Исполни мою мечту...

      «Господи, нет, только не это», — промелькнуло у него в мыслях.       Тут же кто-то схватил его руки и завел за спину. Удар в колени сзади, и Феликс упал прямо на них. Он опустил голову и зажмурился, ожидая дальнейших ударов.       Тут он почувствовал прикосновение. Кто-то поднял голову Феликса за подбородок:       — Открой глаза, — прозвучал до боли знакомый, но мерзкий и отвратительный голос.       — Живо! — крикнул кто-то сзади.       Резкий удар поперёк лопаток, и Феликс открыл глаза.       «Крис…»       — Скучал по мне? — тот наклонился к лицу Феликса и истерично засмеялся. У него нездоровая психика. Ну а какому адекватному человеку будет в кайф избивать людей?       Феликс стиснул зубы. Удар в челюсть.       — Нравится? — опять истеричный смех. — Что, сегодня забыл спрятать свои пятна на лице? — он вгляделся в веснушки Феликса. — Получай! — ещё один удар в челюсть. — Твоё появление на свет стало ошибкой. Так ещё и природа наградила тебя этими дурацкими пятнами. Ты урод!       Крис засмеялся, встал и выпрямил спину, чувствуя превосходство над Феликсом. Он постоянно думал, что лучше всех. Мог пройти мимо и оскорбить любого человека, тыкнуть на его недостаток или комплекс. Хотя сам он не имел особо красивого лица, но считал себя королём этого мира.       — Сегодня можете оторваться на нём, парни! Мне он не нужен, — Крис махнул рукой. — Да этот уродец никому не нужен в этом мире! — он указал пальцем на Феликса и злобно усмехнулся, ощущая победу.       Крис отошёл на несколько шагов и стал наблюдать за кровавой сценой. Он натравил своих товарищей из компании на блондина, как псов. Те незамедлительно начали избивать и без того хрупкого парнишку. Они ржали и издевались, подражая своему главарю.       Ликс уже ничего не соображал. Голоса отдалялись, в глазах мутнело. Для него это время тянулось уже бесконечность, и он считал секунды до того момента, когда всё закончится. Многочисленные удары в живот, по ногам и рукам сыпались со всех сторон.       Особенное внимание уделялось лицу — парни разбивали его в кровь. Они безжалостно пинали его ногами по всему телу и со всей силы. Четверо на одного — нечестно, не так ли?       Феликс уже обмяк и не чувствовал ничего. Он потерял сознание. Когда компания поняла, что тот уже отключился, то они оставили его. Парни поспешно удалились с места происшествия, ржали и переговаривались о беспомощности своей жертвы.       Крис похвалил их за прекрасно выполненную работу, а те довольно улыбались, удаляясь.

***

      Сколько Феликс пролежал там, никто не знает. Его не заметили здесь, потому что в этом месте мало людей. Почти никто не ходит, да и кто будет заглядывать за угол в кусты, куда компания Криса успела оттащить его перед тем, как начать свою безжалостную бойню.       Феликс попытался открыть глаза. Ничего не вышло. Веки были немыслимо тяжёлыми и опухли от многочисленных ударов. Он привстал на локтях и сплюнул алую жидкость, которая была у него во рту. Губа разбита, кровь до сих пор идёт.       Попробовал подняться, но тут же что-то защемило в спине и он упал обратно, болезненно сморщившись. Он лёг на спину и зажмурился, настолько сильно, насколько позволили ему оставшиеся силы.       Из глаза вытекла слеза. Обычно он не плакал, когда его избивают, но сегодня был особый день. Почему именно сегодня? Почему не завтра, не когда-нибудь ещё? А именно сегодня?       Он был уже уверен, что сегодня избежал Криса и его компании, когда выходил из школы и предвкушал встречу с Хёнджином, но не тут-то было. Эти мерзкие ребята испортили всё. Абсолютно.       Феликс попробовал ещё раз встать. Получилось только сесть, что далось ему с очень большим трудом. Голова будто раскалывалась на мелкие кусочки. За что ему это всё? Чем он заслужил такое отношение к себе?       Он приоткрыл глаза, и солнечный свет ослепил его. Всё вокруг казалось таким светлым, видимо, из-за того, что он только что пришёл в себя.       Боль пронизала всё тело. Слабость в теле, но несмотря на это, Феликс опёрся на руки и медленно поднялся на ноги, качаясь из стороны в сторону. Он схватился за какой-то куст, стараясь удержать равновесие.       Затем отряхнулся, но лучше не стало. Одежда в каких-то местах порвана, вся в крови. Не самый лучший вид.       Хорошо, что до дома идти не так далеко. Феликс, еле передвигая ноги, поковылял в сторону дома.

