урон. Даже такой своеобразный. А вот злокрысе не повезло: сначала зубы обломала, а потом вообще себя участником чемпионата мира по футболу почувствовала. Ага, мячом. Душевно я ей с ноги пробила: аж до хижины долетела. И по стене размазалась. Как там дела у напарника? Хорошо: подранков добивает. Ну, вот, собственно, и всё. Бой окончен.       - Эрик, ты как в целом?       - Нормально. Немного испугался поначалу, когда эта толпа на нас поперла. Но, вроде бы, нормально же всё прошло?       - Сносно. Но только потому, что я заранее подготовилась. Можешь сказать, что нам помогло?       - Так… - Парень задумался, одновременно очищая свою алебарду соломой. – Щиты, собачье мясо. Ещё ты очень долго хижину осматривала, видимо, подметила что-то.       - Всё верно. Только ты забыл, что встретили мы тварей в удобной для обороны точке местности. А теперь представь, что мы бы в открытую к хижине подошли. И без щитов.       - Нда… было бы больно.       - Вот именно. Запомни: любая, даже самая простая военная операция, это на две трети подготовка, и на четверть разведка. И только всё, что осталось – бой. Ладно, не расслабляемся. Уверена, в хижине ещё кто-то остался. Идем.       Я оказалась права. По хижине бегали три мелких злокрыса, которых мы сразу же и упокоили. Ещё в хижине оказался капитальный бардак и разруха: шкаф разломан, пара книг распотрошены и разорваны, стол и лавка перевернуты. Кровать разодрана, а шкуры и солома с неё разбросаны по полу. Более-мене целым выглядел только старый сундук у кровати и пара бочек в углу. Котелок, в котором, видимо, готовили еду, завалился вовнутрь маленького камина, выполнявшего в хижине роль обогревателя, осветителя и кухонной печи. Никакого трупа или… хм… его остатков обнаружено не было, равно как и какой-либо еды. Ну, на счёт еды, так это логично: злокрысы сожрали всё, до чего добрались. А то, до чего не добрались, сломали и тоже сожрали. А вот труп надо бы поискать.       - Слушай, Самира, а почему злокрысы собрались в такую большую стаю. Они же обычно по две-три бегают, а часто вообще по одной? – Эрик задал правильный вопрос.       - Не знаю. Думаю, надо поискать хозяина фермы. Что-то мне подсказывает, что на этот вопрос он нам и ответит.       Выходим из хижины, осматриваемся. Я быстро замечаю примятую траву возле невысоких скал за домом. Идем туда, держа наготове оружие, и вскоре попадаем в небольшую, скрытую от любопытных глаз расселину. Да… вот такого я не ожидала. В игре этот мужик, Лунд, мирно помер в хижине. Здесь же… скажем так, реалистичность зашкаливает, ага. Ну, первое, что бросилось в глаза – длинный ряд импровизированных, соединённых друг с другом клеток, сделанных из подручных материалов (да-да: говно и палки). В этих клетках, судя по всему, Лунд и выращивал злокрысов. Рядом стояли ящики и лоханки с остатками не самого качественного корма. Напротив клеток располагались два стола. На одном стоял простенький алхимический набор, и было разбросано много деревянных тарелок с остатками неизвестного сероватого порошка. А вот на втором столе величественно возвышалась… мясорубка! Эпичная и брутальная, в лучших двемерских традициях, но вполне узнаваемая. С ручным приводом. Ошметки мяса, потеки крови и приличная горка мелких костей в дальнем углу расселины не оставляли сомнений в том, чем тут занимался Лунд. Сам он тоже тут… был. Вернее, тут было то, что от него осталось. А осталось мало. Злокрысы, видимо ухитрились вырваться на свободу, когда мужик пришел их кормить. Рядом со столами были аккуратно составлены под небольшим навесом пять бочек, три из которых были заполнены и запечатаны.       - Так… что-то мне всё это совсем не нравится! – Оборачиваюсь к Эрику. – Скажи-ка, а Мралки часом не у этого горе-животновода мясом закупался?       - Нет! – Парень явно побледнел. – Мы дичь только закупали! Ну, рыбу ещё, мясо хоркеров. Но свежее всё всегда. Ничего такого…       - Ты не пугайся так. – Слегка приобнимаю Эрика. – Я тоже не припомню у вас в таверне каких-либо блюд из фарша. Но ведь для кого-то он это делал. И, судя по бочкам, делал не мало. Давай-ка всё тут внимательно осмотрим и обыщем.       