Последняя надежда стен

      POV Адалин.       «Но тогда пообещай мне, что если мы не справимся и иного выбора не останется — ты не оставишь меня».       Всё ещё в словах Эрена я слышала одни загадки, от которых становилось сложнее. Мы сидели на траве, сохраняя молчание, больше не проронили ни слова, слишком ушли в собственные мысли. Всё успело измениться к моему возвращению. Даже я, скорее всего, теперь не была той Адалин, которую они помнили. Но изменения Эрена оказались радикальными. Не понимала, как остальные ребята ещё не налетели на него с кулаками и расспросами. Неужели не замечали? Или дел вокруг было так много, что на чувства друга времени не оставалось?       Наш мир терпел большие изменения, слишком обширные и огромные. Что-то подсказывало, что совсем скоро мы повязнем в такой ожидаемой, но не желаемой новизне, и это пугало. Пугал и план Эрена, его целеустремлённость в гибели огромного количества людей. Но ведь он послушал меня, да? Он согласился попробовать пойти моей дорогой, согласился принять другие решения. Найти иной путь и не привести людей к гибели.       Но что я должна придумать? Как избежать увиденного Эреном будущего? Всё это время, не зная происходящего, именно он вёл нас дальше. Он руководствовался ситуацией и направлял её, а теперь согласился передать управление в мои руки. Что если я не справлюсь, не найду верного решения, не смогу спасти всех? Эти жалкие детские надежды и хотелки — сохранить жизнь каждого близкого человека, не допустить лишней смерти… Так ведь не бывает! Собственными глазами видела, что это невозможно. Аарон мне свидетель. Я совершенно не ощущала собственную силу координаты: всё увиденное мной было случайностью. Я не прикладывала никаких сил, когда же у Эрена получалось находиться в путях по собственному желанию. Мне нужно научиться.       Уже завтра мы оседлали лошадей и держали путь к королеве для проведения переговоров с Азумабито. Они держались нас стороной, толком не говорили и не разделяли общие приёмы пищи, и лично я за это их не винила. Перемены — всегда непростое дело, особенно те, что несут за собой гигантские последствия и изменения. Склонила голову вбок, чтобы посмотреть на Эрена, и поймала на себе его взгляд. Долго он меня так разглядывал?       — Уже уходишь? — голос парня был тихим, низким, он изучал моё лицо изумрудными глазами.       — Да, а что такое?       — Просто… — Эрен замялся, взял недолгую паузу в продолжении слов. Он выглядел так, будто его тело ломало пополам, как ссохшуюся соломинку. Было больно видеть его состояние. — Голова не так сильно болит, когда ты рядом.       — Ух ты, новые способности двух половин координат? — постаралась улыбнуться, разбавляя напряжённую атмосферу, но его выражение лица по-прежнему оставалось непреклонным.       — Ну да… Можно и так сказать.       И что нам делать? Эрен выглядел очень плохо, к тому же был до невозможности замкнутым и не желал делиться внутренними переживаниями. Как ещё я могла его растрясти? Есть ли у меня возможность прибегнуть к нашей силе, чтобы вывести друга на разговор? Нам ведь предстояло потратить долгое время на придумывание плана, благодаря которому человечество не потеряет свою большую часть населения. Эрен нужен мне настроенным, готовым двигаться в одном направлении, а сейчас он был сломлен. И я совершенно не понимала, что именно сподвигло его в это состояние. Будто с обрыва сорвался. Но у меня хватит сил удержать его. Я буду держать руку парня до последнего.       Тяжело приходить к осознанию, что ты не можешь помочь близкому человеку. Что бы ты ни спрашивал, ни говорил, всё не имело нужного действия. Я по-прежнему металась из стороны в сторону, утопая в собственном болоте переживаний и бессилия. Иногда казалось, что ответ — вот здесь, прямо на ладони, в такие моменты в глазах Эрена начинала плескаться жизнь и теплота. В такие моменты я правда верила, что именно сейчас он откроется мне.       