Я тебя люблю.

13 мая, 2022. 19:13. -Устал… Под тяжёлыми шагами Тецуро скрипят прогнившие половицы. Это место чем-то напоминает то, что часто показывают в американских фильмах. Здесь нет картин, сверху донизу украшающих стены, нет солнцем сияющего золота, вопящего о собственном великолепии, нет толп людей, внимающих мужику в скромном одеянии с дорогой цепью на шее. Здесь…тихо. Да, точно как в тех фильмах. Здесь тихо. И темно. Кажется, Куроо потревожил покой сидящей на одной из скамеек женщины. Она медленно поднялась, но горб на её спине не выпрямился, кончиками обтянутых морщинистой кожей пальцев оправила ободок чёрной ткани, покрывающей её голову, и медленно, без единого шороха, поплыла к выходу. Половицы не трещали под ней, воздух будто не ощущал её движения и оставался неподвижным. Тишина поглотила её так сильно, что женщина стала с ней единым целым, и тогда Тецуро понял, что даже при необоснованном желании не смог бы потревожить её покой. Она его не видела. Как и он её теперь, после того, как женщина выплыла за дверь. -Я устал… Всё та же тишина любезно принимает произносимые им слова. От былого живого, молодого голоса, заставляющего ноги девушек дрожать а парней завидно оборачиваться, не осталось и следа. В сильной, громоздкой фигуре будто затаился мелкий старик, уничтоживший голос Куроо и говорящий за него, вызывающий отвращение, омерзение, желание оглохнуть. -Устал… Со смерти последнего прошло примерно три месяца. Если бы Тецуро брал пример с Дамера и любил исключительно никому не нужных молодых людей, по несчастливому стечению обстоятельств встретивших его в отдалённой от дома, находящейся в другой стране, точке, его бы, вероятно, могли никогда не найти. Если бы Куроо обладал не палящим очагом внутри груди, а глыбой льда, как Банди, вероятно, он бы не вызвал подозрений, восхищая общественность сладкими речами, обжигая женщин поцелуями, сражая даже мужчин улыбкой. Но Куроо не был ни Джеффри, ни Теодором. Он был и по сей день остается самим собой, а поэтому все те, кого он успел полюбить, были известными в обществе фигурами. И последствия их влюблённости печатью отчаяния теперь сияли на его лице, как такая же печать украшала тело Каина. 12 мая, 2022. 03:23. -БЛЯТЬ! - Савамура, следователь, который по собственной инициативе, ведомый каким-то шестым чувством, разглядел связь там, где её не видят, одним движением руки сметает с рабочего стола стопки исписанных листов. Воздух небольшого кабинета такой же небольшой съёмной квартиры пропитан едким дымом, который опускается на мебель вместе с пылью и въедается в неё. У Дайчи нет времени на уборку. У него ни на что нет времени. Листы на полу без стеснения обнажают содержание терзающих мужчину мыслей. Последние несколько месяцев он живёт чужой жизнью, пьёт в любимом другим человеком заведении, общается с его знакомыми, часто бродит вблизи его дома, тщетно и бессмысленно пытается разглядеть что-то в его окне. -Тсутому Гошики – несчастный случай. - удар кулаком по виску. -Вакатоши Ушиджима – несчастный случай. - удар. -Мориске Яку – несчастный случай. - удар. Боль лёгкой вибрацией проносится в области затылка, стекает к шее, обволакивает лоб. В глазах рябит, собственный голос уходит на второй план, его перекрывает вязкий гул. -И каждый, каждый был с Тецуро. Каждый провёл последние мгновения жизни с Тецуро. Тецуро…Тецуро… - удар. -Ответ на поверхности, но я не вижу, НЕ ВИЖУ! - он подрывается с места, одновременно хватаясь руками за стол и переворачивая его. Соседи будут ругаться на столь внезапный шум. Привыкать к такому они не намерены. Снова тишина. Тяжёлое дыхание Дайчи отвлекает его от собственных мыслей, и спустя секунду его внимание случайно привлекает собачий лай. Где-то далеко-далеко, во множестве домов от него, орёт эта сука или кобель. Где-то далеко-далеко, во множестве домов от него, или один на один со своими грехами, или с объектом нового греха, лежит, сидит, стоит рядом Тецуро. Ненавистный им, проклятый Тецуро. 