Рут Хорикиты (Horikita Route)

— Карандаши на стол. Оценки будут вывешены завтра, хорошего дня. Голос Чабаширы эхом разнесся по тихому классу всего за 20 секунд до того, как звук школьного звонка пронзил уши класса D. Волна облегчения и нервозности прокатилась по ученикам, с нетерпением ожидавших результата и своих баллов. Сенсей встала со своего места и направилась к двери, не обращая внимания на эмоции, испытываемые ее учениками. — А-а-а-а-а, эта математика была трудной, чувак! — Черт возьми! Кажется, я неправильно написала слово в том эссе по английскому! — Юкиму! Давай пойдем с Акито и Айри! — Судо! Как тест?! — Я не знаю, чувак. Надеюсь, я сдал. По всей комнате разнеслась какофония голосов, студенты говорили о тестах и полученных ими баллах. Некоторые, такие как Хирата и Кушида, были заняты утешением учеников, которые думали, что они плохо учатся, в то время как другие, такие как Ике и Судо, просто пытались забыть все это, планируя пойти в караоке с некоторыми из более спокойных учеников. Коенджи, будучи Коенджи, просто продолжал разглядывать себя в зеркале. В общем, ничего нового. — Отличная работа, ребята! Давайте сделаем все возможное и на следующем экзамене! Кей Каруизава, вечная девочка-гяру, какой она и была, радостно всплеснула руками, получив громкое «ДА» от многих учеников класса D. — Давайте отпразднуем! Хирата-кун, хочешь присоединиться к нам в походе по магазинам? Давайте немного побудем беззаботными! Что скажите? — спросила Шинохара. Мацушита, Мии-тян, Онодера и Каруизава кивнули, явно одобряя просьбу Шинохары. — Конечно, давайте сделаем это! Без ведома большинства учеников, Аянокоджи и Хорикита тихонько разговаривали друг с другом приглушенным шепотом. — Эй, Кийо-кун. — Сузуне, прозвище, которое ты выбрала, определенно смущает нас обоих. — Пффф. Ха-ха-ха, неважно. Мне действительно все равно. Итак, ты готов идти? Я уверена, что ты хорошо справился с тестом. Аянокоджи и Хорикита медленно поднялись, продолжая разговаривать. — И как ты можешь быть так уверена в этом? Никогда не знаешь, возможно, я намеренно провалил тест. Приняв дерзкое выражение лица, Хорикита ответила. — Ты этого не сделаешь. Если ты это сделаешь, то, по сути, нарушишь свои собственные вчерашние слова, верно? — Как хлопотно. — Если я правильно помню, ты была той, кто выплакивал все свои слезы, Сузуне. Услышав это, Хорикита не смогла удержаться от свирепого взгляда на Аянокоджи, хотя по сравнению с ее прошлыми взглядами этот был более надутым, и Киётака не мог не найти его восхитительно трогательным. Не в силах больше сдерживаться, Киётака протянул руку, ущипнул ее за щеку и сказал. — Перестань дуться, у меня от этого слабеют колени. Разве мы не собирались куда-нибудь пойти? Взгляд Хорикиты стал еще пристальнее, прежде чем ей напомнили об их планах, и внезапно он сменился взволнованностью. — Ах да, пошли! Пошли! Я скучаю по еде в том заведении. Она убрала свое лицо от рук Аянокоджи только для того, чтобы схватить его и потащить прочь из комнаты. — Киётака! Чей-то голос донесся с другого конца класса, привлекая внимание многих одноклассников. Каруизава Кей хотела пригласить их обоих за покупками, но, увидев их руки, решила немного подразнить их. — Хехехе, Киёбака, приготовься к С-С-СМУЩЕНИЮ! — Кийо, хочешь присоединиться к нам! Мы идем по магазинам с Хиратой-куном! Многие были удивлены тем, как непринужденно она разговаривала с Аянокоджи, их отчужденным и, иногда на грани равнодушия, своего рода лидером. Хотя многие знали, что за последние несколько недель они сблизились, они не знали, что это было до такой степени. — Мне жаль, Кей. Похоже, на этот раз дьявол потащил меня поесть рамен. Его монотонный голос в сочетании с его почти побежденной позой и надутым взглядом Хорикиты заставил класс громко рассмеяться. Как они могли этого не сделать? Эта сцена слишком забавна, чтобы они могли ее игнорировать. Сделав дразнящее лицо, Каруизава сказала. — Это прекрасно! Расскажи мне все подробности о твоем свидании позже, хорошо! Твоя лучшая подруга хочет знать об этом все! — затем гяру подняла большой палец вверх в сторону двух одиночек, вызвав еще один взрыв хохота. — К-К-Ка-Каруизава-сан! Ты все неправильно поняла! Мы не идем на свидание! Кийо, скажи ей! — К счастью, я не думаю, что я нравлюсь Сузуне в этом плане, Каруизава. — К счастью? Хаа? Ты на что-то намекаешь, Кийо-извращенец-кун? — На что-то намекаю? Я так не думаю, нет. Еще один приступ ярости со стороны Хорикиты, который сделал сцену более комичной, чем она была до этого. После быстрого удара каратэ по голове от Хорикиты, плоского «ау» от Аянокоджи-куна и последовательного утаскивания из комнаты упомянутой девушкой, комната осталась со счастливыми учениками. Многие из них были счастливы видеть своих лидеров такими, беззаботными и нормальными, какими и должны быть старшеклассники. — Каруизава-сан, эти двое очень близки, не так ли? ~ — сказала Мии-тян. — Да, да! Расскажи нам, расскажи нам! — сказала другая девушка. — А? Откуда мне знать? И почему вы спрашиваете меня? — Потому что ты, типа, его лучшая подруга, верно? Ты всегда говоришь об Аянокоджи-куне! Разве ты не беспокоишься или даже не ревнуешь? Каруизава не могла не покраснеть от их постоянных нападок и предположений. — АХ, МОУУУ! Перестаньте дразнить меня! В целом, класс D был в хорошем настроении. Каким бы ни был завтрашний исход, в этот момент они знали, что все сделали все возможное.

