Понарошку

Кроме того, что у Хёнджина с Минхо появилось новое жильё, ничего в общем-то не изменилось: те же пары, тот же образ жизни. Только паспорт не тот же — в нём стоит штамп, и этот штамп, в общем-то, блондина не напрягает. Хо занимается своими делами, и лишь вечером они снова ложатся вместе в одну кровать, что тоже не так критично. Они привыкли. Потому как брак — то одна жизнь на двоих, фиктивный брак — две разных жизни, объединённые по документам. Но захотят ли эти две жизни стать одним целым? Почему нет? — Слушай, Джинни, если ты ещё забеременеешь, от преподов столько поблажек будет… Да, и к шуткам шатена пришлось привыкать. Сегодня у них вообще нет пар, поэтому Хёнджин весь день сидит на съёмках со спокойной душой. Намечалось продолжение съёмки для Тиктока, до которой ему не было особого дела. Отдыхая прямо на стуле, служившем декорацией, в полноценном образе, он листал свою ленту в инсте и удивился количеству лайков по последними постами. Их стало раза в два-три больше, как и подписчиков. Такого резкого роста у него ещё никогда не было. Он заметил ещё одну странность: съёмочная группа была в очень приподнятом настроении весь день, а спросить, в чём кипиш, он не решался. К нему подошёл Хан Джисон, их фотограф. — Ну ты даёшь, парень, — подсаживаясь к нему, радостно говорит он. — Вовремя же замуж вышел. Внимание девочек-подростков и сексуальных меньшинств нам теперь обеспечено. Хёнджин не до конца понял, о чём он говорит, и почему он знает про свадьбу, хотя Джин никому об этом не трещал. — Вообще-то я женился… — бурчит Джин. И почему его всегда воспринимают как невесту? — Да хоть так. Главное, под предыдущим рекламным роликом такая шумиха поднялась в комментариях, что видео набрало десять миллионов просмотров! Твои старые поклонники раздавали всем твой профиль и сейчас ждут от тебя побольше фото мужа и блогов. Хёнджин в удивлении приподнял брови. Неужели это так работает? Нет, он, конечно, знал про рост популярности через важные события, но не думал, что на него обратят внимание. — Что значит побольше? — Хмурится Хван, и Джисон показывает фан-страничку, на аватарке которой красный кабриолет, и они с Минхо в парадном. Ситуация рука-лицо. Все последующие дни Хёнджин справлялся с наплывом фанатов как мог: под постами все спрашивали про мужа, пост о том, что Хёнджин старается не распространяться о личной жизни, только подогрел интерес к своей персоне. Их манила его загадочность, неприступность, а число подписчиков росло. Это как бы круто и не круто. А может рассказать об этом Минхо? Вместе бы посмеялись. Наверняка он залезет на сайт с фанфиками и будет зачитывать их вслух, а потом Хёнджин попытается его остановить и повалит на диван, отбирая телефон… Они проведут весело время, решая, стоит ли вести совместную страничку, и Джин обязательно поведётся на его предложение… А что если да? Изо дня в день Ли становился всё менее бесячим, а его юмор не так уж и плох. Они стали ближе как друзья, со своими границами и увлечениями, которые начали потихоньку пересекаться: то Минхо встретит Хёнджина с Феликсом в боулинге, то Хёнджин встретит его с друзьями на пляже. Вечер, он должен быть уже дома, но у входной двери Джин замечает голубой носок, явно принадлежащий Ли, который был натянут на ручку. И свёрнутая бумажка. Бумажка бы означала, что он куда-то ушёл, но носок — что он внутри, и лучше уйти куда-то Хёнджину. Не к добру это. «Джин, прошу по-братски, погуляй чуток, я задержался с одним индивидуальным занятием о сёрфингу, пришлось проводить дома. Мы с Эшли очень скоро, я тебе позвоню.» Глубокий вдох. Рука неохотно смяла бумажку что есть силы, но тут же отпустила. Почему он злится? Потому что Минхо привёл в ИХ квартиру чужого человека. Не потому, что за дверью