Ночь в Сиднее

Поздним утром, когда лучи солнца уже давно осветляли все вокруг, Хван Хенджин направлялся по просторному коридору отеля в буфет, чтобы насладиться завтраком перед еще одним нагруженным днём. Мышцы всё так же болели и гудели, но приятная расслабленность после ночи давала о себе знать. В приподнятом настроении парень миновал роскошный холл и прошел вперед, следуя указателям на стене. Телефон разрывался от количества уведомлений из беседы мемберов, которые потихоньку тоже просыпались и направлялись на трапезу. Но Хван игнорировал это, не доставая смартфон из кармана джинсов. Зайдя в помещение, Хенджин увидел уже половину своей команды за столом и в приветственном жесте поднял руку с мягкой улыбкой на губах. Пройдя к бару, он вдруг оцепенел и встал, как вкопанный. Взгляд остановился на парне бармене, который в это время сверялся с каким-то списком с сосредоточенным видом. Блондин был при параде – его легкий макияж подчеркивал глаза и пухлые губы, но вот прекрасные веснушки Хенджину не удалось разглядеть и это было досадно. Сделав вид, что изучает меню, молодой человек так и стоял на прежнем месте, не в силах подойти ближе и оказаться рядом с этим барменом, который еще вчера выполнял роль официанта и приносил заказ в его комнату. Темные глаза Хвана лихорадочно метались от стенда с меню на милого паренька за стойкой, который будто специально продолжал не замечать нового посетителя. Но вот их взгляды встретились и сердце старшего пропустило глухой удар, вспоминая все моменты их прошлой ночи. Эти глаза смотрели на него совершенно по-другому; они горели желанием и закатывались от удовольствия, пока Хенджин размеренно входил в хрупкое тело сотрудника отеля. Хенджина начало лихорадить не на шутку, а руки затряслись так, как никогда не тряслись даже перед выступлениями. Немного помедлив и осмотрев парня, блондин засиял той самой улыбкой, с которой он обычно встречал всех посетителей кафе. Но его взгляд был до того прямой и откровенный, что заставлял думать совершенно не об ароматных булочках и кофе. – Что будете заказывать, мистер Хван? – слащаво протянул бармен, наблюдая за заметно вспотевшим Хенджином. Тот не мог понять, почему его тело так подводит и заставляет краснеть перед приветливым парнем. Точнее понимал, но не думал, что реакция будет настолько сильной. – Всё так же. Свидание с тобой, – кокетливо ответил брюнет и присел за барную стойку с самым деловым видом. За спиной послышались улюлюканья мемберов, но он не обращал на них никакого внимания. Закусив губу, Хенджин рассматривал внаглую блондина, чья очередь пришла покрываться румянцем.

***

Хенджин не помнит, как добрался до отеля с ребятами после их очередного концерта в Австралии. Фанаты были такие радостные и ликующие, они скандировали название их группы со всех сторон, что уши закладывало. Но это было приятное чувство, приносящее счастье и какую-то легкую усталость, которая разливалась по всему телу негой. В машине ребята из группы даже не разговаривали, а просто наслаждались ночным видом Сиднея с его яркими огнями и вывесками, что встречались им на пути. Прохладный ветерок обдавал чувством свежести и свободы, щекотал волосы мемберов и чуть продувал их шеи. Дойдя до своего блока, ребята пожелали друг другу доброй ночи и скрылись в номерах, в которых они наконец могли побыть наедине с собой и мирно поспать в преддверии последнего концерта, который состоится уже завтра. Но сегодня они имели в запасе немного времени на уединение и отдых. В номере Хвана все было лаконично и строго, но его разбросанные вещи, несколько ароматических свечей и принадлежности для рисования создавали скромный уют, который радовал глаз и поднимал дух парня в считанные минуты. Да, он определенно любил свой творческий хаос, в котором он пребывал в каждом номере разных городов и стран. Создавалось ощущение, что он привносит в эти голые стены частичку себя и родного дома, который пришлось покинуть на несколько месяцев в связи с концертами. Хенджин принял душ и вышел в домашних штанах на нагое тело, чувствуя себя куда бодрее, чем раньше. На концертах тело ныло и просило отдыха, а капли пота, стекающие по всему, чему только можно, свидетельствовали о том, как сильно парень старался и выкладывался на сцене перед верными фанатами. Рисовать совсем не хотелось, хоть брюнет и