Закрой глаза на мир

До жути уставший Хенджин сидел в своем кабинете и писал статью для сайта психиатрической клиники, в которой он работает. Буквы расплываются, но Хван не перестает печатать текст на компьютере. В такие моменты он задумывается, а зачем вообще он сидит в этой клинике, в которой даже нормального отопления нет? Хенджин может заниматься частной практикой, но ему для этого нужно больше опыта, специальная лицензия и хоть какая-то известность. Ничего из всего этого у Хвана нет. Вот сейчас, он пишет статью по медицине, которую никто, скорее всего, даже читать не станет. Остается надеяться на какого-нибудь человека, который все же прочитает и заинтересуется Хваном. На телефон пришло сообщение, вырвав Хенджина из глубоких раздумий. Хван взглянул в окно и подумал, что было бы неплохо развеяться. А потом снова посмотрел на экран компьютера и, тяжело вздохнув, взял телефон. Seungmin Я тут Одно короткое сообщение, а Хенджин уже наспех натянул куртку и завел машину. Три дня назад он узнал о том, что его лучший друг спрыгнул с крыши. Хван сразу же поехал в больницу, но там узнал, что Сынмин без сознания. «Главное, что жив,» – думал про себя Хенджин. В ту ночь его переполняло эмоциями. Он злился так, что хотелось другу глотку перегрызть; грустил, ведь не ожидал, что Сынмин так поступит. И было разочарование. Хенджин уже обговаривал эту тему с Кимом, на это тот говорил, что никогда в жизни не бросит Хвана одного. Хенджина окружают люди с проблемами. На кого ни посмотри – у всех что-то произошло. Сначала кажется, что это подростковый период, но потом понимаешь насколько все серьезно. Если бы Сынмин умер, то Хван винил бы в первую очередь себя. Хенджин ворвался в больницу и подбежал к стойке регистрации. – Где… – Хван Хенджин? – перебила его милая девушка за стойкой. Немного ошарашенный Хенджин кивнул. – Сынмин предупредил о вашем приходе, – лучезарно улыбнулась девушка. – Пойдемте, я отведу вас к палате. Хенджин шел за ней по коридору и недоумевал: почему нельзя было просто назвать номер палаты, в которой лежит Сынмин? Прямо перед нужной дверью девушка остановилась и, повернувшись, сказала: – Меня, кстати, зовут… – но Хван ее не слушал. Хенджин ворвался в палату, готовый весь мир разнести в пух и прах. Быстрым шагом он подошел к койке, на которой лежал Сынмин. Хван хотел посмотреть другу в глаза, но Ким всячески отводил взгляд. – Зачем? – этот вопрос мучал Хенджина с момента, когда он только узнал о произошедшем. Хван думал об этом, даже когда сидел с Феликсом в лесу. – Я все объясню, – пробормотал Сынмин. – Зачем? – стоял на своем Хенджин. Он ждет объяснений. Что на этот раз младший скрыл от него? – Я устал терпеть насмешки. Почему меня так не любят? – Хенджину хотелось одновременно и обнять Сынмина, и набить ему лицо за глупость и безрассудность. – У тебя есть я, бабушка и… – Хенджин задумался, пытаясь вспомнить имя парня Кима. – Как там зовут твоего любовника? – Чанбин. И он не любовник, – шмыгнул носом Сынмин. – Слабо верится, – сказал Хван тихо, чтобы друг не услышал. – Мне нужно еще кое-что сказать, – с каждым словом Сынмин говорил все тише. – Я надеюсь, это хорошая новость? Ким