Любовь в стенах больницы

Сегодня лил дождь, холодный и громкий. Когда он стучал по крыше, Рома частенько думал, что скоро всё станет как решето, а ветер, что дул со скоростью около 20м/с кажется будто отрывал старую черепицу. И хоть Рома сейчас лежал на кровати, полностью голый, смотря в потолок, его уже мало волновала погода. Сейчас все его мысли были заполнены Джонни, что обещал быть с ним. Рука опустилась к горлу, сдавливая его, Рома не хотел себя задушить, целью этого действия было ограничить себе воздух, совсем чуть-чуть. Рома кайфовал от этого, когда ты не можешь полностью вздохнуть, и организм начинает в панике хватать воздух ртом. Когда в глазах уже начало темнеть, а воздуха осталось совсем немного, Рома отпустил горло, начиная громко дышать. Все это время, Рома представлял что его душит он. А после рука ползёт дальше, останавливаясь на груди, начиная касаться пальцами самых чувствительных точек, аккуратно оглаживая кожу около ключиц и багровых сосков, касаясь их, поглаживая и сдавливая двумя пальцами. Рома лишь прикусывает нижнюю губу, чувствуя как внизу завязывается узел возбуждения. И рука тут же потянулась вниз, мимо живота и костей, что явно выделялись, опускаясь на бедра, поглаживая их, оттягивая одну ягодицу от другой, отпуская их с характерным звуком. Это зудящее чувство внизу не давало покоя уже давно, а избавиться от него Рома решил только сейчас. Повернувшись на бок, Рома прикусив нижнюю губу, выдавил пару капель смазки на пальцы, размазывая их, а после аккуратно вводя один палец, наконец ощущая это чувство заполнености. Двигая ими очень медленно, Рома прикрыл глаза, думая о человеке, что мог сделать бы так же с ним, раздвигая и резко входя, не оставляя в нем места. Двигаясь резкими рывками, принося ему массу удовольствия. От всех этих мыслей, он даже сжал свои пальцы внутри. Добавив второй палец, Роме понадобилось пару секунд, чтобы перестать чувствовать жгучую боль, но такую приятную, ведь после нее станет лучше. Продолжив движения пальцами, Рома тут же наткнулся на простату – путь к разрядке, поэтому принялся активнее по ней проходиться, издавая приглущенные стоны, каждый раз представляя мужчину, рядом с собой. Тягу к такому он имел уже давно. Где-то на первом курсе он впервые влюбился в парня, совершенно не понимая, почему так произошло. Это чувство влюбленности долго не проходило, и Рома не отпускал этого человека, мечтал о нем, а после понял, что любит только мужской пол. Когда сказал об этом маме, та психанула, начала ругать и говорить, что заставит лечиться, но Рома просто сказал, что ничего она не изменит и просто съехал от неё на съемную квартиру. Так и началась его самостоятельная жизнь, а через пару лет он познакомился с Олегом. Ну а дальше вы уже знаете. Поняв, что скоро не выдержит от своих движений, парень обхватил свой член рукой, проводя кольцом из пальцев по всей длине, начиная активно надрачивать себе, дабы ускорить разрядку. Спустя 20 секунд он наконец обмяк и простонал всего одно слово: –Джонни.. Возможно в этом был какой-то скрытый смысл, который он не понял, но вот что знал он наверняка, так это его чувства, что он влюбился бесповоротно и навсегда, словно всегда ждал такого человека, что сможет защитить его всегда. Поднявшись с кровати, Рома оделся, все ещё чувствуя небольшую тряску в ногах, аккуратно открывая дверь и выходя в ванную, где лёг в ванну, наполняя её водой: – Завтра мне нужно будет его выписать, а дальше что делать? – опустившись под воду глаза начало шипать, а воздуха не хватать, но Рома любил это, поэтому держался так около полминуты, после высплывая и делая громкий вдох. – Наверное стоит пригласить его ко мне домой... или к нему... Ааа, я не знаю. Почему с Олежей все было легче?! Потому что он не был моим пациентом.. – тут же отвечая на свой