любил делать множество скетчей на скорую руку во время тура. Хван чувствовал только одно, что его телу нужна разрядка и кто-то должен с этим помочь, ведь самому уже не так интересно. Но кто? Мемберы группы парня совершенно не привлекали в этом плане, ведь они все были ему как братья. Молоденькие и не очень сотрудницы отеля хоть и строили глазки молодому человеку, совершенно не заслуживали его внимания. Хенджин давно осознал, что его привлекает мужское тело. Все эти изгибы, мягкая кожа, прелестные очертания торса и упругие ягодицы... Ах! Даже мысли о таком заставляли брюнета покрыться тысячей мурашек и активизировать деятельность воображения. Из-за постоянных тренировок, концертов, разнообразных мероприятий и прочего на сексуальную жизнь времени не было совсем. Хенджину не так уж было тяжело, ведь он горел танцами и рисованием. Он не мог представить свою жизнь без этого, потому что все его чувства выплескивались из напряженного тела именно этими способами. Танец показывал всю страсть и бурлящие эмоции Хвана, заставлял обнажать сердце. А его рисунки, на которые он тоже тратил не мало часов – открывали его душу, показывали каким нежным и ранимым он может оказаться. Так что о связях, а уж тем более серьезных отношениях речи быть не могло. Даже времени наедине у Хенджина было крайне мало, ведь он жил в «громкой» общаге и предпочитал скрываться в своей комнате, в которую в любой момент могли зайти и поинтересоваться его делами или же просто потискать мемберы трирачи. Поэтому единственным местом, где он мог ублажать себя, была уборная, где можно было закрыться и спокойно плыть по течению своих фантазий. Не зная почему, брюнет чувствовал по всему телу неспокойный жар, который давил на него. Особенно внизу живота. Конечно, тур длился почти месяц и Хенджин не касался себя очень давно, но неужели его тело так сильно желало минутного удовольствия именно в данный момент? Голова шла кругом от жгучего желания, которое так внезапно настигло парня. Хенджину это показалось странным, и он отбросил мысли, пытаясь сосредоточиться на других своих ощущениях. Буркнувший в этот момент живот дал ему повод поразмышлять о другом. Ужин. Ему нужно вкусно покушать, чтобы наваждение отпустило и можно было спокойно лечь спать без всяких грязных мыслей в голове. Подойдя к столу в номере, Хенджин глазами нашел брошюру с услугами отеля. Полотенцем он водил по своим мокрым, чёрным, как смоль, волосам. Капли падали с кончиков волос на плечи и спускались ниже, заставляя молодого человека покрыться гусиной кожей, ведь в номере было достаточно прохладно от воздуха кондиционера. Пробежавшись глазами по меню, Хван набрал номер и озвучил свой заказ. Живот подтвердил всё, сказанное парнем, негромким урчанием, заставив его обладателя смутиться даже наедине с собой. Минуты ожидания казались вечными от голода и Хенджин решил зайти в Баббл, чтобы удостовериться в целости ли фанаты добрались до дома и пожелать им спокойной ночи. Ведь они ждали каждый день. А брюнету было только в радость написать всего несколько слов, лишь бы день стэй стал лучше. Негромкий стук в дверь заставил парня перестать смеяться от забавных комментариев и смайликов в приложении и отложить телефон. Наконец-то! Живот Хенджина уже напоминал тугой узел, ведь его последний приём пищи был несколько часов назад до начала концерта. Подойдя к двери, Хенджин распахнул ее со счастливой улыбкой на лице, предвкушая ужин. На пороге стоял невысокий блондинистый парень, который копошился в стойке с едой и проверял, всё ли стоит на своем месте, чтобы не разочаровать гостя отеля. Увидев приглушенный свет, сочившийся из комнаты, молодой человек поднял голову и встретился с тёмными глазами напротив. Правда эта переглядка длилась недолго, ведь Хван стоял полуобнаженным и этим привлёк совершенно другие взгляды младшего. Неоднозначные. По всему телу. – Кхм! Добрый вечер, мистер Хван. Вот ваш заказ, надеюсь, вам понравится кухня нашего отеля. Здесь готовят отменные повара! – блондин все-таки смог взять себя в руки и снова посмотреть в глаза гостя. Профессионализм в его работе – превышего всего, иначе бы он здесь пробыл недолго. – Благодарю. Я как раз очень голоден, – ответил Хенджин, закусив губу и рассматривая паренька рядом. – Занесите, пожалуйста, еду в номер. – Конечно! Молодой человек прошел в