Глупая игра

      Друзья справились с делами еще до обеда. На какое-то время они разошлись: Лера пошла в гости к живущей неподалеку тёте, а Рома с бутылкой холодного лимонада отправился на озеро, чтобы почитать. Тень беседки и сладкий вкус напитка расслабили его, заставив забыть о тягостных мыслях о друзьях и родителях, а любимый Воннегут перенес его в мир абсурдного сюрреализма и фантастических героев. Время за книгой пролетало незаметно. Рома не обращал внимания ни на дедушку, собиравшего в огороде малину, ни на котов, норовящих ткнуть ему хвост в лицо, ни на летающих рядом ос. Зато привлечь внимание к себе смогла соседка, проходившая мимо калитки:       — Хозяева дома? – громко спросила она, увидев на участке мальчика.       — Дома. – ответил Рома, не сразу поняв, откуда доносится звук.       — А ты чего тут сидишь? – женщина явно была настроена недоброжелательно. – Ты вообще кто? Племянник, чи шо?       — Друг хозяйской внучки. На каникулы приехал.       — Леркин друг? – не унималась соседка.       — Да, меня Рома зовут.       — Марина Петровна, – женщина внимательно оглядела подростка с ног до головы. – Хозяйку позови.       Рома слегка опешил, но таки пошел в дом и попросил бабушку Леры выйти к назойливой соседке. Вместе они вернулись к озеру.       — Не знала, Пална, что ты теперь у себя постояльцев принимаешь, – Марина Петровна вновь посмотрела на Рому. – Он хоть по дому помогает?       — Конечно, он вообще хороший мальчик, – Людмила Павловна с еле сдерживаемой улыбкой повернулась к подростку. – И с Лерой они уже не первый раз приезжают.       — Ну-ну. – вполголоса проговорила соседка и, расспросив хозяйку про бытовые дела и пожаловавшись ей на высокие цены в хозяйственных магазинах, пошла к своему участку, который, как оказалось, находился прямо напротив дома Леры.       — Ты не обращай внимания, – сказала бабушка уже после того, как соседка закрыла за собой дверь калитки. – Она единственная из соседей недружелюбная.       Рома только пожал плечами и вернулся к чтению.       Совсем скоро Лера пришла от тёти. Друг рассказал ей о знакомстве со сварливой соседкой, и та расхохоталась.       — Кажется, тёте Марине ты не понравился, – она сочувственно поглядела на Рому. – Тяжко тебе придется.       — Что в ней такого страшного?       — Она очень вредная – может накричать на тебя по поводу и без.       — Переживу как-нибудь.       — А еще она очень странная, – Елисеева сощурилась. – Когда-то давно у неё был муж, но в один день он просто исчез. Взрослые судачили, что бедняга от неё сбежал, но мы, еще будучи маленькими, верили, что тётя Марина – колдунья, и убила своего мужа для ритуала.       — Вот как.       — С тех пор она живет одна. Детей у неё нет, другой родни тоже, поэтому она часто пристает к нам. Единственный её досуг – это телевизор и огород. На участке у тёть Марины растет столько всего вкусного: малина, крыжовник, смородина, вишня… Но она никогда никого не угощает.       — Куда же она все это девает?       — Это знает разве что ведущий «Необъяснимо, но факт».       — А соседские дети не берут ничего с её огорода?       — Ты что, побойся Бога! – Лера была удивлена словам друга так, как будто он сказал что-то очевидно невозможное. – Пару лет назад Вадим и Митя полезли к ней за черешней. В огород прокрались ночью, чтобы никто их не заметил. Ну и что ты думаешь? Тёть Марина услышала в кустах шорох, прибежала в огород и отхлестала бедняг крапивой!       — А… а потом?       — А потом за ухо привела их к бабушке и заставила на коленях просить прощения. На следующее утро весь квартал знал, что Вадим с Митей "воры, которых нужно держать на цепи".       — Я понял, её участок лучше обходить стороной.       — Для подстраховки я бы рекомендовала еще не говорить рядом с ней о чем-то личном. Если, конечно, не хочешь, чтобы оно разлетелось по Хадыженску быстрее молнии.       