Семь дней пробной подписки

      Почти четыре часа полёта прошли необычайно быстро, так по крайней мере показалось Антону. Всю поездку он спал, периодически просыпаясь, чтобы поменять позу, ибо спать сидя Шастун так и не привык, постоянно отсиживая себе части тела. Мужчина проснулся за несколько минут до объявления о посадке, что заставило широко улыбнуться: неужели он через несколько минут ступит на землю прекрасных Афин?       Совершив посадку, командир самолёта обратился к пассажирам: — Дамы и господа! Говорит командир корабля. Наш полёт окончен. От имени всего экипажа благодарю за выбор нашей авиакомпании. Желаю хорошего вечера!       Прослушав сообщение капитана, все люди засуетились, собирая вещи со своих мест. Антон же прихватил рюкзак и попутно достал телефон. Вдруг, неожиданно, со стороны послышался знакомый голос. — …серьёзно? А куда ты их подевал? — Да я не ебу, Арс! — толпа людей стала задерживаться, и, насколько понял Антон, его друзья стали тому причиной. — Плевать, они всё равно плохие были.       Шастун, понимающий, что он не ошибся в своих предположениях, стал быстрее проталкиваться через людей, извиняясь за свои толчки. Когда же он оказался на улице, глаза сами нашли нужных людей. — Пацаны!       Эти самые пацаны, явно спорившие до этого момента, обернулись на звук и стали искать предполагаемый источник обращения. К счастью, источник сам подошёл к ним. — Тоха? Ну нихера себе! Так ты тоже здесь? — Матвиенко бросил свою сумку и протянул руку Шастуну, искренне удивляясь такой встрече. — Серёг, я вообще-то этой Грецией два месяца бредил! А вот то что вы будете здесь… Не ожидал, серьёзно. — Только Димки не хватает, — Арсений протянул руку Антону, мягко улыбаясь, — или он просто решил нас завтра удивить? — Да неизвестно, может он с семьёй в Москве останется. — Шастун пожал протянутую руку Попова, отвечая на улыбку. — Так, ладно, Позова наберём вечером, пусть увидит, что теряет! А теперь – вперёд!       И мужчины, подхватив свои чемоданы, пошли прямиком к своим блаженным семи дням отдыха. ***       Афины весной – самый правильный выбор. Греция, всегда готовая к туристам, встречает их чаще всего летом, что довольно-таки логично. Но как же трудно от этого тем людям, которые хотят побыть в спокойном, не переполненном городе. Так что неполный состав «Импровизации» не скрывал улыбки, ведь та гармония, которая присутствовала в Греции в такое время года, дала понять им, что они давно забыли что такое отдых. А главное, что каждый понял, что очень скучал по нему. — И какие у вас планы? — Шастун убрал достающий его телефон, предварительно выключив звук. — Да какие планы, Шаст? У этого старика на уме одно море, наверное, да, Арс? — Матвиенко получил осуждающий взгляд с переднего сидения. — Так что если у тебя они есть – смело делись ими с нами. — Да у меня тоже как-то… Разве что только музеи? — Ты когда успел заделаться долбанным любителем старинной херни? Понятно, каши с вами не сваришь. — Что ты имеешь против музеев, Матвиенко? — Арсений впервые за долгое время подал голос. — Совершенно ничего, и тем не менее я музеи могу поглядеть и в Москве. — Интересный ты тип, музеи-то везде разные! — Да ну? — сказано это было с явным сарказмом, что не скрылось ни от одного сидящего (не считая водителя, который, совершенно ничего не понимая по-русски, думал, что в его машине обсуждается заговор мирового масштаба), хотя Сергей ничего и не пытался скрыть. — Слушайте, ну давайте по старинке: сначала мы откисаем в номерах, а потом ищем нормальный ночной клуб и уже откисаем там всю ночь. — Серёжа откинулся на сидение с таким видом, будто сказанный им вариант был единственным возможным и правильным. — Вообще ничего нового, Серый. Ну можем мы хоть один отдых начать по-другому? — Арсения не до конца устраивал этот вариант, быть может потому, что он, как говорят, приелся. — Вот скажи мне, ты на Новый год ёлку наряжаешь? — Серёжа вперился глазами в зеркало, поскольку его друг не поворачивался к нему лицом. — Что за вопросы пошли? — Наряжаешь? — уже с нажимом спросил мужчина. — Допустим. — Во-о-от! А наряжаешь ты её почему? — У тебя детство в одном месте заиграло что-ли? Ты чё ко мне прицепился? До Нового года ещё добрых полгода! — Ну что же ты за человек, Арс?! Ну ответь ты по-человечески! Почему ты наряжаешь елку на Новый год? — Традиция такая, всё? — Вот! Традиция! Тра-ди-ци-я! И у нас тоже традиция, Арс. Ну нельзя начать отдых, не сходив в первый день в клуб.       Антон, до этого молча улыбающийся, вклинился в разговор: — Интересные у тебя традиции, Серёг. Ну хорошо, сегодня можно и в клуб. А завтра что твои традиции наказывают нам делать? — А завтра – это завтра. Вот наступит, тогда и будем смотреть, че мои традиции нам готовят. — достав телефон, Матвиенко проверил время. Просидев там пару минут, он добавил: — А пока что готовьте свои желудки для классных коктейльчиков, я походу зачетный клуб нашёл.       