Парень скривился, но возражать не стал. Вдумчивый осмотр столов и клеток ничего нового не принес, а вот в остатках трупа нашелся кошелек с полусотней серебряных и маленький ключик, скорее всего от ларца или сейфа.       Поиск того, что этот самый ключик открывает, занял ещё час времени. В расселине ничего такого не обнаружили, хижину два раза перевернули вверх дном, пока Эрик не заметил, что одна половая доска за кроватью имеет тонкий, едва видный распил. Под этой самой доской обнаружилась маленькая полость с искомым ларцом. После вскрытия нашей удачной находки мы, во-первых, стали богаче не целых семь золотых, а во-вторых, нашли что-то вроде лабораторного журнала хозяина фермы.       Вчитываясь в неровные строки, я с грустью понимала: люди везде одинаковы. И ради прибыли они часто готовы идти на очень нелицеприятные вещи. В мире Кирилла огромные продовольственные корпорации зарабатывали миллиарды на том, что вместо мяса и молока впаривали сою и пальмовое масло, напичканные химией и консервантами. Похоже, в этом мире один излишне предприимчивый фермер решил повторить их достижения. Его гениальная идея была в том, что вместо фарша из говядины или оленины, который закупают войска, дешевые забегаловки, таверны и не самые богатые жители городов, он бы продавал им по той же цене смесь из крысятины (две трети примерно) и не самой свежей дичи. А для того, чтобы обман не раскрылся, он всё это смешивал с тем самым серым порошком. Да, этот гений сумел создать аналог усилителя вкуса. Более того, этот его порошок не только нужный вкус усиливал, но и в сочетании с мясом злокрысов ещё и неплохие консервационные свойства имел. То есть эта, с позволения сказать, еда, дольше не портилась. Разумеется, о влиянии на здоровье тех, кто это будет есть, предприниматель даже не подумал. Я примерно помнила, а Эрик ещё и подтвердил: мясо злокрысов есть можно, но живот потом будет болеть, и это в лучшем случае. Одно только радовало: продать этот деятель успел всего одну партию в десять бочек. И продал он их в один из лагерей буйных братьев. Так им и надо, расистам.       Некоторые ингредиенты для своего чудо-порошка Лунд, кстати, добывал у Жуана Манетта, обменивая их на хвосты и зубы злокрысов. Чтобы добро не пропадало, мы собрали эти самые хвосты и зубы с убитых нами тварей. Не всё, конечно. Сколько смогли. Потом оттащили тушки в расселину, сложили вместе с телом инноватора и бочками, обложили соломой и сожгли. Для отчета старосте вполне хватит журнала Лунда, тем более что рецепт своего изобретения он нигде не записывал (что не забыл упомянуть в журнале) и унес с собой к даэдра. Надолго ли? Как скоро появится очередной инноватор?       Когда погребальный костер прогорел, уже основательно стемнело. Недолго думая, мы решили переночевать в ныне ничейной хижине. Еда у нас была с собой, дрова тоже были, а дверь запиралась на толстый засов. Эрик быстро растопил камин, установил котелок и начал что-то готовить, напевая себе под нос нехитрый мотивчик. Я привела в порядок стол и лавку, убрала весь мусор с середины пола, поближе к очагу, а затем натаскала сена и укрыла всё это шкурами с кровати. Не очень комфортно, но переночевать можно.       Камин быстро прогрел маленькую хижину, так что вскоре сначала я, а потом и Эрик сбросили свою броню. Я осталась в одной безрукавке и набедренной повязке, а парень - только в своих штанах. Вскоре кулинарный шедевр от сына трактирщика был готов, так что мы, за неимением тарелок, перетащили котелок на стол. Кроме запаса еды Эрик догадался прихватить ещё и пару деревянных ложек, так что поесть его стряпню мы смогли вполне цивилизованно.       - Вкусно! – Мило улыбаюсь парню. – Умеешь! Могёшь!       - Да ничего особенного. Было бы из чего готовить.       - Эх, жалко запить нечем. Мы ведь весь мёд на Кьёлу с Грунаром извели.       - Ну… я тут, пока мы ларец искали, кое-чего обнаружил. – Эрик хитро улыбнулся.       - Так-так! И что же это?       Парень отошел к сундуку, который он недавно вскрыл методом брутфорса (выломал замок), открыл крышку и извлек две пузатых винных бутылки:       - Вот! Имперское, огненное!       - Ух ты! Вот это повезло! Неси скорее!       