Легион мёртвых

Дорогой слушатель, сей сказ, что я поведаю тебе — это история девушки, для которой сражение стало всей жизнью. Алексия Велгард родилась в аристократичной семье потомственных воинов, что сражались за Империю Цафелик не одно поколение. Отец был огорчён тем, что появилась девочка и теперь дело всего рода не продолжится. Он избегал маленькую Алексию и проводил огромное количество времени в кабинете. Для аристократии в Империи репутация значила всё. Потеря репутации в аристократическом обществе означало потерю статуса, а это означало лишь принижение и после уничтожения рода, так как Аристократы не имели права иметь жён или мужей из простого Люда. Эта система жестока, но проверена временем и потому приносила лишь пользу Империи. Алексия хотела получить одобрение. И в десять лет с помощью матери смогла попасть к тренеру и начать тренироваться фехтованию. Спустя год усердных тренировок, местами даже непосильных маленькой девочке, она победила своего тренера. Сей достижение было услышано отцом Алексии, что обрадовало его. Он одобрительно обнял дочь, что пришла рассказать ему об этом в его кабинет. Проронив скупую мужскую слезу, он был рад, что искусство фехтования, что передаётся из поколения в поколение в их семье, не канет в пучину веков. С тех пор он самолично начал тренироваться дочь стилю фехтования их семьи. Тренировки с отцом для Алексии были полны отцовской строгости и заботы. Она всегда с радостью ждала, когда отец закончит дела и начнёт её тренировать. А когда тренировка заканчивалась, её это огорчало чуть ли не до слёз. В одиннадцать она смогла победить своего отца, а в награду получила семейный меч — Последний Суд. И всё же даже после этого он продолжал тренировать дочь, так как по другому не умел с ней проводить время. На каждый день рождения он ей никогда ничего не дарил. Отец у неё умер рано, когда той было двенадцать лет. Однако, когда она и её мать разбирали вещи её отца, то нашли сундучок, в котором было горы золотых монет. Как рассказала её мать Кьена, отец Алексии, Дариус, на каждый её день рождения откладывал определённое количество золота, чтобы отдать ей его, когда той исполнится восемнадцать. А его за двенадцать лет накопилось немало. На эти деньги девушка купила кожаный доспех с пластинами в некоторых местах тела. Доспех из чёрной стеганой кожи был похож на пальто, однако имел ещё и золотые пластины, созданные из магического металла цвета золота. Доспех был на вырост и брали его заранее, так как магический металл дорогой и очень редкий материал, но имел хорошую защиту и был лёгким, словно пёрышко. Спустя ещё три года упорных тренировок она смогла победить одного из пяти сильнейших мечников Империи Цафелик, который убедил остальных из этих пяти мечников потренировать девочку, ведь у неё талант. Конечно, его осмеяли, но потренировать девочку согласились. Долгие и упорные тренировки с пяти сильнейшими мечниками Империи Цафелик, которые шли годами, дали свои плоды. Один за другим они проиграли Алексии. Ей всегда казалось, что отец на небе всегда радуется её победам и видит её успехе, потому она не могла его подвести. Став в двадцать четыре года самым сильным и самым юным сильнейшим мечником Империи Цафелик, Алексия прославила имя своей семьи на всю империю и за её пределами. В двадцать пять она забрала свой доспех, у которого был даже капюшон. Алексия за одно прикупила маску в виде черепа из того же материала, что и пластины её доспеха. Спустя сотни тысяч битв она отказалась от маски, ведь никто и ранить её не мог. Она кружилась в смертельном танце на поле боя, и никто не мог сравниться с ней. Её гордость бы не позволила ей принять поражение. Она, Алексия Велгард — аристократ и не может потерять репутацию из-за проигрыша, из-за чего в бою она всегда сражалась в серьёз. И вот в один день она лишилась и матери. В тридцать лет она получила должность тренера армии Империи, благодаря чему она спокойно могла быть с матерью. Но в тот же день