промолчал. – Вываливай, – Хенджин ожидал чего угодно, но не… – У меня отказали ноги. У вас когда-нибудь было чувство, будто что-то идет не так, но что – не понятно? У Хвана сейчас именно это. В голове начали появляться и отлетать варианты с тем, что теперь делать. Сынмину нужен тот, кто будет ухаживать за ним. Раньше, на это место встал бы Хенджин, но у него рейс на самолет через 2 дня, а бабушка Кима слишком стара, чтобы с ним возиться. – Хенджин, не молчи, – напрягся Сынмин. – Я не знаю, кто будет помогать тебе, – честно сказал Хван. – Мне через 2 дня нужно будет улететь из страны по работе. – У меня есть Чанбин, – Сынмин сказал так, будто это очевидная вещь. – Прости, но не факт, что Чанбин останется с тобой после того, как узнает о твоем состоянии, – Хенджин полностью уверен, что Со бросит Сынмина. – Он уже знает, – хмыкнул Ким. – И он не собирается меня бросать, а наоборот – сказал, что будет помогать. Хван удивился, ведь не питал никаких надежд к Чанбину. – А когда ты успел ему написать? – Хенджин прищурился. – Еще вчера. Он со мной всю ночь сидел, а сейчас ушел в магазин за вкусняш... – Сынмин резко замолчал, поняв, что взболтнул лишнего. Хенджина же, как током прошибло. – Ты очнулся вчера, но написал мне только сегодня? – всю жалость к другу, как рукой сняло. – Зато ты написал Чанбину?! Я с тобой чуть ли не всю твою жизнь был! – кричал Хенджин, от чего в палату прибежала медсестра. – Тебе плевать, что я так-то тоже волновался? – Прости, – только и сказал Сынмин. Он уже привык к такому поведению старшего. – Молодой человек, выйдите из палаты, пожалуйста, – медсестра потянула Хвана к выходу. Хенджин последний раз метнул глазами-молниями и ушел. Прямолинейность и вспыльчивость – это те самые черты Хвана, которые мешают ему как в социальной жизни, так и в работе психиатра. Хенджин часто говорит не подумав, из-за чего потом жалеет, но изменится не может. Хван вылетел из палаты под молчание Сынмина и оханье медсестры. Потом он снова будет жалеть, что оставил Кима в такой момент, но сейчас Хенджин чувствует себя преданным. Лучший друг променял его на какого-то парня. Сынмин рассказал о своем самочувствии Чанбину, но не сказал ни слова Хенджину. Почему? Боялся, что Хван будет злится? Или специально хотел вызвать у него гнев? Сынмин ведь знает своего друга, как облупленного, знает, что разозлить Хенджина легко, но все равно поступил с ним так подло. У Хвана кулаки зачесались от злости и он даже замахнулся, когда почувствовал чужую руку на своем плече. Хенджин обернулся, но опустил руки, увидев перед собой девушку, работающую за стойкой регистрации. – Извините, если напугала, – девушка улыбнулась смазливой улыбочкой, отчего Хвану захотелось блевать. – Могу поинтересоваться, как Вас зовут? Хенджин натянул улыбку и аккуратно убрал руку со своего плеча. – Я не знакомлюсь, – предупредил Хван и хотел уйти, но девушка вцепилась в парня мертвой хваткой. – Даже с такой, как я? – и снова наигранная улыбка. – Я могу дать свой номер. – Не надо, – Хенджин начал злиться. – И вообще, в моем вкусе блондинки! – сказал Хван и быстрым шагом пошел к выходу из здания. – Или блондины, – обиженно прошипела девушка.

