Что делают возлюбленные в летнюю ночь

Лежать в слегка теплую, с прохладными порывами ветерка, летнюю ночь, под мягким одеялом очень приятно, а особенно потому, что он лежит под ним вместе с ней. Манджиро остался ночевать у Юми. Неизвестно как, под влиянием чего или с помощью каких высших сил, но родители девушки разрешили ее молодому человеку у остаться у них. В ее комнате, только вдвоем. Уже поздняя ночь. Наверное, два или три часа ночи, но Юми все не спит. Пока у нее летние каникулы режим сна девушки смело говорит «до свидания» и она делает, что душе угодно. Поворачивается в его сторону, смотрит на него. «Спит или не спит?» Сложно сказать, даже если далекий уличный фонарь и вывеска какого-то магазинчика освещает иссиня темную ночь, добавляя ей размытых ярких красок. Кажется, последнее время Манджиро совсем не был занят, но все равно решил лечь пораньше. Ох уж этот соня. Еще и спать будет до двенадцати, не меньше. Юми улыбнулась этому и потянулась легонько погладить его отросшие распушенные волосы. «Так и не заплел их, хотя я дала свою лучшую резинку», - подумала девушка, слегка надувая губки. Под «лучшей резинкой» она имела ввиду самый обычный, черного цвета аксессуар, ведь он был наиболее практичным и удобным, по ее мнению. Приближается еще ближе к парню, чувствует тепло, его тепло. Зарывается глубже в мягкие пряди светлых волос, касаясь кожи головы. Приятный. Постепенно опускает руку ниже к шее, проводя по ней кончиками пальцев, стараясь не разбудить его. Вот бы сейчас поцеловать эту шею, но… Не хочется его будить. Проворная рука ведет свой путь к плечу, спрятанному под черной футболкой. Смотря на него со спины, Юми снова удивляется тому, какие у него широкие плечи, совсем не такие маленькие и хрупкие, как у нее. Она понимает, что все дело в анатомии, но это необычное чувство, когда замечает такие занятные различия между ними, ей очень нравится. Большой и сильный – это ее Манджиро. Опускается к лопатке, переходя еще ниже, но останавливается, понимая, что уже совсем перестает себя контролировать. Аккуратно приобнимает парня, тихо выдыхая. Эта мысль, это желание – когда они успели появиться и в какой момент? Когда выключили свет и какое-то время лежали, тихонько болтая, играясь пальцами друг друга? Или когда он обнял ее, а большая ладонь нежно провела по ее спине, проникнув под ткань тонкой майки? А может, когда маленький азартный чертенок в ней почувствовал возможность сделать нечто «запрещенное» при живых родителях, спящих в комнате напротив? Она этого не знала, но всеми силами старалась отогнать от себя волнообразное наваждение, понемногу собирающееся в низу живота и отдающее сладостным желанием в голове и всем теле. Не настолько уж она смелая, чтобы проверять удачу на прочность, да и любимого будить идея не из лучших. Может, они сделают это завтра, в середине дня, когда родители снова пропадут на всю неделю за работой. Да, может, завтра; может, похожей ночью, как сегодня, или даже еще лучшей, ведь они будут полностью свободны и раскрепощены. Когда движения их тел не будет ничего ограничивать, когда они будут резкими, размашистыми, когда молодой человек навалится на нее, и ее буквально задушит удовольствием, или, наоборот: плавными, нежными и чувственными, наполненные романтичностью и трепетностью момента. Да, именно так. Она это очень любит. И ей этого очень хочется прямо сейчас. Рукой Юми нащупала его ладонь, которая вылезла из-под одеяла. Легонько провела по пальцам, в то же время почувствовав что-то на чужом запястье. Это та самая черная резинка. Она беззвучно усмехнулась. Прислоняется щекой к его плечу, игриво потираясь о него, наслаждаясь тем, какой же он приятный и теплый. Как большой мишка, или, ласковый, иногда хмурый, иногда озорной, котик. Непроизвольно, подавшись любовному желанию, Юми закинула на Манджиро ногу. Но в следующую же секунду была перевернута на спину, чувствуя горячее дыхание на шее. - Юми… - послышался в темной тишине шепот любимого, - ты что творишь? – его голос не был недовольным