_________________________________________________________________________________________________________________________________

— Сузуне, пожалуйста, перестань тащить меня. Мы получаем много пристальных взглядов от семпаев. — Хм. Ты так говоришь, но ты не выглядишь расстроенным. Торговый центр Кеяки, на мой взгляд, очень странное заведение. Черт, большинство вещей в этой школе для меня не имеют смысла. Если в кампусе обучается менее тысячи студентов, действительно ли торговый центр настолько эффективен? Сорок учеников на класс, что в сумме составляет сто шестьдесят учеников на курс. Это всего лишь четыреста восемьдесят учеников максимум. Вычтя исключения, идея управления микроэкономикой звучит не очень выгодно. Я имею в виду, счета за электричество для этого учреждения зашкаливают. В сочетании со множеством ресторанов и заведений быстрого питания это просто кажется крайне неэффективным. Только представьте себе всю эту выброшенную впустую еду из этих мест, все скоропортящиеся продукты и тому подобное. Отчаяние Японии в поисках лучшего будущего просто просачивается из этой школы. Хуже всего то, что из-за S-системы только около половины учащихся могут по-настоящему пользоваться всеми этими удобствами в полной мере, поскольку большинство учащихся из классов D и C на самом деле просто пытаются выживать изо дня в день с ограниченным количеством баллов. Так что, по сути, все эти заведения на самом деле существуют только для того, чтобы имитировать реальность, соблазнять учеников тратить свои кровно заработанные деньги, точно так же, как в реальном мире снаружи. Как жестоко и в то же время изобретательно со стороны правительства. Поступая таким образом, будущие поколения учатся тратить разумно, наслаждаться радостями денег и страдать от последствий чрезмерных трат. Оставим это в стороне, давайте сосредоточимся на том, что происходит со мной прямо сейчас. Конечно, меня тащила Сузуне. Что же еще? — Киётака, я знаю, ты ненавидишь суши, но я действительно хочу попробовать темпуру и димсум. Вчера, после нашего эмоционального разговора, если его можно так назвать, она заставила меня пообещать снова сводить ее в ресторан после столь долгого молчания. Она назвала это «компенсацией» или что-то в этом роде. — Я не обязательно ненавижу суши, я просто не думаю, что их текстура для меня. — Хм… это правда. У каждого свои вкусы и пристрастия. В любом случае, мы можем пойти туда, пожалуйста, пожалуйста? Ха-а-а… Сузуне, на этот раз в тебе что-то немного изменилось. Я просто не могу толком указать, что именно. — Не то чтобы я действительно мог сказать тебе «нет». Конечно, мне все равно хотелось пельменей. Внезапно лицо Хорикиты приняло вишневое выражение и отвернулось от меня. Ты могла бы, по крайней мере, ослабить свою хватку, похожую на тиски, когда стесняешься, верно? — Ч-что ты вообще говоришь? Ты странный. Давай больше не будем стоять. Пошли, дурак. С приливом скорости она быстро зашагала к ресторану, полностью игнорируя взгляды, которые мы получали. Когда мы вошли, один из официантов подвел нас к столику у окна магазина. Получив наши заказы и получив просьбу принести стаканы воды, официант ушел и занялся другими клиентами, скорее всего, семпаями и другими учениками. — Это место просто кричит о подлинности, мне понравилось, когда мы пришли сюда в первый раз. А как насчет тебя, Киётака? — Ты не из тех, кто ведет светскую беседу, особенно в общественных местах. Что именно с тобой случилось, Сузуне? — Ха? Не пойми меня неправильно. Я просто привыкла к этому после занятий с девочками из нашей группы. В конце концов, они никогда не перестают