apple madness.

      На улицах постепенно зажигались вечерние фонари, озаряя улицы тусклым тёплым светом. В отблесках на асфальте порхали ночные мотыльки, словно тонкие крылышки самостоятельно танцевали под только им понятный ритм. Было тепло, но при этом не знойно, как было пару часов назад. Разгар лета давал о себе знать, поэтому люди старались лишний раз не показываться в самую жару. Но вот под вечер на улицах загулял прохладный ветерок, освежающий тело и ум и дарующий долгожданное спасение. Люди начали выползать из своих домов и офисов и постепенно заполнять каждую пешеходную тропу и парк.       Из студии потихоньку начала выходить вся команда персонала, проработавшая целый день и мечтающая наконец-то попасть домой. За ними постепенно показались макушки участников группы, которые шли втроём и что-то бурно обсуждали. Юлий шёл впереди маленького шествия и эмоционально разговаривал с Валей и Мартом о предстоящем концерте. Конечно, это был далеко не первый и не последний концерт их группы, но в этот раз мальчикам предстояло выложиться на полную, ведь в зрительном зале будет сидеть невероятно популярный и раскрученный стилист. Он давненько засматривался на подающих большие надежды и уже неоднократно «выстреливших» омег и хотел «забрать их под своё крыло». Именно этим событием младший участник группы был настолько взбудоражен. Руслан и Евгений не разделили такого восторга, отмечая, что это лишь повод удвоить работу на тренировках и репетициях. Но по-детски впечатлительный Юлька так и пылал от восторга, желая выплеснуть все эмоции на Марта и Валю, которые так же увлечённо его выслушивали. Глаза омеги горели и поблёскивали в тёплом свете ночных фонарей, хотя казалось, что они здесь вовсе ни при чём, что это Юля весь светится изнутри и заставляет подчиняться этой вспышке всех вокруг. Ярко-зелёные волосы, под стать глазам, чуть растрепались после особо длительной тренировки, но всё ещё выглядели великолепно. Он громко и эмоционально рассказывал свои догадки о том, что может произойти, как стилист их заметит и непременно займётся ими. Образы мальчиков и так были гармоничны и продуманны, но младшему участнику постоянно казалось, что чего-то не хватает. Юлий как раз перешёл к рассказу о том, что из них сделают настоящих моделей, как вдруг затормозил и замолчал.       Неподалёку, у парковки стояла родная изящная фигура. Пышные, кудрявые волосы обрамляли худое личико омеги, словно оно было окутано пылающим пожаром. Из-за положения головы был явно виден практически идеальный профиль с античным носом, усыпанным россыпью веснушек, и соблазнительные губы, сейчас не выражающие никаких эмоций. Огромные ангельские глаза были уставлены в экран смартфона. Тонкие пальцы быстро бегали по экрану, набирая очередное сообщение старшему брату, лишь бы он хотя бы немного отстал.       Юлий сразу же быстро попрощался с друзьями, напоследок сжал их в объятиях и убежал в сторону возлюбленного, чуть ли не спотыкаясь от переполняющих эмоций. Его захватила всепоглощающая любовь, которая была направлена всегда лишь на пылающего омегу с античными чертами лица и непростым нравом.       — Виталя! – наконец позвал Юля, но лишь, чтобы предупредить, а дальше резко накинулся на своего омегу с тесными объятиями. — Я так соскучился по тебе! Не представляешь, что сегодня произошло! Помнишь, мы скоро выступаем на центральном стадионе города? Так вот, на нас будет смотреть самый крутой стилист! Ты можешь поверить? Я так счастлив, любимый! – вновь завизжал Юля, прижимаясь как можно ближе к излюбленному телу.       Виталий не стал так бурно реагировать на встречу с возлюбленным, стараясь оставаться уверенным и гордым, но в его глазах тут же забегали искорки радости. Сколько бы не пытался скрывать Виталий своих чувств за холодной маской независимости, но он не менее сильно скучал по Юленьке и рассматривал ещё пару часов назад новые фотографии омеги в Инстаграмме группы. Сейчас же его выдавали лишь удивительно тёплая улыбка и крепкие объятия, которыми тот одарил щебечущего без умолку Юлю.       — Да, да, я уже слышал, Юль. Весь город об этом говорит, – протянул Виталий раздражённым тоном, но, замечая спадающую с лица Юлия улыбку, добавил:       — Я не сомневаюсь, что мой омега утрёт всем нос и покажет, кто здесь действительно крут.       