savior of his heart

      - Тэхён! - Чонгук машет ему рукой и перебегает дорогу, когда на светофоре загорается зеленый свет. - Привет.       - Привет, - Тэхён расплывается в теплой улыбке и принимается теребить рукав рубашки. - Отдышись, Хосок-хён тоже опаздывает.       Чонгук бессильно кивает и опускается корпусом ближе к земле, переводя дыхание. Ребята решили пойти сегодня в клуб и немного развеяться. Тэхён, Чонгук и Хосок договорились встретиться у входа, пока остальные внутри занимают столик и заказывают выпивку.       - Дай угадаю, снова девочки?       - Ага, - Чонгук делает глубокий вдох и выдох, наконец выпрямляясь и поправляя растрепавшиеся волосы. - Цзынь приспичило съесть торт из пекарни за три квартала от нас.       - А ты и не смог отказать, - Чонгук утвердительно кивает, а Тэхён весело смеется, не переставая его разглядывать.       На Чонгуке сегодня, как и обычно, тотал блэк лук: рубашка с закатанными рукавами, идеально подчеркивающая его мышцы, такие же узкие джинсы и туфли, на волосах мокрая укладка, в одном ухе длинная серьга, в другом гвоздики и неизменно яркие браслеты на руках, с которыми он отказывается расставаться. На Тэхёне - леопардовая свободная рубашка, черные узкие джинсы, туфли от Гуччи, волосы слегка растрепаны, множество украшений, а глаза подведены черной подводкой.       - О, Чонгуки, опаздываем? Ай-яй-яй, нельзя так! - только что подошедший Хосок угрожает донсену пальцем, вызывая у того немой шок, и с деловым видом входит в здание.       - Я его когда-нибудь прибью, - несерьезно говорит Чонгук, закатывает глаза и утягивает Тэхёна за собой.       Внутри шумно, клуб забит людьми. Чтобы пробраться к хёнам Чонгуку и Тэхёну приходится крепко взяться за руки и лавировать между разгоряченными и потными от многочисленных танцев телами. Тэхён незаметно кривится и старается прижаться к другу плотнее, он совершенно не привык находиться в таких местах.       - Вы бы еще дальше залезли, - недовольный Чонгук, пыхтя, протискивается между двумя полными мужиками и усаживает Тэхёна на свободное место рядом с собой, метая в их заинтересованные лица злобные взгляды.       - Ты чего такой недовольный, Чонгук? - Чимин, по-хозяйски уложивший ноги на своего парня, потягивает через трубочку Кровавую Мэри и осуждающе смотрит на хмурого донсена, пока Юнги лениво перебирает его рыжие волосы и оглядывается по сторонам.       - Все в порядке, - Чонгук отпивает немного Маргариты и расслабленно откидывается на спинку дивана, Тэхён под боком сжимается от чересчур пристального взгляда двух пьяных девушек и спешит отвести взгляд в другую сторону.       - Где Намджун? - Хосок опрокидывает в себя шот Облаков и прикрывает глаза, выискивая среди толпы жертву на сегодняшний вечер.       - Потерял?       Намджун появляется из-за спины Хосока, пугая его. Смех компании тонет в гомоне людей и музыки, бьющей из огромных колонок у самой сцены. Тэхён спешит занять свой рот принесенными закусками и инстинктивно жмется к Чонгуку, когда позади него слишком близко проходит кучка пьяных студентов. Если бы не друзья, он бы сюда в жизни не сунулся.       - Приходит как-то ежиха к врачу и говорит: "Доктор, помогите, у меня муж колется!" - Сокджин скрипуче смеется и падает прямо на Хосока, вызывая у того бурю возмущений.       - Хён, ты когда успел так набухаться? - Чонгук откровенно ржет с Сокджина и закидывает в рот оливку, чувствуя, как на его предплечье ложится чья-то рука. Он вопросительно смотрит на Тэхёна, который, в свою очередь, поджимает губы и взглядом сверлит пол.       - Тэхён, хочешь шутку? - заметивший поникшее состояние друга Сокджин незамедлительно принимает экстренные меры, не обращая внимание на отрицательный ответ. - Ебутся как-то два клоуна, а один другому говорит: "Уже что-то не смешно".       Над столиком снова повисает смех пьяного хёна. Тэхён тихонько посмеивается от этого и немного расслабляется, чувствуя, что необоснованная тревога уходит на второй план. Чонгук лишь закатывает глаза и принимается осматривать обстановку вокруг: за соседним столиком сидит явно богатенький мальчик с кучей золотых украшений на себе и бесстыдно лапающий двух красивых, но пьяных девушек, сидящих по обе стороны от него; официант, обходящий пьяных людей с подносом, идет к лестнице на первый этаж; пьяная парочка обжимается прямо у туалета, явно намереваясь зайти следующими, и Тэхён, пугливо жмущийся к нему.       - Ты как? - Чонгук наклоняется ближе, чтобы перекричать играющую на всю громкость музыку и диджея, объявляющего голосование за следующий трек.       - Нормально, - Тэхён отстраненно кивает сам себе и пытается улыбнуться.       - Не привык к такому? - мягко спрашивает Чонгук и дает ему принесенный Цезарь.       Тэхён лишь кивает и принимается монотонно пережевывать листья салата, стараясь не смотреть ни на кого вокруг. Он, конечно, знал, куда идет и даже оделся соответствующе, но никак не мог представить, что буквально все вокруг будут настолько пьяны, а от пьяных, как известно, можно ожидать чего угодно.       - Джини, дорогой, пойдем, - Намджун с глупой улыбкой утягивает своего парня куда-то в сторону и что-то щебечет ему на ухо, выслушивая бесконечный пьяный поток шуток за триста.       С недавнего времени Сокджин и Намджун встречаются. Никто из ребят так и не понял, как это случилось, но главное, что оба теперь до сердечек в глазах счастливы и буквально не отлипают друг от друга. И только Юнги будет хранить в тайне, как именно произошло их признание в его студии. А лучше вообще не будет об этом вспоминать.       - Тэтэ, давай танцевать! Я устал! - Чимин капризно хнычет и тянет лучшего друга за руку.       - Но мы только пришли, - Тэхён в ужасе смотрит вниз на кишащую толпу потных людей и поджимает губы.       - Ты чего такой бука, выпей для храбрости, - Чимин протягивает ему шот с какой-то желтой жидкостью и практически сам вливает в его рот.       - Пожалуйста, перестань. Я и так пойду.       Надувшийся Тэхён берет счастливого Чимина под руку и с нескрываемым отвращением вновь и вновь трется всеми участками тела о чужие липкие тела в попытках пройти к танцполу.       - Зачем он вообще пошел, если ему здесь не нравится? - Юнги прослеживает за белой и рыжей макушкой внизу и возвращается к дегустации новых коктейлей.       - Он же не знал, что ему не понравится, - кинувшийся на защиту Тэхёна Чонгук шлепает обнаглевшую девицу по рукам, проворно пробирающимся к его груди, и выслушивает ее возмущения по поводу неадекватных мужланов.       С момента признания Тэхёна прошло больше трех недель. Чонгук не перестает думать и анализировать свои чувства к нему, обещает себе, что в скором времени разберется, но не выходит. Его то дергает от каждого прикосновения, то влечет растечься лужицей. Чаще всего, конечно, второе, однако и первое тоже бывает. Либо сам Чонгук пытается доказать себе, что никаких чувств к Тэхёну у него нет. Получается плохо, если честно.       Все настолько ужасно, что на заставке телефона уже которую неделю стоит их общая фотка с Тэхёном на фоне его любимых роз. Однако его контакт по-прежнему пестрит холодным "Тэхён" без какого-либо намека на изменение. Он искренне радуется, когда хён заглядывает к нему на работу, но все еще бесится, когда мама продолжает ставить его в пример. Такое ощущение, что Чонгук бесконечно гадает на ромашке, у которой все никак не закончатся лепестки.       - Че это еще за чувырла?       Изрядно подвыпивший Юнги с недовольным лицом, расталкивая всех на своем пути, оттаскивает за волосы какую-то темноволосую девчонку от Чимина и пышет огнем, когда она пытается возмутиться.       - Сорри, дорогуша, я по членам, - Чимин громко икает, насколько это вообще возможно при такой оглушающей музыке, и льнет лизаться к Юнги, охотно отвечающему. Девушка, издав стон то ли печали, то ли отвращения, спешит найти себе новую жертву.       - Вы были на танцполе, где ты успел так набухаться? - удивленный Чонгук поднимает бровь и отодвигается в сторону, пропуская разгоряченного и явно повеселевшего Тэхёна на свое законное место.       - Внизу есть бар, гений, - Чимин принимается за еду, удобно рассевшись на коленях Юнги. - Тэтэ, выпей - и жажду утолишь, и веселее станет.       - Я не пью, Чимини, ты же знаешь, - Тэхён зачесывает мокрые от пота волосы назад и откидывается на спинку дивана, переводя дыхание.       - Не притворяйся непьющим, я помню, как ты однажды набухался и....       - Все, Чимин, тормози. Я же сказал, что не хочу, - Тэхён устало прикрывает глаза и дергает рубашку, создавая какой-никакой поток воздуха.       - А я не спрашиваю. Ты мне желание задолжал, - глаза Чимина опасно сверкают.       - Да твою мать, Пак Чимин, чтоб у тебя секса месяц не было, - раздраженный Тэхён выпрямляется и сверлит друга сердитым взглядом.       - Не в этой жизни, - Юнги по-хозяйски запускает руки под футболку Чимина, сжимая его бока.       - А ну поставь на место, - Чимин практически выбивает из рук Тэхёна шот и шипит что-то под нос. - Желание, Тэхён.       - Так и что за желание? Что-то я его не слышу, - Тэхён недовольно складывает руки на груди и снова откидывается на спинку дивана.       Надо было с самого начала соглашаться выпить, а теперь вот, желание выполнять. А Чимин ведь того. Как придумает, так хоть стой, хоть падай.       - Что бы тебе такого загадать? - Чимин укладывается на Юнги и довольно мурчит, когда тот начинает выцеловывать его шею. - Малыш, как думаешь?       - Помнишь, как ты пил текилу? - Юнги многозначительно выгибает бровь и возвращается к делу.       - Точно! - глаза Чимина теперь пылают адским пламенем, направленным исключительно на лучшего друга и притихшего рядом Чонгука, заинтересованно наблюдающим за происходящим. - Знаешь, как правильно пить текилу? - Тэхён отрицательно вертит головой. - Берешь партнера, - Чимин окидывает Чонгука красноречивым взглядом, а Тэхёна от этого слова начинает потряхивать, - дольку лайма, немного соли - и все это прямо на него, а потом шот текилы. Клянусь, ничего вкуснее ты еще не пробовал. Приступай.       Чимин целиком и полностью отвлекается на своего парня, но это еще не значит, что можно расслабиться: он все видит и ждет исполнения своего извращенного желания. Он знает о том, что произошло между друзьями, и ему порядком надоела заторможенность Чонгука.       Чонгук под легким воздействием алкоголя теперь пялится на краснющего, как рак, Тэхёна и не может решить: рад он или нет. Скорее рад, потому что перспектива нахождения Тэхёна настолько близко не может не радовать, только сам Тэхён, по всей видимости, не очень-то и счастлив.       - Просто сделай и не парься, - Чонгук ведет плечами, мол, ему вообще по барабану, но ноги-то поджимаются в предвкушении.       - Прости, мне очень жаль, я постараюсь сделать быстро, - разволновавшийся Тэхён хватает со стола лайм и соль и замирает, не зная, что делать дальше.       - Ключица, друг мой неразумный, - Чимин стреляет в него недовольным взглядом и продолжает нашептывать что-то Юнги, увлеченному его задницей.       - Так, я, - Тэхён запинается, когда понимает, что придется расстегнуть чужую рубашку. - Можно?       Тэхён шепчет, и Чонгуку приходится напрячь слух, чтобы понять его. Он кивает и наблюдает за тем, как длинные изящные пальцы тянутся к пуговицам. Дыхание тут же спирает, когда первая оказывается расстегнутой. Когда вторую и третью настигает та же участь, Чонгук уже не дышит и тупо наблюдает за происходящим как со стороны.       Тэхён, в свою очередь, окончательно отключается от этого мира, когда накачанная грудь Чонгука предстает перед ним во всей своей красе. Не то, чтобы он мечтал увидеть ее, но да, мечтал. Но не при таких же обстоятельствах. Трясущимися руками Тэхён снова берет лайм и соль, застывая на месте.       - Сначала сок лайма, - лучший друг, затеявший всю эту игру, с хитрым прищуром следит за переволновавшимся Тэхёном и оттягивает Юнги за волосы, когда тот слишком переусердствует с укусами. - Затем соль и текила.       Чимин возвращается к своему увлекательному занятию: сжиранию Юнги заживо, а Тэхён, как заведенная машинка, делает все по инструкции. Сначала Чонгук чувствует, как в его ключицу выдавливают сок лайма и как туда же отправляются кристаллики соли. Он замирает, когда после чувствует прикосновение горячего языка и мягких губ. Весь мир тут же переворачивается, потому что ощущения такие, каких он еще не испытывал.       - Вау, детка, можно с тобой познакомиться? - девушка в блестящем синем платье подходит вплотную к дивану. - Если вы не встречаетесь.       Тэхён спешит отпрыгнуть от оторопевшего Чонгука на пару метров и замотать головой, нервно вытирая рот ребром ладони. Он сейчас дрожит так, словно одновременно побывал в Антарктиде и в Африке. Его губы были непозволительно близко к Чонгуку.       - Эй, Джереми, этот красавчик свободен, - девушка подмигивает Тэхёну, кидает на Чонгука непонятный взгляд и с довольной улыбкой отходит к своим подружкам.       - Не хочешь поразвлечься, сладенький?       На смену ей приходит необъятных размеров мужчина с залысиной на голове и струящимся по шее потом, заставляющим грязную желтую майку некрасиво прилипать к полному телу. Тэхёна воротит, он не может и слова сказать, только испуганно вжимается в диван и смотрит большими глазищами то на него, то на Чонгука, то на пустующее место, где недавно сидела воркующая парочка друзей.       - Проблемы, сладенький? - Чонгук выплевывает прозвище и угрожающе поднимается, напрягаясь всем телом. Да кто этот мужлан такой, чтобы приставать к таким невинным ангелам, как Тэхён?       - А что? Хочешь с нами? - мужчина усмехается и поправляет прилипшие ко лбу волосы. - Присоединяйся, его на всех хватит, - сморщенный язык обильно смачивает сухие губы вязкой слюной, делая своего обладателя еще более противным.       - Как думаешь, твой отрезанный член будет красиво смотреться в твоей глотке? Я бы заценил, - Чонгук задирает рукава еще сильнее, оголяя мышцы, и опасно надвигается на пьяного идиота, что так не вовремя решил показать свои пикаперские навыки.       - Ээ, мужик, ты че. Он же не твоя шлюха, ты че хуебесишься? - мужчина выставляет потные ладони перед собой.       - Повтори, - Чонгук прижимает его к стене, нависая скалой. Где-то рядом вертится Тэхён, а компашка этого мужика уже давно свалила от греха подальше.       - Говорю, прости, я не знал, что вы вместе! - мужчина пытается перекричать музыку и сильно жмурится, когда чужая татуированная рука хватает его за горло.       - Еще раз. И не мне, а ему, - Чонгук кивает в сторону замершего от страха Тэхёна и не отводит пристальный взгляд от чужого поплывшего.       - Прости, я не хотел! Ты не шлюха, слышишь! Пожалуйста, умоляю, скажи своему парню отпустить меня, - мужчина брызжет слюной и в страхе сливается со стенкой, пытаясь докричаться до Тэхёна.       - Все нормально, произошло недопонимание. Чонгук, пожалуйста, отпусти его, - руки Тэхёна ложатся на его плечи, а тихий и ласковый голос приводит в чувства.       - Пошел вон.       Чонгук толкает его к противоположной стене, какое-то время сверля взглядом маленькие испуганные глаза, и берет Тэхёна под руку, выводя из душного клуба на прохладную улицу. Сначала Чонгук не придал никакого значения сказанному девушкой, но, как только подошло это быдло, внутри все разбушевалось с такой силой, что Чонгук еле сдержался от смертельного удара в его висок. Каким же гадким и отвратительным нужно быть, чтобы вокруг видеть одну пошлость и желание потрахаться с первым встречным, еще и в групповушке. Его передергивает только от одной мысли, что могло бы быть с Тэхёном, если бы он оказался один. Его бы изнасиловали.       - Чонгук, пожалуйста, ты сейчас прожжешь асфальт, - Тэхён кладет руки на его оголенную шею и начинает мягко массировать. - Вот так, спокойно, он больше не подойдет.       - Конечно, нет, иначе я сломаю ему челюсть, - глаза закрываются, когда тело чувствует расслабляющее наслаждение.       - Спасибо, что защитил. Я очень благодарен тебе, правда, - ловкие пальцы перемещаются на рубашку, пачкаясь в остатках сока лайма и застегивая ранее расстегнутые пуговицы. - Извини, что нас посчитали парой, это вышло случайно, - Тэхён поджимает губы.       - Перестань постоянно извиняться, ладно? Ты извиняешься даже за то, в чем не виноват, - Чонгук берет его ладони и кладет на свои щеки, мягко потираясь.       - Ладно, - сердце Тэхёна замирает, когда он, набравшись смелости, берет чужое лицо в свои руки и осторожно гладит, не слыша в ответ возмущений.       Расслабленный чужой лаской Чонгук закрывает глаза и отдается ощущениям, пока Тэхён нежно оглаживает его щеки и откровенно наслаждается процессом, не переставая улыбаться от вседозволенности. Ему бы сейчас притянуть это красивое личико к себе, расцеловать, пригладить волосы и...       - Я люблю тебя, - Чонгук медленно открывает глаза и следит за ошарашенным лицом напротив.       - Что? - Тэхён, словно слышащий сквозь толщу воды, все еще держит свои руки на чужом лице и решает, что пора учиться читать по губам, потому что он совсем оглох.       - Говорю: я люблю тебя, давай встречаться, - Чонгука такая реакция забавляет, так что он тихо смеется и первым лезет к Тэхёну, оставляя легкий поцелуй на чужих удивленно раскрытых в идеальную букву "о" губах.       - Я не... Ты не... Ты... А я... - Тэхён задыхается, когда чужие губы проходятся сначала по его носу, а потом зацеловывают щеки, стремительно краснеющие от такой ласки.       - Тэхён, ало, Земля вызывает, - Чонгук продолжает смеяться, но теперь уже берет его за руки и смотрит так тепло, так мягко, что ноги начинают подкашиваться. - Ты будешь моим парнем? - Тэхён то кивает, то мотает головой, то снова кивает. - Это да или нет?       - Да, - переволновавшийся Тэхён бросается на Чонгука, практически повисая на нем. - Конечно, буду, зачем спрашиваешь.       Чонгук крепко прижимает к себе хныкающее тело и трепетно перебирает блондинистые волосы, пока их обладатель вжимается в крепкую шею и что-то счастливо бурчит.       - Прости, что так долго думал.       -Перестань, - Тэхён с покрасневшим и мокрым лицом отрывается, пытаясь все это вытереть быстрее ловких рук Чонгука, но тут же терпит поражение.       - Хочешь вернуться?       Тэхён отрицательно мотает головой и ближе жмется к горячему телу в поисках тепла, которое Чонгук с удовольствием ему отдает, целуя в висок и закрывая от грозного мира с липкими от пота и заплывшими жиром мужланами.       - Поехали ко мне. Снова что-нибудь посмотрим. Можем пиццу заказать, - Тэхён удобно укладывается на чужом плече и смотрит так хитро, что отказать просто невозможно.       - Только без ананасов.       - Эй, ты имеешь что-то против ананасов? - Тэхён громко смеется, когда Чонгук начинает его щекотать, и, вырвавшись из цепких рук, убегает в ближайший переулок.

***

      Пока Чонгук и Тэхён смотрят очередное аниме на большом экране, уместившись в одно кресло, на улице разражается настоящий ливень с вытекающим громом и молниями, поэтому им приходится прерваться, когда свет во всем доме отключают.       - Ну вот, а мы почти досмотрели, - Чонгук откидывает голову на спинку кресла и закрывает глаза, чувствуя, как Тэхён жмется к нему сильнее и вздрагивает от чересчур неожиданного раската грома. - Страшно?       - Немного, - Тэхён снова вздрагивает и утыкается носом в чужую, все еще пахнущую лаймом и текилой, шею.       Они сидят в кромешной тьме зала, не желая двигаться. Чонгук комфортно устроился с Тэхёном на руках и теперь не хочет вставать, а Тэхён, почувствовав себя в безопасности, не хочет быть съеденным каким-нибудь проснувшимся монстром. Конечно, до тех пор, пока у одного не начинает бурчать живот.       - Хочешь есть? - Тэхён опускает руку на чужой пресс и гладит через рубашку.       - Нет, он по приколу, - Чонгук зарывается в мягкие блондинистые волосы, начиная медленно, прядка за прядкой, их перебирать.       - Ну конечно, "по приколу", - Тэхён пытается передразнить Чонгука, но из-за расслабляющих его рук перестает внятно говорить.       - Мне, наверное, стоит поехать домой, - Чонгук щурится из-за яркого экрана телефона и спешит его убрать, дабы перестать раздражать глаза.       - С ума сошел? - взбешенный Тэхён перетекает на его колени и лупасит ладошками по крепкой груди. - Ты куда в такую погоду собрался? Здесь останешься. И на ночь тоже.       - Тэхён, - Чонгук вновь прижимает тяжело дышащего парня к себе, - у меня ничего с собой нет, я весь пропах текилой.       - Вот проблему нашел. А ванны у нас нет? А одежды у меня нет, да? - за окном снова гремит, но бойко настроенный Тэхён уже тащит Чонгука за руку, подсвечивая путь фонариком на телефоне. - И спать будешь со мной, а то бабайки утащат, - последнее он хоть и говорит под нос, зато насколько серьезно это звучит.       - Как скажешь, - Чонгук тихо посмеивается и набирает маме, чтобы предупредить о смене планов, но трубку берет Цзынь.       Пока Чонгук разговаривает, Тэхён внимательно следит за тем, чтобы он не навернулся на очередной ступеньке или не стукнулся о неожиданно появившийся во тьме столик. Он осторожно тянет его за руку, впуская в свою комнату, и идет к шкафу с одеждой.       - Да, зайка, я тоже вас люблю. Нет, со мной Тэхён-хён, сама знаешь, он от любой кракозябры защитит, - Тэхён лупасит его ладошкой по плечу, получая в ответ хриплый смех. - Пока, пока, чмокни за меня всех, - Чонгук целует динамик и отключается.       - Вот, держи, - Тэхён протягивает ему стопку одежды и полотенце. - У тебя хватит зарядки? Или дать фонарик?       - Нет, все норм, спасибо, - Чонгук убирает телефон в карман и, ведомый Тэхёном, входит в небольшую ванную.       - Горячая вода есть, так что можешь плескаться, сколько захочешь, - Тэхён целует Чонгука в щеку и закрывает дверь, направляясь в родительскую ванную.       