Бросив взгляд в сторону Эрена, я поджала губы. Ничего не говоря и не беря разрешения на будущие действия, просто развела руками в стороны и сгребла парня в охапку своих объятий. Зажмурилась и переживала, что он оттолкнёт и назовёт глупой, но сердце подсказывало, что Эрен нуждался в тепле. Собственные опасения рушились, когда его ладони касались моей спины. Стало легче. В таком положении мы сидели несколько минут, пока нас не прервал характерный кашель со стороны.       Подняла глаза и сразу же вперилась ими в Леви. Если быть точнее, в гнев Леви. Даже слюну накопившуюся сглотнула, так страшно стало. Слишком нервно хлопнула Эрена по плечу и быстро поднялась на ноги.       — Ещё успеем всё обсудить попозже. Разберёмся с нашими планами! — практически запищала и подарила другу улыбку напоследок, после чего убежала восвояси.       Всё нутро визжало, что мне как можно скорее нужно добраться до своего Капитана, иначе беде не миновать. Леви же в этот момент коротко кивнул в свою сторону, подзывая к себе. И это ой как напугало. Не любила я, когда он вот таким становился. Слишком уж, как бы это ни звучало, по-капитановски.       — В очередной раз спрашивал тебя о самочувствии? — Леви изогнул бровь и сжал челюсть, стоял совсем без движений, будто окаменел.       — Нет, в этот раз я о его, — коротко хмыкнула, но быстро взяла себя в руки и стала более серьёзной. Мне казалось, что моё веселье и улыбка на лице злили Леви. — Что-то случилось?       — Йегер случился, — он буквально выплюнул слова в воздух и покосился в сторону Эрена, который по-прежнему сидел на земле. — Что это за картина такая была?       — Картина?       — Адалин, не строй дуру. Я про ваши крепкие тиски друг в друге.       — У Эрена в последнее время плохое самочувствие, много мыслей. Стараюсь быть хорошим другом и поддерживать его.       Мялась на месте, мне абсолютно точно не нравилось, что я скрывала и врала Леви о таких важных и грядущих изменениях. Но что мне оставалось? Вдруг опасения Эрена верны и если я что-то расскажу, то будущее поменяется и мы поплывём совсем в иную сторону? Для начала нам самим нужно обговорить план. Понять, к чему мы хотели прийти, а после посвятить в это остальных. До этого злополучного фрагмента я обязана сохранять молчание. Потому что дала Эрену слово.       — Другом? Не сказал бы это о его гляделках в твою сторону, — Леви злобно фыркнул. — Спасибо хоть на том, что не в воде брязгаетесь.       — Прости, я не подумала о нас со стороны. Наверное, ты успел надумать чего-то, — грустно вздохнула и опустила плечи. На свой страх и риск потянулась пальцами к его и поддела мизинец мужчины. — Мир?       — Намучаюсь я с тобой.       Леви коснулся губами моего лба и крепче сжал руку, ведя нас двоих в сторону лагеря. И снова это неприятное ощущение внутри груди из-за всех недосказанностей. Я шла в молчании, разглядывая точёный профиль мужчины, и всё больше закапывала себя под землю. Мы прошли через многое, вновь оказались рядом, а теперь эти новые недомолвки могли всё испортить. Понял бы всё Леви? Смог бы принять информацию и следовать моим просьбам? Капитан по-прежнему оставался старшим по званию. Несмотря на всю нашу любовь, у него всегда оставались обязательства перед миром и другими разведчиками. Как и у меня. Нам нужно немного подождать… Подождать будущего и со всем разобраться. Позже.       Наш лагерь был частично собран: продовольствие подготовлено, телеги загружены, только разбросанные по периметру палатки означали, что мы остались на последнюю ночь. Перевела взгляд в сторону моря, утопая в его сегодняшнем спокойствии. Что-то подсказывало мне о скором возвращении в это место, и я нахмурилась, не понимая, интуиция ли это.       Остановилась довольно резко, и идущий впереди мужчина свёл брови к переносице, всматриваясь. Не поняла, не осознала, но сердце застучало интенсивнее, я чувствовала это. Всё окружающее вибрировало новыми ощущениями, пока я разглядывала тканевые палатки, песок, бродящих разведчиков и море. Словно я была здесь и не здесь в один и тот же момент. Что это?       — Адалин, ты в порядке? — голос Леви звучал отдалённо, даже когда мужчина встал прямо напротив меня и поддел пальцами мой подбородок, подзывая взглянуть на него. Касания слабо чувствовались. — Ты здесь?       Этот вопрос напугал, потому что оказался метким попаданием в цель. Я была не здесь. Или же здесь, но не всецело: тут и там, но вот что такое «там», пока не поняла. Мельтешила глазами в разные стороны, страшилась неизвестного, но продолжала стоять. В один и тот же миг меня пугали две вещи: быть затянутой в водоворот или начать движение и потерять эту новоявленную связь.       Постаралась кивнуть только для того, чтобы Леви не забил тревогу и прикрыла глаза. Нужно попробовать сосредоточиться на дыхании, на зябких ощущениях, на собственных мыслях. Продолжала крепко сжимать его руку и в моменте осознала, что его касания удерживали меня в этой точке.       — Леви, будь рядом, хорошо? — прошептала, не дала Капитану сказать ничего в ответ и просто отпустила его руку.       Меня повело вбок, но не в физическом теле, в чём-то более глубоком и скрытом. Казалось, что я перевернулась с ног на голову и только после этого ощутила твёрдую землю под ногами, это и спровоцировало меня открыть глаза.       Путь.       Залитое синевой небо приветствовало меня в очередной раз. Бесконечное количество звёзд подмигивало, перешёптываясь между собой. Я осмотрелась по сторонам, а затем оглядела себя: та же форма и причёска, в какой я шла вместе с Леви. Не изменилась. Но почему я здесь? Может быть, мои мысли о собственном желании владеть частью координаты привели меня сюда? Эрен чувствовал то же самое, когда приходил и оказывался здесь?       Стоило развернуться, как синий горизонт сменился шумным переулком: ходили и разговаривали люди, облачённые в странную форму с жёлтыми повязками на плечах. Повязки? Опустила глаза и вздрогнула. На моей руке красовалась точно такая же, но смутило больше не это, а то, что рука у меня была до странности маленького размера. Начала вертеть головой, стараясь осмотреть себя всю с разных сторон, и пришла к выводу, что я буквально маленький ребёнок. Сколько мне? Десять?       Что происходило со мной в настоящем? Когда я здесь, как исчислялось время там? Я оставила Леви одного в попытках угомонить любопытство и теперь не имела и малейшего понятия, как вернуться обратно. Почему я оказалась именно здесь? Мысленно кричала от количества вопросов, на которые мне никто не мог дать ответа. Чертовщина какая-то. Из важного могла подметить только сам возраст. Если мне действительно десять, значит, в скором времени мой отец заберёт меня и побежит к стенам. Болезненный спазм внутри груди подарил волну кашля, и я чуть ли не согнулась пополам от внутренней боли. Она мне знакома. Впервые я почувствовала её, когда Бертольд проломил ворота в Шиганшине.       — Эй, Адалин, пойдём скорее, — моё запястье окольцевали чьи-то пальцы, и я вздрогнула, защитным действием перехватила руку незнакомого парня и с детской силой перебросила его через себя на землю. Ребёнок, что был старше меня на пару лет, лежал на земле с широко раскрытыми глазами. — Невероятно! Ты где этому научилась, звёздочка?       — Звёздочка? — непонимающе переспросила незнакомца, вновь осматривая его с ног до головы. Да, раньше я определённо его не встречала. Это и понятно, ведь по окружающей обстановке напрашивался единственный вывод — сейчас я находилась в Марли. Как же мне принять факт собственного рождения в этом месте? Вся память о жизни на этой территории безвозвратно стёрта. Кем был человек передо мной?       — Только не начинай, — он задорно усмехнулся уголком губ и поднялся с земли, не дождавшись моей протянутой руки помощи. — Знаю, ты бесишься, когда я тебя так называю, но пора смириться, — юноша посмеялся и потрепал мои волосы.       — Делаж! Какого чёрта ты забыла на территории учащихся? — грозный мужской голос выбил из колеи, и я развернулась, вперяясь глазами в подходящего к нам мужчину средних лет. — Ты больше не кадет, не имеешь права здесь находиться. Порко, отправь её обратно к воротам! Если ещё раз увижу вас, мелочь, доложу обо всём старшим по званию. О наказании могу не напоминать?       — Так точно, сэр, — юноша по имени Порко отчеканил приветствие и схватил меня за руку, без лишних расспросов побежал в противоположную сторону. — Снова тебя втянул, извини.       — Почему ты извиняешься? — мальчишка по-странному проявлял заботу к моей персоне, я чувствовала это на каком-то подсознательном, глубоком ощущении, как чувствовала и своё отношение к нему, о котором ни черта не помнила. Я решила плыть по течению, посмотреть, к чему меня это приведёт.       — Ты меня предупреждала, но я слишком сильно хотел покрасоваться на тренировке. Кстати, как тебе она? Видела, каким крутым я стал? Уже брата уделывать начинаю, — он чуть ли не нахохлился от комплиментов самому себе и бросил в мою сторону беглый взгляд.       — Я была кадетом?       — Ты на солнце перегрелась? Знал же, что тебя под теньком оставлять нужно, — Порко немного поник, и мы наконец-то перешли на шаг. Как странно находиться в детском теле спустя столько времени. — Как себя чувствуешь?       — Порко, — собственный голос причинял немалый дискомфорт, как и незнакомое имя когда-то знакомого человека. — Это очень важно, расскажи мне подробнее, а я потом всё объясню. Что за кадеты? Почему я больше не с вами?       Юноша нахмурился и стал внимательно рассматривать меня, словно искал подвох и не понимал происходящего. Не могла его винить, лишь хотела добиться ответов, сделать картину более ясной. Это ведь всё понарошку, я могла разговаривать, как хотела, верно? Порко огляделся по сторонам, крепче сжал мои пальцы и повернул в узкий переулок, явно следуя не по наитию. Через несколько минут мы остановились у гниющей деревянной лестницы, прибитой к стене странным и совершенно небезопасным способом. Лестницы вела прямиком в окно. Парень вновь огляделся, кивнул и начал забираться наверх. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.       Помещение, в котором мы оказались, приходилось обычным чердаком, но было здесь несколько нюансов: на полу в разных частях лежали разложенные пледы, будто спальные места, было несколько деревянных столиков, а на стене, прибитые гвоздями, висели разные листовки с новостями, включая несколько рисунков. Рисунки? Я начала подходить ближе, внимательно рассматривая содержимое. Фотографии? Это то, о чём говорил Гриша Йегер? Коснулась кончиками пальцев пёстрой картины, на которой было изображено звёздное небо и четыре человека, повёрнутые к смотрящему спиной. Сердце пропустило болезненный удар, когда я узнала себя на изображении, и это было необычно. Забытая память билась в тисках разума, чуть ли не тыча пальцем в силуэт девочки с ярко-пшеничными волосами. Поэтому звёздочка? Как только убрала руку, заметила, что на подушечках пальцев осталась синяя краска. Удивительно.       — У тебя снова они начались? — Порко вырвал меня из такого неизвестного мира и зацепился за плечи, развернул к себе.       — Что начались? — очередной вопрос на вопрос, но что я могла спросить другого? Понятия не имела, о чём говорил этот человек и почему мы вообще пришли сюда. Казалось, что одна из кроватей принадлежала мне. Как странно.       — Твои приступы… Ты предупреждала меня, что можешь нести всякий бред, поэтому я отвёл нас в наше место. Здесь не помешают.       — Из-за этого я покинула кадетский корпус?       — Твоя болезнь, — парень осёкся и опустил глаза. Его выражение лица изменилось, стало более тяжёлым и грустным. — Она усугубляется, ты же знаешь. Прости меня.       Видимо, именно из-за этого Дэгейр принял решение покинуть страну и направиться в Парадиз, потому что я начинала умирать. Из-за странности происходящего мне хотелось успокоить своего забытого друга, обрадовать, что я останусь живой и даже обрету счастье, но всё это не имело никакого смысла. Почему мои воспоминания открыли именно этот фрагмент? Почему…       — Порко, я… — не успела договорить, юноша вздёрнул меня за плечи и перебил:       — Ты чего меня так звать начала?       — Это ведь твоё имя…       — Знаю, но… Чёрт, забудь.       