Прошло несколько месяцев с того момента, как Виталий всё же принял свои чувства к Юле и пообещал себе больше ни за что и никогда не обижать своего возлюбленного. В прошлом Виталий совершил слишком много непростительных ошибок, за которые до сих пор чувствовал вину перед своим вечно жизнерадостным солнечным зайчиком. Он причинил столько боли, расковырял все обиды и заставил почувствовать себя как минимум ужасно, но теперь решил во что бы то ни стало сделать своего омегу счастливым.       Пару дней назад, когда Юлька был на очередной тренировке, Виталий решил, что нужно как-то проявить свои чувства, показать, что ему не всё равно на заводного очаровательного мальчишку, который крутился рядом день и ночь, а если был занят, то время от времени присылал сердечки или кружочки в телеграмм. После длительного мозгового штурма на тему «Что же такое можно сделать для возлюбленного?» Виталий отчаялся, теряясь в своих мыслях, и отправился к папе. Он точно поможет сыну в сердечных делах и сможет подсказать, что можно устроить такое. Старший Сучков, конечно, сильно преувеличивал масштабы будущего свидания, но всё-таки из его речей Виталий смог вынести для себя всё самое нужное.       Сегодня, вооружившись советами Игоря, рыжий омега был настроен устроить для Юльки лучшее свидание из всех, что когда-либо было. На самом деле, любое времяпровождение с Виталей было для омеги идеальным и невероятным, но в этот день его парень был готов на все сто.       — Юль, идём со мной. У меня кое-что есть, – неожиданно нежно улыбнулся Виталий и потянул Юльку за руку, уводя за собой.       Младший омега даже замер на пару минут, не понимая такую перемену настроения возлюбленного. С чего вдруг? Виталий даже не говорил, что придёт за ним, а тут не просто пришёл, так ещё и ведёт куда-то. Юлий весь пылал от счастья и любви к этому человеку. Его щёки тут же вспыхнули от ощущения нежных ладоней и предчувствия чего-то волшебного. Внутри уже не просто трепетали бабочки, они разлетелись и создали внутри хаос, щекоча все внутренние органы, особенно хрупкое сердце.       — Куда мы идём? – всё-таки начал Юля, не изменяя своим привычкам и постоянно щебеча над ухом возлюбленного.       Только сейчас в его поле зрения попал большой пакет, который Виталий зачем-то тащил с собой на дальней от Юльки руке. В глазах последнего тут же вспыхнуло неподдельное любопытство, которое он сразу же поспешил озвучить:       — Виталь, а что в твоём пакете? Он кажется нелёгким… Давай я понесу и помогу тебе? – замурлыкал омега и потянулся к дальней руке Виталия, чтобы забрать пакет.       Виталий сразу же отдёрнул руку и хмуро посмотрел на своего возлюбленного, мотая головой.       — Не нужна мне помощь. Я не безрукий… А ты бежишь вперёд паровоза. Я же сказал, мы уже идём. Чего ты руки тянешь? Как будет время, я всё расскажу, – забурчал недовольный таким поведением Виталий.       Юлий надул губы, но лишь в шутку, не решаясь вступить в спор со своим омегой. Ему совершенно не хотелось огорчать Виталю, поэтому раз он говорит не трогать пакет и идти, значит Юля так и сделает. Но вот про «молчать» Виталий и словом не обмолвился, поэтому через пару минут его уже окружило счастливое щебетание влюблённого омеги, желающего поделиться последними новостями. Раньше Виталия бы такое быстро разозлило и достало, но сейчас он всё чаще начал ловить себя на мысли, что ему нравится звонкий голосок Юльки, когда тот что-то начинал эмоционально говорить. Виталию нравилось, как омега самозабвенно погружался в свой рассказ, не замечая уже ничего вокруг. В такие моменты его очаровательный аккуратный нос начинал подрагивать от восхищения и эмоций, глазки бегали в разные стороны и пытались уцепиться за что-то. Виталия захватывало рассматривание мягких и приятных черт лица омеги, словно он изучал какую-то картину, написанную великим мастером.       