Мысленно помолившись, Арсений попросил у Бога, чтобы этот вечер прошёл относительно спокойно. *** — Матвиенко, ты собираешься выходить из номера?! — уже как десять минут Арсений пытался добиться ответа, ведь его друг не удосуживался ответить на звонки, поэтому приходилось пробиваться к нему в прямом смысле. — Слушай, я же сейчас пойду на ресепшн и попрошу открыть дверь, а после того как они откроют дверь, я… — не успел он договорить, как перед ним оказалось лицо Сергея Борисовича Матвиенко. — Добрый вечер. А чё это ты меня динамил добрых полчаса? — Я собирался! — с улыбкой отозвался Серёжа, на что Арсений издал смешок. — Собирался он… Ух, ну ты и надушился! Ты в клуб собрался пить или отравлять обоняние людей? — Какие мы язвительные! На мне, между прочим, счастливые плавки, — тут Матвиенко перешёл на шёпот, — так что у меня все козыри! Этот вечер будет незабываемым… — На кой черт тебе плавки в клубе? Единственное море на этот вечер, который я тебе пророчу, так это алкогольное. — Попов прошёл в ванную комнату, попутно оценивая номер. — Ну ты и впрямь уже стареешь, друг мой. Они счастливые! Если не понял, читай по губам: счастливые! — Серёжа пошёл за Арсом. — У тебя самого какие планы на этот вечер? Решил безбожно напиться, я прав? — Ой-ой-ой, а ты будто не решил. Так, подожди, — мужчина облокотился на рядом стоящий высокий шкаф, — Шастун тебе звонил? — Да говорю же тебе, я в трансе был, никого не видел, никого не слышал.       Арсений на это лишь цокнул и полез за телефоном, выискивая номер Антона. Когда же тот взял трубку, они договорились о встрече на ресепшене через десять минут. — И чего мы встали? Счастливые плавки сами себя не выгуляют, так что вперёд. — Арсений легонько подтолкнул друга к двери. Сегодня Попов намеревался забыться. ***       Шастун, выискивая подходящие под его наряд кольца, думал о предстоящем вечере. Не то чтобы в его планы входили пункты, где он с ребятами будет творить всякую херню под действием крепких напитков, но релакснуть он всё же собирался. Антон мечтал об этом настолько долго, что даже греки не будут его смущать своим присутствием.       Антон достал телефон, открывая приложение с музыкой. Роясь в голове и перебирая все знакомые песни, он врубил английскую. Песня «Dancin» от Aaron Smith создавала идеальную атмосферу, так что импровизатор улыбнулся до ушей. Плевать, что он здесь будет всего неделю, главное, что будет. Антон попытается выжать из этого отдыха максимум, чтобы потом никакие Стасы Шеминовы не могли испортить ему настроение. Шастун уверен, ни одни день в этой неделе не будет однотипным. Уж он постарается.       Проверив содержимое барсетки, Антон натянул кепку (и плевать он хотел, что уже вечер и солнце уже через два часа спрячется). Шастун запер дверь, несколько раз проверил, подёргав, и пошёл на ресепшн.       Спустившись, он начал искать знакомые лица друзей, однако никого ещё не было. Ну что же, он подождёт, в конце концов вся ночь впереди. Антон уселся на диване и взял какой-то журнал со столика. Да, это было бессмысленно, ведь греческий язык он не знал от слова совсем, а эти странные буквы, не напоминавшие ни русский, ни английский, вообще сводили его с ума, так что Антон принялся рассматривать фотографии, не обращая внимания на различные предложения. — Я тебе отвечаю, я сегодня не буду в говно! — позади Антона прозвучал знакомый голос. — Я знаю меру всему, отвечаю. — Матвиенко, смотри, чтобы твои меры подходили под твои возможности. О, смотри, Шаст уже нас ждёт! А я говорил, что нужно собираться быстрее. — желание Арса быть пунктуальным везде и во всём никогда не шло в одну ногу с тем, что получалось у Матвиенко. А вот у Матвиенко редко бывали случаи, когда он и успел вовремя приехать на мероприятие, и не забыл нужные бумажки, и вдобавок с хорошим настроением. — Пацаны, здарова! — Антон отложил журнал мод, протягивая по очереди руку импровизаторам для приветствия. — Ты долго нас ждал? — Да не, не парься. — Шастун запнулся, принюхиваясь к резкому запаху. — Матвиенко, это ты так надушился? — Да идите вы в жопу, девушкам зайдёт! — Сергей Борисович, судя по всему, сильно оскорбившись, пошёл к выходу. — Делайте ваши ставки, скольких дам он сегодня покорит? — Антон уже даже не пытался сдержать улыбку, ведь Серёжа вышел, а значит не оскорбится. — Пф, им счёту нет! — тут Арсений внезапно перешёл на шёпот, подойдя поближе к Антону. — Более того, на нём сегодня счастливые плавки. — Шастун разразился громким смехом, представляя себе плавки с цветочками на заднице, которые должны будут покорить всех женщин в клубе.       Эта ночь будет крутой, по крайней мере именно такого рода клятву дал себе Шастун перед выходом из отеля.