***

– Ликси, – как бы невзначай начал Чан, сидя у Феликса в квартире, – А как бы ты отреагировал, если бы отправился в путешествие скажем так... – Бан сделал задумчивый вид, – с Хван Хенджином? – Ты про того психиатра? – Феликс не почувствовал никакого подвоха в вопросе, – Даже не знаю, как бы отреагировал, – Ли вилкой гонял картофелину по тарелке. – Если бы это сказал ты, то у меня наверное не было бы выбора. – Возможно, – Чан ехидно улыбнулся. – У меня для тебя подарок, – старший подмигнул и протянул Ликсу записку. Загляни в холодильник Феликс с непониманием посмотрел на Чана, на что второй лишь подмигнул еще раз. – Ла-адно, – протянул Ли. В холодильнике нашлась другая записка. Посмотри под кровать :) – Ты серьезно сейчас? – Бан Чан пожал плечами. – Я не пятилетний ребенок, мне не нужны квесты. – Какой ты скучный, – пробубнил Чан и достал из рюкзака два билета, – Вот это ты должен был найти в конце, – и протянул их Феликсу. – Поездка во Францию, – констатировал Ли. – Откуда ты взял деньги? Бан Чан почесал затылок, вспоминая о сообщениях, в которых он говорил Хенджину, что вернет все до копейки. – Мне помог один человек. – Хван Хенджин? – догадался Феликс, – Если да, то у меня один вопрос, – Ли посмотрел на Чана. – Зачем он это сделал? – По доброте душевной, – пожал плечами старший. – На самом деле, я сам не знаю, что двинуло его на такой поступок. Звук от дверного звонка раздался по помещению, чем очень удивил обоих парней. В этой квартире даже тетя Феликса практически не бывает, а гости тем более. – Ты кого-то ждешь? – спросил Чан, на что Ли отрицательно покачал головой. Крис заглянул в глазок и на его лице появилась широкая улыбка. – А вот и виновник происшествия, – замок двери щелкнул и в проеме показалось знакомое лицо психиатра. – Всем цыплятам привет! – в кухню влетел Хван. – Цыплятам? – не понял Чан. – Да, цыпленок, – подтвердил Феликс, заваривая чай. – Я смотрю, вы подружились? – тихо спросил Чан у Ликса. Хенджин посмотрел на парней, но промолчал, сделав вид, что не услышал. – Можно и так сказать, – также тихо ответил Феликс, на что Хван про себя улыбнулся. – Как дела, Ликс? – Хенджин приобнял Ли за плечи, пока второй тыкал ему в грудь кружкой чая. – Нормально, – Феликс отстранился, когда Хван наконец-то взял напиток. – А у тебя? – обратился Хенджин к Чану, стоящему в сторонке. – Я надеюсь, Минхо отстал? Ли с непониманием уставился на Бан Чана, мол, рассказывай. Крис же смотрел на Хенджина молящими о помощи глазами. Судя по всему, один Хван здесь не знает, какой Феликс в гневе. Хенджин посмотрел на Ликса, думая, что увидит дьявола во плоти, но Феликс был спокойным. – Почему ты ему не рассказал? – прервал молчание Хван. Бан Чану больше нравилась тишина, ведь он чувствовал себя до жути виноватым перед другом. – Я хотел рассказать, но... – Крис задумался, – Я не придумал нормальных оправданий. – Просто скажи уже, что у тебя с Минхо? – терпение начало подводить Феликса. – Ничего такого, за что можно беспокоиться, – начал заверять Ликса Чан, но перестал, когда Хенджин прокашлялся в кулак, – Но это правда! – Хван закатил глаза, – Ты мне не веришь? – психиатр отрицательно покачал головой. У Феликса в голове уже промелькала мысль, что эти двое – соулмейты. Хенджин и Чан делают множество вещей синхронно, не договариваясь об этом заранее. – Не тяни время, Чан-хен, – Ли уже и не знал, как выдавить из Бана объяснения. – Твой однокурсник Минхо подрался с Чаном и подал на него в суд, якобы за избиение и что-то там еще. Сейчас у Криса небольшие проблемки. – сказал за Чана Хенджин. Феликс застыл, обдумывая сказанное. Доверие к Чану обрушилось с треском и превратилось в пыль. Бан все это время решал проблемы Ли, а о своих даже элементарно сказать не мог. Чан был просто подушкой безопасности и не больше. Феликс и не заметил, как у него появилась привязанность к старшему. – Феликс, не молчи, – если Ликс перестанет доверять ему, то Крис сам лично задушит Хвана прямо здесь. – Ты мне не доверяешь? – спросил Ли, на что Чан весь сжался. Хенджин почувствовал себя лишним, но ему оставалось только попивать чай. Сегодня у него с Сынмином произошла такая же ситуация, только Хван, в отличии от Феликса, реагировал более эмоционально. – Это несерьезно, – Чан набрался уверенности. – Минхо даже законов не знает и без причины наезжает на меня. Я не увидел смысла рассказывать тебе о таком. Ли вздохнул. – Хорошо. Я не в обиде, – Хенджину показалось, или слова Феликса звучали с ноткой высокомерия? Возможно, Ликс еще та истеричка, просто из-за жизненной потрепанности этого не видно, а то как еще объяснить поведение Криса? – Но как я понял, суд еще не решен? Чан, который только-только расслабился после « я не в обиде », тут же напрягся и готов был провалиться под землю, лишь бы не чувствовать на себе эти пустой и сочувствующий взгляд. – Нет, не решен, – прошептал Крис, мысленно заказывая себе гроб. – И тебя не смущает, что отец Минхо – работает в полиции? – а вот и то, чего Чан боялся. Феликс ни за что не стал бы так много говорить, если бы на это не было соответственной причины. Хенджин чуть не поперхнулся чаем. Оказалось, что Минхо не нужно волноваться, даже если он переедет кого-нибудь поездом. – Это, конечно, не очень приятная новость, но у меня тоже есть один хороший знакомый в полиции, – вот и настало время, когда Чан тоже сможет удивить парней. По крайней мере, Хенджина уж точно. Хван и Крис сдружились, сами того не замечая, хотя это не плохо. Лишних друзей не бывает. – Хороший знакомый – это кто? – как и предполагалось, заинтересовался Хенджин. – Ян Чонин, – сказал Чан так, будто это известная личность. – Мой парень. – Ты гей? – и снова эта прямолинейность Хенджина. – Да, а ты имеешь что-то против? – Чана не смутил вопрос. – Я не имею ничего против, потому что я тоже, – Хван обычно не откровенничал, но сейчас он чувствовал, что с этими людьми такой разговор – это нормально. Оба парня посмотрели на Феликса, но синхронно отвернулись, не желая, чтобы Ли чувствовал себя неудобно. – Я бисексуал, – у Феликса никогда не было, ни парней, ни девушек, так что такой вывод взялся из воздуха.