***

      Он зашёл в квартиру. Минхо не было. Видимо, уже свалил куда-то, что было неудивительно: сейчас он будет делать всё, что захочет. Феликс облокотился на дверь спиной и скатился по ней вниз. Опустил голову, обхватив руками колени. Всё тело ломило. Редкие слезы вытекали из глаз, смешивались с кровью на лице.       Внезапный звук донесся из телефона. Уведомление. Феликс, несмотря на боль в руках, потянулся к рюкзаку и вытащил телефон из бокового кармана. На экране высветилось уведомление. От кого? Он не сразу разобрал надпись, потому что в глазах до сих пор плыло, и он еле как сфокусировал зрение.       — Приветик, всё в силе? — сообщение от Хёнджина.       Феликс закрыл глаза, понимая, что в таком виде он никак не сможет показаться Хёнджину. Он немного подумал и начал медленно набирать сообщение в ответ:       — Привет. Прости, я сегодня не очень чувствую себя, не смогу прийти.       Он выдохнул и выключил экран телефона, отбросив его в сторону. Поднялся на ноги и направился к ванной комнате.       «Даже если я никуда не пойду, отмыть всё это нужно, несомненно».       Проходя мимо стола, Феликс заметил какой-то лист бумаги. На нём было что-то написано. Он присмотрелся:       «Я ушел в клуб. Этой ночью меня не жди. Завтра утром вернусь домой».       Феликс так и предполагал, что его брат куда-то уйдёт. Это неудивительно, ведь сейчас ему никто ничего не запретит.       Парень зашёл в ванную комнату и подошёл к раковине. Взглянул в зеркало и ужаснулся. До этого побои не были настолько значительные. Видимо, компания Криса сегодня решила по полной оторваться на Феликсе.       Он включил теплую воду и подставил руку под поток. Жидкость тут же становилась алой от крови. Ликс пару минут простоял, смывая засохшую багровую жидкость с рук в раковине. Затем понял, что будет лучше, если он помоется в душе полностью. Это будет быстрее и чище.       Феликс выключил кран и начал медленно расстёгивать пуговицы на рубашке. Руки до сих пор были слабые, поэтому он с огромным трудом смог снять с себя одежду. На теле было очень много синяков, ссадин и царапин, которые заполняли почти каждый сантиметр кожи — всё в кровавых подтёках. Удивительно, как Феликс вообще смог очнуться после такого. Ему очень повезло. Он надеялся, что когда смоет с себя всю кровь и грязь, будет хоть чуточку лучше выглядеть.       Теперь как минимум неделю ему придется замазывать все эти следы тональным кремом каждый день и скрывать своё тело под закрытой одеждой.       Феликс залез в ванну и включил душ. Он начал смывать всё с себя. Параллельно он думал, за что же его так жизнь не возлюбила, что подкидывает такие неприятности? Так ещё и Хёнджину пришлось отказать. Только познакомился с человеком, и сразу же всё пошло ко дну.       Парень аккуратно отмывал своё тело, стараясь несильно задевать синяки, потому что от каждого прикосновения неимоверная боль искрой разбегалась по всему телу. Спустя минут пятнадцать, он наконец смог привести себя в порядок и вылез из ванной. Встал возле зеркала и отметил, что теперь он выглядит хоть немного получше.       Ликс положил вещи в стиральную машину и, обернувшись полотенцем, отправился в свою комнату. Он не стал замазывать синяки, ведь Минхо дома нет и он не увидит следы побоев. Феликс открыл шкаф с одеждой, вытащил первую попавшуюся футболку и черные спортивные штаны. Футболка оказалась одна из самых больших в его гардеробе. Он сам не помнит откуда она взялась, но она ему нравилась — была широкая и удобная, как раз для дома. Он лег на кровать и заглянул в телефон.             Уведомление:       — Что случилось? — сообщение от Хёнджина.       — Ничего особенного, просто неважно себя чувствую.       — Твой брат сейчас дома?       — Нет, Минхо оставил записку. Написал, что в клуб уехал. Его не будет до утра.       — Понял.       На этом переписка закончилась. Феликс хотел, чтобы она продолжилась, потому что это хоть на немного смогло бы отвлечь его внимание от боли в теле, и забыть о случившемся. Но он не знал, что ещё написать Хёнджину, чтобы диалог продолжился.       Он положил телефон рядом с подушкой, а сам лег на неё. Долго смотрел на чёрный экран телефона, ожидая очередного уведомления, но ничего не приходило. Через несколько минут безуспешных ожиданий, его глаза сами собой закрылись от усталости и он заснул.