Рома молча кивнул.       Солнце припекало уже так, что даже в теньке было невозможно сосредоточиться, поэтому Рома отложил книгу, и подростки ушли в дом, где коротали время за просмотром старинных фотографий и рассказами дедушки Леры о его походах в горы с экспедиционной командой.       Ближе к четырем друзья стали собираться в город. Лера, не любившая местный стиль, облачилась в светло-зеленое платьице с рукавами-фонариками. В нём она смотрелась очень органично и как будто сливалась с природой. В магазинах Лера редко находила себе вещи по вкусу, поэтому приходилось выискивать что-то в комиссионках или шить самой. Зеленое платье ей помогла сделать бабушка.       Рома остался в любимых бежевых шортах, но терракотовую рубашку заменил на льняную светло-коричневую. Скинув с ног фиолетовые галоши, он быстро натянул свои «Адидасы» и выбежал во двор, где теперь было довольно свежо благодаря ветерку. Рома посмотрел по сторонам, в который раз восхищаясь обилием зелени вокруг. Закрыв глаза, он медленно поднял руки вверх и сделал глубокий вдох, замерев так на несколько секунд. В голове как будто наступила гармония, и ничего не могло волновать его в эту секунду – так сильно было влияние чистого воздуха. Из оцепенения его вывел звонкий голос подруги, подошедшей к нему со спины.       — Медитируешь? – спросила она, улыбаясь.       — Типа того.       — Успеешь еще. Пойдем в город.       Друзья вышли за калитку и двинулись к автобусной остановке. Рома шёл, шаркая ногами по асфальту, а Лера смотрела на него и улыбалась. Заметив это, Лебедев остановился.       — Я что, настолько смешон? – спросил он, смущаясь.       — Нет, просто за тобой интересно наблюдать.       Рома чуть склонил голову набок.       — Ты здесь ведешь себя по-другому, более расслабленно, что ли. Такое чувство, что в Краснодаре ты сдерживаешь эмоции, а в Хадыженске становишься собой.       — Может, так оно и есть. Только не смотри на меня как сейчас, а то я чувствую себя прокаженным.       До центра доехали быстро. Маленькая маршрутка доставила их прямиком к дому культуры нефтяников, где собиралась вся молодежь. Еще выходя из автобуса, Лера заметила на другой стороне улицы коренастого парня с коротко остриженными темными волосами, тепло ей улыбнувшегося.       Они встретились напротив ДК. Перед Ромой возникла компания из пяти человек. Тот, кто должен был оказаться Вадимом, стоял чуть впереди остальных. Он был одет в серую футболку с названием какого-то спортивного клуба, на шее висела серебряная цепочка с крестом, а на пальце красовался массивный перстень.       — Привет, сестренка. – он нежно потрепал Леру по волосам.       — И тебе привет. Познакомься, это Рома.       Вадим с интересом оглядел стоящего перед ним подростка и пожал протянутую ему руку.       — Вадим. Оч приятно, – в голосе не было никакой враждебности, но выражение его лица намекало Роме на то, что его внешний вид не пришелся по вкусу местным. –Первый раз тут?       — Да нет, уже пятый.       — Пятый? Как это мы раньше не виделись? – Вадим не стал ждать, пока Рома ответит, и отошел в сторону, представляя товарищей. - Это Витя, это Митя. – братья по очереди протянули Роме руки. Они действительно были очень похожи: оба рыжие, веснушчатые пареньки с торчащими во все стороны волосами, одетые в широкие олимпийки. Витя был чуть повыше брата и имел заметный шрам на лбу. Митю от старшего отличали лишь смешно оттопыренные уши.       — Даня, – следующим руку протянул подкаченный парень в черной футболке и таких же темных очках. – Приятно.       