или раздраженным, он звучал с небольшим напором, слегка подрагивая. - Ничего, а ты почему не спишь? – так же шепотом отвечала она, смотря в черные глаза, которые почти сливались с общей темнотой. - Да я уже час как не сплю, а может и больше. - Я тебя разбудила?... – будто извиняясь, девушка погладила парня по волосам, заводя пушистую прядь за ухо. - Н-нет…я просто…не сплю… - перехватывая ее ладонь, он прислонил ее сильнее к своему лицу, чувствуя, как тело приятно покалывает. – Я постоянно думаю о тебе, - чуть хрипло выпалил он. - А я о тебе, - то ли от откровенности парня, то ли от чувственности, которая слышалась в его голосе, страстное желание снова окатило разум Юми, заставляя содрогнуться внутри. Они молчат, не нарушая все растущую и растущую вокруг них тишину. Оба внимательно глядят друг на друга, стараясь словно высмотреть в глазах напротив что-то. Что-то, что дало бы повод, что стало бы спускным механизмом. Пока Манджиро лежал на боку, пытаясь усмирить растущее в нем возбуждение, которое внезапно вспыхнуло, не желая отпускать из своих крепких, пьянящих объятий, он вдруг почувствовал на себе ее нежные прикосновения. Сначала, парень будто не понял, снится это ему или нет, но когда юркие пальцы сильнее стиснули пряди его волос, он едва сдержался, чтобы громко не выдохнуть от приятно раскатившейся по нему неги. Манджиро ведь тоже понимает, что лучше не играть с таким огнем, как родители любимой девушки. Конечно, сегодня они были спокойны и приветливы, даже строгий отец Юми не пытался что-то буркнуть в его хулиганский адрес, но… Но разрываясь между двух огней, он смотрел в глаза любимой, стараясь вычитать в них те же чувства, что и у него. И он видел, он видит, как грудная клетка Юми чаще вздымается, как коротко дергается, когда проводит ладонью по ее руке, переходя плавно к плечу, касаясь шеи. Как поджимает и покусывает губы, как хочет в ответ касаться его. - Юми? – первым прерывает тишину Майки. - М? - Ты тоже этого хочешь? - Да, очень хочу. Не успела девушка ощутить воспылавший в одну секунду пожар в ней, расползающийся от таза к груди и щекам, от произнесенных слов, ее возлюбленный припал к ее разгоряченным губам, страстно сминая их, языком приоткрывая мягкий ротик. И, вроде, вот же оно, ее наслаждение, ее долгожданный сладкий подарок, но даже когда их языки соприкоснулись, здравый смысл Юми резко ворвался к ним в самый неподходящий момент, на мгновение остужая юный пыл. - По-подожди, - проговорила девушка, мягко отталкивая молодого человека от себя ладонями. – Наверное, лучше сейчас не стоит, - в это время ее мозг старательно просчитывал вероятность того, насколько хорошо будут слышны различные звуки их тел и даже тихие хлюпанья от мокрого поцелуя за закрытой дверью. - Блин… - сокрушительно вздохнул парень, тоже обдумывая всю ситуацию. – Да не услышат. Комната ведь у них далеко, а звукоизоляция у вас нормальная, - проговорив свое предложение с аргументами, Майки с горячей надеждой смотрел в ее мягкие, но взволнованные глаза, большим пальцем поглаживая девушку по щечке. - Ну а если кровать громко скрипнет или там сильно хлюпнет? – чуть дрожащим шепотом противостояла она. - А мы не будем быстро двигаться, и я постараюсь аккуратно входить, чтобы лишних звуков не было, - он растянулся в улыбке, продолжая гладить ее, целуя в другую щеку. - Если и я буду двигаться, то тогда точно громко будет и хлюпать тоже будет сильно, - грустно констатировала Юми, беря Манджиро за руку, невербально говоря, что вряд ли что-то получится. Парень снова вздохнул, перемещая взгляд в пустоту. Он уперся локтем в подушку с ее стороны, подпирая голову, интенсивно раздумывая над услышанными словами. И понимал, что девушка права. Да и…что это вообще за проблемы такие, когда возлюбленные не могут спокойно уединится, даже если их может кто-то услышать? Разве родители не понимают, что секс - это естественно в паре, что это обычная потребность в проявлении любви? Тем более, они не собираются громко стонать и выкрикивать всякие