Твой сбивающий ритм направляет моё душевное спокойствие, Милый

Эта школьная пора... Я никогда не уделял ей слишком много внимания, как и, впрочем, всему, что меня окружало за пределами моей симпатии, которая заканчивалась на любимом Страйпи и собственной комнате, хранящей в себе практически все мои детские тогда увлечения и интересы. Я никогда не уделял дёрганому мальчику в перекошенной, как и он весь, грязного цвета рубашке внимания больше, чем знакомому на глаз четверокласснику, кем он и являлся для меня. Однажды нас пытались стравить намеренно, но каждый раз всё удивительно обрывалось и сходило на нет с обеих сторон, как будто между нами было негласное взаимопонимание или связь, что не желала делать из нас двоих закадычных врагов. Всё шло своим чередом, пока наша начальная школа не решила уделить внимание эстетической и культурной составляющей своих амбициозных учеников. Некоторые взрослые всё ещё способны страдать от того, что вынуждены делать то, что не хотят, быть теми, кем не являются и никогда не будут. Тогда что стоило говорить о нас, детях, которые никогда не считали себя геями и пытались найти выход из сложившихся обстоятельств? Всё наконец закончилось и мы оба смирились с собственным положением, даже не задумываясь о том, что в возрасте постарше сможем прекратить всё это окончательно. А смогли бы мы? Этот вопрос, находящийся за пределами наших детских голов, в итоге так и не возник, он будто и не пытался подобраться поближе и встать очередной, нашей общей проблемой. Я привык к новой череде вещей, привык к постоянным взглядам сошедших с ума от счастья толерантных взрослых вокруг. Привык ко всему, что было за пределами моей симпатии, как и всегда. Но к Твику я так и не смог привыкнуть.