Используй с умом, Беллатриса.

Урок первый: послушание Внутри Андромеда будто сжалась в комочек. Хотелось рыдать, плакать, истерить. Она была загнала в ловушку, из которой не было выхода. Либо существование, либо… существование, но уже в виде игрушки для психа. Перспективы ее пугали, и она уже успела тысячу раз проклянуть то несчастное существо, что стало плодом их с Рабастаном связи. Бастан вальяжно обошел невесту и крепко схватил ее подбородок. Он задумчиво окинул ее взглядом, и, будто решив что-то для себя, едва заметно усмехнулся. - Урок первый. Послушание. – Его шелестящий голос разнёсся по комнате, заполняя все пространство и будто отражаясь от стен, усиливая эффект. - Что? Андромеда неверяще уставилась на парня. Онс не ослышалась? Что же он задумал? Мысли родились в голове, не давая ей возможности сконцентрироваться на происходящем. Ошейник будто бы немного ослаб, но все равно не давал ей возможности свободно дышать, давил на нее и усиливал ощущение загнанного в угол зверька. - Послушание. Полное. Тотальное. Во всем, вплоть до мелочей. Рабастан с нескрываемым удовольствием провернул в руках плётку и перехватил поудобнее. Андромеда, висевшая на цепях, выглядела до одури завораживающей. Непокорная, строптивая, и до безумия привлекательная. Девушка, что находилась лишь в его распоряжении, его игрушка, его зверёк. Он ещё раз оглядел распятую растерянную девушку и довольно улыбнулся. - Этой ночью ты научишься главному – слушаться во всем и всегда единственного человека – меня. Будешь делать все верно, быстро и правильно – будешь вознаграждена, будешь упрямиться и буянить – будешь наказана. Андромеда недоуменно посмотрела на жениха, скосила глаза на плётку в его руках и вновь перевела взгляд на лицо Рабастана. Страх неизвестного поглощал ее, будоражил разум и заставлял инстинктивно напрячься. - Что за наказание? Ты в своем уме? Меда, казалось, могла в этот момент начать плеваться ядом, не меньше. В ее глазах плескалось безумие, а тело, казалось, было наэлектризовано от переполнявших ее эмоций и избытка магии, запертой в ней. - Порка, малышка. С каждой провинностью, с каждым проведенным заданием количество ударов, что придется на твою пока что белоснежную попку, будет увеличиваться на пять. Говорят, что работает лишь метод кнута и пряника, но я считаю, что боль и дискомфорт являются самыми хорошими стимулами, особенно для такого чата, как ты. Бастан взмахнул рукой, и цепи, удерживавшие ее руки, отцепились от наручников и безвольно повисли в воздухе, а руки девушки резко опустились вниз. Дромеда тихо обхватила запястья в безуспешной попытке сорвать браслеты. - Молодец. А теперь встань на четвереньки и проползи до конца кровати. Ну же, смелее, котенок. Голос Рабастана гипнотизировал и создавал одновременно ощущения уюта и одновременно полного дискомфорта. Эти ощущения впервые вызвали у девушки такой явный диссонанс, однако она не придала данному факту особого значения. Меда фыркнула и за пару секунд спрыгнула с кровати. Казалось, она была уже совсем близка к цели, как вдруг внезапно поняла, что она лежит раком, ее голова уткнулась в простынь щекой, а руки ее заломаны и сведены за спиной. Рабастан лишь покачал головой. Он и не ожидал от котенка полного послушания, но чтобы она вовсе не воспринимала его всерьез… Нет, не бывать такому. Мужчина лишь сильнее перехватил сведённые руки левой рукой, а правой нежно огладил ягодицы девушки. Алекса валялась не кровати, но Рабастана было отнюдь не до нее. Он с удовольствием водил твоей по нежной гладкой ягодице девушки, наслаждаясь столь откровенной близостью с ней, пусть пока что отнюдь не добровольной. Рабастан в последний раз провел холеными пальцами по нежной коже девушки, скользнул между аппетитных половинок, невесомо очертил дырочку указательным пальцем и резко замахнулся и опустил ладонь на правую ягодицу девушки, оставляя на розовеющей коже алеющий отпечаток своей ладони. Послышался вскрик, и девушка непроизвольно дернулась вперёд, но Бастан ещё крепче перехватил ее руки и заставил принять изначальную кожу. - Ну же, куда ты? Всего лишь первый удар, первый из многих, а ты уже так разнежилась. Меда почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, а кожа на месте удара начинает саднить. Девушка отчётливо чувствовала желание разряжаться прямо сейчас, и лишь несколько глубоких вдохов помогли ей прийти в себя. - Пожалуйста, нет. Не надо, прошу, прекрати. Мне больно. – девушка перешла на шепот, чувствуя, как ее голос перестает ее слушаться. – Остановись,молю тебя. - Ну куда же ты, котенок? Игра ведь только началась. Ты сама решила, что можешь ослушаться меня, а теперь всего лишь несёшь наказание за свой проступок. Рабастан задумчиво обвел кончиками длинных пальцев след от первого удара, а затем резко опустил руку на ягодицу. - Два. – Мягко озвучил Рабастан, а Меда лишь замерла в страхе и ожидании следующего удара. Из глаз непроизвольно начали катиться слезы, и девушка даже не пыталась их удержать. - Три. – Снова нежные, но столь омерзительные для нее поглаживания и резкий удар, выбивающий из нее, казалось, всю душу. - Четыре. – К горлу девушки начало подступать омерзение, она чувствовала боль, но не могла даже шелохнуться. Казалось, ей даже вздохнуть не удавалось. - Пять. – И снова резкая боль и слезы, что не останавливаясь текли ручьем по лицу девушки. И вновь те самые омерзительные касания, заставляющие ее изогнуться под мужчиной, прогнуться максимально сильно, лишь бы не иметь ни малейшего контакта с ним. Не получилось, и вот он уже вновь лапает её, смело разжимая ее руки и оглаживая ее тело уже двумя руками, не скупясь на касания. - Надеюсь, ты вынесла из этого наказания урок, малышка. Что скажешь? - Да. – Одно единственное сухое слово, но с каким же трудом оно далось Меде. Рабастан выпрямился и отступил на несколько шагов назад, позволяя девушке встать и привести себя в порядок. Убедившись, что девушка все ещё держится на ногах, мужчина отдал второй приказ. - Опускайся на колени. Спина прямая руки на коленях. Андромеда неуверенно посмотрела на жениха. Не хотелось не то что двигаться – дышать. Она чувствовала, как каждый ее вздох отзывается болью где-то в районе груди, а каждый выдох причиняет нестерпимые моральные муки. Собравшись с силами, она было начала двигаться, от тут же оказалась впечатана щекой в кровать, а руки, как и в прошлый раз, были заведены за спину. - Что я там говорил про послушание, котенок? Забыла, что все мои приказы должны выполняться неукоснительно и молниеносно? Мужчина, казалось, мурлыкал в наслаждении, но его крепкая хватка свидетельствовала об обратном. Девушка уже даже не пыталась сдержать накатившиеся на глаза слезы, мечтая лишь, чтобы эти муки поскорее закончились. - Десять. – Сухой, ничего не отражающий голос оповестил разбитую девушку о количестве ударов на этот раз, а легкий, едва заметный для человеческого уха свист ознаменовал первый удар. На сей раз болезненными для Меды были лишь первые три удара. Остальные были для нее, как в тумане, она чувствовала, как перед глазами все плывет, а мозг начинает медленно отключаться от реальности. На смену обычным, логически объяснимым, человеческим чувствам начали приходить другие, более пугающие и необъяснимые.