***

Ливень барабанил по асфальту, заставляя людей бегать по улице в поисках круглосуточных магазинов и кафе, чтобы не на намокнуть. Среди таких людей был и Феликс. Многие, пробегая мимо, думали, что он сумасшедший, ведь Ли шел спокойным шагом, не думая даже капюшон накинуть. А зачем? Феликс не намокнет сейчас, так намокнет потом. Какой-то человек даже назвал Ликса бомжом, на что тот кивнул. С какой-то стороны он бездомный, ведь квартира тетушки уже давно не является для него настоящим домом. Настоящий дом – это место, где всегда царит уют и где ты можешь чувствовать себя спокойно. То место, где он сейчас проживает, Феликс не может назвать домом. Домофон звенит минут пять, а дверь в подъезд не открывается. Небольшая крыша, над головой Ликса, больше похожа на дуршлаг, так что от ливня не спасает. – Почему цыпленок мокрый? – внимание Феликса было направлено на мелодию домофона, поэтому он пропустил слова мимо ушей. – Феликс, простудишься же, – парень потянул Ли к машине. Феликс обратил внимание на Хенджина, только когда уже сидел в теплом транспорте. – Я подъехал, чтобы отвезти тебя в аэропорт. – Мои вещи в квартире. Квартира закрыта. Ключи у Чана. Крис где-то не здесь, – рассуждал Феликс. – Чан не здесь потому, что он на работе. У тебя разве нет ключей? – Хенджин удивленно посмотрел на Феликса. – Нет, – спокойно ответил Ликс. – И что ты предлагаешь нам делать? – Ничего. Мы никуда не полетим, – эти слова звучали так, будто Феликс уже давно все решил. Хенджин тяжело вздохнул. Достав из бардачка ключи от квартиры, Хван молча пошел за чемоданом Феликса. Чан предугадывал такое развитие событий и поэтому отдал ему запасные ключи. Засунув чемодан в багажник, Хенджин сел в машину и повернулся к Ликсу, который наблюдал за почти стихшим дождем. – Может скажешь, почему ты так не хочешь лететь? – Хван хочет, чтобы Феликсу стало лучше, но похоже сам Ли этого не желает. Феликс промолчал. – Ты опять меня не слушаешь? – тон парня был грустным, а не злым. – Хорошо. Я обещаю тебе, что после этой поездки твоя жизнь изменится в лучшую сторону, – Хенджин не стал упоминать, что с каждой секундой думает о своей затее все хуже и хуже. – Нельзя просто так разбрасываться обещаниями. Ты пожалеешь об этом путешествии, – тихо сказал Феликс. Хенджин подумал, что Ликса подменили с каким-то другим человеком, ведь слова младшего звучали будто с угрозой. – Я не в плохом смысле, – заранее предупредил Феликс. – Просто я умею видеть людей насквозь. Ты привяжешься ко мне в этой поездке. – То есть... – хотел уточнить Хван, но Ли его перебил. – Ничего не говори. Поехали. Хенджин мысленно закрепил эти слова Феликса у себя в голове и завел машину.