Чонгук кладет телефон на раковину фонариком вверх, снимает с себя грязную одежду и становится под струи горячей воды, смывая с себя весь день. Он слишком долго мучил и себя, и Тэхёна, поэтому в какой-то степени он благодарен тому уроду. Если бы не его похабное поведение, Чонгук наверняка бы и дальше морозился, и кто знает, к чему бы это привело.       Закончив с водными процедурами под шум дождя и грома, Чонгук надевает выданную Тэхёном одежду и возвращается в комнату, при входе замечая сидящую на кровати фигуру, подсвеченную молнией.       - Мне рубашка мала, - Чонгук кладет пижамную рубашку на стул и садится рядом. - Это не проблема?       - Нет, что ты, глупый вопрос, - Тэхён нервно смеется, мысленно радуясь, что в комнате полная тьма, иначе бы его текущие слюни стали чонгуковским достоянием. - Давай спать, уже поздно.       Тэхён прячется под одеялом, гонимый страхом резких и громких звуков, а Чонгук, убедившись в том, что на дворе практически глубокая ночь, ложится рядом. Он пытается уснуть, но все попытки оказываются провальными, как и попытки Тэхёна, недовольно пыхтящего где-то под ворохом одеял и подушек.       - Не спится, - Тэхён откидывает одеяло и поудобнее устраивается на подушке, пытаясь разглядеть лицо Чонгука.       - Рассказать тебе сказку?       - Что? Боже, нет! - Тэхён звонко смеется. - Я тебе ребенок, что ли?       - Йонг с удовольствием их слушает, - Чонгук мягко улыбается и подползает ближе, практически соприкасаясь своим носом с чужим.       - Намекаешь, что я все-таки ребенок? - Тэхён хитро щурит глаза и тыкает Чонгука в щеку.       - Намекаю, что в любом возрасте можно слушать сказки и засыпать под них. Цзынь очень любит читать маме, - Чонгук перехватывает чужую руку и целует в костяшки.       - О, это так мило. Обычно папа тоже что-то рассказывает маме на ночь, - Тэхён, улегшись вплотную к Чонгуку, нагло зарывается пальцами в его волосы, оттягивая.       - У тебя замечательные родители. Если честно, я думал, они строже, - Чонгук закрывает глаза и переходит на едва различимый шепот, но Тэхёну из-за его положения слышен каждый вдох и выдох.       - С чего ты так решил? - Тэхён тоже переходит на шепот и укрывает их одеялом, не сдвигаясь с места.       - Потому что по всем канонам богатые родители дают своему ребенку только деньги и ссылают к бабушке в деревню на перевоспитание за непослушание. Но у тебя совсем иначе, они суперские.       - Твоя мама тоже прекрасная, - не желая больше сдерживаться, Тэхён оставляет мягкий поцелуй в уголке губ. - Знаешь, она напоминает мне одуванчик.       - Это еще почему? - Чонгук тихо смеется и блаженно улыбается, когда чувствует чужие губы.       - Потому что она такая же солнечная, нежная и воздушная.       - Спасибо, я ей передам, - Чонгук качает головой, продолжая тихо посмеиваться и замолкает, когда пальцы Тэхёна осторожно перебираются на его губы, очерчивая их.       - Хочу поцеловать тебя, - Тэхён еле слышно шепчет, надавливая пальцем на нижнюю губу и оттягивая ее в сторону.       - Чего ждешь? - вторит ему Чонгук и тянется первым.       Они целуются медленно, трепетно, тщательно изучая губы друг друга. Чонгук нависает сверху, обеспечивая для себя больше доступа к пухлым и сладким губам. Тэхён под ним едва слышно стонет, когда в его рот проникает чужой язык и начинает тщательно исследовать. Тэхён теряется в чувствах и отчаянно хватается за мускулистые руки, как за спасательный круг. Еще неделю назад он и предположить не мог, что когда-нибудь будет встречаться с Чонгуком, а сейчас тот нависает над ним и нагло лезет горячими руками под пижамную футболку, заставляя тело покрываться мурашками. Тэхён совершенно не против.       Чонгук целуется чувственно и со вкусом, растягивая удовольствие насладиться Тэхёном в полную силу. Тело под ним извивается, когда пальцы касаются затвердевших бусин сосков. Внизу становится жарко, живот скручивает от возбуждения, на лбу выступает испарина, когда Чонгук с трудом отрывается, оставляя между ними ниточку слюны.       - Остановимся? - его голос хрипит.       Тэхён протестующе мычит и сам лезет за новым поцелуем, на этот раз самостоятельно проникая языком в чужой рот. Его руки наконец дорываются до накачанной груди и с жадностью сжимают ее, вырывая из обладателя нервный вздох. Тэхён проходится коленом по чужому паху, вызывая слишком бурную реакцию: Чонгук начинает медленно толкаться в его ногу и мычать в поцелуй.       - Потерпи, Чонгуки, - Тэхён вкрадчиво шепчет и убирает колено.       