она получила известие, что её мать скончалась. Девушка была почти так же сломлена, как когда её отец умер из-за болезни. После похорон её матери стресс заставил её посидеть. Её молодая внешность и седые волосы были её визитной карточкой в любом месте. Но какой ценой эта седина была получена. В один из тихих весенних дней к ней в особняк её семь пришёл архиепископ Фредерик Люминес. Девушка, находящаяся в шоке от прибытия в её скромный особняк самого архиепископа, растерялась. — Простите, архиепископ Люминес, я не могу вас принять, как полагается… Я… Я не знала, что вы прибудете ко мне… Девушка нервно мяла свои руки. Архиепископ лишь слегка улыбнулся: — Садись, дитя, и успокойся. Я не могу требовать к себе пышного приёма. Это будет неправильно по отношению к тем, кто его заслуживает его. Девушка села в кресло, а в кресло напротив сел архиепископ Фредерик Люминес. Прокашлявшись, для того, чтобы снять напряжение, он заговорил о цели своего прибытия: — Дитя, я предлагаю тебе войти во внутренний круг Церкви. Ты показала себя весьма полезной для Империи, и вера твоя крепка. Я вижу, как ты молишься каждодневно за упокой родителей своих. Это благое дело — чтить старших. Алексия была горда собой. Её приглашает сам архиепископ во внутренний круг Церкви. Это обеспечит её семье место в летописях, что уж точно сохранить память о них. Это исполнит желание её отца сохранить традиции их семьи. — Я… Я согласна! Спасибо за оказанную честь, архиепископ Люминес! — Заликовала девушка в ответ на слова архиепископа. — Дитя моё, я рад видеть твоё рвение, однако, чтобы вступить в него официально, тебе нужно произнести клятву при всех членах внутреннего круга. Сегодня вечером будет собрание для твоей клятвы. Потому сегодня поздно ночью приди в южное крыло главного собора, — Ответил он спокойно ликующей девушке, не сомневаясь в своём успехе. — Д-Да… Как скажете, архиепископ Люминес. Я приду на собрание и дам клятву, если это так необходимо, — Нервно потирая руки друг об друга, ответила Алексия, пытаясь не посрамить себя перед архиепископом. — Вот и отлично, дитя моё. Тогда, пожалуй, пойду я. Не стоит провожать. Меня ждёт карета снаружи… Архиепископ встал с кресла и, уйдя к выходу, скрылся за дверью дома. А шум от лошадей экипажа означал, что архиепископ уже отбыл отсюда, обратно в главный собор. — Я стану частью внутреннего круга Церкви! Там точно есть противники, достойные моего клинка. Однако куда им до меня! Заиграла гордость у девушки, ведь она знала, что никто в Империи не способен победить её в сражении на мечах… Или ей так казалось. Сегодня она должна была тренировать воинов седьмого, пятнадцатого, девятого и тридцатого легионов. Спустя час после отбытия архиепископа она прибыла на тренировочную площадку. Там она обучала каждого воина искусству войны. Война — это искусство более изощрённое, чем картины или статуи. Война — это контрастирующие произведение искусства, состоящего из тактики, солдат и их умения убивать. Умение убивать в войне равно, как умение художника рисовать при создании картины, очень важно. Заложить это умение убивать было основной задачей Алексии. Потому она выбивала дух из солдат, доводя тех до изнеможения непосильными тренировками. Самые сильные отбираются среди остальных во время битвы за выживание. Те легионы что она тренировала в сей день были теми самыми «выжившими» в её непосильных тренировках. Однако сегодня она провела им проверку. Каждому из легионов представилась возможность сразиться с ней если хотят заполучить послабление в тренировках они должны были победить. И каждый легион проиграл. Элегантные, порой нечеловеческие движения которые она проводила позволяла атаковать и блокировать под любым углом, цена за это была для неё пагубна. Удар сопровождаемый лязгом стали о сталь был слышен раз за разом на протяжении почти всего дня. Удар и снова лязг стали о сталь сопровождаемый отчаянным криком воина что атаковал её, но вот удар справа сзади и спереди. Не