Последняя надежда стен

      Я всем нутром чувствовала, что сказанное аукнется мне со всей нещадной силой, что, как только Эрен узнает о том, что я пришла к решению посвятить в план остальных, он разозлится. Я просто буду стараться. Постараюсь со всеми силами объединить нас, сблизить, заставить работать сообща, иначе мы не придём ни к чему другому, как к самому Гулу Земли. Мысль о последнем дарила ноющую боль, такую едва осязаемую, но весьма неприятную. Знала ведь, что до этого у нас ещё много времени, но страх никуда не исчезал.       Леви удобнее устроился рядом со мной, ожидая истории, рассказа и сведений о надвигающемся будущем, что немного вгоняло меня в растерянность. Я не имела никакого понятия с чего необходимо начать: где заострить внимание, о каких событиях поведать, как не сделать Эрена врагом?       — Весь народ Имир связан между собой невидимыми нитями, которые сходятся в одной точке — координате. Ты уже знаешь, что она состоит из двух частей, меня и Эрена, — сделала недолгую паузу, всматриваясь в лицо мужчины. Он ответно кивнул. — Эти нити можно увидеть собственными глазами. Почувствовать. Это место, где находится сила координаты, называется путями. Не знаю, как правильно всё объяснить, но это нигде и везде сразу. Я с Эреном уже была там… В них можно наблюдать за прошлым и будущем, видеть различные события, проматывать действия и искать варианты решений для проблем. Мне пока не под силу контролировать такое, но я учусь.       — Но если тебе известны эти сведения и при этом ты не можешь на себе их опробовать, значит… Это делает Йегер? — Леви схватывал на лету, я кивнула, подтверждая ход его мыслей. — И что нас ждёт?       — Не спеши, — коснулась пальцами мужского плеча и набрала в грудь больше воздуха. — Когда я давала рапорт о своём отце и сведениях, которые успела собрать в Подземном городе, то говорила, что Дэгейр хотел уничтожить всех людей за стенами, устроить геноцид. У этого геноцида есть название — Гул Земли. Чтобы сохранить наш род, сохранить всех элдийцев, на данный момент нет другого варианта, кроме как разрушить стены, выпустить тысячи титанов и растоптать всё живое. Но, — вытянула палец вверх, не давая Леви приступить к высказыванию, ведь держаться ему становилось сложнее. — Я против этого плана. Эрен не смог увидеть иное будущее, на него выпала слишком удушающая роль в этой цепи… Думаю, что он сломлен.       — Адалин, не томи.       Сложно, поистине сложно говорить обо всём этом ему. Проговаривать каждое слово вслух стало до невозможности больно: больно за всех нас, что судьба не оставляла другого выбора; больно за каждого из друзей, кто не знал о дальнейших развитиях; больно за Эрена… Ведь именно он собирался стать объединяющим злом для всего мира. Никогда не допущу картины, в которой нам предстоит с ним сражаться. Исключено. Помотала головой в разные стороны, отгоняя от себя рвущие на части мысли.       — Наш шанс в том, что будущее, которое успел увидеть Эрен, было без моего содействия. Для реализации всего плана необходимо согласие двух частей координат, но я выступила против. Он согласился пойти моей дорогой, так как будущее, связанное со мной, для него недоступно, понимаешь? Значит, я могу предпринять действия, которые пойдут вразрез самой судьбе, вот только… Я ещё не поняла, что мне нужно делать и как именно я могу видеть будущее.       Леви поднялся на ноги, неторопливо ходил из стороны в сторону, а затем сжал пальцы на переносице. Прекрасно понимала его состояние, узнать такое губительно для сознания. Я тоже переживала. Переживала и отталкивала эти события, не могла принять их.       — Почему вы не рассказали обо всём раньше? — прошептал он, из-за чего мне стало очень совестно.       — Страх изменить то будущее, которое есть сейчас. Пойми, любые изменения влекут за собой наши смерти. Я боялась, что если поделюсь этим с остальными, то последуют радикальные изменения.       — Но ты поделилась.       — Да, потому что считаю, что так нужно, — мой голос стал более твёрдым, Леви это заметил. Я больше не маленькая девочка, он должен знать, что я осознавала всю серьёзность, что я буду биться до конца за любого из нас. — Наша сила в том, что мы вместе. Теперь ты знаешь, думаю, нам нужно доложить об этом Ханджи, позвать Эрена. Но сначала я поговорю с ним сама.       — Эрен не хотел делиться всем, верно?       — Попробуй понять его… Даже мне, его близкому другу и второй части координаты, сделать это очень сложно, ведь на нём ужасающая, давящая ответственность. Вместе мы со всем справимся.       — Спасибо, что рассказала обо всём. Уверен, мы изменим наши планы, постараемся адаптироваться. Есть какие-то наставления, о которых я должен знать?       — Да, — встала следом за ним и подошла к мужчине вплотную. Поправила пальцами его белую рубашку. — Наша следующая цель — поездка в Марли, там, насколько мне известно, должно решиться многое.       Стоило произнести название своей Родины, как меня пробрал озноб. Совершенно вылетело из головы от всего происходящего волнения.       — Леви, — подняла взгляд на Капитана, он ждал моих слов. — Я видела своё прошлое в Марли. Оказывается, до десяти лет я выступала кадетом их подразделения. Дети элдийцев проходят регулярные тренировки, чтобы в последующем занять одного из титанов, чей срок подходит к концу. У меня даже были там друзья.       — Вот как, — его брови свелись к переносице. Наверное, я вывалила слишком много информации, но лучше всё и сразу, чем обрывками. — Найди Йегера и поделись своими планами, я иду к Ханджи. Буду ждать вас у неё.       — Хорошо.       Протянула лицо и оставила на щеке Леви нежное касание губ. Поцелуй получился робким и быстрым, но я поняла, что он подарил нам маленькую крупицу спокойствия. После этого выбежала из палатки и огляделась округ, постаралась выцепить глазами Эрена. Может быть, он всё ещё сидел в том же месте? Стоило проверить.       Перешла на лёгкий бег, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Сначала мы решим всё со старшими по званию, после этого примем решения посвящения всех остальных. Да, я не хотела врать: если рассказываем одним, значит, рассказываем другим. Понятное дело, что об этом не будет знать каждый разведчик, только наш доверенный круг самых близких. Тех, от кого будет зависеть судьба. Я была уверена, что не только на мне с Эреном лежала ответственность, другие так же влекли за собой определённые последствия. Нам нужно держаться сплочённо.       — Адалин!       Остановилась на произнесённое вслух имя и развернулась. Глаза округлились. Со всем происходящем я совсем позабыла о том, что этот человек находился в самом пекле сражения вовремя возвращении стены Мария. Флок выглядел потрясённым, как-то неверяще передвигал ногами и шёл в мою сторону. Смотрел так, будто прямо перед ним маячил призрак, а не я.       — Значит, это правда. Ты жива.       — И ты. Я очень рада тебя видеть, — растянулась в тёплой улыбке и коснулась его плеча, проверяя на целостность. Флок сменил причёску, наверное, я бы даже не узнала его, если бы пробегала мимо. — Ты в порядке?       Не успела до конца озвучить вопрос, как парень сцепил руки вокруг моего тела и крепко обнял. На секунду задумалась, как моя жизнь успела так сильно измениться, что в последнее время все спешили меня сгрести в охапку? Я начинала свой путь с растерянной, маленькой девочки, что смиренно слушалась отца и защищала брата, не контактируя больше ни с кем. Сейчас я с гордостью могла назвать себя солдатом, ценным разведчиком, взрослой девушкой, умеющей постоять за себя и близких. Время так быстро летело.       — Да, конечно, со мной всё хорошо, — парень выпустил меня из рук и начал внимательно осматривать. Стоило его взгляду коснуться моего слепого глаза, как он явно замялся. — Ч-что… Что с тобой случилось?       — Плата за решения, — продолжила тихо улыбаться, только в этот раз более грустно. — Флок, мне нужно найти Эрена. Ты его не видел?       — Да, он только зашёл в свою палатку. Вон в ту, — Форстер вытянул руку и указал мне направление в нужное жилище. Я благодарно кивнула. — Адалин, мы обещали друг другу выпить после возвращения стены Мария. Когда осуществим план? Я… Я бы хотел многое тебе рассказать.       — Точно, выпить, — такое детское обещание казалось давно забытым и ушедшим. После него с нами произошло многое. — Как только разберусь с делами — найду тебя, договорились?       Хлопнула парня по плечу и сорвалась с места, не давая ему принять моё предложение или же отказаться от него. Странное чувство внутри, но я была безумно рада ещё одной спасённой и уцелевшей жизни. Если нас больше, значит, шансов на приятный исход тоже больше.       Перешла на шаг, когда до палатки осталось рукой подать. Сердце колотилось в бешеном ритме, я до ужаса переживала начать этот диалог. Не нервничала так даже с Леви, пока посвящала его во всё происходящее. Сейчас волнение пробило невидимую брешь и выскочило на новый уровень тревожности, о котором до этого момента я даже не знала. Мялась на месте, хотела уже отодвинуть часть ткани в сторону, но услышала голос Микасы, от чего замерла.       — Почему? — впервые услышала её такой грустной и разбитой, стало ужасно не по себе. — Я ведь даже не говорила.       — Знаю, но не хотел водить тебя за нос. Прости, что не могу ответить взаимностью, — услышанное вогнал меня в новый рубеж скованности. Всё это время я была уверена, что между ними есть неоспоримая связь, всегда сталкивала это на чувства. Как же я не вовремя.       — Мы семья, Эрен. Я не просила тебя говорить такие вещи.       Звук шагов, и вот уже Микаса оказалась на улице, вперилась в меня глазами и нахмурилась. Я приветственно ей кивнула, нарочита делая вид, что ничего не слышала. Слишком уж шок тяжёлый, что обрушился на мои плечи и голову. Такое я буду переваривать ни один день. Как только разведчица отдалилась от палатки, я вошла вовнутрь.       Эрен сидел ко мне спиной, его голова была опущена между коленями. Выглядел ужасно. И вновь это ужасное, съедающее все внутренности чувство, пока я подошла ближе, не решаясь коснуться парня рукой. Приняла решение сесть к нему в ноги, не дотрагиваясь, чтобы ему не пришлось менять позу. Опустилась на колени, и изумрудные глаза распахнулись, как-то неверующе разглядывая меня. Нужно сказать Эрену, чтобы он перестал на меня так смотреть, а то я места себе не находила.       Не знала, с чего именно начать, нужно ли мне сказать, что я слышала завершение диалога его разговора с Микасой, что мне жаль, что всё так получается. Когда только наша дружба успела стать такой сложной? Раньше я бы без разбору спросила, как он мог упускать такую девушку, как Аккерман. Может быть, подзатыльник бы выписала, но сейчас, когда мы повзрослели, всё стало сложнее. Стоило нам раскрыть потенциал координаты, как наше общение резко изменилось, приобрело новые оттенки, иные слова. Тяжело разбираться во всём в одиночку, но нельзя оставлять друг друга одних.       — Эрен, — подала тихий голос, пока его глаза продолжали внимательно изучать меня, касаясь то светлых прядей, то шрама, то губ. Как странно. — Я рассказала.       Да, не придумала ничего лучше, но пришла к выводу, что окольными путями ходить совершенно не хотелось. И пусть, если больно, но прямо и в лоб. Видимо, я переняла эту черту от Леви, но она мне даже нравилась. Приятно знать, что ты честен с собой и с другими.       — М? — прохрипел, непонимающе смотрел.       — Рассказала о нас: о путях, о Гуле Земли, о возможных последствиях. Леви сейчас докладывает обо всём Ханджи, они будут ждать нас с тобой у неё в палатке. Мы должны прийти к единому плану, чтобы двигаться дальше.       — Зачем? — Эрен выпрямился, стал сразу слишком большим. Даже немного напугало. — Ты рассказала ему, потому что любишь?       — Потому что сейчас мы идём моей дорогой, в ней мы все вместе. Я уверена, что это убережёт нас от многих проблем.       — Я ведь просил тебя, Адалин! — он поднялся на ноги, резко отпрянув от меня. Его выражение лица поменялось, наполнилось гневом и вытекающей наружу злостью. — Всего одна просьба! Сколько раз мне нужно говорить, что это только наша с тобой дорога? Чёрт, я ведь столько всего продумал, лишь бы вас, идиотов, уберечь, а ты всё рушишь!       — Перестань кричать, Эрен, — встала следом за ним, чтобы набраться в росте и не казаться маленьким человеком. — Думаешь, я не хочу нас уберечь? Мы каждый день, каждую секунду будем стараться спасти жизни всех, насколько это возможно, но мы не можем держать такие события в тайне! Они заслуживают правды, неужели ты считаешь, что я не права?       — Они заслуживают жизни, — Эрен обогнул матрас и остановился, пробуравил меня яркими изумрудами. — И я пытаюсь подарить её всем вам.       — Так, стой, — обрушила его невидимый барьер и подошла вплотную. — Это мы уже обсуждали: наречь себя злодеем всего мира не выход, особенно для твоих близких. Не нужно отталкивать себя от нас, ограждаться и скрываться под маской мученика. Ты лично передал мне управление, доверился, и я за это доверие буду бороться, чтобы ты не разочаровался во мне и моих решениях. Давай же двигаться вместе! — вытянула в его сторону раскрытую ладонь, приглашая ответно сжать её. Этим меленьким действием хотелось закрепить наш зарождающийся союз.       — Зачем ты так со мной? — спросил слишком тихо, не сразу удалось понять фразу, тем более осознать её смысл. Эрен устало опустил глаза, рассмотрел меня, а затем аккуратно, едва касаясь, вложил большую ладонь. — Я иду за тобой, Адалин. Иду.       — Спасибо, — тело немного расслабилось, обрадовалось этой маленькой возможности спокойствия. — Пошли, нас ждут.       Мы покинули палатку, отпустив друг друга, и двинулись прямиком к главнокомандующему. Во время дороги успели поймать на себе взгляды ребят: Мина с немым вопросом в глазах смотрела на меня вместе с Армином, Микаса же чистила лезвия от УПМ, совершенно игнорируя. Что же у этих двоих произошло? Когда мы оказались на месте, Зоэ успела заверить, что услышала все подробности от Леви и готова послушать нас двоих. Эрен не спешил начинать разговор, пока я буквально не подтолкнула его, мысленно уговаривая не елозить и сказать всё так, как есть. Ведь, если задуматься, даже я не знала всего. Совсем не знала.       У нас ушло достаточное времени, пока Эрен делился мыслями о поездке в Марли, о том, что он жаждал там увидеть. Вскользь упомянул, что ему и мне, возможно, предстояло задержаться в том месте, что остальные должны просто довериться, с чем абсолютно точно был не согласен Леви.       — Насколько я понял, мы теперь придерживаемся дороги Адалин. С чего вдруг информация, что вы можете задержаться там без нас? — Капитан смотрел прямо на Йегера, не сводя глаз.       — Мы рассматриваем все возможные варианты. Один из них — у Адалин не получается изучать будущее и предотвращать события, тогда же мы будем следовать моему плану, — Эрен ответил на взгляд Леви.       — Погодь, — Ханджи поправила очки и скрестила руки на груди. — Тогда мы следуем плану по уничтожению цивилизации? Нет, такого варианта у нас нет.       — Весь остальной мир пойдёт на нас войной, стоит выступить одному известному человеку перед остальными политиками, — Йегер нехотя отвёл взгляд от Леви и начал смотреть на Зоэ.       — Что за человек? — вклинилась в диалог, потому что до этого момента Эрен никогда мне об этом не рассказывал.       — Его имя вам ничего не даст.       — А что, если мы сможем его переубедить? — маленькая нить надежды зародилась прямо внутри груди. Вперилась взглядом в Йегера, ожидая скорейший ответ.       — Не смеши, Адалин. Они ненавидят элдийцев, как и саму Элдию. Никто и никогда нас не послушает, — Эрен даже не хотел рассматривать такой вариант. Ясно.       — В детстве я дружила с кандидатами в воины, — очередная новость повергла всех в шок. По крайней мере, двоих точно. — Может быть, удастся поговорить с ним? Убедить, что мы не враги друг другу.       Наши распри продолжались очень долго, но ни к чему толковому не привели. В любом случае, радовало то, что никто из нас не хотел устраивать геноцид. Пока что. Мне нужно было как можно скорее овладеть силой собственной части координаты, чтобы умело лавировать в необходимых прошлых фрагментах и видеть желанное будущее. Предугадывать, в верном ли направлении мы двигаемся. Сложное дело, ведь Эрен совершенно не хотел проявлять хоть какую-либо помощь. Упёртый индюк.       Вдвоём с Леви мы добрались до моей палатки, чтобы сложить остаточные вещи, ведь совсем скоро мы будем выдвигаться в сторону стен. Возможно, внутри них мне удастся испытать свои эксперименты? Не зря я с ними так сильно связана. Они точно имели вес в моей истории. Понять только, какой. Как же всё было сложно, с ума можно сойти. Если я хотела попробовать пересечься с друзьями из детства, когда мы прибудем в Марли, я должна вспомнить больше моментов, что связывали нас.       Леви аккуратно коснулся моей спины и убрал косу в сторону. Его руки несильно сжали плечи, опустились к локтям и задели ладони. Отклонилась назад, устраивая голову на его плече, и расслабилась, позволяя телу вжаться в его грудь всем весом. Мужчина даже не дёрнулся, спокойно выдержал этот уставший груз. Мы несильно качались из стороны в сторону, ощущение, словно меня убаюкивали. Очень приятно и спокойно. Отстранилась от своего Капитана и обернулась к нему лицом.       — Ты не злишься на меня? — вытянула руку и нежно коснулась подушечками пальцев его скулы.       — Нет, но был бы рад, если бы ты созналась раньше.       — Извини. Эта ответственность слишком давит на меня.       — Мне показалось, или ты очень зависима от действий и слов Эрена? — вопрос Леви застал меня врасплох. Какое-то время молчала, подбирая слова.       — Да, наверное, так и есть. Не знаю, что это, — опустила глаза в пол, на не подсознательном уровне вытащила прядь своих волос, чтобы прикрыть левый глаз. — Может быть, дело в том, что мы связаны, а может быть, я не хочу делать ему ещё хуже. Не знаю, Леви… Эрену сейчас очень тяжело, несмотря на то, что он смог поделиться с нами какой-то частью увиденного. Вот только я знаю, что это не всё, что он не стал рассказывать самого страшного.       Отступила от мужчины и добралась до матраса, удобно устраиваясь на нём и поджимая к себе колени. Леви шёл следом, опустился вплотную так, что мы прикоснулись кожа к коже. В ниоткуда взявшихся нервах начала тонуть, проваливаясь в глубины тревоги, слишком ярко реагируя на состояние Эрена. Сама поняла, но справиться с этим не выходило. Мужчина уверенно взял мою ладонь и вложил в свою, немного дёрнул к себе, получилось вырваться из лабиринтов.       — Только ты не убегай, ладно? — он внимательно посмотрел на меня, одним взглядом проник глубоко в душу. Страшно, что у него был такой контроль надо мной. Страшно и приятно. До невозможности. — Разговаривай со мной, Адалин. Я больше не хочу терять тебя.       