Глупая игра

      Солнце еще не успело как следует разогреть Землю, и у воды было довольно прохладно. Лучшее время для купания было еще впереди, однако никого из компании подростков это не останавливало. Витя и Митя, появившиеся раньше всех на речке, уже пригубили светлого пива и радостные плескались в воде. Рома, взлохмаченный и явно не выспавшийся, сидел с Лерой на берегу и грыз сорванную недавно травинку. Лера кидала в воду маленькие камешки. Ждали остальных ребят из компании.       Через некоторое время возле берега послышались шаги. Это были Вадик и Артём. Вадим был в своей любимой олимпийке, привезенной в прошлом году из Краснодара, а Тёма – в зеленой футболке, отлично подходившей ему под выгоревшие волосы. За спиной Вадима маячил чехол от гитары. Увидев его, Лера моментально подскочила и радостно заверещала:       — Это же гитара!       — Странно, я вроде балалайку брал.       — Спасибо, что взял, – Елисеева обняла брата. – А где Даня?       — Батя задержал его в мастерской. Часа через два придёт.       Ребята оперативно разложили на берегу свои вещи и принялись раздеваться. В отличие от братьев, скачущих в воде как маленькие дети, Вадим и Тёма еще не пили алкоголь, и Лера засомневалась, что они не замерзнут.       — Если мяться, то, конечно, замерзнешь, – поучительным тоном отметил Вадик. – А мы на месте стоять не собираемся.       — Всё равно, я бы предпочла пока не залезать в воду.       Рома, до этого отрешенно рассматривающий травинку, повернулся к подруге и поймал её бегающие туда-сюда глаза. Она посмотрела на него со страхом и стыдом, а потом отвернулась, медленно краснея. Рома знал, что причина такого поведения вовсе не в том, что подруга не хочет купаться в холодной речке. На самом деле, Лера до одури стеснялась своего тела и старалась как можно дальше отсрочить момент, когда ей придется остаться в купальнике. В компании она была единственной девушкой. И если своего брата и Ромы она практически не стеснялась, то взглядов остальных мальчиков Лера предпочла бы избежать. В школе несколько ребят смеялись над ней из-за её фигуры, по их мнению, чересчур объёмной для подрастающей девочки, и Лера стеснялась, когда кто-то из парней проявлял внимание к её телу. К тому же, здесь был привлекающий её Тёма, который, как она была уверена, посмеялся бы над ней, увидев в купальнике.       Мальчики же совсем не стеснялись: Вадим скинул с ног шлёпки и бросился в воду, то же самое сделал и Тёма. У обоих ребят было спортивное телосложение. Тёма и братья любили играть в футбол и ходить "на турники", а Вадик и Данил занимались с железом. Летом они обожали выходить в парк возле ДК и, упражняясь на спортивной площадке, завлекать девочек рельефными мускулами.       Рома поймал себя на мысли, что уже несколько минут неотрывно смотрит на купающихся парней. Ещё бы – он такими мышцами похвастаться не мог. Безусловно, Лебедев уважал спорт, но сам им редко занимался – в основном, чтобы снять мышечную усталость после восьми часов работы над конспектами. У него было обычное тело подростка: костлявое, худощавое и покрытое пушком в некоторых местах. Лебедев не сильно себя стеснялся, но завидев руки и пресса местных спортсменов, почувствовал лёгкую неловкость.       — Водичка – кайф! – прокричал из реки Вадим. – Ром, ну хоть ты не будь ссыкуном и иди сюда!       — Я пока посижу. – настаивал тот. Вид с берега ему явно нравился больше, да и подругу бросать не хотелось.       — Да он сахарный, – прокомментировал Тёма. – Нельзя ему к нам.       Рома оставил это без внимания. «Помни, ты должен с ним подружиться», – повторял он себе.       — Ты же не мерзляк, – сказала Лера. – Чего не заходишь?       — Я пойду, только если ты пойдешь со мной.       — Я заболею, вода холодная…       — Мы оба знаем, что причина не в этом, – глаза Ромы цепко сцепились с её, не давая девушке отвести взгляд. – У тебя шикарная фигура, и не вздумай её стесняться.       — Ты её почти не видел. – Лера залилась краской.       — Того, что видел, достаточно, чтобы так думать. И потом, ты будущая актриса! Тебя будут показывать со всех ракурсов, ты должна быть готова к любым ролям. А вдруг тебе придется играть голой на глазах у публики?       — Замолчи уже! – раздражённо бросила Лера. – Так и быть, пошли купаться.       Вода действительно оказалась не холодной, но ветер, поддувающий всё сильнее, не давал спокойно наслаждаться отдыхом. Выходя на берег, приходилось обнимать себя за плечи, чтобы не замерзнуть. Лере это было как раз на руку, и она оправдывала свое постоянное нахождение в воде нежеланием выходить на ветер.       Она боялась и одновременно хотела поймать на себе взгляд Тёмы. Сама девушка стеснялась часто на него смотреть, поэтому незаметно попросила Рому понаблюдать, куда устремлены глаза Анненского. Тот послушно выполнил просьбу: вышел из воды, сел на берег, и, будто спасатель, стал следить за купающимися. Тёма действительно поглядывал на Леру, но не чаще, чем на остальных ребят из компании. Периодически он смотрел и на берег, но ни на чем не заострял внимания. Тёма казался усталым и отрешенным.       Ребята искупались, выдохлись и захотели поесть. К этому времени на речку приехал Данил с уже замаринованным шашлыком. Вместе с Лерой и Витей они нарезали овощи и ставили мангал, пока остальные занимали себя разговорами.       — Как твоя нога? – поинтересовался у Ромы Артём.       — В порядке. – протянул тот.       — Ты никогда на дорогу не смотришь?       — Обычно смотрю. Просто тут очень красиво.       Анненский на это лишь недовольно фыркнул.       — Чего? Считаешь, я не прав?       — Когда живешь здесь, перестаешь обращать внимание на природу.       — А жаль. Природа, наверное, лучшая часть нашего края.       — Ну да: отсталые места, зато зелени много.       — Тогда почему ты не переедешь отсюда? – Лебедев перевел взгляд на собеседника.       — Я ещё учусь.       — А потом? Можно ведь поступить в город покрупнее.       — Да кому я там нужен? С моими оценками я не пройду в хорошее место.       — У тебя есть ещё год, мог бы подготовиться.       — Это всё равно бессмысленно, – Анненский бросил в реку камешек. – Где родился, там и пригодился.       — Что у тебя на руке? – Рома обратил внимание на небольшой синяк на предплечье парня.       — В воде, наверное, ударился, – раздражённо проговорил Тёма. – Всё-то ты замечаешь. – Он обхватил руками колени и некоторое время молчал. – А почему спрашиваешь только ты?       — У тебя есть вопросы?       Анненский задумался.       — Ты дружишь с кем-то кроме Леры?       Рома недовольно выдохнул. Ну почему всем так интересно, с кем он общается? Немного помедлив, он произнёс:       — Нет.       — Почему?       — Мне её хватает.       — А брат у тебя есть?       — Нет.       Анненский удивленно глянул на Рому.       — И ты с ней обо всем говоришь?       — Ну да.       — Ты странный. Почему не общаешься с мальчиками?       — Прямо сейчас общаюсь, – Лебедев попытался съехать с темы, но видя, что любопытство Тёмы уже не даст ему отступить, продолжил. – Раньше у меня был еще один друг. Мы учились вместе, я рассказывал ему обо всем, даже о самом личном. Мы с Денисом знали друг друга лет с семи, и, как казалось, были самыми преданными друзьями. Потом он стал меня игнорировать, перестал звать гулять, а когда я спросил, что случилось, выдал мне, что его задолбало быть моим другом для отведения души и сказал больше его не трогать, – Рома закрыл глаза и хохотнул. – Он и Лера были единственными, кто знали о моих проблемах с семьей. Наш последний разговор происходил в школе, на перемене. Я спросил, чем ему так надоел, и он очень громко начал перечислять все то, что я ему доверил – весь класс услышал и про мои разборки с родителями, и про мою неуверенность, и про страх одиночества – Денис, издеваясь, сказал, что теперь не только он знает, и может быть найдется кто-то сердобольный, кто согласится вместо него выслушивать моё нытьё.       