один не прошёл сквозь защитную стойку Алексии. Многие уже откровенно ныли о своей судьбе «выжившего». Однако их напор и уверенность в том что они могли победить её поражало Алексию, не каждые воины могли сравниваться с их упорством. Каждый из воинов этих легионов понимал целесообразность их тренировки ибо сражение с демонами не редкое явление и нужно быть готовым к экстремальному бою что может длиться не один из-за умения демонов спасаться даже от самых смертельных ран с помощью целебного выброса магической энергии проходящего сквозь всё тело. Пусть и лишь в теории, но они были почти готовы к любым возможным видам сражений, пусть и не совсем, но они были подготовлены Алексией сражаться почти на любых полях сражения. Они считались элитой среди остальных легионов благодаря этому, а сама Алексия несказанно гордилась теми кого смогла научить выживать в бою сражаясь за свою жизнь. И вот наступила судьбоносная ночь для той чей путь будет длинной в вечность. Она вошла в храм чувствуя себя победительницей в жизни. Когда её ввели в секретную залу внутреннего круга её беспокойство пусть и возросло, однако гордыня от понимания что ей была оказана великая честь затмевала ей разум. –Дитя сей день станет моментом твоего вознесения. Ты получишь привилегию внутреннего круга и бессмертие! Прозвучал голос в темноте древнего чертога храма. Алексия и не думала что ей будет предложено бессмертие. Это было тем о чём мог мечтать каждый мечник по её мнению. Вечность совершенствоваться и когда-нибудь найти того кто будет достоин с ней сразиться. Потому громогласный ответ был лишь вопросом времени. –Я согласна и готова принести клятву! –Да будет так… Клянёшься ли ты служить истинному богу как меч и щит, сохранять его покой и сражаться ради людей и идеалов истинного бога до самой бездны ада. –Мой клинок не сломается даже если пред мной встанет вся демоническая орда и мой клинок подымется во славу его! Клятва была разная для магов, воинов и служителей церкви, ведь по заветам Церкви у каждого есть то в чём он лучший и через что причащать его к Богу. –Да будет так дитя… Она почувствовала слабость. Ноги подкашивались. Это случилось после слов архиепископа и ощущения резкой боли. Она расслабилась в этом месте и ей это стоило её смертного тела. Её проткнули трое культистов начав ритуал создания из неё разумной нежити. Тело обмякло и не хотело двигаться. Она не желала умирать, ей не хотелось уходить так рано. Однако даже в тот момент её глаза не были полны ужаса. Они были полны уверенности. Пересилив себя она взялась за клинок. Один взмах и голова культиста покатилась по полу, его череп, там было и не намёка на плоть. «Нежить в святом месте?!» подумала она. Плоть слезала с её тела вязкой субстанцией, а органы загнивали заживо. Это делалось не постепенно и сразу от чего девушка испытывала жуткую боль. Ей более тридцати раз приходило в голову убить себя пока не поздно, но запястье не восстановилось после тренировки солдат, сильное растяжение и трещины в некоторых местах запястья были побочным эффектом её стиля фехтования. Резкая боль в запястье не позволила ей отсечь себе голову и порезать вены чтобы прекратить эту боль. Её тело тут же покрывалась новой плотью из той жидкости что когда-то было её плотью, органы снова оживали менялись и добавлялись новые. Желудок полностью поменялся соединяясь и с сердцем, и с кишечником, он перестал быть столь большим, но сохранил своё соединение с глоткой. Желудок стал иметь два отделения, одно для крови высасываемой из жертв, другое для обычной пищи и других напитков кроме крови. Лёгкие перестали соединяться с глоткой превратившись в два резервуара что подсоединены к сердцу что стало чуть больше. Кожа стала бледной как у мертвеца, однако мягкой и приятной на ощупь. Клыки слегка удлинились и стали иметь в внутри себя небольшие мышечные каналы что с помощью маленьких мышц позволяли высасывать кровь из жертвы перегоняя её в новый желудок, а от туда в сердце. И вот