***

      Стук в дверь. Феликс открыл глаза и недовольно хмыкнул.       «Почему он так рано? Он же сказал, что в клуб ушел! Да и почему он не открывает своим ключом?!» — с этими мыслями парень раздражённо встал с кровати и вяло поплёлся к двери.       Феликс совсем забыл про то, что он весь в синяках, и что брат увидит его таким. Ну, а вообще, какая разница? Ликс был уверен, что Минхо уже кучу раз замечал его синяки после побоев, но ему было просто наплевать на это.       Он открыл дверь и уже хотел начать возмущаться на своего брата, как тут же застыл на месте с открытым ртом.       — Что за…? — Хёнджин увидел Феликса, всего в синяках, глаза его округлились. Он быстро зашёл в квартиру и захлопнул дверь. — Что, чёрт возьми, с тобой произошло?! — Хёнджин испуганно осматривал лицо блондина, а тот до сих пор был ошарашен его столь внезапным появлением. Парень стоял молча, не в силах ничего ответить. — Феликс, не молчи! Ты меня слышишь? Что это?! — Хёнджин потряс его за плечи, приводя в сознание.       — А… я… это просто… ничего особенного… — Ликс заикался, до сих пор ошарашенно глазея на Хёнджина.       — Кто это сделал? — Хёнджин произнес это почти по слогам строгим голосом, чуть прищурившись и смотря прямо в глаза Феликсу. А тот бегал взглядом по сторонам, стараясь не смотреть на Хёнджина.       — Это неважно… — тихо ответил он.       — Важно! За что?       — Я… я не знаю, — Феликс по-прежнему заикался, подбирая слова.       — Я ещё раз спрашиваю, кто это сделал? — Хёнджин уже начинал злиться. Непонятно, то ли на Феликса за то, что он ничего не рассказывает, то ли на того, кто причинил ему вред.       — Тебе это знать необязательно! — Феликс сказал это как можно громче, насколько позволили ему силы, но получилось лишь тихое возражение.       — Мне? Обязательно! — Хёнджин начал быстро расхаживать по комнате туда-сюда.       Феликс молчал.       — Мне нужно знать, скажи, пожалуйста. Кто и за что сделал это с тобой? — Хёнджин остановился и подошёл к Феликсу, вглядевшись в его лицо.       Тот опустил голову и зажмурился.       Хёнджин подошёл очень близко. Он осторожно приподнял голову парня за подбородок и посмотрел на его лицо. Губа разбита. Глаза немного опухли то ли от того, что он плакал, то ли от сильных ударов. На лбу и на щеке ссадины. Хёнджин пристально вгляделся в его лицо.       — Почему я раньше этого не заметил? — произнёс он задумчиво. — Так значит, ты у нас, оказывается, поцелованный солнышком? — Хёнджин слегка улыбнулся.       — Что? — Феликс открыл глаза и увидел его лицо очень близко. Настолько, что почти чувствовал его горячее дыхание.       — Веснушки. Про тех, у кого они есть, говорят, что их солнышко поцеловало, — Хёнджин улыбался, рассматривая созвездие мелких пятнышек на носике и щеках Феликса.       — Нет. Не говори так. Это ужасно, — блондин попытался отвернуться, вспомнив слова Криса о его веснушках, но Хёнджин крепко держал его подбородок. И он смог лишь отвести взгляд в сторону.       — Что ты такое говоришь? — Хёнджин чуть помедлил. — Неужели из-за этого тебя избили?       Феликс снова молчал.       — Господи, серьёзно? — Хёнджин выдохнул. — Из-за этого? — он повысил тон. — Кто это сделал? — он посмотрел в глаза Феликсу, ожидая ответа.       — Зачем тебе это знать? — Феликс спросил, всё также смотря в сторону.       — Нужно. Просто назови его имя и опиши внешность, — Хёнджин настаивал.       — Не могу.       — Окей. Во сколько у тебя завтра начинаются занятия? — Хёнджин неотрывно смотрел на Феликса.       — В восемь утра, как обычно.       — Жди меня возле дома. Я подъеду за тобой, — Хёнджин обхватил лицо Ликса своими руками. Его ладони большие, и голова Феликса казалась такой миниатюрной и аккуратной на их фоне. — Слышал? Жди меня.       — Да…       Хёнджин улыбнулся и перевёл взгляд на веснушки парня. Маленькие пятнышки, как зёрнышки, были рассыпаны по лицу Феликса, придавая ему такое невинное очарование. Он мысленно рисовал причудливые узоры, соединяя веснушки между собой, создавая удивительные созвездия. Казалось, он вечность может смотреть на эту красоту. Как там говорят — вечно можно смотреть, как горит огонь, и как течёт вода. Хёнджин мог бесконечно рассматривать лицо Феликса: такое идеальное, прекрасное, почти кукольное личико.       — Хватит рассматривать меня, — Феликс начал смущаться от такого длительного близкого контакта.       — Не могу оторваться от этой прелести… — Хёнджин прошептал это едва слышно.       Феликс поднял глаза и посмотрел на него. Тот внимательно рассматривал каждую деталь его лица. Тут он вдруг перевел взгляд и посмотрел прямо в глаза Ликса. Как-то загадочно, будто хотел что-то сказать.       Хёнджин поправил волосы одной рукой.       — Если… — он сглотнул ком, образовавшийся в горле, будто собирался сказать что-то важное. — Если я сейчас… поцелую тебя в твои прекрасные веснушки, ты не убежишь от меня?.. — он сказал это тихо, почти шёпотом.       Глаза Феликса удивлённо округлились, но тут же выражение его лица смягчилось, и он чуть заметно улыбнулся, смутившись такому неожиданному вопросу.       — В таком состоянии я вряд ли смогу сейчас убежать, — блондин усмехнулся и мотнул головой в сторону своих синяков. — Так что, я не убегу, — он одобрительно посмотрел на Хёнджина, как бы давая разрешение.       — Закрой глаза, — прошептал тот.       Феликс послушно последовал указанию. Хёнджин всё также держал его лицо в своих ладонях. Он улыбнулся, глядя на Ликса. Его длинные реснички на закрытых глазах. Чистая, бледная кожа, на которой гармонично контрастом смотрелись веснушки. Несмотря на ссадины, он был прекрасен, напоминал принца из какой-то сказки. Острые скулы и подбородок. Губы пухлые и розовые, с чётким контуром и красивым правильным уголком. Манящие, даже несмотря на то, что на них остались следы от побоев.       Хёнджин медленно приблизился к его щеке. Горячее дыхание обжигало кожу Феликса. Тот полностью расслабился в руках Хёнджина. Парень аккуратно дотронулся тёплыми мягкими губами до нежной кожи блондина, боясь сделать больно. Словно в его руках сейчас находилась ваза из самого тонкого хрусталя, который очень легко разбить одним неосторожным движением. Феликс буквально таял на глазах у Хёнджина. Тот отстранился и, решив не упускать возможность, поцеловал его ещё раз, только теперь уже не в щеку, а в носик — в ещё одно чудесное созвездие веснушек.       Феликс открыл глаза и посмотрел на Хёнджина, а тот довольно улыбался до самых ушей.       — У тебя такая нежная кожа, — произнёс он шёпотом, поглаживая большими пальцами щёчки Феликса.       — А у тебя такие мягкие губы… — тот перевёл взгляд на губы парня.       Вдруг они услышали какой-то шорох в комнате Феликса. Хёнджин насторожился.       — У тебя дома ещё кто-то есть? — он посмотрел на Ликса.       — Нет, — тот усмехнулся. — Это всего лишь коты.       — У тебя есть коты? — воскликнул Хёнджин.       — Да, — Ликс заулыбался. — Пойдём, покажу, — он неожиданно для самого себя взял Хёнджина за руку и повёл за собой.       «У него такая маленькая ручка», — думал Хёнджин.       Через пару мгновений они оказались в комнате Феликса. На его кровати сидел белый котик, с небольшими светло-рыжими пятнышками.       — Вау, а он похож на тебя. Недаром говорят, что домашние животные похожи на своих хозяев, — Хёнджин улыбнулся.       Феликс засмеялся.       — Это Макки, — представил он одного из котиков.       — А где второй? — спросил Хёнджин.       В эту же секунду он почувствовал что-то мягкое у своих ног. Гость посмотрел вниз и увидел второго кота. Весь чёрненький, но носик и кончики передних лапок белые.       — А это Данби, — представил второго своего котика Феликс. — А он похож на тебя, — хихикнул он.       — И вправду, — сказал Хёнджин, опускаясь на корточки к питомцу. Он погладил его по голове и спинке, а тот довольно мяукнул и потерся о руку парня.       — Вы с ним нашли общий язык, — Феликс улыбнулся.       Макки спрыгнул с кровати и подошёл к Данби, которого ласкал Хёнджин, пристроился рядом и теперь парень гладил уже обоих котиков, улыбаясь во всю.       — Они такие пушистые и мягкие, — Хёнджин восхищался животными.       Феликс сел на кровать и лишь наблюдал за этой сценой, удивляясь, как Хёнджин мог быть таким милашкой.       — Хёнджин… — вдруг заговорил Ликс.       Тот перестал гладить животных и повернулся в его сторону.       — Называй меня Джинни, хорошо? Так я разрешаю звать себя только близким людям, поэтому… — он на секунду замолчал. — Зови меня именно так, ладно?       — Хорошо… Джинни… Подойди ко мне, пожалуйста, сядь.       Хёнджин встал и выполнил то, что сказал Феликс. Он сел рядом и посмотрел на него.       — Что это значило? — начал Феликс.       — Что именно?       — Ты прекрасно понимаешь о чём я, — он серьёзно посмотрел на Хёнджина.       — А, ты про это… — тот сглотнул. — Понимаешь… я не знаю, как об этом всём говорить. Не представляю, какая у тебя будет реакция. Если честно, у меня такое впервые… Ну, а если без всей этой нудятины говорить на чистоту, то… — он замолчал на мгновение. — Феликс, ты нравишься мне. Нравишься не просто как друг, а как парень, понимаешь? — он отвёл взгляд в сторону, только искоса наблюдая за его реакцией.       Ликс неподвижно сидел. Он не проронил ни слова, пока Хёнджин снова не начал.       — Прости… это моя вина. Угораздило же меня влюбиться в парня. Я ещё и чего-то ожидал… дурак, — Хёнджин грустно усмехнулся, обхватил голову руками и замолчал.       Макки и Данби как будто чувствовали напряжение в этой ситуации и старались разрядить обстановку. Они тёрлись о ноги Хёнджина и мурлыкали, будто утешая его.       Тот опустил руки и дал им возможность залезть к себе на колени. Они оба тут же запрыгнули и уютно пристроились возле живота Хёнджина. Сначала прилёг Макки, а затем Данби прижался к нему близко-близко. Они мяукали между собой и тёрлись, в то время, как Хёнджин гладил их.       «Вот бы это были мы с Феликсом, также лежали друг с другом и нежились…» — он улыбнулся своим мыслям, но тут же отогнал их, ведь он понял, что этого и быть не может. Остается только мечтать.       Улыбка спала с его лица, и он закрылся руками. Феликс всё это время сидел, обдумывая каждое слово Хёнджина, прокручивая в голове, словно заевшую пластинку. Он ведь не шутил, говоря всё это?       Вдруг Феликс услышал тихий всхлип.       — Джинни?.. — он подсел ближе к Хёнджину.       Тот лишь ещё больше закрылся руками, будто защищаясь от окружающего мира.       Феликс не знал, что ему делать. Перед ним плачет парень. Что он должен сделать? Обнять? Не будет ли это лишним? Но Феликсу вдруг стало абсолютно неважно, что подумает Хёнджин, и он сзади обхватил его спину обеими руками. Тело Хёнджина редко вздрагивало от всхлипов.       Он внезапно развернулся лицом к Феликсу и обнял его. Прижался всем телом, держась за него, как держится утопающий за спасательный круг. Может быть, это был единственный раз, когда они обнимаются? Хёнджин уткнулся носом в грудь Феликса, и футболка у того начала намокать от слез. Он как котёнок, прижимался к Ликсу, а тот закрыл глаза и тихо произнес:       — Я подумаю над твоими словами, хорошо? Мне нужно всё обдумать, — он погладил Хёнджина по волосам.       Неужели тот самый Хёнджин, любимец публики, звезда современной музыки, такой серьёзный, сильный и независимый, сейчас плачет в руках у Феликса? Неужели это и вправду он?       — Ты не обязан. Но я приму любой твой ответ, каким бы он ни был, — Хёнджин говорил это сквозь слезы, хлюпая носом. — Спустя долгое время я наконец смог влюбиться. Я очень благодарен тебе. Только рядом с тобой я чувствую себя по-настоящему счастливым, спасибо, — он поднял красные глаза на Феликса и вытер слезы рукавом своей кофты.       Затем резко подскочил с кровати и направился к выходу. Возле двери он остановился:       — Если ты не обработал раны, то обязательно обработай. Будь осторожен, пожалуйста. Я переживаю за тебя. И не забывай про завтра, — он оглянулся. — До встречи, — уголками губ грустно улыбнулся и вышел за дверь.