На улицах людей было много. Под фонарями прогуливались мамочки-омеги, которые держали капризных малышей за руку и отчитывали их за слёзы в общественном месте. Частенько быстрым шагом проходили деловые альфы, спешащие куда-то после офисной работы. Мелькали деревья, дома, машины, люди с собаками, парочки, которые целовались, чтобы поприветствовать друг друга. А может быть попрощаться? Первые и последние поцелуи всегда самые сладкие и чувственные. Люди прикасаются губами к губам другого человека сначала с тихой надеждой и трепетом, а потом с тоской и предчувствием разлуки. Всё кругом дышало какой-то лёгкостью и романтичностью, окутывая атмосферой позднего вечера всех прохожих.       Юлька всё ещё не умолкал, но теперь уже чуть ближе прижимался к плечу возлюбленного, словно замерзая. Омеге хотелось почувствовать тепло и внимание сосредоточенного Виталия, который кивал на все его щебетания и смотрел как-то особенно внимательно. Юлий не понимал этого взгляда, поэтому и растолковывал как что-то странное. Хрупкое плечо младшего омеги прижималось к не менее изящному плечу возлюбленного, прикрытому тонкой тканью чёрной рубашки с изображениями больших подсолнухов. Виталий был настоящим солнышком для своего омеги, несмотря на всё, что им пришлось пережить, чтобы снова быть вместе и по-настоящему любить друг друга. Как бы горд и высокомерен не был Виталий с другими, Юлька всё равно ощущал, что к нему проявляют совершенно другое отношение. С ним Виталий старался быть более нежным, трепетным и терпеливым, уделяя Юле максимум своего времени. С недавнего времени Юлий начал замечать, что Виталий начал действительно ревновать его к Виктору, а не просто пытался уязвить назойливого брата, влюблённого в его омегу. Конечно, младший совершенно не хотел, чтобы Виталий и Виктор ссорились, ведь они были одной семьёй, но одновременно душа Юльки пела и ликовала каждый раз, когда возлюбленный указывал на их отношения и защищал от нежелательного внимания с чьей-либо стороны. Значит, Виталий осознал значимость их отношений, перестал считать это глупым и наивным и наконец-то принял Юлю со всеми его чувствами.       Пейзажи сменились, а Виталий потянул возлюбленного за собой к небольшому зданию. Юлий поднял глаза, чтобы увидеть вывеску, и по его лицу расплылась довольная улыбка.       — Ууууу, ты привёл меня покушать пиццу? – проворковал омега, потираясь щекой о плечо Виталия.       — Не совсем. Мы заберём заказ и пойдём дальше, – уклончиво ответил Виталий и завёл Юлия в пиццерию.       Юленьке, как Айдолу, было нежелательно кушать такую еду, но один вечер можно было сделать исключением. Всё же это его омега позаботился о нём, вспомнил, что Юлий совсем-совсем голодный весь день, и решил заказать любимую пиццу мальчишки. Как тут можно было хоть слово против сказать? Да и Юлий был рад такому сюрпризу. В конце концов, завтра он может отработать в спортзале в два раза усиленнее, а сегодня даст слабину и проведёт вечер с любимым.       Юля кое-как уговорил себя отлипнуть от удобного плеча и отойти немного в сторону. Виталий прошёл один на кассу и показал скрин из приложения, ожидая, когда ему принесут заказ. Юлий невольно залюбовался солнечными чертами лица Витали. Он казался таким тёплым и любимым, что омега никогда не мог отвести от него глаз, будто заново погружаясь и утопая в своей любви. Каждый день Юлий работал на износ не только для себя и своих фанатов, но и для Виталия. Восхищение в глазах Витали на концертах стоило дней, проведённых с раннего утра и до позднего вечера в зале. Юля хотел видеть, ощущать и чувствовать признание любимого человека, купаться в его редких похвалах и признаниях в чувствах.       Вернулся Виталий уже с коробкой, в которой лежала огромная пицца. Юлька радостно улыбнулся и прижался обратно к плечу возлюбленного, снова намереваясь помочь ему и забрать пакет, болтающийся на противоположной руке как специально.       — Виталенька, давай я тебе помогу? Тебе тяжело, наверное, нести и пакет, и пиццу для меня… Я не хочу идти без всего, – запричитал омега и поднял глаза на Виталия, чтобы посмотреть глазами Кота из «Шрэка».       Но Виталий был всё так же непоколебим. Он лишь крепче прижал к себе пиццу и фыркнул, быстрым движением оставляя поцелуй на виске своего возлюбленного.       — Я сам справлюсь, Юль, перестань суетиться. Мы с тобой только вышли, а ты уже весь изнервничался. Расслабься, – протянул Виталий самым спокойным тоном из всех и потянул Юлю за собой на выход из заведения.       