***

Толпы людей, ждущих самолет, окружили Ликса и Хвана в аэропорту. Старший дотащил Ли до диванчика, чтобы они смогли сесть. – Мы вылетаем через час, – проинформировал Хенджин. Нужно было подобрать правильный момент, чтобы рассказать Феликсу о планах на поездку. – Слушай, – Хенджин подсел ближе к парню, на что Ли не обратил внимания, – Будет всего одно условие, – Хван достал из рюкзака серый шарф. – Ты предлагаешь ходить мне по Парижу с закрытыми глазами? Почувствовал ли Хенджин себя идиотом? О да, еще как. Слова Феликса были пустыми и безэмоциональными, а это значит, что Хван сам выдумал себе интонацию, которую не хотел слышать, но от этого легче не становилось. – Давай лучше почитаем факты о Париже, – ничего другого Хенджин придумать не смог. Достав телефон, старший открыл первый попавшийся сайт. – Вот, например: Париж является самым посещаемым городом в мире. Хван листал страницу, пытаясь найти что-нибудь, что заинтересует Феликса. – В Париже есть дерево, которому приблизительно 400 лет, – продолжил Хенджин. – А еще, Эйфелева башня занимает первое место в списке самых разочаровывающих туристических достопримечательностей, – бросил Феликс. Хенджин принял слова Ли, как знак заткнуться, поэтому замолчал. Хван еще не понял, что за тараканы у Феликса в голове, но ему начинает казаться, что они все померли. – Привет, Хенджин! – раздался голос сзади, на что Хван обернулся. Перед глазами предстала картина: смеющийся Сынмин, которого катает на инвалидной коляске Чанбин. Хенджин уже успел и забыть о конфликте, произошедшем между ним и Сынмином, но это не значит, что Хван простил друга. Хенджин почувствовал прилив злости и чтобы не вылить свой гнев на Сынмина, старший начал оглядываться, в поисках человека, который его выслушает. И нашел. Этот человек сидит возле него. – Видишь вот этого человека? – Хенджин наклонился к Феликсу и стал тихо показывать пальцем на друга, чтобы Сынмин не заметил. – Это мой бывший друг, – Хван сделал явный акцент на слове «бывший», – Он променял меня на того парня, – Хенджин показал пальцем на Чанбина, – А сейчас пришел, будто ничего не было, прикинь? – Хван знает, что Феликсу нет дела до его жизни, но все равно уставился на младшего, ожидая реакции. – Хенджин, мы приехали, чтобы попрощаться, – Сынмин распахнул руки, чтобы Хенджин обнял его, но Хван остался сидеть на месте. – Ты все еще обижен на меня? – Хенджин обратил внимание на лицо Чанбина и увидел явную ревность. – Прости, я не думал, что тебя заденет то, что я написал сначала Чанбину. – Минни, ты разве не видишь, что Хван обманул тебя? – оба парня, – Хенджин и Сынмин, посмотрели на Чанбина. – Он сказал, что полетит по работе, а на самом деле с каким-то парнем, – теперь все посмотрели на Феликса. – Ты настраиваешь Сынмина против меня! – Хван вскочил и угрожающе посмотрел на Чанбина. – Так и скажи, что ревнуешь. – Я не ревную, а просто пытаюсь донести до своего парня правду! – Со указывал на Феликса, но смотрел в глаза Хенджину. – Ревнуешь здесь только ты, Хван Хенджин, – вставил свое слово Сынмин. – Если мы друзья – это не значит, что я должен говорить тебе обо всем первым, – Чанбин победно хмыкнул и повел Сынмина в коляске к выходу из аэропорта. – Я же говорил, – сказал Хенджин Феликсу, когда парни скрылись из виду. – у Сынмина появился парень и он теперь доверяет ему больше, чем мне, – возмущался Хван Ликсу, который все это время просто молчал. – Скажи что-нибудь по этому поводу. – Я не знал, что Сынмин твой друг, – подал признак жизни Феликс. – Вы знакомы? – Нет, я его по новостям видел, – сказал Ли. Хенджин помрачнел, но ничего не сказал. Лишний раз вспоминать тот день не хотелось.