Тёма подал руку последним, демонстрируя явное нежелание вступать в разговор. Рома внимательно оглядел его: это был паренёк среднего роста со светло-русыми волосами, не разделенными пробором, карими глазами, широкими бровями и крупным, чуть вздернутым, носом. Черты его были приятными и как будто безобидными, но надменный взгляд и снисходительная улыбка портили всё впечатление от, казалось бы, красивого лица. На нём была серая футболка с логотипом спортивного бренда, бриджи и потрепанные кроссовки.       — Городской, что ли? – спросил Артём, пробежавшись по Роме оценивающим взглядом.       — Да, – спокойно ответил тот. – Городской.       — Оно и видно. – буркнул себе под нос Тёма и отошел к друзьям.       — Ну чё, идём в парк? – предложил Вадим и, не дожидаясь ответа, повел компанию за ДК. Рома и Лера шли последними.       — У них какие-то проблемы с краснодарскими? – шепотом спросил Лебедев.       — Не бери в голову. Здесь многие считают, что в городе мы все едим с золотых тарелок, и всё нам достается просто так, пока они тут в поте лица стараются выбиться в люди.       — Забавно. Можно подумать, им кто-то мешает учиться.       — Люди всегда стараются оправдать чужие успехи удачей или жульничеством, чтобы было не так обидно смотреть на собственные провалы, – Елисеева пожала плечами. – Так что просто не обращай внимания. – Лучше скажи, как тебе Тёма?       — Мы же только поздоровались.       — Ну хотя бы первое впечатление есть?       — Первое впечатление – мудак мудаком. Чего он так на меня пялился?       — Ты ему понравился, – пошутила подруга. – Думаешь, он все-таки плохой вариант?       — Ничего я еще не думаю. Дай мне немного времени.       Парк за ДК был совсем крошечным и больше напоминал закуток перед площадью, нежели зону отдыха. В тени деревьев располагались расставленные полукругом лавочки, чуть дальше от них стояли детская площадка и турники. Людей было не так уж много, в основном в парке резвились дети. Компания заняла длинную скамейку в самой дальней части парка и приступила к расспросам вновь прибывших. Вадим интересовался успехами сестры и рассказывал о своих делах в автомастерской, Витя и Митя постоянно шутили над всеми собравшимися и периодически отпускали остроты в адрес друг друга, Даня поддерживал любое обсуждение, а Тёма молчал. Казалось, он был в напряженном раздумье и совсем не интересовался происходящим вокруг.       — Ну и куда ты решила поступать? – осведомился Вадим у Леры.       — В КГИК, как и хотела, – не без стеснения ответила девушка. – А ты не хочешь дальше учиться?       — Идти в шарагу и заниматься там тем, что я и так умею? – Вадик непонимающе уставился на сестру. – Наше с батей дело идёт и без образования.       — А я вот хочу пойти на повара, – добавил Витя. – Уже документы подал.       — Я в следующем году тоже на повара пойду. – вставил Митя.       — Слыш, малой, ты задолбал за мной повторять! – Витя легко толкнул брата в плечо. – Его туда не возьмут, он дурак.       — Сам ты дурак! – обиделся Митя. – Я вчера такие макароны сварил, ты помнишь?       — Какие «такие» – слипшиеся?       — Ну а куда ты идешь, Рома? – Вадик знал, что разбирательство между братьями затянется надолго и продолжил разговор.       — На химический.       — Зелья варить?       — Почти, – прыснул Лебедев. – Даня, ты ведь не учишься?       — Мне и в мастерской хорошо. – ответил он.       — Ну, а Тёма? – спросила Лера.       — Для начала – в одиннадцатый класс. Потом – на инженера, – сухо ответил тот, пощелкивая семечки.       — Та не пойдёт он на инженера, он физику не сдаст! – Вадик хлопнул друга по плечу. – Будет как батя, на заводе батрачить.       — Ну буду и буду, вам-то какое дело, – Артём отвернулся от говорящих и продолжил сплевывать шелуху от семечек под ноги.       — Он не любит говорить про учёбу, – пояснил Даня. – ему ж вся эта лабуда инженерная не нравится.       — Зачем тогда выбрал её? – удивилась Лера.       — Родители настояли. Так он еще им назло перестал физикой заниматься. Запустил так, что его в одиннадцатый класс не хотели переводить. Вот ему и остается – либо науки, либо завод.       — Пристали вы ко мне с этим заводом! – Тёма развернулся лицом к компании. – Всяко лучше, чем шутом на сцене скакать.       Он с вызовом посмотрел на Леру. Девушка покраснела и сразу же отвела взгляд, чтобы не выдавать, что слова Тёмы её по-настоящему задели. Витя и Митя молча уставились на расстроенную девушку, Даня неодобрительно глянул на Тёму, Вадим нервно забарабанил пальцами по скамейке.       — Тём. – начал было он, но его прервал суровый голос Ромы.       — Сейчас же извинись.       — Слыш, фраер, – Тёма поднялся с подлокотника лавочки, с вызовом посмотрев на Рому. – Ты поругаться хочешь?       — Я хочу, чтобы ты извинился перед Лерой, – он тоже встал со своего места. – Больше ничего.       Остальная компания молча наблюдала за происходящим.       — Благородный такой?       — Не знаю. Просто извинись и все.       — А если нет? – Тёма стал сокращать между ними дистанцию.       — Тогда по-другому поговорим. – Рома не двигаясь следил за действиями оппонента. Внутренне он находился в легком волнении, ведь никогда в жизни не дрался и вообще презирал любое насилие, но внешний вид собеседника и его агрессивный настрой заставляли думать, что оно неизбежно.       — Это ж как? Ну-ка расскажи.       — Покажу, если не извинишься.       Тёма подошел к нему вплотную и заглянул в глаза. У них была существенная разница в росте – сантиметров на десять, так что Тёме пришлось чуть запрокинуть голову. Несколько секунд они, не шевелясь, буравили друг друга взглядом, пока вспыльчивый подросток не рассмеялся, хлопнув Рому по плечу.       — Я хотел проверить, пацан ты или не пацан. Походу, у тебя не все потеряно, – он потрепал Рому за воротник рубашки и обернулся к Лере. – Прости, я не со зла.       — Тём, ну ты и придурок, – прошипел Вадик. – Я уже сам хотел тебе морду набить.       — Еще успеешь, – Тёма вернулся на свое место. – На чём мы там остановились?       — На заводе. – грубо бросил Рома.       — Кстати, это отличная идея! – ни с того ни с сего воскликнул Митя.       В глазах остальных читалось непонимание, и он поспешил объяснить.       — В смысле, пойдём на машзавод? Там как раз людей нет.       — А что нам люди? – спросил Тёма. – Мы вроде не кусаемся.       — Во-первых, я хочу пива, – Митя начал загибать пальцы. – Во-вторых, здесь куча детей, и их мамки уже готовятся сделать нам замечание по поводу семечек. В-третьих, здесь может проходить Матвеев, и он не обрадуется, если увидит нас с бутылками возле ДК.       — Кто такой Матвеев? – осведомился Рома.       — Директор школы. – пояснил Вадик. – Он тут недалеко живёт.       — Идти чёрте куда, чтобы ты выпил пива? – Тёма всё так же был недоволен.       — Как будто ты бы сейчас отказался.       — У меня с собой всё равно денег нет. – он равнодушно пожал плечами.       — Анненский, не ломайся. – Вадик встал со скамейки и хлопнул его по плечу. – Мы угостим.       — Анненский? – переспросил Рома, выпучив глаза. – Это твоя фамилия?       — Ну? – Тёма недовольно покосился на собеседника.       — Ничего, просто она как у…       — Как у поэта, я в курсе. Русичка мне все уши прожужжала, – голос его стал писклявым и неприятным, а сам он принялся размахивать руками, пародируя учительницу. – «У тебя такая прекрасная фамилия, а ты позоришь её своим отношением к учёбе! Бла-бла-бла, будто кому-то не плевать на Анненского в двадцать первом веке!»       — Многим не плевать, – обиженно ответила Лера. – Ты просто ничего не понимаешь.       — Куда уж мне.       Это прозвучало очень резко, с явным сарказмом в голосе, но Рома успел заметить, как при Лерином замечании у Тёмы буквально на пару секунд погрустнели глаза. Впрочем, он почти сразу же замолчал и больше не пытался вывести девушку на эмоции. Всей компанией они отправились на машзавод.       