Море забытой печали

      Этот голос. Сердце пропустило удар. За секунду я уже попросил у всех, чтобы это была не она. Я повернулся. Ноги умоляли меня уйти. Глаза хотели ослепнуть. Дайер катался вокруг, но вдруг уехал в сторону.       Рядом со мной стояла светловолосая девушка. Ниже меня ростом. С удивительными яркими голубыми глазами. Настолько выразительными и глубокими, что можно понять всë без слов. На еë лице была искренняя улыбка. Я всегда восхищался этой улыбкой. Такая аккуратная и лëгкая. Девушка была одета в чëрные джинсы, чëрный топик с белым драконом и разноцветную рубашку.       - Х - Хола? - хрипло спросил я.       - Ты тогда сдачу не взял, - отвела она взгляд, - знаешь же, что я не могу не вернуть.       *Сдача? Какая?*.       - Воду покупал, - обеспокоенно подсказала девушка.       - А, вода, точно.       Она порылась в кармане и протянула руку. Я долго смотрел на эту руку, но потом сказал:       - А ты знаешь что мне не жалко.       - Но тут достаточно много. Ещë литров 100 купишь, - снова улыбнулась.       Я махнул рукой и начал искать Дайера. Он стоял за еë спиной метрах в трëх и что - то чинил у скейта.       - Забей, - тихо произнëс я.       - Что ж, бесполезно, - вздохнула Хола. - Спасибо. Пока.       Она подмигнула и прошла мимо. Ритм сердца установился и я двинул к Кампелу. В груди тяжелело от осознания того, что мне не добиться чего желаю. Она не поменяется. Меня ужасно мучило чувство беспомощности, вины и непонимания.       - Ты чего здесь? - спросил я только ради отвлечения.       - Решил не мешать. В итоге колëсико отломил.       Он взглянул на меня с наигранной слезой. А потом улыбнулся. Я посмотрел на его руку. Вокруг раны всë было красное, она дëргалась.       - Твою мать! - крикнул я. - Немедленно домой.       - Ахахаха, ну раз ты просишь. А это твоя девушка?       Я сглотнул. Слишком болезненно это.       - С чего ты взял?       - Ну, она не скрывает...       - Чушь! - нахмурился я. - Она всего лишь...       Что? Что мне ответить? Почему мне хочется сказать правду? Неужели мне еë не удержать в себе? Что со мной?       - Не говори. Я не настаиваю. - сказал Кампел и застегнул олимпийку.       - Мы встречались. - грустно ответил я.       - Чего?! - удивился парень. - Это та из - за которой всë началось?       - Нет. Она скорее побочный эффект. Я просто хочу, чтобы она им была.       - Не стоило мне, наверно.       Я зажмурился. Наружу рвалось нечто ужасное. Горло скрутило. Сердце бешено колотилось.       - Дайер, - шëпотом, - выслушаешь?       Я очень об этом пожалею. Расскажи я ему, свяжу нас друг с другом. Но мне больно. Невыносимо больно. Как с Норманом. Она была ещë одной ошибкой. Думал мне станет легче, но стало лишь хуже.       - Оох, - задумался Дайер, - давай. Идти сможешь?       - Да. - открыл глаза.       *Она заполняла пустоту в моей душе. Но пустота кричала, что это место не для неë. Я был рад, что она еë заполняет, но я видел, что она тем самым умирает. Доза всë увеличивалась, страсть становилась меньше и меньше, постепенно затихала и затихала. Я видел как она отчаянно пытается меня спасти. Видел, как она переживает за меня, с какой любовью смотрит, пытается позвонить Колину и попросить у него помощи, когда уже сама не могла. Я видел сквозь туман глаз как он приходил буквально за пять минут, как вправлял мне мозги. Она просто стояла в уголке и ничего не делала. Даже не плакала. И как она смогла выдержать это всë, а потом ещë взять и отпустить меня, когда я сказал, что должен уйти.       И вот сейчас она стояла и просто улыбалась. Она всегда рада меня видеть. Я тоже рад. Но вспоминая то, что я для неë сделал, я не хочу с ней встречаться. Но иногда всë равно еë вижу. Я много для неë сделал плохого, а она для меня много хорошего.       