комнату с подносом в руках и услышал, как позади закрывается дверь. Уставший официант глубоко вдохнул и расставил всё на столе, желая поскорее оставить старшего одного со своей трапезой. – Могу ли я узнать Ваше имя? – донеслось сзади в считанных миллиметрах от макушки блондина, от чего волосы на затылке зашевелились. – Ли Феликс, сэр. Приятного вам аппетита! – как можно спокойнее протараторил официант и хотел уже идти к выходу, как последующие слова Хвана его остановили разом. – Не хотите провести со мной время? Ужинать в одиночестве так скучно, – капризно произнес Хенджин. – О! Тут есть ещё и бутылка вина, ну это точно подарок судьбы для нас двоих. – Это не входит в мои обязанности, мистер Хван, – доброжелательно сказал Феликс, растерявшись от неожиданного предложения. – Ну пожалуйста. Пара бокалов вина и я Вас отпущу, Ли Феликс. – Хорошо. Но если мне попадет от начальства, мне придется сказать, что это Ваша вина, – с усмешкой ответил блондин и сел на кресло, предложенное Хваном. Пока Ли открывал бутылку белого вина и разливал по бокалам, Хенджин в это время пробовал заказанную еду и продолжал разглядывать парня всё еще голодным взглядом. За милой беседой они выпили половину бутылки и, казалось, не собирались останавливаться. Разговоры были непринужденные, обсуждали все подряд. Семью, работу, увлечения. Но выпитый алкоголь развязывал языки. – Феликс, а ты когда-нибудь спал с айдолом? – после недолгой паузы произнес Хенджин, играясь пальцами с ножкой полупустого бокала. – Нет. Хоть я и бываю близко к знаменитостям, работая здесь, но не представлялось, – смеясь, ответил Ли, совершенно не смущаясь вопроса. – А хотелось бы? – продолжал спрашивать старший, игриво посматривая на собеседника и, как бы невзначай, провёл пальцами второй руки по своим слегка выпирающим рёбрам. – А чем-то должно отличаться от секса с обычными людьми? – лукаво поинтересовался Феликс, следя за движениями пальцев брюнета. Хван одним глотком допил содержимое бокала и оставил его на столе, поднимаясь с мягкого кресла. Быстрым движением он навис над пареньком, проведя пальцем по выбившемуся локону волос и заправил его за маленькое ушко с россыпью веснушек. Обдавая горячим дыханием с привкусом сладкого вина лицо младшего, Хенджин с закушенной губой прошептал прямо в губы блондина: – Проверим? Феликс уже давно потерял хоть какое-то самообладание, только увидев Хенджина в одних штанах на пороге. И сейчас, прикрыв глаза, он тянулся губами к раскрасневшимся чужим, желая попробовать их на вкус и распробовать как следует. Рассмеявшись, Хван отошел на расстояние и протянул руку младшему в приглашении. Слегка разочарованный блондин, не получивший желаемого, утопил свою ладошку в большой руке Хвана и поднялся. Медленным шагом Хенджин направлялся к кровати, в то время как официант семенил за ним и следил за движениями мышц плеч и спины, которые хотелось скорее покрыть горячими поцелуями. Сев на шелковые простыни, Хван за руку приблизил к себе парня. Тот, додумавшись, устроился на приглашающе расставленные бедра, чувствуя их силу своими ягодицами. Обвив шею брюнета, Феликс подался вперед и медленно провел своими теплыми губами по раскрытым напротив. От Хенджина пахло не только вином, но и каким-то приятным парфюмом, оставляющим шлейф изысканных цветов, которые дурманили разум. Старшему нравилось, как Феликс изучает его своими пальцами на шее и плечах, как жмётся своим телом к обнаженной груди Хвана, задевая бусины сосков и едва касается губами его. Но любому терпению приходит конец, поэтому, обхватив одной рукой талию блондина, а вторую положив на затылок, Хенджин притягивает к себе лицо парня и накрывает его губы своими. Нежных поцелуев недостаточно, поэтому они сразу уходят во власть похоти и целуются развязно. Феликс скользит языком по губам Хвана, пока тот не оказывается в плену этих самых уст. Посасывающие движения окончательно доводят младшего, и он крепко хватает волосы Хенджина, оттягивая их своими пальчиками. Его вставший член от столь горячих касаний на талии и языка старшего начинает непроизвольно тереться о торс брюнета, прося высвободиться из обслуживающей формы. Тяжелое дыхание превращается в мычание, когда их языки встречаются и начинают танцевать, сплетаясь между собой. Они ласкают ими друг друга, размазывая слюну так грязно и пошло, что