пошлости, привлекая к их процессии внимание. Бесит, это его сильно бесит. - Слушай, ну услышат там шорох какой-то, скрип. Ну застонешь разок громко, так это ж нормально, хорошо. Значит тебе нравится со мной, - уже в обычном спокойном тоне проговорил Манджиро, укладывая голову на подушку, опуская руку на девичье плечо. Юми вся сжалась внутри и широко распахнула глаз только от одной мысли о том, как лежат ее мама с папой, мирно спят, и внезапно, на всю квартиру, раздается ее протяжный стон наслаждения, когда любимый доведет ее до оргазма резкими толчками. Нет-нет-нет. Это просто невозможно и слишком стыдно. Девушка залилась, кажется, в один момент горячей краской, из-за чего захотелось обдуть себя рукой, дабы снять напряжение. - Манджиро, ты вообще что ли? Нет, конечно, ты все правильно говоришь, но если они поймут, что мы тут решили сделать, то они тебе не разрешат приходить даже когда их дома нет, понимаешь? – резко развернувшись на простынях, Юми строго глянула в черные глаза, в то время, как в ее собственных читалось разочарование и неудовлетворение. - О-ой, ну Юми-и, - грустно взвыл Манджиро, крепко прижимаясь к ней, обнимая. Кончик его носа касался шеи девушки, а непослушные пряди ласкали лицо. – Жесть какая-то, что с ними вообще такое? - Та да. Ну что с ними, странные и дурные они, какие уж есть… - она обняла парня в ответ, все еще продолжая прокручивать в голове разные варианты развития событий, теребя пальцами ткань его футболки. А ведь действительно, почему они такие у нее? Волнуются? Да, Юми, конечно, только семнадцать, но разве она когда-нибудь давала за всю жизнь повод волноваться о ней? Всегда была, или, старалась быть для них умницей-дочкой, которая не подведет и не заставит стыдиться за ее существования. По крайней мере, Юми надеялась, что у нее это получается. И к тому же, секс с любимым человеком, разве в современном мире это не большая редкость? И большая ли редкость то, что у детей со временем появляется такая потребность, как снять трусы и дать войти или вставить? Расстраивает, ее это очень расстраивает. - Слушай, - из удручающих мыслей, Юми вывел шепот Манджиро. – А если ты не будешь двигаться, а я буду только входить, ну и, предварительно подготовлю тебя? – немного приподнявшись, он наблюдал за ее дальнейшей реакцией. - М-м-м… - чуть скривив губы, протянула девушка, будучи не уверенной в удачности этого замысла, ведь тоже любит принимать активное участие в процессе. – Ну не знаю… - Ну да, мы никогда еще так не делали, но если попробовать, как интересный эксперимент? А если совсем не понравится, то все прекратим и завтра уже тогда продолжим, - в его темных глазах снова загорелась надежа на успех и долгожданное наслаждение, которые так не хотелось потерять. Он смотрел на нее пристально, внимательно, и когда Юми немного просветлела в лице... - Ладно, хорошо, - чуть кивнула она, тут же ощутив его уста на себе. Жадно сминая то нижнюю, то верхнюю губы девушки, большие ладони Манджиро принялись ласкать ее тело, поверх одежды. Стиснув с силой и нетерпением мягкую грудь, парень продолжал ее массировать и поглаживать некоторое время, но уже более нежно, не забывая про чувствительный ореол. Теперь его пальцы нашли край светлой майки, забираясь под нее, оглаживая мягкий животик и талию девушки. Уделив особое внимание низу ее живота, перебираясь к лобковой зоне, Юми резко выдохнула в поцелуй, выгибая спину. Наконец-то дело пошло. Дав небольшую передышку, разорвав мокрый поцелуй, она приоткрыла рот, желая что-то сказать. - В общем, сильно не скрипеть, не хлюпать и громко не выдыхать, рычать и все такое, - прокомментировала правила их эксперимента Юми, сама уже задыхаясь от того, как хочет продолжить начатое. - Как скажешь, все для тебя, - улыбнулся молодой человек, снова сливаясь с ее мягкими еще более горячими губами, от которых было невозможно оторваться. Будучи воодушевленной и более уверенной, Юми снова завела пятерню в его корни, интенсивно массируя их, не спеша переходя все ниже, доходя к немного влажной