она стала нежитью. Боль прошла и желание умереть ушло. Её клинок был уже в бледных руках её нового бессмертного тела. –Прими эту благодать истинного бога! Больше никакой смерти! Никакой боли! Вечная жизнь дарованная тем богом что принял нас такими какими мы есть! Прокричал радостно архиепископ Фредерик Люминес. На костлявое тело девушки надели серый балахон и отправили домой она шла обдумывая что с ней стало. Девушка стала высшим вампиром. Однако в этом мире вампиры это не существа боящиеся солнца, это высшие хищники среди монстров. Они не боялись ни солнца, ни святой воды. Однако серебро могло обжечь обычного вампира прервав в месте ожога регенерацию на несколько дней. Однако высшие вампиры лишены этих слабостей. Единственное что их может убить это точный удар в сердце. Не важно чем он был сделан, но попадание в самое сердце могло прервать обмен крови в организме и остановку регенерации клеток и плоти тела. Вернувшись домой её обеспокоено встретили слуги её дома. Они были для неё новой для неё семьёй так как заботились о ней когда её мать была в отъезде по делам аристократических родов. Ведь на балах каждый аристократ должен был присутствовать дабы весь род не потерял репутацию. Старый дворецкий Эдвард Пьед принёс свежего чая для госпожи Алексии. В свою очередь Алексия быстро переоделась в белый аристократический плащ. Ей помогла её личная фрейлина и врач Пенни Пьед, дочь Эдварда от его почившей жены что была кухаркой у семьи Велгард. Придя в зал дома и усевшись в кресло она взяла с тумбочки стоящей рядом чай, что принёс ранее Эдвард. Попивая чай она стала строить план мести архиепископу за то что с ней сделал. Она была не против бессмертия и это был для неё дар. Однако унизить её пронзив со спины чужими руками, да ещё и подставить тем самым ей печать подчинения было непростительно. Чувствуя новые возможности она обратила всех слуг, а именно 8 человек в вампиров своей новой семьи. Они не были так зависимы от крови как их госпожа, и потому могли служить ей вечно без голода. Обращала она каждого с особой любовью ибо даровала им бессмертие дабы они вечно могли быть рядом с ней. Не все это принимали покорно, однако всё прошло лучше чем могло быть, обратив всех за каких-то 4 часа. Алексия покорно исполняла приказы Фредерика Люминеса сама того не особо желая. После огромного жертвоприношения из-за чего вся столица стала Некрополем она осталась в столице, когда как остальные слуги культа ушли сражаться с живыми изнутри Империи, аргументируя это охраной архиепископа. Она наблюдала за тем как девятый легион, после названный легион мёртвых, её ученики одолели безумного архиепископа пока сама Алексия уничтожала его филактерии. Оставив одну она принесла её к Фредерику Люсинесу когда девятый легион ушёл из столицы и сама воскресила безумного архиепископа. –Восстань. Я уничтожила все твои филактерии кроме этой. Я хочу отмщения. Сразись со мной в честном бою. Если одолеешь без применения печати подчинения я по собственной воли присягу тебе на верность. Старый архиепископ смеясь воскрес через филактерию и посмотрел на девушку стоящую пред ним, что не боялась бросить вызов пагубным силам. –Заманчивое предложение учитывая, что постоянно контролировать тебя у меня не выйдет дитя… Тем более я в любой момент воскресну ведь ты не смогла бы уничтожить филактерии из-за печати… Фредерик Люминес не знал что печать не распространяется на приказы издаваемые Алексией, так как эта печать была дарована ему божеством Варг. Алексия произвела резкий выпад который с лёгкостью заблокировал архиепископ, однако сделав шаг назад она сделала выпад изящно извернув своё тело так как обычному человеку недоступно пронзив грудную клетку безумного архиепископа, что был высшим личем. Так их сражение длилось на протяжении 5 дней. Каждый был прекрасным воинов в своей стезе. Разрушительная магия Фредерика Люминеса против искусства владения мечом Алексии Велгард. Всё закончилось проигрышем обоих и победой для