Однажды на Диком Западе

— Ты слышал о индейцах на северо-востоке? — мужик, еле стоявший на ногах, сделал глоток виски и устремил свой взгляд на собеседника. — Ты про этих… Как их? — парень лет 25 щёлкал пальцами, дабы вспомнить название племени. — Кри. — Точно! Конечно, слышал. Столько своих полегло, когда они заключили договор ещё с одним таким же отребьем… Ассинибойнами, кажется. — И не говори. У меня приятель в недавней стычке погиб, Джоном звали. Его один рыжий пристрелил… Гадкое отродье! — мужчина стукнул по барной стойке, чем вызвал недовольство на лице бармена, протиравшего очередной бокал мокрой тряпкой. Заведение было не в лучшем состоянии, хотя и считалось средним классом. Грязный деревянный пол; пьяницы, валявшиеся на этом же полу и бормотавшие что-то невнятное, вызывали отвращение у одного из посетителей, желавшего лишь спокойно пропустить бокальчик алкогольного напитка и случайно заставшего разговор двух джентльменов, ничем не отличающихся от тех же самых пьяниц, умеющих лишь нажираться, как свиньи, и жаловаться на жизнь; проститутки, сидевшие на коленях более трезвых поситителей и хохочущие во весь голос; ковбои, играющие в покер или бильярд — обстановка почему-то угнетала. Высокий шатен с карими глазами стоял недалеко от беседующих и вслушивался, потягивая напиток. Не то, чтобы ему было действительно интересно, однако, солдаты должны были уже завтра отправляться на северо-восток, где как раз орудуют индейцы, точнее проходить мимо, с целью наладить «торговые» отношения с племенем ирокезов. План с самого начала был провальным. Ирокезы — народ кровожадный, особенно по отношению к «белым». Осаму пытался переубедить главнокомандующего, но кто же будет его слушать, генерала-майора, сопляка, которому всего-то 22 года? Было очевидно, что ни о каких договорённостях даже речи идти не может, следовательно, не ирокезы нужны Шелдону, а кое-что другое… Вернее сказать, кое-кто. Дазай вертел в руках бокал и задумчиво пилил стену, пока к нему не подошла дама среднего возраста с боевым раскрасом и родинкой над губой с левой стороны. Подойдя вплотную к парню, мадам стала поглаживать голубую рубашку в районе груди. — Не желает ли мсье получить удовольствие? Осаму решил подыграть. — Допустим, желаю. У меня дикий голод, как мне его утолить? — Дазай прошептал в ушко последнее предложение, ответом очень удовлетворив женщину. Лёгкая и наглая ухмылочка на красивом личике заставила опытную путану, не интересующуюся ничем, кроме денег, раскраснеться. — Можешь съесть меня. — Прости, но я тухлятину не ем, — Осаму сказал это довольно громко, из-за чего посетители салуна, все до последнего, засмеялись. Нет, это не просто смех был. Это был истеричный и неконтролируемый ржач, вызвавший на лице дамы бурю эмоций. В конце концов, шутнику прилетела звонкая пощёчина, а сама ночная бабочка скрылась на втором этаже, краснея уже от злости. Дазай же достал пару купюр, расплатился за напиток и покинул заведение. Гуляя по вечерней улице он вспоминал разговор мужчин о рыжем парне. " Думаешь, он действительно опасен? " " Сначала его вообще спутали с девушкой " " Говорят, он уже много солдат перебил " Обрывки диалога периодично всплывали в голове и заставляли всё больше и больше думать о нём, и о том, что скорее всего завтра они и встретятся. Сомнений в этом не было. — Вы же понимаете, что угробите и нас, и себя? — Дазай в очередной раз пытался вправить мозги Джеймсу Шелдону. — Тебе не кажется, что надо проявлять уважение к старшим по званию и бесприкословно им подчиняться? — Генерал нахмурился. На его морщинистом лице читалось презрение. Шрам, проходящий через половину лица, кончался на выбритом подбородке, оставляя мужчине недуг в виде слепоты левого глаза. — Я вас предупреждал. Вам не нужно племя ирокезов, ведь так? А вся эта экспедиция лишь прикрытие перед правительством, жаждущим иметь в союзниках сильных воинов, своего рода козырь в рукаве, — с каждым сказанным словом на лице главного всё больше и больше отображалась улыбка безумца, скрывающаяся за руками, сложенными в замок, — для чего вам кри? Шелдон тихо засмеялся. — А ты не промах, мальчик. Ты ведь уже догадался, зачем играешь в дурачка? — Это лишь мои предположения, поэтому хочу услышать правду из первоисточника. — Хехе… Эти индейцы редко вмешиваются в политические разборки, сохраняя нейтралит, и никто не додумается искать нас у этих отбросов. Дифицит оружия и пропитания надо как-то решать, а кри просто идеальный вариант, не думаешь? Плодородная почва, наличие воды, местность, в которой можно залечь на дно, а самое главное сами индейцы. Им наоборот выгодно иметь таких союзников, как мы, чтобы наладить отношения с «белыми». — Но нам не нужны такие связи, — Дазай изначально понимал это. — Верно. Там, где они обитают находили золото с серебром… — Можете не продолжать. Вам всё равно не удастся это сделать, поверьте. И я в этом учавствовать не буду. — Куда ты денешься? Тебя посчитают за предателя. Осаму уже не слушал, что ему говорят. Кивнув головой, он развернулся и уже хотел уйти, как револьвер приложили к его затылку. — Почему ты их так рьяно защищаешь? — А почему вы их так ненавидите? Боитесь, что они все драгоценности заберут себе? Я знаю, вы не будете в меня стрелять, к чему эта драма? — Осаму развернулся и смотрел своими карими с кровавым оттенком глазами на старшего, — Вы хотите воспользоваться ими для победы над другими племенами, а после истребить и их, захапав себе всю славу, избавившись от одной проблемы. Подло, не находите? То, что нас преследуют англичане, только наша проблема, никак не их. Причём вы же и виноваты в содеянном, не прислушивались ни ко мне, ни к кому-либо ещё. Потому я считаю эту идею провальной. Индейцы не так глупы, как вы думаете. Спокойной ночи. Дазай вышел из комнаты и направился в свою.