Записная книжка вампирши

Сегодня утром, едва стемнело, ко мне заявилась гостья. Незваная. Конечно, я никого не ждала и разгуливала по дому в драном халате, папильотках, огуречной маске и в разных носках. — Чёрт бы тебя побрал, Грызелла! — крикнула я, распахивая окно. — Ты не могла позвонить? Я бы хоть саван надела. — Нет, не могла — ты же знаешь, что я беспозвоночная. Да и куда звонить? У тебя ведь нет телефона! — Грызелла протолкалась мимо меня в комнату и плюхнулась в кресло. — Позвонила бы на чайник, на торшер, на мусорное ведро, в конце концов! Волшебница ты или где? — Мне не до волшебства, — прохныкала гостья. — Да и плевать мне, в чём ты ходишь по дому. У меня такая беда, такая проблема… — Она издала тяжкий стон. Только сейчас я обратила внимание на её раздувшуюся щёку и перекошенную физиономию, более бледную, чем положено вампирам. — Зубы, что ли, прихватило? — Угу… Представляешь, я после обеда ковырялась зубочисткой, а она оказалась из осины! Это же всё равно что осиновый кол, только в миниатюре. Через пять минут морду разнесло. Мне теперь надо к зубному врачу! — А я тут при чём? — сочувственно спросила я. — Твои зубы — сама и топай. — Да я одна боюсь. — Пфых. — Я напустила на себя максимально презрительный вид, на какой была способна. — Взрослая вампирша, и боится бормашины? Позор. Я была о тебе лучшего мнения. — Неледа, не издевайся. Мне и так плохо! Неужели трудно проводить меня в клинику? — Пусть Бултых проводит. Ему всё равно делать нечего. — Бултых? Да он же жидкий. Ещё испарится по дороге, а я буду виновата. — Как будто у тебя грехов мало. Одним больше, одним меньше. Грызелла тихонько взвыла. — Ну Неледа, ну пожалуйста, ты же моя лучшая подруга. — Ладно, уломала, — вздохнула я. — Сейчас умоюсь, оденусь, и пойдём. Клинику уже выбрала? — Ага, вот эту, — она ткнула пальцем в синюю капельку на экране смартфона. — Пишут, что лучшая в Вампирбурге. — Надеюсь, там не используют серебряные инструменты, — хмыкнула я, чем заставила Грызеллу побледнеть ещё сильнее. Я привела себя в приличный вид, и мы вылетели в окно. Лететь с больными зубами Грызелле было тяжко, поэтому нам пришлось приземлиться и двигать до клиники на своих двоих по проложенному смартфоном маршруту. Всю дорогу бедная нечисть висела на мне и ныла. А я старалась успокоить её разговорами. — Там такие кривые иголки есть, ими зубной канал чистят. Иногда по семь штук втыкают в зуб. А раз у тебя воспаление, то сто пудов будут чистить. Тебе нерв уже удаляли? Грызелла тоненько запищала, вытаращила глаза и отрицательно замотала головой. — Тогда поздравляю, будут удалять. Интересно, как они это делают, по-современному или по-старинке? Ты будешь смеяться, но во многих клиниках нервы дерут как раньше, наживую. А перед этим закладывают в зуб мышьяк, от которого пациент три дня на стенку лезет. — Но для чего? — всполошилась Грызелла. — Считается, что так будет меньше боли при удалении нерва. Брехня. Э, стоп, куда ты на красный! Мы дождались, когда загорится зелёный, перешли проезжую часть и свернули в переулок. На нас оглядывались. Грызеллу била крупная дрожь. — Ничего, скоро придём, осталось полквартала, — приговаривала я на ходу. — Вон уже клиника виднеется. Интересно, там фиксируют пациентов? Знаешь, раньше в зубодёрнях такие ремни были на креслах — пристёгивали руки и ноги, чтоб не дёргался. Если сверлят без наркоза, то воленс-ноленс будешь дёргаться и извиваться. Тебе когда-нибудь сверлили? Нет? Ну, сегодня узнаешь, что такое сверлёжка. Мы прошли мимо магазинчика сладостей, и я напомнила Грызелле, что у кондитеров и зубных врачей взаимная договорённость. Желая подруге добра, я подробно рассказала, во что превращаются зубы у сладкоежек. — Мне Скрипун рассказывал, как он однажды в очереди к зубному сидел, а там какой-то вурдалачке коренной зуб удаляли. А зуб почти весь сгнил, цеплять не за что. Так не поверишь, раз пятьдесят щипцы соскакивали! Врачиха всё не могла этот зуб как следует ухватить. Щёлк! Щёлк! И так полчаса. А всё потому, что вурдалачка слишком любила конфеты. Грызелла передвигала ногами всё медленнее, и я решила подбодрить её старинной байкой, которую услышала ещё в детстве. — Однажды одна девочка пошла к зубному врачу. Тогда с наркозом зубы не лечили, не принято было. А она попросила, чтоб с наркозом. Врач достал вот такенный шприц… Засадил ей укол в десну… Вот такенной иголкой… Опа, мы пришли! Хорошо, что у тебя кофточка красная. Если много крови будет, то незаметно… — Неледа, не сочти за труд, купи мне бумажные платочки вон в том киоске, — дрожащим голосом попросила Грызелла. — Окей, идём. Так вот слушай дальше. Просверлил врач в зубу вот такенную дыру… — Нет, ты одна сбегай. Я тут подожду. — Окей. Тебе беленькие или розовенькие? — Зелёненькие. — Окей. Я оставила её буквально на минуту, купила платочки и вернулась, но Грызеллы не обнаружила. — Зелла! Ты где? Зелёненьких не было, я купила голубенькие. Да куда же ты запропастилась? Опоздаешь, придётся снова записываться. Ау-у, подруга-а! Потоптавшись на пороге клиники с четверть часа, я махнула рукой и улетела. Признаться, так и не поняла, почему сбежала Грызелла. Неужели ей не интересно было узнать, чем кончилась байка?