болтать о мальчиках и одежде. Они самые худшие. Сам того не подозревая, я испустил счастливый вздох. — Почему-то мне кажется, что ты на самом деле не это имеешь в виду. Они оказали на тебя хорошее влияние. Я рад. Это правда. Прежняя Хорикита никогда бы так себя не повела. Я чувствую, что связь девочек и общее присутствие с ней изменили ее, даже если совсем немного. — На самом деле я так не думаю, но, полагаю, ты имеешь право на собственное мнение… Кроме того, я думаю, что если кто-то и оказал на меня хорошее влияние, так это… — Сузуне, Аянокоджи? Присутствие уважаемого президента студенческого совета удивило большинство клиентов, включая Сузуне. Я должен отдать ему должное, одно его присутствие говорит о сильной воле, и на любого, у кого достаточно слабый дух, повлияет атмосфера, которую он излучает вокруг себя. Неожиданное появление его брата вместе с секретарем студенческого совета Тачибаной заставило Хорикиту вскочить со своего места от удивления, помешав ей произнести свое заявление. — Президент студенческого совета! Тачибана-семпай! — Хахахаха, не нужно быть формальной, Сузуне. Как ты можешь видеть, мы здесь только для того, чтобы поесть, — сказал Манабу. — Итак, эта милая Кохай — твоя сестра, президент. Приятно познакомиться с тобой! Я Тачибана Аканэ! — Я-я тоже рада с тобой познакомиться! Нии-сан, ты не хочешь присоединиться к нам? — Я не хочу срывать твое свидание, сестра. Видя, что Сузуне слишком взволнована, чтобы ответить, скорее всего, из-за предположения, что у нас обоих романтические отношения, я решил вмешаться, чтобы избежать дальнейших неверных толкований. — Это не так, Семпай. Мы не встречаемся. — Хммм… как скажешь, Аянокоджи-кун. Но да, мы будем рады присоединиться к вам. Верно, Тачибана? — Ммм, ммм! После того, как мы расположились и сделали заказ, а также успокоили Сузуне от ее помидорного лица, мы вчетвером поговорили о промежуточных экзаменах. — Итак, Сузуне, как прошли промежуточные экзамены? — О, Нии-сан, все в порядке. Я возглавляла учебную группу, которую сформировал Киётака, чтобы мы могли получить средний балл по классу, но я чувствую, что получу высокие баллы, как обычно. — Хм… понятно… ты называешь его по имени. Вы уверены, что не встречаетесь? Эхехехе. — НИИ-САН! — Ахахахаха, Хорикита-тян такая милая, президент! — Хорошо, хорошо, я остановлюсь. Так… Аянокоджи-кун сформировал группы? — Да, Киётака сформировал учебные группы, основываясь на своих наблюдениях за поведением каждого из наших одноклассников и общей совместимости по отношению друг к другу. Он назначил лучших преподавателей в качестве наставников и распределил учеников на основе их качеств. В моем случае я попала в группу девушек, которые слишком много сплетничают. Не в силах больше сдерживать свой язык, я сказал. — Не будь такой, Сузуне. Я знаю, тебе нравится, какие они. — Э-это ни в малейшей степени не правда! В целом, за столом царило праздничное настроение. Во второй половине дня мы говорили о разных вещах о школе, прошлых историях о двух братьях и сестрах и в целом хорошо провели время. Еда и напитки были съедены, рассказывались истории, слышался смех. Молодость в самом расцвете сил, можно сказать. — Хахахаха, правда? Я и не знал, что президент может быть ТАКИМ парнем! — Эй! Прекрати пытаться выставить меня в плохом свете, Сузуне! Клянусь, это было всего один раз! — Но, Нии-сан, я видела, как ты пытался готовить снова на следующий вечер, и оно все еще плохо пахло! Ахахаха! — Боже. Ладно, ладно, хорошо. Я перестану рассказывать неловкие истории о тебе Аянокоджи-куну, просто прекрати, хорошо?! — Ахахаха, расплата, нии-сан!