Да, денек сегодня выдался не самый простой, так что немного расслабиться перед сном определенно не помешает. Да и Эрику стоит отвлечься – всё-таки не готово его сознание ещё к таким иллюстрациям человеческой подлости. Я и сама-то, в основном, благодаря мировоззрению Кирилла спокойствие сохраняю. Для него это дело привычное. Настолько, насколько это вообще может быть привычным. Ладно, не буду забивать голову. Тем более, что острое, пряное вино уже начало действовать.       - Ну, всё-таки! Как ты их красиво и уверенно раскидывала! – Эрик слегка захмелел и начал восхищаться моими талантами. – Раз! И злокрысы полетели направо. Два! И злокрысы полетели налево!       - Ну, ты их тоже немало покрошил. – Улыбаюсь, и ложу голову на плечо парню. – Ну а техника приходит с опытом. Главное – не ленись отрабатывать удары и связки.       - Да я уж понял. Но до тебя мне всё равно далеко. – Эрик взял свою бутылку, но вдруг обнаружил, что она пуста. – Ну вот. Кончилось.       - У меня ещё глоток остался. – Хитро улыбаюсь. – Выпьем вместе?       Есть тут одна такая традиция. Тапа брудершафта, только гораздо интимнее. Набираю в рот остатки вина. Эрик тут же целует меня в губы и вытягивает часть напитка. Проглатываем. Вот только поцелуй не разрываем, а начинаем переплетать языки. Этого в традиции не было. Ну и ладно. С завязками на моей безрукавке парень справляется легко и быстро, так что вскоре мои груди вырываются на свободу. Эрик тут же переключается на мои соски, страстно их целует, ласкает языком и нежно покручивает за колечки. Ого, как быстро тело на всё это отреагировало! А вино-то явно не простое! Ага, огненное, но не только на вкус. Низ живота пульсирует и разгорается, мысли начинают носиться с бешеной скоростью, но не путаются. Ощущения как будто стали острее, ярче.       Эрик встаёт с лавки. Быстро и грубо сдираю с него штаны, хватаю уже стоящий член и начинаю жадно его сосать, помогая рукой. Как только дыхание парня начинает характерно сбиваться, резко отстраняюсь, сбрасываю свою набедренную повязку, и с хитрой улыбкой присаживаюсь на край стола, пошло расставив ноги. Повторного приглашения не требуется: Эрик подходит, подхватывает меня за попку и несколько раз проводит головкой по губкам и клитору, после чего начинается самое интересное. Из меня уже вовсю течет, так что плавное вхождение вовнутрь не доставляет никаких болезненных ощущений. Только приятные. Очень приятные. Внушительный агрегат парня раздвигает моё нутро, туго и очень чувствительно массируя самые нежные точки. Ощущения… другие. Особый оттенок добавляет чувство заполненности внутри меня. Возбуждение не так сильно туманит мозг, но вот сами фрикции основательно пробирают восприятие, затапливая сознание волнами наслаждения.       Эрик опрокидывает меня спиной на стол, закидывает мои ноги себе на плечи и начинает действовать гораздо смелее. Не сразу понимаю, что уже стону в полный голос:       - Ах! – Какая возбуждающая грубость! – О да! Трахай меня жестче!       Парень улыбается и начинает наращивать темп. Вскоре меня уже капитально потряхивало, а волны наслаждения сливались в единый мощный поток. Одной рукой закручиваю кольцо на соске, вторая начала нетерпеливо тереть клитор. Ещё немного - и сознание взрывается долгими и яркими оргазмами. Меня выгибает дугой и трясёт в нескончаемых спазмах. Мышцы резко сокращаются, вибрируют. Особенно те, что внизу живота. Они обвивают, сжимают и буквально выдаивают член Эрика, всё ещё бешено двигающийся внутри меня. Надолго его не хватает. Я не слышу и не вижу, но сквозь волны оргазмов чувствую, как он замирает, а внутрь меня ударяет горячая струя. Последние спазмы дополняет чувство наполненности. Как будто меня до краёв залили чем-то вязким, приятным и горячим. Потрясающе! Эрик оперся об стол одной рукой, тяжело дышит, но по широкой улыбке видно, что он очень доволен. Поглаживает и целует мой живот, иногда переходя на бедра. Сажусь на столе, обнимаю парня, вжимая его голову в свои груди. Снова целуемся, расслабленно перебираемся на шкуры возле теплого очага. Я сажусь на колени, Эрик обнимает меня сзади, снова гладит живот и груди. Откидываю голову назад и ложу ему на плечо. Эх, хорошо! Вкусный ужин, хорошее вино, ну и потрясающий секс, само собой. Этот день был не самым простым, но заканчивается он просто волшебно…