шее возлюбленного. А он тем временем продолжал ласкать ее ниже и ниже, оглаживая бедро, ноги, в то же время сладко проталкивая горячий язык внутрь ее ротика. Чувствовать, как он проводит им в ней, как соприкасается с ее языком, было жутко приятно и невероятно возбуждающе. А еще возбуждающе было то, что их могут услышать. Да, она сделает это, она займется сексом в доме со спящими родителями, и пусть делают что хотят. Ей это уже не важно - с каждым разом, как он углублял поцелуй, как сильнее прижимался к ней, задевая стояком ее промежность, как приятно ласкал ее тело - становилось все более не важно, кто что об этом подумает. Юми просто хочет его, ее ласкового котенка, большого львенка, Манджиро. Когда Майки потирал вставшим членом ее клитор через тонкую ткань трусов, девушка сама начала сильнее тереться о него, забирая инициативу и доставляя как ей было нужно удовольствие. Не стонать или хотя бы не мычать было сложно обоим, но они старались компенсировать это воздержание глубоким дыханием и рваными выдохами. С каждой минутой, что его руки блуждали на ее бедрах, опасно приближаясь к ткани трусиков, иногда поддева ее пальцами и тут же отпуская, непреодолимое желание оказаться заполненной им неумолимо возрастало. Но Юми знала, что Манджиро не даст ни ей, ни себе так скоро перейти к самому сладкому. Ему еще предстоит убедиться в ее полной готовности. Все было хорошо, просто прекрасно. Девушка успевала дотягиваться ладонью к его члену, игриво растирая вдоль всей длинны и прислушиваться к звукам вокруг. Не загорелся ли свет в коридоре, не послышались ли шаркающие шаги мамы и медвежьи папы. Все было тихо до того момента, пока ей не померещилось, что где-то что-то упало или свалилось. Звук был далеко, точно в их комнате… Окрепшая броня смелости Юми дала значительную трещину. Вертлявые тревожные мысли закрутились в ее голове. Движения рук замедлились, ведь внимание ее перешло в иное русло, а горло сковало от внезапного осознания. «А вдруг, они разрешили Манджиро остаться на ночь, потому что все это время не доверяли мне и теперь решили проверить насколько я честная с ними…насколько правильная…и вдруг…» - Юми. «Вдруг они якобы разочаруются во мне, скажут, что слишком рано или…или зачем они вообще…» - Эй, Юми, что такое? – Манджиро продолжал настойчивым шепотом звать девушку, нежно снимая край майки с ее плеча. Когда на очнулась, ее оголенная левая грудь уже была в его руке, которую он поглаживал и сминал с разных сторон. - А…ну, ничего, наверное. Мне показалось, я слышала какой-то звук, - прошептала она ему в самое ухо о своем волнении. - Я ничего не слышал. Тебе показалось, - коротко чмокнув любимую в губы, он сразу перешел к ее нервно пульсировавшей шее, оставляя на ней несколько влажных поцелуев. – Все будет хорошо, доверься мне, - улыбаясь, Манджиро ласково заглянув Юми в глаза, припадая губами к другой ореоле, которую быстрым движением тоже оставил без защитной ткани майки. Прилив удовольствия в миг настиг ее, а руки, которые крепко держали ее бедра, и губы, мягко ласкающие чувствительное место, заставляли расслабиться и поверить любимому человеку. Если Манджиро рядом с ней – ей ничего и никто не страшны. На улице слышались звуки проезжающих мимо машин и проходящих по улице людей. Фонарей будто стало гореть немного больше. Интересно, сколько уже времени? На улице, все же, еще довольно темно, может быть, четвертый час или больше. Ветерок чудесно обдувал пальцы ног, поддерживая комфортный баланс температур. Но думать девушка об этом больше не могла, ведь наконец проворные руки любимого добрались к основному – к ее промежности, все еще скрытой нижним бельем. Ладонью Манджиро круговыми движениями массировал горячую промежность девушки, от чего она еще шире раздвигала ноги, увеличивая площадь для ласк. Сладостное тепло распространялось по низу живота и ногам, ублажая горящее сексуальное желание, приятно расслабляя и успокаивая. Рукой она тоже хотела приласкать большую выпуклость Манджиро, но он остановил ее, ведь сейчас