03:23. Физически Куроо один. Он один лежит на двуспальной кровати, несмотря на то, что вторая половина постели, как ему кажется, ещё не остыла после тела Мориске. Он один завтракает, слушает треск телевизора, обжигает кончик языка горячим чаем и опаляет ледяной водой кожу. Однако никто из них не оставил его. 03:46. Покрасневшие глаза горят так сильно, что держать их закрытыми больнее, чем оставлять хоть немного распахнутыми. Тело ломит от усталости, голова гудит, но физические терзания уходят на второй план, их затмевают образы и голоса, последнее время слишком часто всплывающие в голове Тецуро. Смерть Яку слишком сильно выбила его из колеи. Он, сам того не желая, слишком сильно привязался к этому человеку. Кажется, Куроо бы не солгал, если бы признался ему в любви. Однако его опередили, и стало слишком поздно. Он вдавливает указательный и большой пальцы правой руки в глаза, стараясь немного унять жжение. Поток мыслей вдруг прерывает знакомый шёпот: -Ты совсем себя не жалеешь... Куроо вздрагивает, широко распахивая глаза, и спустя мгновение чувствует, как кто-то со спины обхватывает его грудь обеими руками, а затем прижимается хрупким телом к его массивной фигуре. Знакомые, желанные, любимые прикосновения. Сладкий, сладкий голос. -Т...ты... - он не успевает договорить, как вдруг все ощущения пропадают, комнату вновь наполняет гул, по телу снова растекается холод. Он молниеносно оборачивается, почти теряя равновесие и заваливаясь на правый бок, но никого не замечает. Пустота. Тихо. Пусто. Пусто. Тихо. Тецуро до скрипа стискивает зубы, окончательно переворачиваясь на правый бок, хватает холодную подушку и, уткнувшись в неё лицом, вопит что есть силы, надеясь на то, что хоть так разорвётся его грудь и остановится сердце. 13 мая, 2022. 19:16. - Устал… Половицы снова скрипят под его ногами. Он делает несколько шагов вдоль скамеек. Каждое движение даётся с непосильным трудом, кажется, словно сила притяжения активировалась на все 300% и беспощадно издевается над ним, пытаясь магнитом всосать его вниз, заставить неподвижно лежать и задыхаться под собственным весом. Проникший в помещение ветер проносится по его телу, заставляя кончики пальцев похолодеть, однако Куроо мало воздуха. Боль сдавливает грудь, сжимает лёгкие, ему хочется кричать, блевать, реветь, хочется сделать хоть что-то, чтобы избавиться от чего-то, что уничтожает его изнутри. Шаг, два, три.. ноги сдаются, подчиняются силам гравитации, и тело Тецуро прибивает к тем же половицам, он замирает в земном поклоне. Ногти впиваются в дерево, оставляя на полу глубокие царапины, которые иногда, в будущем, будут замечать внимательные посетители. Куроо хочет набрать в грудь воздух, чтобы выпустить его с диким воплем, но кто-то невидимый душит его, не позволяет выровнять дыхание, заставляет всё тело дрожать. Если бы Тецуро увидел себя со стороны, то непременно отвернулся бы от такого жалкого зрелища. Внезапно на его плечо опускается чья-то рука. Он даже не слышал шагов. Куроо с трудом приподнимает голову. Длинное чёрное одеяние предстаёт перед его взором, и он медленно скользит глазами вверх до тех пор, пока не останавливается на лице внезапно потревожившего его человека. Незнакомец молчит. Длинные тёмные волосы собраны в пучок, лицо аккуратно выбрито, а карие глаза пристально следят. Тецуро словно ждал его, как пистолет ждёт прекращения активности предохранителя. -Святой отец, я согрешил… 14 мая, 2022. 09:00. - Доброе утро, дамы и господа! Утро было бы прекраснее, если бы не вчерашняя трагедия в Соборе Ураками. Со слов свидетеля, Асахи Азумане, священника, который в тот момент даже не был на службе, некий господин по имени Куроо Тецуро примерно в семь вечера вошёл в собор, выглядел очень потерянным. Священник наблюдал за ним, но не остался стоять в стороне. Мы не будем вдаваться в подробности, поэтому опустим детали подобия исповеди, в ходе которой Тецуро непрестанно повторял, что он грешен. Все душевные терзания грешника оборвались одновременно с его жизнью. По словам Асахи Азумане, Куроо Тецуро лишил себя жизни одним выстрелом револьвера в висок, стоя на коленях, обливаясь слезами и вопя о том, что он больше никем не любим. Савамура тушит сигарету и выключает телевизор. Больше ему гоняться не за кем.