Солнце светило так ярко, что от него рябило в глазах. Остатки свежести были поглощены ужасной духотой, спастись от которой можно было разве что в воде. Несмотря на тридцать шесть градусов Цельсия в тени, никто из компании не стал снимать своих кофт и олимпиек, будто в них была какая-то особая сила.       До машзавода нужно было идти пешком по одной из пронизывающих город улиц. Компания не помещалась на небольшой дорожке, и пришлось разделиться на группы по два-три человека. Вадик и Лера шли впереди, обсуждая свежие новости из их большой семьи, следом плелись Витя, Митя и Данил. Замыкали линию Рома и Артём.       Минут десять они ни о чём не говорили: Анненский раздражённо пинал ногами землю, а Рома осматривался, сильно щурясь от солнца. Он так засмотрелся на виднеющиеся вдалеке силуэты гор, что не заметил, как ступил на шаткий мост через протекающий внизу ручей. В некоторых местах металлические пластины отошли от опоры моста, и их нужно было перешагивать, чтобы не угодить ногой в дыру, но занятый пейзажем Рома не обратил на это внимания.       Его нога уже готова была провалиться вниз. Не почувствовав под собой землю, Рома понял, что оступился и сейчас упадёт, но ожидаемого удара не случилось – Тёма успел подхватить его под мышки и вытянуть на целую часть моста.       Несколько секунд Лебедев не мог отдышаться. Потом до него дошло, что он чуть было не поцеловал землю и что помешал этому Артём, стоящий рядом с абсолютно невозмутимым лицом.       — Живой? – больше для приличия спросил он.       — Вроде да, – Рома нервно выдохнул, приглаживая к голове тёмные волосы. – Спасибо.       — Ага, – голос его немного потеплел. Видимо, Рома выглядел со стороны очень комично и рассмешил своим видом недовольного подростка. – В следующий раз смотри под ноги. – он хлопнул парня по плечу и бросился догонять успевших отойти на приличное расстояние друзей. Они так разговорились, что не услышали ни шума от Роминого падения, ни Тёминых просьб подождать.       По дороге к машзаводу ребята взяли себе напитки по вкусу: хадыженцы – пиво, приезжие – лимонад. Даня и Витя с непониманием отнеслись к тому, что Рома не поддержал их в выборе, но промолчали.       Место, где собирались остановиться друзья, представляло из себя остановку недалеко от завода. Это была старая бетонная конструкция с двумя полусгнившими лавочками и неровной крышей. Фонарей рядом с остановкой не было. Единственным источником света в ночное время являлась уличная лампа через дорогу, освещавшая не только дворик частного дома, но и улицу рядом с ним. За остановкой был высокий забор, по бокам – несколько домов и продовольственный магазин.             Машины в это время почти не проезжали, и создавалось ощущение, что подростки гуляют в этом городе совсем одни.       Было еще светло, но облака стремительно розовели, как бы прикасаясь к вершинам гор. Небо каждую минуту менялось, извещая всех о скором завершении дня. Ребята расселись кто где влез и продолжили болтать. Пива было взято про запас, и со временем разговоры становились только веселее и откровеннее. Компания Вадима потихоньку привыкала к новому члену и стремилась узнать побольше о нём.       — Ну и чем вы там, в своём Краснодаре, занимаетесь? – спросил уже изрядно подпитый Митя.       — Ну, нам с Лерой нравится театр. Мы часто туда ходим.       Митя и Тёма аж прыснули со смеху.       — И что вы там смотрите? – не унимался Артём. – «Вот мой Онегин на свободе, острижен по последней моде»?       — В том числе. – Рома никак не отреагировал на издёвку Анненского, но для себя отметил его не большое, но всё-таки знание классики.       — Да, – подхватила девушка. – Мы много гуляем, иногда вместе занимаемся, но больше всего любим ходить на спектакли. Рома, я уверена, знает расписание сезона наизусть.       — Я думал, вы на футбол гоняете. Когда батя вернётся с Урала, мы поедем на стадион.       — Врёшь, никуда вы с ним не поедете! – Витя стукнул брата по лбу.       — Поедем, он обещал! – Митя, опьяневший после первой же бутылки, сильно расстроился из-за недоверия к своим словам. – А тя с собой не возьмём, потому что ты тупой!       — Сам ты тупой!       — Эй, ребят, – Лера вытянула руку вперед так, чтобы она выглянула за навес. – Дождь начался.       — Эх, а как домой идти? – печально произнёс Митя. – Мама меня убьёт за промоченную кофту.       — Зато протрезвеешь. – оптимистично добавил Данил.       Небо как по щелчку пальцев заволокло мрачными тучами. Сразу стемнело, и мелкий дождичек быстро сменился настоящим ливнем. Крупные, прямо падающие капли как будто создавали невидимую стену вокруг себя, прибивая к асфальту дорожную пыль, отчего воздух стал невероятно приятным и свежим. Сквозь тучи пробилось два-три розовых луча, и на мокрой земле стала поблёскивать радуга.       Все как завороженные наблюдали за происходящим. Выйдя из оцепенения, Рома встал, снял кроссовки и быстро, видимо боясь передумать, выбежал под дождь. В полутьме от слабого фонаря было видно только его радостное лицо и разведенные в стороны руки. Он поднял голову к небу и что есть силы закричал. Даже шум от дождя не сумел перекрыть собой этот отчаянный крик.       — Пацаны, ему пива никто не подливал? – осведомился Вадик.       — Нет, это он просто весёлый, – ответила улыбающаяся Лера. – Давно его таким не видела.       Набравшись решимости, она тоже бросилась под дождь.       — Стой, ты куда? – успел спросить Даня, протягивая ей вслед руку.       — Рома, я к тебе! – крикнула Лера и тут же упала к нему в объятия.       Ливень мгновенно вымочил их до нитки, но друзья совсем забыли о холоде. Они покружились, держась за руки, а затем стали бегать друг за другом, визжа и брызгаясь. Вода стекала с волос и одежды ручьём, а друзья этого не замечали – они приехали сюда, чтобы жить и ловить радостные моменты уходящего детства, а значит все правила и условности должны были ненадолго исчезнуть.       Лера остановилась, чтобы отдышаться, а Рома в это время подкрался к ней со спины. Лебедев хотел напугать подругу, но она услышала его шаги и развернулась, протягивая руки для объятий. Разгорячённые подростки прижались друг к другу и от души засмеялись. Сейчас они были самыми счастливыми детьми на планете.       Через время дождь утих, и друзья вернулись на остановку. Рома теперь изо всех сил старался вернуть промокшим волосам прежнее положение, зачёсывая их на левую сторону. Лерино платье прилипло к телу, облегая фигуру, и девушка раскраснелась, когда стала замечать на себе взгляды парней из компании.       — Я не понял, – недоумённо произнёс Вадим. – Вы что, мутите?       — Мы? Нет конечно, – рассмеялась Лера. – Мы просто самые-самые лучшие друзья.       — Прозвучало грубо, знаешь ли, – ответил занятый волосами Рома.       — Ты со всеми подругами так обжимаешься? – Вадим явно был недоволен таким вниманием к своей сестре.       — Что? Да я не… – Рома густо покраснел.       — Вадим, я ему не интересна. – Елисеева поспешила защитить друга от подозрений.       — Ты педик, что ли? – Воскликнул Митя.       Рома совсем стушевался. Ситуацию вновь спасла Лера.       — Его привлекают только химические формулы. А со мной он обнимается, потому что я это люблю.       — Динамишь паренька? – Вадик немного остыл. – Это похвально. Только если я увижу, что ты забываешься, тебе будет очень невесело. – добавил он, глядя на оторопевшего Рому.       В этот момент у того зазвонил телефон, и он ненадолго отошёл от остановки.       — Митя совсем окосел, – отметил Даня. Он тыкал в друга пальцем, но тот никак не реагировал. – Не надо было давать ему еще пива.       — Тогда, может, отведёте его домой? Нам с Ромой тоже пора идти.       — И правда, засиделись мы, – Вадим и Даня взяли Митю под руки. – Завтра идём гулять?       — Конечно, в любое время.       — Рад, что ты приехала, сестрёнка. И своему другу скажи, что нам было приятно познакомиться.       — Говорите за себя, – буркнул Анненский. – Я этих фраеров городских гнал бы взашей отсюда.       — Да ладно тебе, он вроде нормальный пацан. – вынес свой вердикт Витя. С ним согласились Вадик и Данил. Тёма не сказал больше ни слова. Он пожал товарищам руки и ушёл восвояси.       Ребята попрощались и разошлись в разные стороны. Лера и Рома небыстро шагали в сторону дома. Теперь совсем стемнело: фонарей почти не было, везде стрекотали кузнечики, а в лужах отражались огромные звёзды. В Краснодаре они никогда не сияли, а здесь, вдали от подсвеченных многоэтажек, небо мерцало так, что казалось, до звезд можно дотянуться рукой. Ребята шли босиком по лужам и старались придумать убедительное объяснение своего внешнего вида – бабушка Леры очень волновалась за здоровье внучки и не позволяла ей просто так ходить под дождём даже в тридцатиградусную жару.       — Давай скажем, что мы были у «Паруса»? – предложил Лебедев.       — Нет, она поругается на нас за то, что мы не переждали дождь там.       — А может, мы шли к остановке и не успели добежать к укрытию?       — Вдоль дороги растут деревья – мы могли бы остановиться под ними.       — Тогда давай просто примем свою судьбу и честно отработаем наказание.       — Нас не накажут. Просто бабушка будет переживать и постарается заставить нас постоянно мерять температуру.       — Переживём, а перед бабушкой извинимся, – Рома взял подругу за руку, чтобы поддержать. – Мне мама звонила. Ругалась, что не звоню ей первым.       — Это нормально, она волнуется и скучает.       — Так скучает, что не пошла меня провожать, когда я уезжал.       — Да брось, может она была занята.       — Да-да, знаю. Она очень занятая женщина.       — Кстати, – Елисеева поспешила перевести тему. – Мальчики сказали, что ты им понравился. – про неприятный комментарий Артёма она решила умолчать, так как хотела верить, что он сказал это не со зла.       — Даже так? – он усмехнулся. – Приятно знать.       — А они тебе?       — Все, кроме этого Тёмы. Строит из себя невесть что.       — Ты просто ревнуешь, – с издёвкой в голосе протянула Лера. – Поэтому он тебе и не нравится.       — Было бы, к кому ревновать.       — Ах так?       — Да, – с вызовом ответил он. – Мне бы не составило труда перевести на себя твоё внимание, учитывая то, на кого оно сейчас обращено.       — Ты слышал, он знает Онегина?       — Выучить две строчки не так уж сложно, – скептически ответил Рома. – Хотя странно, что он решил выпендриться так. Думаю, здесь не кичатся знанием Пушкина.       — И фамилия у него очень даже говорящая.       — Не придумывай себе идеальный образ. Я говорил, что подружусь с ним – я это сделаю. А там уже посмотрим, какой он человек.       — Только пообещай, что не будешь ревновать. – шутливо попросила девушка.       — Да я не…       — Обещай!       — Ладно, хорошо, не буду! Просто дай мне время.       Дома их ждала взволнованная бабушка. Как и догадывалась Лера, Людмила Павловна не могла уснуть, не убедившись, что дети вернутся сухими и, увидев их слипшиеся волосы и полупрозрачные от воды наряды, в ужасе всплеснула руками и по очереди погнала ребят в баню отогреваться. К ужину они не успели, так что наспех перекусили бутербродами и разошлись спать.       Перед сном Рома немного почитал. Уже засыпая, он вспомнил, что не отметил в блокноте сделанные пункты и поспешил поставить напротив двух из них галочки. Как-никак, в огороде он сегодня поработал на славу, да и с друзьями Леры не облажался.       Сны в эту ночь ему снились яркие и беспокойные.