Она слушала меня. Но не знала про мою жизнь ничего. Но знала про Нормана и про мои чувства, даже то, чего я сам не знал. Она не знала как помочь, поэтому просто была рядом. А я ненавижу себя за то, что выглядит так, как - будто я еë использовал во всех смыслах слова. Но это не так. Я любил еë. По - своему. У нас была какая - то взаимосвязь. Но было ли это правильной любовью? А может быть это и не была любовь? Но я уверен в одном - если бы не я, в еë жизни был бы хороший человек, пусть я его и ненавижу. Что если не было бы меня, то еë жизнь сложилась бы намного лучше? Я рад, что она была в моей жизни, но не рад, что я был в еë.       Она спасала меня от приступов, как - будто сама являлась их частью. Она смотрела как я пытался найти себе место. Но мы всегда улыбались. У нас были счастливые моменты. Мы могли быть вместе, пока не проходила неделя. И у меня не начинало отрывать крышу. Она знала, что это пройдëт. Ждала. И когда мы с ней расставались, у меня не было сожаления. Она сказала: "Я рада, что ты есть в моей жизни и всегда будешь". Но я поступил как последний мудак. Я вычеркнул еë. Она меня оставила, потому что "...ты заслуживаешь моего послушания", хотя это не так. Но я, я еë вычеркнул. Потому что я не хотел. Не хотел чтобы в моей жизни был человек, которому я причинил столько боли. Я надеялся что так будет лучше. Снова ошибаться я не хотел. Для неë это действительно лучше. Я надеюсь, что она не просыпается посреди ночи и не вспоминает о том, что был какой - то Руди Джекланд, который полный псих. Надеюсь она помнит меня как обдолбанного наркомана, который не умеет жить. Хоть сейчас я и не такой и думаю она это видит. В еë глазах никогда не было боли, я никогда не замечал ни упрëка, ни укора. У неë всегда была идеальная улыбка.       Она была рядом, но я знал что она не чувствует свободы. Между нами было напряжение. Я не хотел чтобы так было, поэтому я решил еë отпустить. Точнее, я попросил еë уйти. Да, чтобы вина была на мне. Чтобы мне было больно. С неë уже хватит. Чтобы она ушла и зажила так, как сама хочет. Она пообещала. Выполнила. Я искренне хочу, чтобы у неë всë было хорошо. Ведь я понял, что не любил еë. Я не мог. Этот статус занят.*. Все эти мысли прокрутились в моей голове за три секунды. Я так часто их прокручивал. Дыра в груди начала разъезжаться.       - Я..., - вздохнул, - ужасно с ней поступил.       Слова давались с трудом. Я сопротивлялся, не хотел Дайеру это открывать. Но внутри всë кипело, жгло, умоляло хоть куда - то выплеснуться. Но. Не хочу я его связывать с собой.       - Чувак, - Кампел встал передо мной, - если ты хочешь высказаться, то надо это делать быстро, не думая. Ты привык копаться в голове. Давай.       Он пошëл дальше.       - Она меня любила, - поравнялся я с парнем. - Была чуть ли не единственной точкой, за которую я цеплялся. Но я..., - сглотнул, - я скотина.       Тяжесть и жар накатили с большей силой. Каждый вдох обжигал. Пустота съедала.       - Я устал причинять ей боль. Устал смотреть на то, как она страдает, лишь бы мне было хорошо.       Я опустил голову и сильнее вжался в толстовку. Хочется исчезнуть. Дайер идëт рядом и терпеливо ждëт продолжения.       - Я заявил ей, что надо расстаться. Объяснился.       Говорю шëпотом, медленно.       - Она начала уверять, что это не так. Она любит меня и счастлива. Если первому я поверил, то второму - нет.       Я вскинул голову. Мелкие капли дождя тут же омыли лицо.       - Она легко отпустила, но тяжело собиралась. Один человек сказал мне: "Хола из - за жалости с тобой, а не из - за любви". Пусть даже так. Моя вина остаëтся. Даже больше становится.       - А ты? - тихо спросил Кампел. - Ты что чувствовал?       - Хороший вопрос, - усмехнулся я. - Не знаю. Хола мне нравилась. Очень. Но место, которое она заслуживала, занято. Ты бы знал, сколько я пытался освободить его.       Невыносимо. Больше не могу. Меня разрывает на части. Как же противно и больно от одной только мысли о Нормане. Мы уже подходим к дому Дайера. Парень наблюдает за мной, очевидно ожидая закидонов. Но мне плевать. Просто дойти уже куда - нибудь.       - При всей ненависти к Лайкуту, с ним ей было бы лучше, - сказал я перед тем, как зайти в подъезд.       - Чего?! - спросил Дайер. - Хола...девушка, которую любит Тей?       Я повернулся, чтобы согласиться, но тут парень сжал свою руку и застонал.