Теперь Юлий не мог держать руку возлюбленного, из-за чего чуть надул губки и зафырчал. Без нежной ладони Виталия ощущалась какая-то небольшая пустота и одиночество. Юлька так привык ощущать родное тепло, что уже и забыл, что когда-то ходил иначе. Но всё-таки нужно было немного потерпеть. В голову начали закрадываться догадки, куда же теперь они направляются с пиццей и загадочным пакетом. Всё никак он не давал покоя Юле, заставляя его всё больше и больше погружаться в фантазии о том, что там может быть. Конечно, пакет мог быть вообще не связан со свиданием, но вдруг там что-то по-настоящему важное. Юльке хотелось думать о чём-то грандиозном и романтичном. С образом возлюбленного всегда ассоциировалось что-то очень светлое. Хотелось постоянно мечтать о чём-то волшебном и необычном, когда они были вместе.       Спустя ещё пару минут Виталий наконец нежно улыбнулся и вывел возлюбленного в огромный скейт-парк. Пока Юлька был занят бесконечными репетициями, в городе открылась новая и совершенно удивительная площадка. Тут была куча различных и самых необычных трамплинов, препятствий и площадок для тренировки своих навыков, отделённых друг от друга полосками из ярко-зелёной свежей травы. Везде катались подростки, слышался гул и смех. В воздухе витала атмосфера веселья и экстрима, придающая этому месту уникальный и ни на что не похожий вайб. Периодически кто-то падал, матерился, но снова поднимался и отправлялся покорять непослушный трамплин.       Юлька затаил дыхание, в восторге моргая огромными ресницами и скользя взглядом с одного препятствия на другое. Его тут же захватил невероятный мандраж. Скейтбординг так нравился ему, но в последнее время совершенно не оставалось сил и свободных окошек в расписании, так что Юлий даже и не заметил постройку нового и настолько чудесного парка. Всё тут вызывало у Юли дикий восторг и желание всё попробовать, словно маленький ребёнок, который наконец-то добрался до новой игровой площадки. Было так приятно осознавать, что любимый позаботился о нём, отследил постройку нового парка и решил сводить сюда. Виталий всегда был далёк от скейтов и подобного вида развлечений, но теперь старался из-за всех сил проникнуться миром своего омеги, чтобы лучше понимать его.       Виталий уселся на лавку неподалёку, ставя возле себя коробку с пиццей и довольно улыбаясь. Папа был прав, маленький план по завоеванию сердца омеги подействовал. Игорь посоветовал сыну проникнуться увлечениями возлюбленного, сделать свидание наиболее близким и комфортным для него. Как бы не были странны и бесполезны скейтборды в голове у Витальки, для Юльки это было близко и по-настоящему важно. Юноша ловил с этого кайф, постоянно радовался, словно годовалый малыш, только что познавший мир. Значит, омега был обязан сделать всё, чтобы постоянно видеть возлюбленного в таком настроении.       Юлька наконец оторвался от созерцания местных красот и плюхнулся рядом с Виталей, радостно смотря на него.       — Это так прекрасно! Тут просто волшебно! Спасибо за такой сюрприз. Мне так нравится тут! – заверещал омега и уже начал приближаться к Виталию за поцелуем, но вовремя одёрнул себя и лишь чмокнул веснушчатую щёку. Виталий всегда фыркал на публичное проявление чувств между ними, заявляя, что это всё – детские глупости. Он редко обнимал Юлю прилюдно без повода, ещё реже целовал. Поначалу Юлий крайне расстраивался и искал в себе изъяны и недостатки, но со временем совсем привык. Все ещё было немного обидно, но уже не настолько. Юлька всегда уважал мнение своего омеги намного больше, чем своё. Виталий в его глазах был эталоном. Ради него Юлий был готов пожертвовать своими всплесками неожиданных ласк в общественном месте.       