для него важно, чтобы Юми чувствовала себя максимально комфортно и дальнейшее проникновение произошло без проблем. Томное, ровно колыхающееся в душе расслабление девушки прервал большой накативший на нее сладкий импульс, из-за которого он едва не сорвалась на нежный стон. Большим пальцем Майки коснулся клитора, плавно ведя ко входу, повторяя эти движения по нескольку раз. Растирая мягкие складочки девушки всей поверхностью большого пальца, парень наслаждался тем, как она виляет бедрами ему навстречу и прикрывает рот, стараясь удержать накатывающее наслаждение внутри. Конечно, он бы с удовольствием выслушал ее как следует, принимая к сведению каждое «ох» и «ах» от нее, но когда комментарии запрещены – это совершенно другие чувства. Новые и очень необычные. Перемещая внимание все ближе ко входу во влагалище – надавливая и потирая – в один момент их ушей коснулся такой пугающий ее сейчас звук – первое хлюпанье. Ухмыльнувшись и погладив девушку между ног ладонью, Манджиро приблизился к ней, коротко целуя, будто одобряя ее накаленный и горячий, во всех смыслах, настрой. Поддевая ласковицу трусиков, открывая путь к самому пикантному, парень аккуратно провел указательным пальцем вдоль половых губ, растирая теплую смазку по всей поверхности. Когда плавные движения сопровождались тихим или более громким хлюпаньем, он поглаживал Юми по руке, чтобы она не переживала. Манджиро постарается делать все осторожно и нежно. Его член уже ныл и тянул от длительного ожидания желанного проникновения в теплое узкое влагалище любимой, но, как известно, путь к звездам в глазах тернист, так что, он постарается продержаться еще немного дольше. На самом деле, парень и сам волновался, чувствуя сдавленность в груди от мысли, что их могут заподозрить, «застукать» еще и разозлившись при этом. На его плечи, в плане их скрытности, возлагалась весомая ответственность, что тоже порядком угнетало, заставляя сердце заходиться в беспокойном ритме, но само понимание того, что Юми ему доверяет, открывается, идя навстречу – вселяло в него немалые силы закончить дело до конца. До того момента, как девушка сожмет его член в крепкие объятия и перед его глазами изобразятся белые круги. Вводя в горячее и тугое лоно девушки один палец, Майки моментально почувствовал, как ее стенки жадно обвили его, захватывая в любовный и мокрый плен. От одного представления о том, как его член так же будет захвачен ей, парню хотелось протяжно взвыть, и уже поскорее оказаться внутри. Но нет, еще рано, еще немного усилий и он будет у цели. Юми, как и всегда мокрая и очень мягкая, такая приятная. И особенно приятно наблюдать, как ее спина сладенько выгибается, а животик втягивается от очень нужного ей сейчас чувства наполненности. Поласкав девушку так одно время и замечая ее податливость и наслаждение, выраженное тяжелым дыханием и приоткрытым ротиком, отчаянно хватающим воздух, Манджиро решил, что можно растянуть ее еще больше. Но только он аккуратно вставил средний палец, послышался очередной звучный хлюп. Наслаждение смешалось на лице девушки с холодной маской испуга, а страх закололся тонкими иглами где-то под сердцем. И только его теплая, с шероховатыми кончиками пальцев, свободная рука успокаивала Юми, заставляя снова откинуться на подушку, чувствуя новые ощущения от большей наполненности. Все это время она старалась особо не шевелиться, проверяя, сможет ли выдержать этот их новообразовавшийся «эксперимент», и, кажется, у нее довольно неплохо получается, хотя бедра все равно так и норовят приподняться, еще больше насадившись на пальцы любимого. Она думала о том, как было бы здорово, не издавай ее промежность таких громких звуков, чтобы она смогла спокойно и в полной мере насладиться проникновением, но, конечно, она так же понимает, что без большого количества смазки ей не было бы так приятно и по груди не разливалась бы томная сладость от плавных и ритмичных движений в ней. Большая неожиданность настигла Юми, когда в полутьме комнаты, в ее мозг поступил жаркий прилив