×××

      Дайер сидит и кусает свою левую руку, пока я бинтую больную. Он дождался до того, что еë начало дëргать изнутри.       - Надо было хотя бы закрыть, - громко сказал я, - тупая ты скотина.       - Не ругайся, хозяин, - посмеялся Дайер сквозь стиснутые зубы. - Ведь скотина - лицо хозяина.       - Иди на хрен, придурок!       Я завязал бинт. Это была какая - то пытка. Мне плохо, страшно. Ему больно. Проще умереть.       Что насчëт меня? Я всеми силами и мыслями пытался быть здесь, помогать Кампелу. Но это тоже доставляло ненависть и боль. Стена, что я упорно строил, дала трещину ещë в день, когда мы пили. А сегодня она вся пошла трещинами. Враг вот - вот переступит порог. Я не должен допустить этого.       - Чего допустить? - неожиданно спросил Кампел.       - Что? - испугался я.       - Ты только что...       - Ничего, - перебил я, - мысли вслух.       - Совсем головой поехал.       Может и так.       Парень поднялся, оглядел меня. Улыбнулся. Я сидел в капюшоне, грязном худи со вчерашнего дня, джинсах. И всë это было мокрым. Мои волосы спутанными прядями свисали на лоб и мочили его. Только сейчас заметил, что костяшки правой руки разбиты. И чего его здесь развеселило? А, нет, погодите, всë правильно. Надо мной только смеяться.       - Я пока не клоун, - грубо сказал я. - Как стану, ты первым об этом узнаешь.       - О, для меня это честь, - и низко поклонился.       Я выпрямил и поднял ногу, но он среагировал и выпрямился.       - Одежда есть?       - В рюкзаке.       - Иди первый в ванну, я пока похавать сделаю.

×××

      *Что же мне делать? Кампел как маяк для моего сознания. Я возвращаюсь к прежнему себе. Это недопустимо. Он как лодка для тонущего меня в море. В бескрайнем море печали. В которое я бросился по своей воле. Значит и выплыть должен сам. А я не буду. Нужно от него избавиться. Сбежать.*. Горячая вода не расслабляла. Злость и пустота боролись за меня, и их силы равны. Только вот поле боя невечное. Оно трещит по швам.       Я выключил воду. В зеркале стоит всë тот же человек. Внешне он не изменился, что очень радовало. Хочется и внутри остаться прежним. У меня есть ночь. Одна ночь для укрепления преграды сознания. Все силы, которых уже нет, я брошу на это. И плевать что со мной станет. Надел серые спортивки, жëлтую футболку и захватил полотенце. С кухни вкусно пахло грибами и кофе.