Он отпустил меня и отвернулся, тут же дошёл до стола и начал перебирать разного рода принадлежности. Избегал меня глазами. Почему? Я была целиком и полностью уверена, что его так звали, хоть и обращаться к нему было очень непривычно. Что-то здесь не сходилось. Голова заболела, но я не подавала явного вида, только отвернулась к рисункам, стараясь зацепиться за ушедшие фрагменты. Мысли образовывали хаос, переплетались между собой и окутывали друг друга прозрачностью, я не могла вспомнить ничего ровно до того момента, как странная внутренняя вибрация не проползла по позвоночнику выше.       — Покко? — имя вырвалось из собственных уст чем-то привычным и правильным. Подсознание твердило, что я обращалась к этому человеку только так, а ответный взгляд в мою сторону дал понять, что я попала в цель. Неужели что-то вспомнила?       Перед глазами проносились короткие картинки прошлого, где я была в окружении других ребят-одногодок и всегда окрикивала юношу по такому прозвищу, в связи с чем он недовольно цокал языком и шуточно угрожал, призывая обращаться к нему по полному имени. Сейчас же на лице Порко проступал слегка видимый румянец.       — Не нужно, я это просто так сказал, — он дёрнул плечом, но улыбка уже коснулась лица. — Ты не исчезнешь?       — О чём ты?       — Твой отец по-прежнему хочет забрать тебя в другой город, чтобы обратиться к врачам там? — юноша опустился на один из пледов и скрестил ноги, я последовала его примеру.       — Скорее всего, — мне оставалось лишь подтверждать будущее, о котором я знала. Дэгейр бы никогда не признался в том, что собирался покинуть Марли, нас бы расстреляли из-за этого моментально. — К чему готовятся кадеты?       — Точно с памятью проблемы, — Покко почесал затылок и придвинулся ближе. — Лучшие станут следующими владельцами титанов. Вот увидишь, буду красоваться с красной повязкой!       Вот оно что. Получается, я тоже готовилась к этому?       — Я сегодня не в своей тарелке, прости.       — Адалин.       — Что?       — Не уходи, мы тебя вылечим.       Не получится…       Меня затянуло стремительно, без собственного желания, оставалось лишь гадать, как работала сила половины координаты. У меня были друзья? Этот факт омрачил, стало грустно, по-детски обидно за отнятую жизнь собственным отцом. Пришлось хорошенько поморгать глазами, стряхивая пелену с одного глаза. Другому видеть было не под силу. Леви сидел на стуле рядом с моим матрасом, мы оба находились в палатке. Пришлось привстать на локтях, чтобы окончательно прийти в себя.       — Сколько я была без сознания? — в горле пересохло, мне прямо сейчас нужно было осушить бокал с водой. Капитан понял без слов, или тому виной являлась явная хрипотца в голосе?       — Три часа. Что это было? — мужчина помог мне удобнее устроиться на подушке и протянул в руки кружку с водой. Его обеспокоенный взгляд буравил лицо, стало не по себе, ведь я оставила его одного со своим обмороком. Как мне всё объяснить?       — Я видела своё прошлое. Сила координаты просыпается неожиданно, показывает странные вещи, которые ничего мне не дают, — хотелось добавить «ничего, кроме грусти», но не стала. — Леви, что если будущее, которое ждёт всех нас, слишком мрачное? Ты бы хотел знать о нём?       Мужчина устало вздохнул, провёл пальцами по подбородку и перевёл глаза в мою сторону. Он внимательно изучал, не стал говорить сразу, я только гадала, о чём он мог думать. Даже задавая ему такой вопрос, я рисковала, ведь Леви мог спросить всё в лоб, если поймёт, о чём я.       — Тебе удалось увидеть наше нерадужное будущее?       Как я и думала. Всё понял. В лоб.       — Нам нужно поговорить.       Коснулась мужского плеча и поднялась на ноги. Эрен согласился идти моей дорогой, значит, априори принимал мои правила. Я все последние года твердила близким, что наша сила в умении действовать вместе: делиться проблемами, не позволять тонуть в собственных переживаниях, находиться рядом, когда этого требовала и не требовала жизнь. Сила разведкорпуса в нас самих.       Только вместе мы способны всё изменить.