удовольствия, разукрашивая ночь в мелкие искорки цветной ряби, а с губ все же сорвался приглушенный и сдавленный полустон – Манджиро резче и глубже ввел пальцы, разнеся по хрупкому девичьему телу ряды блаженных мурашек, заставляя еще сильнее выгнуться в спине. Эта реакция очень порадовала парня, вызывая на его лице немного злодейскую хитрую ухмылку. Вот бы он мог еще немного послушать ее ласкающий слух голосок, но даже этот моментально растворившийся в полутьме стон, был лучшим подарком для него. Решив, что с прелюдиями достаточно, Майки прекратил движения, доставая из нее полностью смоченные прозрачной смазкой пальцы, которые в блеклом свете из окна красиво блестели. - Смотри какая ты уже мокренькая, - как змей, шепотом прошипел Манджиро, получая от девушки слабый удар в бок коленкой. Их эксперимент выбивает из нее все силы. На улице светлело, где-то щебетала одинокая птичка. Мягкий полупрозрачный свет рассвета лег на обнаженное тело девушки плавной пеленой, облачая ее, будто в тонкую невесомую ночную сорочку. Пряди из легкого хвостика рассыпались длинными ленточками по хлопковой подушке, в некоторых местах сплетаясь в узорчатую паутинку. Ее румяные щеки и заалевшиеся, от частых покусываний, губы, очень контрастировали с общим внешним утонченным видом девушки, из-за чего она казалась прекрасной маленькой феей или редкостным цветочком, растущим в дворцовой оранжерее. Пухленькая светлая грудь, идеально помещающаяся в его ладонях, высоко вздымалась, демонстрируя при этом просвечивающиеся сквозь тонкую кожу ребра. Красивая, очень красивая. Его милая, мягкая, иногда сердитая, любимая Юми безумно прекрасна сейчас, когда так сильно хочет его. Когда в затуманенном взгляде пробивается страстное и дикое нетерпение быть наконец взятой им. Расцепляя скрепленные вместе пальцы, Майки хотел еще разок стиснуть нежное полушарие любимой, но цепкие тонкие пальчики девушки были другого мнения о его намерениях. Дрожащей рукой хватая парня за локоть, Юми изо всех сил, что были, притянула его к себе, другой рукой хватая за волосы на затылке, сипло и прерывисто шепча: - Манджиро, пожалуйста, войди в меня уже! Пока парень залюбовался невинно лежащей перед ним девушкой, она уже успела подумать, что он уснул на ходу, погрузившись в неведомый ей тягучий транс. Внутри нее все горело и просило большего, отдавая болезненной трясучкой в конечностях. Будь у нее больше свободы передвижений, Юми уже давно бы переняла инициативу, сдирая уже порядком надоевшие на нем трусы, самостоятельно насаживаясь на его горячий орган. Но весь запал самостоятельности в ней погасил тихий грудной рык Манджиро сквозь игривую усмешку, когда он прижался к ней вплотную, легонько кусая за хрящик ушка. Мурашки на ее полуобнаженном теле обдуло прохладным ветерком сквознячка, еще больше подбавляя масла в огонь ее безудержной жажды. Если этот игривый кот не поторопится, Юми просто всю разорвет от желания. Она уже потянулась к резинке его нижнего белья, но мягко убрав руку девушки, Майки полез к шкафчику, где она обычно хранит контрацептивы. Смирившись со своей участью великой мученицы, которой только и остается терпеливо ждать с насквозь промокшими трусами, пока ее наполнят до краев, Юми принялась плавно поглаживать свою грудь, в основном уделяя внимание соскам, поглаживая их раскрытыми ладонями, иногда задевая кончиками пальцев торчащие розово-красные бусины. Руки парня, кажется, его совсем не слушались – презерватив то и дело пытался выскользнуть из его трясущихся рук, так еще и Юми раздразнивает тем, как сексуально сама себя ласкает… - Если будет не приятно или больно – говори, ну или, похлопай меня по плечу, - дал последнее напутствие девушке молодой человек, небрежно чмокая ту в губы, отодвигая ткань белья и приставляя раскрасневшуюся головку члена к ее входу. К их общему удивлению, у Манджиро получилось войти без особых осложнений в виде хлюпнувшей внутри природной смазки, что дало им обоим дозу уверенности, что их ночные игры закончатся полным успехом. Чувства от