Тёма впервые посмотрел на Рому осознанно и как-то по-человечески.       — Он без причины так сделал?       — Денис и раньше был не самым тактичным человеком. Бывало, он не слушал меня, но никогда не подставлял, – Лебедев опять усмехнулся. – Я только не понимаю, зачем было устраивать сцену при всех. Мог бы просто сказать, что не хочет дружить. Он знал, как сильно я не люблю делиться личным с остальными, но всё равно так сделал.       Анненский положил руку ему на плечо, пытаясь неумело выразить поддержку, и, ухмыляясь, добавил:       — Но ты сейчас рассказал это мне.       — С незнакомцами проще – это не одноклассники.       — А вдруг мы станем друзьями?       Рома обвел собеседника взглядом и, смутившись своей откровенности, ответил чуть резче, чем планировал.       — Вряд ли.       — Я бы не был так уверен. С Вадимом мы подружились после того, как он врезал мне за гаражами.       — А? – Лебедев недоумённо уставился на Артёма.       — Ну да, – парень рассмеялся и продолжил рассказ. – Я щемил одного паренька в школе. Он меня бесил своим видом: щуплый, челкастый, со значками на рюкзаке. На пидора смахивает.       Рома от этого немного скривился, но Тёма не обратил на него внимания и продолжил рассказ.       — Так вот. Как-то раз я проходил мимо него в столовой и «случайно» задел локтем. Паренек полетел на пол вместе с подносом. А потом оказалось, что это друг девушки Вадика. Она попросила его заступиться, и Вадим забил мне стрелу после школы.       — Как я понял, ты проиграл?       — Не совсем. Вадик дал мне по лицу, я – в ответ. Мы дрались минут пять, не больше. Потом нас увидела учительница и потащила к завучу. Выходя из школы, он признался мне, что тоже не любит челкастых, и похвалил за хороший удар. Так и познакомились.       — Весело. – только и сумел пробормотать Рома.       Пока они общались, ребята уже расстелили на земле покрывала и приготовились кушать свежеприготовленное мясо.       За обедом прошел почти час. После него они еще немного поплавали на речке, поиграли в карты и, посидев в тишине, решили наконец достать гитару. Витя давно хотел научиться играть и иногда одалживал её у Вадима, поэтому первый потянулся к инструменту.       Он попытался сыграть знаменитую песню Цоя, но напутал бой и перемудрил с перебором, так что никому не удалось насладиться музыкой.       — Вить, прекрати насиловать гитару. Дай лучше мне сыграть.       Парень насупился и недовольно протянул инструмент хозяину. Вадим хорошо управлялся с ней, но совершенно не имел голоса. Он заиграл ту самую песню, которую до него пытался воспроизвести Витя, но никто, кроме их двоих, не знал слов. Насладившись хорошей музыкой на фоне фальшивых завываний, было принято решение искать новую подопытную для великолепного пения ребят.       — А ты можешь «Вахтёрам»? – спросила Лера.       — Фу, я эту попсу не играю, – Вадик внимательно проследил за меняющимся выражением лица Леры. – Попросила бы «Касту» – это я запросто.       — Не нужна мне твоя «Каста», – Лера чуть надула губу. – Я весь день хочу попеть под гитару, а вы непонятно что пиликаете. Ром, ну хоть ты сыграй! – девушка с мольбой посмотрела на друга.       — Я давно не практиковался.       — Ты сам говорил, что песня простая. Ну пожалуйста!       — Ладно, если ты хочешь.       — Спасибо! – Лера просияла. – Вадим, дашь ему гитару?       — Лады, но потом поём наше. – он улыбнулся, закатил глаза и, взяв инструмент за гриф, передал его Роме.       