***

– Ты передал Хенджину, что если с тобой что-то случится, то он будет нести ответственность? – спросил Чан. Бан Чан звонил каждые 10 минут, пока Феликс просто не перестал брать трубку. В итоге, Ликсу все равно пришлось ответить на звонок, ведь Крис написал, что тогда отстанет. – Хенджин тебя слышит, так что считай, что передал, – голос Феликса был более уставшим, чем обычно, ведь они с Хенджином летят до Парижа уже почти 12 часов. – Ты на громкой связи? Тогда пусть Хван знает, что я теперь совратитель несовершеннолетних. – Чан похлопал в динамик. – Ты серьезно? – спросил Хенджин, подвинувшись ближе к телефону Феликса. – Я от тебя такого не ожидал, Кристофер, – Хван уверен, что если Чан подтвердит это, то он больше не подпустит Феликса к нему, хоть Ли уже 21 год. – Нет. Ни в коем случае, – Бан Чан вздохнул. – Просто младшая сестра Минхо подала на меня в суд. Опять. – Минхо не отстал от тебя?! – возмущался Хенджин. – Нет, но как я понял, он и не собирается отставать. Чонин пахает, как собака, пытаясь помочь мне, и я очень благодарен ему за это, – в трубке послышалось шуршание, а затем кто-то сказал « ты звал меня? » – Ох, мне нужно идти, – сказал Чан, пока Хенджин еле сдерживал смех. – У меня срочные дела появились, пока. Крис отключился, а Хван в голос засмеялся. То, что у Чана непрекращающиеся проблемы – плохо, но то, как Крис скрывает парнишку под «срочными делами» – смешно и мило. – Феликс, ты... – хотел что-то сказать Хенджин, но заметив, что парень в наушниках замолчал. Чан упоминал что-то такое. – Ты ведь ничего не слушаешь? – Ли коротко кивнул. – Мы прилетаем через несколько минут, так что закрой глаза, – Хенджин протянул Феликсу шарф. – Я даже не могу спокойно выйти из самолета? – уточнил Ли, но завязал глаза. Хван мысленно умолял Феликса заткнуться, ведь каждое слово ставило Хенджина в неловкое для самого себя положение. – Эм... Нет? – неуверенно ответил Хван, но тут же сменил интонацию. – Точнее, нет. Хенджин выдохнул, когда стюардесса объявила о посадке в аэропорту « Шарль де Голль » и попросила пристегнуть ремни. Он пообещал Ликсу, что после этой поездки жизнь младшего изменится в лучшую сторону и он сдержит обещание. Феликс, сидящий рядом, все это время безуспешно пытался пристегнуть ремень, пока Хенджин ему не помог. Ли даже не засмущался, хотя сидящие рядом люди странно на них поглядывали. Самолет прилетел, а Хван продолжал наблюдать за Феликсом, не переставая. Ликс определенно красивый, этого отрицать нельзя. У Феликса особенно прекрасны глаза, но они скрыты за тканью, так что во внимание бросаются другие детали: аккуратный носик, пухлые губы и море веснушек. Младший барабанил пальцами по сиденью и не замечал на себе чужого взгляда. – Хенджин, разве не нужно уже выходить из самолета? – Хван отмер. Он серьезно сейчас пялился на Феликса?