Но сегодня произошло что-то невероятное. Когда Юля уже собрался отстраниться и снова начать щебетать о чём-то своём, Виталий приостановил его. Тёплая рука омеги оказалась на изящном подбородке Юлия, оглаживая и притягивая обратно. Нежные губы были тут же захвачены в плен губ напротив. Виталий прикрыл глаза, затягивая возлюбленного в уверенный поцелуй. Когда омега не пользовался помадой, он всегда использовал блеск с ароматом вишни, поэтому сейчас Юлий почувствовал лёгкий привкус ягоды на своём языке. Рука Виталия спустилась ниже, обхватывая тонкую талию возлюбленного и чуть надавливая, чтобы омега прижался поближе. Губы двигались размеренно, не торопясь и смакуя удовольствие. На щеках младшего уже разгорелся яркий румянец. Он неуверенно двинулся навстречу Виталию и обхватил его руками, сжимая в ладонях тонкую ткань рубашки с подсолнухами. Юлька захватывала бесконечная любовь к этому человеку, месту и моменту, в котором они находились. Не хотелось, чтобы это заканчивалось. Бабочки совсем распоясались и теперь трепетали тысячами своих крылышек где-то внизу живота. Юльке показалось, что если Виталий отстраниться хоть на секунду, то он точно-точно задохнётся от нехватки кислорода. Виталий был необходим больше, чем что-либо на этом свете. Его губы, медленно двигающиеся в каком-то одному ему известном ритме, были настоящим спасением.       Юлий совсем потерялся в этом моменте, отчаянно вжимаясь всем телом в тело возлюбленного и сжимая в небольших кулаках дорогую рубашку. Голова шла кругом, а воздух постепенно кончался. Виталий отстранился через пару минут, но, на удивление, нежно улыбнулся и пригладил растрёпанные волосы Юли. На его щеках был заметен слабый, но всё-таки очевидный румянец.       — А у меня нет сегодня доски, чтобы кататься, – неожиданно тихо выпалил Юлий, сам не понимая зачем.       Ему не хотелось отпускать Виталия от себя. Юлька всеми способами хотел удержать его рядом, поэтому сказал первое, что пришло в разгорячённую голову.       — Зачем ты врёшь мне? – уже более привычно усмехнулся Виталий и достал из-за скамейки свой пакет.       Юлий непонимающе поднял взгляд на возлюбленного, но тут же оторвал его, замечая загадочный пакет. Весь вечер омегу мучил вопрос, что же там такое лежит, и вот наконец он сможет узнать это. Юлька всё же чуть отстранился от Виталия, давая ему больше пространства и не стискивая хрупкие плечи в объятиях. В зелёных глазах плясали искорки любопытства. Юноша вновь был взбудоражен, но всеми силами старался скрыть это. В конце концов он должен быть терпеливым. Но нетерпеливые ручки, комкающие ткань собственной футболки, выдавали Юльку с потрохами.       Виталий снова улыбнулся и вытащил из пакета новый скейтборд. Он был полностью чёрный, но с неоново-зелёными колёсиками и таким же по цвету рисунком пламени. Скейт был сделан на заказ по собственному эскизу Витали. Если перевернуть доску и приглядеться, то на обратной стороне можно увидеть написанную совсем небольшими буквами фразу: «Ты – моё яблочное безумие. Я горд тобой». Она очень смущала Виталия. Подобные откровения были совершенно не свойственны для него, но хотелось, чтобы эта вещь стала особенной для его омеги, напоминала о возлюбленном и его настоящих чувствах. Виталий переступал через себя, чтобы напомнить Юльке, что он на самом деле значит для него.       На зелёных глазах тут же заблестели слёзы. Юлий с особым трепетом и нежностью забрал из рук возлюбленного доску. Несколько минут он будто и вовсе не дышал, переворачивая скейт, рассматривая его и вздрагивая от накативших эмоций. Он был невероятно восхитительным, таким особенным и под стать своему новому хозяину. Огонёк на рисунке идеально сочетался с яркими волосами, будто специально срисованный. Тонкие пальцы скользили по поверхности доски, оглаживая, словно самый бесценный дар. Юлий перевернул доску, чтобы проверить крепления и замер. Глаза тут же зацепились за небольшую, но такую же флуоресцентную надпись. Губы начали мелко подрагивать, а по щекам всё же покатились слёзы. Юлька сразу вспомнил, как недавно в своём очередном потоке болтовни вскользь упомянул, что доска уже совсем старая и он подумывает заменить её. Мало того, что любимый слушал его и воспринимал всё, что тот говорил, так он ещё и подарил Юле то, чем тот так горел. Это мгновение стало особенно дорогим для омеги.       Сбоку вновь послышался нежный голос Виталия:       — Может быть, ты научишь меня кататься? – спросил Виталий, желая сблизиться со своим омегой ещё больше, а сердце Юли пропустило удар и понеслось в бешеном ритме.