Тот пощупал струны, вспоминая аккорды, и заиграл полюбившуюся им с подругой песню. Лера вступила, как только прислушалась к ритму. Её высокий и мелодичный голос на фоне прекрасно звучащей гитары заставил всех ребят замолчать. Девушка смутилась, но петь не перестала. Она знала, что получается хорошо, а взгляд, которым на неё смотрели друзья Вадима, только подтвердил её мнение. Изредка Лера посматривала на Артёма и еще больше краснела, встречаясь с его темными глазами. Внимание на себя отвлек Рома, начавший петь на припеве. Его голос был достаточно высоким для мужчины и красиво звучал в унисон с Лериным нежным сопрано. У него не было мелизмов, как у подруги, но он также чётко попадал в ноты. Ребята слушали их замерев. Спустя минуту песни к ним присоединился Вадик, до этого уверявший, что не знает слов этой новомодной попсовой песни.       Рома играл не очень громко, но чувственно. Инструмент уверенно лежал в его руках, и он совсем не смотрел на гриф. Лебедев обводил глазами присутствующих, смотря как будто в пустоту и ни на ком не задерживаясь.       Концовку допевали все вместе – даже Тёма негромко подвывал своим звонким голосом. На последних словах припева Рома заметил на себе его взгляд и, побледнев, уставился на него в ответ.       Песня закончилась, и Лера, довольно улыбаясь, захлопала в ладоши. Ребята повторили за ней. Зазвучали громкие аплодисменты.       — Вау, Лерка, – воскликнул Митя. – не знал, что ты так умеешь.       — Я и не такое умею, – хитро прищурившись, ответила девушка. – Если согласитесь играть то, что предлагаю, сможете слушать и дальше.       Лера ничего не вкладывала в эту фразу и ответила так просто для забавы, но все не сговариваясь согласились с её идеей и до вечера пели известные песни.       Пришло время расходиться. Перед тем, как уйти, к Роме подошел Артём и негромко произнёс:       — Круто играешь. По тебе не скажешь, что ты химик.       — А по тебе, что ты Анненский.       Тёма усмехнулся, задержав взгляд на Роме. Казалось, он хочет сказать что-то ещё, но он только кивнул и ушел складывать вещи.       Ребята убрали за собой место, переоделись и, договорившись почаще брать с собой гитару, отправились по домам.       Лера ни на минуту не замолкала. Они шли домой неосвещенной тропинкой между двумя полосами одноэтажных домов, и её голос звонко выбивался из окружающей ребят тишины.       — Ты видел, он смотрел на меня? Скажи, что не я одна это заметила?       — Он правда смотрел, – подтвердил Лебедев. – Тяжело отвести взгляд от тебя поющей.       — А раньше, когда мы купались? Ты наблюдал?       — Тогда он тоже смотрел, но не особо пристально. Мне показалось, он думал о своём.       — У тебя поменялось мнение о Тёме? – не унималась подруга. – Я видела, вы разговаривали.       — Я зачем-то рассказал ему о Денисе.       — Что? – Елисеева даже остановилась. – Тёме? Про Дениса?       — Сам не знаю, зачем. Мне показалось, что с ним можно этим поделиться. Но сейчас я бы не стал этого делать.       Впереди был дом тёти Марины, и Лера, побоявшись, что вредная соседка подслушает их разговор, быстро юркнула на участок, поманив за собой друга. Они дошли до входа в дом и остановились у дверей.       — Если честно, я влюбляюсь в него всё больше, – Лера печально выдохнула. – Мне так страшно, что я испытываю чувства не к тому человеку.       — С каких это пор тебя потянуло на некультурных малолеток? – усмехнулся Рома.       — Сама от себя в шоке. Ну почему я не влюбляюсь в кого-то… ну не знаю…       — Высокого, кареглазого и с первой буквой «Р» в имени?       — Типа того. – девушка рассмеялась. Люди вокруг так часто спрашивали, встречаются ли они или просто дружат, что шутки про их платоническую любовь стали для друзей чем-то обыденным.       — Не переживай. Думаю, у Тёмы еще не все потеряно. Может быть, он не так плох, как я о нем изначально подумал.       Елисеева согласилась повременить с волнением, и друзья вернулись в дом.