Алексии. Они оба попали друг по другу летально и одновременно. Алексия разрубила Фредерика, а он воткнул посох прям в область сердца. Ей повезло и ещё пару миллиметров вправо и посох бы коснулся её сердца. Она была рада тому что была вампиром иначе бы умерла от ожогов огненной магии и посоха в груди застрявшего в её теле. Спустя пару дней она перебралась с вампирским кланом в загородный особняк своей семьи. Вампирский клан Вегард она сотворила приняв в семью ещё гражданских, из желания уменьшить их страдания и дать им ещё пожить, ведь многие из них молодые мужчины и женщины. На протяжении многих лет сотен лет она сражалась с каждым кто бросал ей вызов желая найти смерть на поле брани. Её ничего не волновало кроме сражений. Так она стёрла с лица этой бренной земли огромное количество поселений, городов, королевств. Алексия всегда сражалась одна запретив своему вампирскому клану любую деятельность направленную против рода людского. Она же была обречена сойти с ума ибо печать на её душе постепенно подчиняла её душу воле тёмного бога Варга. В один момент на неё напали её же ученики, Легион Мёртвых понёс большие потери наконец одолев ту что научила их всему. Их бой был тяжёлым и долгим лязги древней стали друг о друга звенели непрерывно каждый десятый удар Алексии был смертельным для одного из мертвецов. Было ясно что просто нападать на неё было плохой идеей. В бой против неё вышел лейтенант Аулект Виртерий. Они сошлись в бою один на один. Аулект блокировал её выпады атакуя её резко не давая той время на оборону, но из-за скорости реакции Алексии, что увеличилась в несколько раз это было бесполезно. Она провела силовой выпад вперёд и клинок Аулекта чуть ли не треснул. В этот момент он развернул клинок под действием силы удара Алексии и воткнул в её сердце свой клинок, а её меч разрезал череп Аулекта на пополам. Они оба умерли в этот момент ведь Алексия была настолько близко что контратака была такой что увернуться или защититься она не могла. Она приняла свою смерть в честном бою. Последние мысли девушки были о доме, об отце, об матери, об слугах её семьи что были не просто слугами, но и друзьями её семьи. Она проделала путь длинною в вечность прожив на этом свете не одну тысячу лет Алексия нашла окончание своего пути. Когда третьего императора империи Цафелик спросили хотел бы он жить вечно дабы вечно вести свой народ к процветанию, он ответил: «Ничто не делает нас вечными так как память о нас. Пока народ о котором я заботился всю свою жизнь помнит меня я существую. Человек умирает в тот момент когда о нём забывают, в этот момент стираются любые упоминания что он существовал, обесценивая жизнь этого человека…» Однако смерть Алексии не прошла без последствий. Из-за накопившейся скверны тёмного бога Варга в теле она упав на землю взорвалась не успев превратиться в прах. Огромное количество гнили и чумных миазмов взмыло в воздух распространившись на ближайшие земли начав период Великой Чумы которая почти полностью истребила живых существ в этих землях. Язвы появлявшиеся на теле заражённых были многочисленные и настолько болели что сводили с ума людей и те желая умереть стали нападать на других заражая их в случае победы или проигрыша с помощью чумных миазмов исходящих из их язв. Города и деревни горели в надежде сжечь всех заражённых, но это было бесполезно. Все земли королевства Улейн стали выжженной землёй, пепелищем над котором до сих пор витают чумные миазмы. Вампирский клан Велгард стал же самым влиятельным, уважаемым и древним вампирским кланом известный своим пацифизмом и не любовью к употреблению крови смертных, предпочитая кровь животных или вино. После Алексии клан возглавил Эдвард Пьед оставив заветы его госпожи как нерушимый закон для клана Велгард. Клан не раз влиял на более молодые вампирские кланы и на смертные королевства в том числе удерживая их от войны, однако не заслуженно был истреблён охотниками на нечисть спустя 4 тысячи лет после смерти Алексии.