слышны вздохи и стоны. Но частично поэтому. Пусть трахается, Хёнджин ему не запрещает, но не у них! Ладно, пусть у них, но чтобы потом всё было убрано. Пусть трахается, ему-то что? Это же интрижка на пару раз, может даже на один. Да пусть даже встречается, они же с Хо друзья. Да, хорошие друзья. Всё в порядке. «Всё в порядке, просто потом вставлю пизды за секс на нашей общей территории, и всё, » — говорит себе Джин, спускаясь по лестнице вниз и выходя на улицу подышать свежим воздухом. Это помогает, но на чуть-чуть. Что случилось? Кажется, ничего криминального. Минхо даже съехать к ней может, он не будет против. Места в квартире будет больше. Глубокий выдох, шум отдаёт в ушах. Это что, ревность? Откуда, Хван? Ну может он ревнует друга, такое же бывает? — Извините, кафе скоро закрывается. — Ничего, я просто здесь посижу. Хёнджин пытался успокоить себя, слушая тихие разговоры посетителей, которые допивали кофе. Их было двое или трое всего. Анализировать ситуацию, сделать правильный вывод, обратиться к логике… Зачем расстраиваться? Он звонит Феликсу, чтобы отвлечься, о своих делах практически не говорит, больше спрашивает про Чанбина. Да, они пообещали друг другу, что будут рассказывать всё, но сейчас так не до этого… — Произношение в английском у него хромает, но это поправимо, учитывая его способности к рэпу. Его технику чтения оценили мои уши, мой член и очко, так что парень далеко пойдёт… — Ликс, можно без подробностей? — Блондин смеётся в трубку как-то грустно, и это не ускользает от внимания Ликса. — Как дела, всё хорошо? — Да, я же сказал. Просто… — Просто…? — Просто весь день на ногах, а ещё парочку фанатов по дороге встретил. Вот что значит популярность. — Это же здорово! Ничего, Майли Сайрус привыкла и ты привыкнешь. Скоро кайф ловить будешь. — Надеюсь. — На этой ноте Хёнджин вздыхает и кладёт трубку. Как раз на телефон приходит сообщение, что Хо закончил. Ну хоть с приставкой «за». Дома шатена ожидает небольшая ссора, в которой Джин корит его за то, что тот водит к ним девочек, не предупредив и не спросив разрешения. — Помни, что это и мой дом тоже! — Да ладно тебе, в следующий раз могу предупредить, что нас будет двое. Или просто вторую позову. — Минхо не выглядит так, как будто ему совестно, но это же Минхо, да и ничего такого, по его мнению, он не сделал. — Ты меня не слышишь. Мне без разницы, какую личную жизнь ты ведёшь, но чтобы не у нас в квартире! Снимай номер в отеле и трахайся хоть до такой степени, чтобы у тебя член отвалился! — В какой-то момент возмущения Хвана выходят из-под контроля, хотя он обещал сам себе, что они поговорят, как взрослые люди. — Ты чего? Ладно, я понял, чего так жёстко? — Восклицает Ли, а потом хмурится. — Ты ревнуешь? — С дуба рухнул? Сейчас полетишь с пятого этажа, я устрою… — Признаю, плохая шутка! — Минхо не подпускает к себе Джина, который напал на него с кулаками, а потом за талию прижимает к стене, вгоняя блондина в ступор. Он начинает в отместку щекотать Хвана, который изо всех сил пытается не смеяться, уворачивается от его рук, просит остановиться. Минхо всё переводит в шутку, и Хёнджин, будучи его другом, должен был просто простить и даже согласиться на тройничок или секс вчетвером, если бы не одно «но»… Почему ему обидно? После того, как его отпускают, он не смеётся, а просто идёт на кухню, чтобы сделать себе быстрый ужин. На такие выходки обижаются только те друзья… которые не совсем друзья. Значит, он не совсем друг? Он хочет быть для Минхо не совсем другом? Да бред какой-то. Они ложатся спать в тишине, без дурацких разговоров и совместного просмотра сериала. Свет выключается, и Ли поворачивается на бок, встречаясь со спиной молчаливого Хвана, который даже дышать старается тише. Никогда такого не было.