Чонгук недовольно рычит и тянет за ноги Тэхёна вниз, укладывая посреди кровати и стягивая с него футболку. Он тут же припадает к шее, начиная жадно ее выцеловывать и кусать, издавая характерные звуки, от которых Тэхёну кружит голову еще сильнее. Он похныкивает, стонет и извивается, когда Чонгук добирается горячими и влажными поцелуями до его сосков, начиная с ними играть.       - Чонгук, боже, - Тэхёна выгибает на постели раз за разом, когда чужой язык настойчиво облизывает то один, то второй.       Увлеченный Чонгук оставляет их в покое и спускается ниже, покрывая поцелуями мягкий живот, и утыкается в него носом, что-то урча.       - Хорошенький, - явно довольный Чонгук покусывает мягкую часть тела, пока Тэхён смущается и прикрывает рот ладошкой.       - Ты как скажешь...       - Я не прав? - Чонгук вопросительно поднимает бровь и победно ухмыляется, когда в ответ получает еле различимое "угу".       Пижамные штаны вместе с трусами летят на пол, открывая вид на округлые бедра и полувставший член. Тэхён издает что-то между писком и стоном, когда чужие руки смачно сжимают его ноги, а сам Чонгук довольно стонет, продолжая мять их.       - Ты как будто тесто месишь, - Тэхён, пытающийся разрядить обстановку и избавиться от смущения, краснеет еще больше, когда при вспышке молнии видит чужие черные глаза.       - Они охуенные, Тэхён. Я хочу их съесть.       Чонгук бы и правда съел, если бы мог, но вместо этого он кусает бархатную кожу, втягивает ее, оставляя яркие следы и бесконечно целует. Он, конечно, и раньше обращал внимание на чудесную фигуру Тэхёна, но чтобы она оказалась плодом всех его мечтаний, и подумать не мог.       - Чонгук, пожалуйста, - Тэхён стонет, когда язык касается внутренней части его бедра и громко вскрикивает, обессиленно падая обратно на кровать, когда чужой горячий рот накрывает головку его члена. - Чонгукчонгукчонгукчонгук.       Комната заполняется всхлипами и громкими стонами, когда Чонгук, вошедший во вкус, начинает играть с его членом, пошло чавкая. По подбородку стекает слюна, перемешанная со спермой, а Тэхён, не в силах отвести взгляд, зарывается пальцами в чужие волосы, оттягивая, когда Чонгук заходит слишком далеко. Происходящее по полной сносит крышу, Тэхён даже не сразу замечает, что снова дают свет.       - Тигренок, при свете ты выглядишь еще лучше.       Завороженный Чонгук выпрямляется и водит кончиками пальцев по оставленным им же меткам и с нескрываемым во взгляде восхищением очерчивает мягкие черты лица.       - Прекрати... - Тэхён нервно кусает губы и тянется к одеялу, чтобы прикрыться.       - Что прекратить?       - Говорить... так, - руки Тэхёна прижимают к кровати, не позволяя ему двигаться.       - Как говорить? - Чонгук наклоняется совсем низко, опаляя горячим дыханием.       - Восхищаться... мной... - Тэхён в смущении отводит глаза в другую сторону.       - Я буду говорить так, потому что считаю, что так и есть, и ты не заставишь меня молчать, тигренок, - его руки вновь опускаются на стройные бока. - У меня нет ни смазки, ни презерватива, так что выбирай: кончить от минета или от дрочки?       - В тумбочке... - Тэхён смотрит на прикроватную белую тумбочку и кусает губы, когда Чонгук переспрашивает. - У меня в тумбочке есть.       - Волшебная тумбочка? - Чонгук усмехается. - Для важного случая?       - Мне же надо было как-то... ну... - Тэхён тихо бубнит куда-то вбок.       - Что надо было? - Чонгук разворачивает его лицо к себе и удерживает за подбородок пальцами.       - Удовлетворять себя? - Тэхён шепчет и покорно открывает рот, когда чужие пальцы проталкиваются внутрь.       - Блять, Тэхён, - Чонгук отчаянно стонет и проводит мокрыми пальцами по чужому анусу.       Тэхён извивается и постанывает, давая себе время на передышку, пока Чонгук лезет в тумбочку за презервативами и смазкой. Кихун никогда не любил его. Он всегда был занят собственным удовлетворением, а с Тэхёном обращался как с живой игрушкой, исполняющей все приказы. Тогда он не понимал, что его используют, думал, что любят, что так и должно быть. Но сейчас, видя и чувствуя, с каким трепетом Чонгук его целует и гладит, как откровенно восхищенно смотрит, он начинает смущаться и сжиматься, не привыкший к такому пристальному вниманию.       - Ты снизу или я? - Чонгук, все еще в штанах и с оттопыренной ширинкой, замирает со смазкой в руках, не решаясь ее выдавить.       - Подожди, ты не против? - искренне удивленный Тэхён принимает сидячее положение и сверлит взглядом тюбик с прозрачной жидкостью в чужих руках.       - Нет, а что?       - Ничего, просто... Обычно в паре кто-то актив, а кто-то пассив, - Тэхён тяжело сглатывает и поднимает наивный взгляд на улыбающегося Чонгука.       - Кто тебе такое сказал? - он оставляет целомудренный поцелуй на его лбу и смотрит, как на неразумное дитя.       - Я видел... В интернете... У меня так было и у моих "друзей" тоже, - Тэхён опускает голову, кусая губы.       - Значит, странные у тебя друзья, интернет и бывший твой тоже странный, - Чонгук снова укладывает Тэхёна на спину и принимается расцеловывать ключицы, попутно разогревая на пальцах смазку.       - Знаю, - Тэхён блаженно улыбается и раздвигает ноги шире. - То есть, я тоже могу быть сверху? Тебе понравится?       - Конечно.       - А в этот раз...       - А в этот раз я, ты слишком долго думаешь.       Чонгук подмигивает, накрывает его губы своими и снова ненасытно целует, пока его палец проникает в чужое горячее тело, начиная понемногу раздвигать стенки.       - Расслабься, тигренок.       Тэхён тихо стонет, когда палец проезжается по простате, и сам лезет за новым поцелуем, расслабляясь всем телом. Чонгук не прекращает выцеловывать покусанную шею и плечи, пока вводит второй, а когда к нему присоединяется третий, его рот снова находится на чужом члене и активно работает.       - Чонгуки, хватит, я готов.       Тэхён сипит и зарывается пальцами в его волосы, когда сфинктера касается горячая крупная головка. Чонгук продолжает отвлекать его поцелуями везде, куда дотянется, и с особой осторожностью толкается внутрь, пока не входит наполовину.       - Ты как? - Чонгук целует его в мокрый висок и скалится, когда Тэхён слишком сжимается. - Полегче, тигренок, я не собираюсь так быстро кончать.       Тэхён тихо смеется и целует его в уголок губ, мол, "все хорошо, продолжай". Чонгуку многого не надо, он входит до основания и на какое-то время замирает, давая Тэхёну привыкнуть к своему размеру и к нему самому. Когда он начинает жалобно поскуливать и подвиливать бедрами, Чонгук понемногу двигается, с каждым толчком наращивая темп.       Ноги Тэхёна оказываются закинутыми на широкие плечи, а сам он стонет и извивается, сминая все постельное белье на кровати в один ком. Чонгук над ним напрягается и старается следить за реакцией чужого тела на его собственное, запоминая, в каких местах его парню приятнее всего, но вскоре сбивается и утыкается носом во влажную шею, толкаясь все больше невпопад.       - Чонгук, я больше не могу.       Тэхён хнычет и выгибается, кончая на живот. Чонгук, продолжая двигаться, размазывает его сперму между их телами и больно кусается в поцелуе, когда кончает следом в презерватив. Он осторожно выходит из Тэхёна, укладывая обессиленного парня на подушки, снимает презерватив, завязывает его и кидает на пол, а затем ложится рядом, вытирая футболкой Тэхёна безобразие с их животов.       - Придется постирать.       - Ладно.       Они неловко смеются и смотрят друг на друга блестящими глазами. Тэхён в поисках тепла жмется ближе, утыкаясь носом в любимую шею, и закрывает глаза, начиная посапывать. Чонгук укрывает их одеялом, обнимая обмякшее тело и вслушиваясь в окружающие звуки: дождь уже стих, оставив после себя стекающие по стеклу капли, гром слышно где-то вдалеке, а в люстре потрескивает лампочка, добавляя атмосфере больше уюта и тепла.       - Что? - Чонгук немного отстраняется от Тэхёна, когда тот начинает что-то сонно бубнеть.       - Говорю, - зевок. - Ты даже не дал мне себя укусить. А я хочу.       Без лишних вопросов Тэхён смачно кусает за плечо, оставляя добротный след от зубов, и с довольным видом ложится обратно, напевая под нос.       - Было больно.       - Терпи, я люблю кусаться.       - А я щекотать.       Приморившийся Тэхён резко оживает, заполняя комнату хриплым от усталости смехом, и вертится из стороны в сторону, пока чужие ловкие пальцы щекочут его бока.       Чонгук со знанием дела оплетает Тэхёна, как осьминожка своими конечностями, утыкается в блондинистую макушку и размеренно дышит, проваливаясь в сон. Тэхён довольно мурчит, вырисовывая невидимые узоры на мускулистой спине, и чмокает Чонгука в подбородок, прижимаясь ближе.       За окном вновь начинается гроза, в окна стучат капли дождя, и завывает ветер, и только внутри солнечно и тепло от двух бьющихся в унисон сердец.