вопрос, сказал Рома, прикусывая снова губу, которая была уже искусаной и на грани кровотечения. В больнице его ждала кипа бумаг, что поднакопились за день, поэтому после обхода, во время которого ничего интересного, кроме очередного поцелуя, не произошло. – Итак, первой будет Настечка, её нужно выписывать, хоть она и не до конца реабилитировалась, – парень тяжело вздохнул, начиная писать выписку, подробно рассказывая о всем, что он сделал на операции и после неё. В сумме получилось 5 листов и два часа убитого времени. – Да уж, Настечка, болячек у тебя многовато для твоих 6 лет, но теперь все будет хорошо, – он улыбнулся, выходя в коридор, чтобы размять ноги, а также посмотреть за пациентами. К нему подошла Света, оттягивая за локоть в конец коридора к окну: – Расскажешь, что у тебя с тем парнем из 4 палаты происходит? – тихо сказала девушка, не желая привлекать сюда лишние уши. – Ничего вроде, – стараясь не подавать виду ответил Рома. В его голове сейчас крутилось много вопросов: Как она догадалась? Как давно знает? И расскажет ли кому-то ещё? – Врёшь. Видела я всё, он у тебя ночью в кабинете был, я ведь права? – настойчивая и умная, она попадала прямо в цель. – С чего ты это взяла? – не оставляя позицию защиты-врунишки отвечал Рома. – Ты никого к себе в кабинет по ночам не пускаешь, даже на замок его закрываешь, а тут вдруг кто-то появился, да ещё ваши взгляда позавчера, и ещё я читала, что носки стоп направленные на другого человека– значит что влюблён в того, на кого направленно. Перестань врать. Я все равно не собираюсь говорить кому-то. Понимаю же, что тебе влетит. В этот момент, Рома понял 3 вещи об этой женщине. Во первых, это скорее всего его лучший друг во всей этой больнице, потому что даже имея на него компромат, она не пошла его сдавать с потрохами. Во вторых, от неё хрен что скроешь, поэтому пытаться даже не стоит. И в третьих, нахрена ей читать о каких-то носках стоп? –Ладно, сдаюсь. Мы пара, вроде бы. Короче, все сложно, давай вечером за больницей поговорим, а то мне ещё ему выписку писать. Девушка лишь улыбнулась, утвердительно кивая, быстро уходя по делам. Она была рада, что смогла вывести его на чистую воду, в любом случае, она считала его лучшим хирургом и врачем, и не собиралась гадить его карьеру, хоть и понимала, что он нарушает врачебную этику. Рома вернулся в кабинет, начиная писать новую выписку, подробно излагая каждую болячку его возлюбленного, которую он вылечил, конечно не говоря о их снах, ведь он все таки лечил ножевые ранения. Наконец то закончив, спустя ещё полтора часа, он опустился на стол, смотря на то, как печатаются бумаги, стараясь не думать о том, что совсем скоро его не будет рядом на работе, но он всегда будет ждать после неё. Рома улыбнулся, искрене и по доброму, собирая все бумаги, закрепляя их скрепками и проходя отдавать уже собравшимся пациентам. С маленькой Настечкой, Рома попрощался, беря с неё слово, что она не будет больше ударяться головкой и следить за равновесием. После рассказал её маме, что им стоит делать дома и попрощался. Дальше он прошёл в 4 палату, где стоял Джонни, смотря в окно. Когда Рома зашёл, парень тут же повернулся, приветливо улыбаясь. – Здравствуйте, Роман. – Прекращай, я уже не твой врач, вот выписка – он протянул ему пару листочков, подходя чуть ближе. Джонни взял бумажку, кладя её на подоконник, смотря в голубые глаза, которые метались по всей комнате. – Значит мы теперь пара, да? – спросил Рома, для ясности и уверенности. – Ром, я люблю тебя, – подойдя к парню, сказал черноволосый парень, быстро целуя его в розовые губы, но также быстро отсраняясь, не хотелось доставлять проблем парню, если их увидят. – Я тебя тоже, Джонни, – ласково улыбаясь, словно это был очередной сон, сказал Рома, опуская голову набок, прикрывая глаза.