Эта короткая фраза раскрошила меня на мельчайшие частицы. Осознание, что Леви выбрал меня, что он рядом и никуда не уйдёт в один момент душили, в другой дарили неописуемые счастью эмоции. Нам обоим было сложно, тяжело принимать решения, терять близких, друг друга, вечно гнаться за тем, что неподвластно. Мы пережили огромное количество событий, но всё ещё находили тепло, спокойствие и любовь друг в друге. В этот момент ко мне пришла самая открытая истина. Леви никогда не нуждался в громких словах. С ним нужно было молчать и просто глубоко заглядывать в угнетённые, этой жизнью, глаза. Вливать в них свои чувства, свою близость. Строить твёрдый фундамент близости, ведь я никогда не посмею от него отвернуться.       Игнорируя скатившуюся слезу из глаза, просто повернулась к нему корпусом и прильнула к губам, чтобы разделить воздух на двоих и растопить приятную сладость, что ощущалась на каждом рецепторе языка. Мы целовались долго, мило и невинно, почти как дети, словно всё ещё узнавая друг друга на ощупь, пробуя. Мы скорее играли в поцелуи, нежели целовались по-взрослому. Я запустила пальцы в его волосы, прошлась подушечками по ёршику на затылке, чувствуя ответное дыхание мужчины, что стало глубже и проникновеннее. Его реакция на мои прикосновения вычерчивала дорогу, вела меня к необходимым точкам, дарила наслаждение.       Я была так счастлива, пока таяла в его руках, пока отвечала на каждый поцелуй, пока вытягивала навстречу его губам тонкую шею. Хотелось больше, сильнее, глубже. Леви собственным весом заставил меня упасть на спину, навис в ту же секунду, как мои лопатки коснулись матраса. Он внимательно прошёлся по мне взглядом, цепляясь за улыбку и ответно в ней растягиваясь сам. Я любила, когда он улыбался, когда вот так легко дарил мне эту эмоцию. Я тут же своровала её себе, присвоила без лишних вопросов и разрешений, спрятала в укромный уголок памяти, чтобы в любой момент достать и любоваться. Даже солнце было не нужно, я светилась намного ярче.       — Руки, — его горячий шёпот заставил повиноваться, и вот я уже вытянула ладони вверх, а моя кофта скользнула по телу и потерялась где-то в другой стороне. — Ох, Адалин.       Леви склонился к шее, очертил скользкую дорожку ниже, вминал в губы мою кожу. Скорее всего, останутся следы. Ну и пусть. Пусть эти следы всегда будут со мной, я не хотела ничего забывать. Лишь бы на подольше. Лишь бы навсегда.       Сцепила ноги за его спиной, притянула мужчину ближе к себе, потому что все чувства туманили рассудок, я больше не могла ждать, отвлекаться, мне нужно было срочно ощутить его в себе. От былой скромности не осталось и следа, вмиг я испугалась, что его не обрадовали моё стремление и рвение, но, заглянув в чёрные радужки глаз, мне с лёгкостью удалось прогнать эти мешающие переживания. Леви наспех избавился от брюк, вперемешку с моими руками стянул с себя рубашку. Не представляю, как мы ещё не запутались друг в друге.       Его горячая ладонь раздвинула мне ноги, он крепко впился пальцами в бёдра, притягивая меня ближе так, что на них точно останутся следы. Затуманенным взглядом рассматривала его напрягшиеся мышцы, они переливались по его телу, подобно солнечным лучам. Очень красиво. Очередной поцелуй пощекотал шею, и я выгнулась в спине, словно приглашала, нет, умоляла приблизиться. Леви входил неспеша, аккуратно толкался бёдрами, сжимал пальцами простыни, упирался лбом в мою грудь. Проник глубже, дошёл до самого упора и замер, как и я, от столь сильного охватившего наслаждения. Первый громкий стон сорвался с моих губ, и я закусила нижнюю, стараясь быть тише. В который раз теряя крышу, растворилась в этих родных касаниях.       Уже совсем скоро мы прибудем к Королеве, совсем скоро мы предпримем попытку оказаться в Марли. Совсем скоро нас охватят гигантские перемены.       Но не сейчас.       В эту самую секунду для меня не существовало никакого пугающего будущего, потому что всё необходимое было в одном человеке. И он был рядом. Здесь и сейчас.