сносит крышу. Руки Хенджина оказываются под рубашкой парня и начинают исследовать его тело, слегка царапая гладкую кожу и оставляя свои следы. – С-сними её, Хенджин, – слабая мольба Феликса выводит из транса старшего. – Такой нетерпеливый, мистер Ли, – ехидно улыбнувшись, брюнет все-таки выполнил просьбу и медленным, дразнящим движением потянул ткань рубашки наверх, обнажая парня на нём. Тело Феликса было как высеченная фигура. Ничего сверхъестественного, но эта фарфоровая кожа, мышцы груди и плеч, да и пресс, который скрывался за рубашкой, был прекрасен. Хенджин моментально начал покрывать короткими, рваными поцелуями веснушчатые плечи Ли, переходя на грудь. Его томный рык будоражил сознание Феликса, продолжая утопать пальцами в мягких и всё ещё мокрых локонах волос старшего. – Я хочу видеть твои веснушки на лице, когда буду трахать тебя в рот. Зачем прятать эту красоту тоналкой, – томно прошептал Хенджин, оставляя грубый укус на выпирающей тонкой ключице. – Тогда дай мне уже приступить к делу, – наигранно обиженно ответил блондин и начал сползать вниз, задевая руками все участки разгоряченного тела, до которых мог добраться. Присев на корточки, Феликс огладил бедра парня, которые так призывно все это время оставались расставленными для него. Добравшись до резинки штанов, блондин охнул, поняв, что белья там нет и в помине. Оттянув штаны, он опустил их вниз и снова взглянул на представшую перед ним картину. Хенджин сидел на кровати с раскрытыми ногами полностью нагой. Опираясь руками на простыни, он полулежа тяжело вздыхал, от чего грудная клетка и слегка проявившийся пресс поднимались то вверх, то вниз. Влажные волосы обрамляли черты лица, соскальзывая к плечам, большие розовые губы приоткрыты, а омут темных глаз направлен с прищуром на Ли в тягостном ожидании. Мышцы живота сокращались от его дыхания, а стоящий колом член сочился предэякулятом, плавно стекающим по длине. Феликс приблизился и окольцевал ладонью орган парня, подбираясь к красной головке губами. Подразнивая, он подул в уретру, хихикнув, и не дав сказать и слова брюнету, обхватил губами головку. До слуха Ли донесся громкий выдох, но этого было мало. Он хотел, чтобы парень стонал. Стонал его имя и не сдерживал себя. Поэтому, немного поиграв языком с уздечкой и лизнув пару раз по всему стволу, Феликс наконец принял в рот половину, расслабляя горло. Во рту Феликса было очень влажно и тепло, Хвану тяжело давалось сдерживаться и не двигать бедрами навстречу, но он старался не причинять боль блондину. Кусая губы, он смотрел сверху вниз на такого желанного мальчика меж его ног, который старался как можно больше принять в себя. Оставив член все так же во рту и обхватив его губами, Феликс начал орудовать языком, лаская плоть изнутри. Всё действо сопровождалось неприличными чмоками и хлюпающими звуками, которые разносились по всей комнате. Вбирая член глубже, Феликс прижал язык к его задней стороне и стал насаживаться быстрее, чувствуя, как предательские слёзы все-таки потекли по щекам, смазывая его макияж. – А-аах, Ликс, продолжай, – вдруг издал сладкий стон Хенджин, кладя руку на взлохмаченную макушку между его ног. – Я наконец вижу твои созвездия, маленький. Феликса безумно возбуждали комментарии Хвана, а особенно его негромкие поскуливания от ласк младшего. Он отдал управление Хенджину и пошире открыв рот, начал стимулировать языком основание, пока брюнет, держась за его голову, толкался тазом вперед. Слёзы катились по лицу, продолжая смывать остатки макияжа, но Феликс был счастлив обслужить гостя отеля, так как тот хотел этого. А именно с членом во рту сотрудника. Пульсирующая головка внутри влажных стенок говорила о том, что Хван подходит к разрядке. Поэтому он крепкой хваткой руки оторвал Феликса от его занятия и снова притянул к себе, увлекая в поцелуй. Обмениваясь взаимными ласками, их руки не могли найти места и остаться в одном положении, постоянно находя новые, неизведанные ещё, участки тела. Хенджин стянул с блондина злосчастные штаны вместе с бельем, давая им двоим свободу действий. Он расположил обе руки на полушариях парня и с силой сжал их, оставляя белые следы на коже. – Я буду разрабатывать тебя пальцами, чтобы ты хорошо принял меня. И хочу слышать твои стоны, маленький, хорошо? – заботливо, но в то же время с приказом высказался