того, что она просто лежит, а толстый член в ней двигается туда и обратно, напоминали девушке те, когда в самый их первый раз она не знала что делать и сначала просто пыталась прочувствовать каждое приятное и растягивающее движение в ней. С каждым размеренным толчком, чувство безмерного удовольствия сладостными розовыми волнами разносилось по телу Юми, заполняя блаженной негой ее поглощенное желанием сознание. Приятно… он такой большой и идеально ей подходящий. Только…вот бы не сорваться и сообщить в голос об этом, точно разбудив всех и даже соседей за стенкой… Она плотно сцепила зубы. А Манджиро…он уже и не знал, пожалел или нет, о том, что не дотерпел до того времени, когда они останутся полностью одни, ведь держать один темп и проникать максимально тихо и аккуратно для него было сложно, очень сложно. Его голова заполнилась тяжелой ватой, взгляд почти полностью расфокусировался, а телу было ужасно жарко. Скинуть бы с себя это тоненькое одеяло и разойтись на полную катушку, но парень понимает, что они не так договаривались и прерваться он сейчас никак не может, да и не смог бы. Этот «эксперимент» либо сведет его с ума, либо… Уткнувшись лицом в подушку, Майки тихо постанывал, иногда тяжело вздыхая. Он очень хорошо подготовил Юми, потому что то, как она его сжимала и легко принимала в себя…было просто волшебно. Обоим было так хорошо, что даже еле слышимое хлюпанье не смущало их, они просто хотели продолжать сливаться друг с другом не останавливаясь. Продолжать чувствовать, как они наполняют друг друга любовью. Привстав на локтях, чтобы проверить состояние девушки, парень наблюдал ее закрытые глаза, запрокинутую назад голову и мелко подрагивающие кончики губ. Красивая, очень… - Юми, - ласковым шепотом позвал он ее, - Юми, посмотри на меня. Раскрыв слегка слезившиеся очи, девушка встретилась с его бездонными черными радужками в которых возбуждение смешалось с нежностью и дрожащей улыбкой на его лице. Прекрасный…ей так спокойно и хорошо с ним. Но как бы не хотелось продлить этот романтичный, духовный момент их единения, резкий импульс внизу живота Юми сразу же переменил ее мысли. Она похлопала Манджиро по плечу, подзывая к себе. - Манджиро, я…очень… Я хочу кончить, - будто задыхаясь от эмоций, выдавила из себя девушка почти плаксивым голосом. – Двигайся быстрее, пожалуйста. Быстрее, - от бьющих в голову чувств, она впилась ногтями в его плечи, сминая ткань футболки, отчаянно шкрябая короткие линии сквозь нее. Ох, знала бы Юми, как и он тоже этого хочет, как желает разойтись на полную и выдрать из нее всю душу, забирая себе без остатка и наслаждаться ее прерывистыми стонами. Ох как Майки этого хочет… Без лишних слов, парень, получив одобрение на свои внутренние порывы, увеличил амплитуду фрикций, почти беззвучно шипя, когда не получалось двигаться тихо. Но пробуя менять угол проникновения, добиться нужного звукового, довольно беззвучного эффекта, у него все же получалось, как и необходимого уровня удовлетворения, чтобы приблизиться к долгожданному финалу. Уперев подбородок на плечо Майки, Юми полностью расслабилась, доверяя весь процесс ему. Глаза закатывались, наливаясь томным наслаждением, размывая пейзаж комнаты перед ней. С каждым резким и быстрым толчком, когда головка члена касалась ее еще глубже, коротко ударяясь о чувствительную заднюю стенку влагалища, девушка вздрагивала и сильнее обвивала руками горячее тело возлюбленного, периодически проводя длинные полосы по его взмокшей ткани одежды. Тепло накатывало на нее приятными волнами, иногда превращаясь в обжигающую и колющую волну, исходящую от тугого узла внизу живота. Ей осталось еще немного, еще совсем немного, когда огромный вулкан в ней разольется буйным фонтаном, только бы он продолжал двигаться… В комнате становилось светлее, бело-желтое солнце подымалось все выше и выше, а вместе с ним, видимо, и кто-то из родителей. Услышав далекий скрип щеколды, Манджиро остановился, все еще оставаясь внутри Юми, которой хотелось едва ли не плакать от резкого