***

Пока в Париже солнечно – в Сеуле нескончаемые дожди. Такая погода навевает грусть и тоску. Напряжение свалилось тяжелым грузом на плечи Чана, что делает ситуацию еще более невыносимой. – Я не могу смотреть на тебя, когда ты такой грустный, – сказал Чонин, обнимая Криса сзади. Яну трудно сосредоточиться на работе, ведь на Чане лица нет, из-за чего Чонину тоже становится грустно. – Я волнуюсь за Феликса, – честно ответил Бан Чан. – Любая мелочь может усугубить его ментальное здоровье. Чан много рассказывал о Ликсе, и Чонин тоже начал за него беспокоиться, хоть и не так сильно, как Крис. – Я уверен, что с ним все будет хорошо, – Ян говорил не громко, одновременно поглаживая плечи Чана и чувствуя, как Крис расслабляется. – Тем более, с ним Хван Хенджин, а он точно не оставит Феликса в беде, – Чонин оставил невесомый поцелуй на щеке Чана. – Ты же сам показывал мне фотографии, где прекрасно видно, как Хенджин смотрит на Ликса, – Чонин мечтательно закатил глаза. – Я смотрю на тебя также, – Чан полностью успокоился. А как не успокоиться, когда один фенек занимает тебя милыми разговорами, не давая плохим мыслям выйти наружу? – Как думаешь, я заслужил поцелуй в губы? – Крис ехидно улыбнулся. Чонин отвесил Чану легкий подзатыльник, но тут же заглушил мысли обоих моментом, происходящим прямо сейчас – поцелуем. Изначально Ян не умел целоваться, ведь у него не было партнеров во время отъезда, так как он верил, что вернется к Чану, но Крис быстро все исправил. – Я хочу бросить работу школьного психолога и начать писать музыку, – внезапно выпалил Чан. – Хорошо, я сегодня займусь тем, что буду искать тебе съемную студию, – не дожидаясь ответа, Чонин достал ноутбук. – Нет, не нужно. Еще слишком рано искать студию, – Чан закрыл устройство. – Единственное, что мне нужно – это твоя поддержка. – Я бы поддерживал тебя в любом случае, можешь не сомневаться, – Чонин еще раз поцеловал Криса и, с легкостью на душе, ушел в спальню.

***

Вы бы решились добраться из аэропорта до отеля вслепую? Феликс привык соглашаться со всем, что говорят другие, так что ему пришлось довериться Хенджину и другим органам чувств. Прибыв в отель, Хенджин наконец-то разрешил Феликсу снять шарф. Яркий свет, исходящий с окон, резал глаза, из-за чего они слезились, но Ли продолжал смотреть, не обращая на это внимания. – Цыпленок, закрой глазки, не нужно терпеть, – Хенджин встал шкафом перед Феликсом, чтобы свет не падал на младшего. – Хорошо, – кивнул Ликс. Хван аккуратно подошел ближе к Феликсу и, улыбнувшись, сказал: – Меня зовут Хван Хенджин, а тебя? – Хенджин решил, что самым правильным решением будет сделать шаг к знакомству, чтобы Ликс начал ему доверять. Феликс, не мешкая, ответил: – А меня Ли Феликс, – лицо Феликса осталось таким же безразличным. Хенджин ни разу не видел, как Ли улыбается, а знакомство показалось ему подходящим случаем. – Давай ты попробуешь еще раз, но с улыбкой. Я уверен, что она очень красивая, – Хенджин кивнул, давая понять, чтобы младший начал. – А меня зовут Ли Феликс, – Ликс попытался поднять уголки губ, но это оказалось безуспешным. – Улыбайся чаще, у тебя очень красивая улыбка, – сказал мужчина 35-и лет. Феликс отчаянно вырывался из чужого захвата, но мужчина только сильнее прижал его к стене, до боли сжимая запястья. – Я сказал тебе улыбаться! – Феликс получил удар по животу. – Давай, живо! Ликс улыбнулся. На его лице отображалась лишь боль, но мужчина довольно прошелся языком по пухлым губам Ли, нашептывая всякие пошлые гадости. Феликсу было неприятно, но он продолжал держать улыбку, надеясь на чужое вмешательство, которого не последовало. – Я не смогу, прости, – Феликс оставался все с тем же невозмутимым лицом, но Хенджин понял, что Ли вспомнил что-то неприятное. Это можно понять по временной задержке дыхания и такому же временному «отключению» от мира. – Я не буду заставлять тебя улыбаться, если ты не можешь, цыпленок, – Хван вновь улыбнулся. Эта улыбка старшего была не такой, как у других. В отличии от Феликса, от Хенджина веяло теплом за километр, тем временем, как Ли – холодная ледышка; ничего не чувствующий, никому не нужный кусок замороженной воды.