Хван. – Да, Хенджин, – покорно ответил блондин, млея и извиваясь в руках старшего, быстрыми движениями потираясь о достоинство парня ноющими ягодицами. Брюнет обильно смочил слюной свои пальцы и направил их к входу парня, держа второй рукой его за талию, удерживая того тем самым на себе. Когда входит первый палец, Феликс замирает и пытается расслабиться от неоднозначных ощущений. Насаживаясь до упора, Ли издает нежный стон прямо в чувствительное ухо Хвана, заставляя того начать активно двигать рукой. Через некоторое время присоединяется следующий палец, заставляя младшего сжаться и проскулить. Привыкнув, Феликс начинает сжимать их дырочкой, прося продолжения. Хенджин медленно растягивает парня, разводя пальцы и раскрывая стенки внутри. Третий палец не заставляет себя долго ждать и буквально втрахивается в податливое тело, продолжая терзать младшего сладкой мукой. Вместе с всхлипами и томными стонами, Хенджин слышит тихое: – Я хочу твой член внутри. Пожалуйста... – Феликс так слаб в эту секунду, ведь его тело хочет ещё. Он хочет оказаться во власти почти незнакомого парня и упасть в этот омут похоти и удовольствия на одну ночь. Хенджина просить дважды не надо. Оставив вход парня в покое на некоторое время, он берет Феликса на руки и кладет бережно на спину. Шелковые простыни щекочут кожу блондина, и он издает легкий смешок, наблюдая за парнем, нависающим над ним. Хван проводит жадным взглядом по обнаженному телу младшего, все еще восхищаясь его пропорциями. Проведя рукой несколько раз по своему члену, он подставляет головку к сокращающемуся сфинктеру блондина и медленно начинает входить. Склонившись над парнем, он что-то неразборчиво шепчет в попытке успокоить, но Феликс хватает его лицо двумя руками и впечатывает хенджиновы губы в свои. Сладко и мягко, чтобы максимально расслабиться и принять в себя всю длину сразу. Сильным толчком Хенджин оказывается внутри парня, чувствуя сжимающиеся стенки вокруг своего органа, и издает опьяняюще-протяжный стон наслаждения. Их звучание переплетается между собой, пока они хватают стоны друг друга губами. Хван начинает медленно двигаться, наблюдая за эмоциями Феликса, которые сменяются от неприятных до полных удовольствия. Искрящиеся глаза Ли закатываются от соприкасающихся друг к другу, уже изрядно мокрых, тел. Он обвивает ногами талию старшего и притягивает ближе, готовый к более быстрым толчкам. Хенджин сразу реагирует и начинает моментально вдалбливаться в тело, проходясь губами по ушам и шее блондина, оставляя нежные укусы по всей коже. Фрикции становятся жестче с каждым рывком бедёр и Феликсу уже плевать, что их могут услышать. Он хочет показывать своему мужчине на одну ночь, как ему хорошо с ним. Поэтому он утробно рычит и стонет, касаясь пальцами широкой спины. Оставляя на ней следы от ногтей, он опускает руки на поясницу и ниже, хватаясь за упругие ягодицы, уже сам задавая ритм движений. Хенджину сносит крышу, да и вообще всё, что можно от такого Феликса. Он подстраивается под его движения и размеренно трахает тугую дырочку, так хорошо принимающую его плоть. Мягкие стенки дарят неземное блаженство брюнету, и он присоединяется к протяжным стонам младшего, так же не ограничивая себя. Заметив налитый кровью член младшего, Хенджин берет его в руку и начинает быстро водить, пока сам не отстает от своих скорых движений. Феликс с закрытыми глазами и приоткрытым ртом принимает ласку старшего, двигаясь в том же темпе, чувствуя, как скоро порвется где-то внутри узел неумолимого возбуждения. – Феликс, не смей закрывать глаза, когда я трахаю тебя, – горячо шепчет Хенджин в его губы, едва касаясь их. Раскрытые тотчас глаза застелены пеленой надвигающегося оргазма. Ли крепче сцепляет руки где-то за спиной брюнета и прижимается ближе, ловя ртом воздух и видя перед глазами фейерверк. Чувствуя на своей руке густую сперму, Хван облегченно выдыхает и продолжает толкаться уже медленно, всей длиной чувствуя приятные ощущения, которые импульсами расходятся по его органу. Сделав несколько глубоких толчков, Хенджин изливается внутрь парня и медленно, даже лениво целует его пухлые губы, улыбаясь. Спустя некоторое время, когда Феликс уже одевается и ловит на себе всё те же восхищенные взгляды брюнета, он выдает: – Что-нибудь ещё желаете, мистер Хван? – Да. Еще одно свидание с тобой, Ликси.