разочарования. Шаги в коридоре были скользящими, почти беззвучными, очень похожими на те, какими иногда бывает ходит сама девушка – проснулась ее мама. «Наверное, она в ванную, ненадолго», - глубоко дыша, подумала Юми, крепко цепляясь за футболку любимого, старательно прислушиваясь к внешним звукам. Минуты тянулись ужасно долго, утреннюю тишину разрывали только их затруднительные выдохи и тихий скулеж девушки, когда она ерзала бедрами, чтобы хотя бы немного угомонить бушующее нетерпение. Они обменивались взглядами, будто общаясь между собой об их нелегком положении. Манджиро кинул какую-то шутку по этому поводу, что успокоило Юми, немного рассмешив. Пока они ожидали момента, чтобы снова придаться сладостным утехам, девушка проворачивала в пальцах кончики его волос, а он оставлял короткие поцелуи на нежной шее возлюбленной. Какое у них все же замечательное утро. Как только послышалось возобновившееся щелканье дверных ручек, а один из родителей скрылся в соседней спальне, вновь вспыхнувшие огоньки возбуждения в них воспылали, чертики в глазах заплясали, и Манджиро снова принялся проникать в теплое лоно девушки. Из-за небольшого перерыва, ощущения Юми обострились, с новой силой посылая сладостные импульсы по телу, останавливаясь в чувствительных ореолах, даруя приятное чувство головокружения. Простынь под ними тихо шуршала, сминаясь множеством складок. Сонливость из-за того, что их головы всю ночь не знали сна, давала о себе знать небольшой усталостью, которая убаюкивала, побуждая закрыть глаза и просто отдаться этому чувству приятной и желанной близости. Толчки Манджиро усилились и его слуха коснулся ее высокий скулящий стон. Проникая то глубже, то снова возвращаясь ко выходу, он хорошо ощущал, как ее стенки опять начали сокращаться, обвивая член сильнее, не желая отпускать. Когда он активнее потирал головкой заднюю стенку, тонкие пальцы девушки с силой схватили его пряди под корни, а уши ласкал нежный жалостливый голос, зовущий парня по имени. Ноги Юми заходились в мелкой тряске, а грудью она пыталась потереться сосками о ткань футболки, доставляя себе еще большее удовольствие. Большим пальцем Манджиро несколько раз прошелся по набухшему клитеру и в следующее мгновение почувствовал, как затихая, она полностью напряглась, обильно изливаясь на нем. Продолжая интенсивно входить, парень, закусив губу, кончил следом за ней в презерватив. Свет утренней зари полностью залил небольшую комнатку водянистым желто-розовым свечением, оповещая о том, что наступило раннее утро. К пению одинокой птички добавились заливистые голоса еще нескольких пернатых, а изнеможенная парочка возлюбленных, лежа в блаженном оцепенении, переводила сбившееся дыхание. Понемногу приходя в себя, когда предметы начали приобретать более четкие очертания, Юми что-то вдохновленно лепетала Манджиро о том, как ей было хорошо, а парень хрипло посмеивался, тоже шепча ей нежные слова, попутно завязывая узелок на контрацептиве, выкидывая в урну. Со временем, звуки открывающихся дверей в коридоре усиливались, вместе с разношерстными шагами родителей. Будничная мелодия утренней рутины разносилась по всей квартире, но это совсем не мешало им – уж очень двое устали. Сквозь сонную пелену на глазах, Манджиро надел лямки майки на плечи девушки, расчесывая пальцами в некоторых местах спутавшиеся мягкие волосы. Юми хотела встать и закрыть шторы на окне, но крепкая рука только сильнее прижала ее ослабленное тело к нему, даруя приятное успокоение и нежное тепло. Они еще о чем-то разговаривали-шептались, убаюкивая друг друга своими голосами. Когда Майки почти провалился в тяжелый сон, последним, что он увидел, была ее ясная улыбка и умиротворенное выражение лица, подсвеченное тонкой полоской солнечного лучика. И ни чувство стыда, вины и чего-либо еще не будут беспокоить ее. С Манджиро ничего не может быть «неправильным», Юми просто счастлива быть рядом с ним и слышать его все еще немного учащенное сердцебиение после приятного «эксперимента». Эта была прекрасная летняя ночь.