_________________

Прежде чем мы разошлись в разные стороны, президент сказал. — Это было весело, спасибо, что позволили нам остаться, Аянокоджи-кун, Сузуне. — В любое время, президент, — сказал я. — Я хотел тебе кое-что предложить, но я вижу, что сейчас не самое подходящее время говорить об этом, так что не удивляйся, если я попрошу о твоем присутствии в ближайшее время. — Ах! Президент, ты не имеешь в виду? — ахнула Тачибана. — Тс-с-с, не сейчас, Тачибана. В любом случае, спасибо вам двоим, увидимся. — Увидимся, Нии-сан!

__________

— Спасибо, что проводил меня обратно, Киётака. Мы медленно шли к ее комнате, всего в половине восьмого вечера, когда Сузуне нарушила уютную тишину, которой мы наслаждались. — Пустяки. Мне, честно говоря, было весело сегодня, Сузуне. Остановившись у своей двери, она обернулась и посмотрела на меня. — Ты так говоришь, но твое лицо на самом деле не изменилось. Не так ли, Киётака? — Ты не хуже меня знаешь, что на самом деле я не могу выражать много эмоции. — Однажды....... в любом случае, тогда увидимся завтра? — Зачем вообще это говорить? Конечно. — Хорошо… Не теряя ни секунды, я развернулся и пошел к лифту, сделав всего два шага, прежде чем меня обняли сзади. В замешательстве я спросил. — Сузуне? — Просто дай мне минутку. Шепот сзади — это все, что я услышал. — Спасибо. — Обнимай меня столько, сколько тебе нужно.

_________________________________________________________________________________________________________________________________

— Честно говоря, я впечатлена. Я никогда не думала, что вы сможете получить такие высокие баллы. Я признаю ваши усилия. Тем не менее, у тебя неудачный результат, Судо. Одним движением холодный учитель провел прямую линию над именем Судо. — Что? Вы шутите! Как я потерпел неудачу?! На этот раз я позаботился о том, чтобы усердно учиться! — Пороговое значение для неудачи в этом промежуточном тесте составляло 50. Средний балл по промежуточному тесту составил 83,6. Разделить на два… поскольку мы округляем, тебе нужно было набрать 42 балла или выше, чтобы пройти. — М-мне… не хватает одного очка… — Мы знали друг друга совсем недолго, но я ценю твои усилия. Я выдам тебе уведомление об исключении после занятий, — Чабашира взглянула на Аянокоджи, как бы провоцируя его сделать ход. К сожалению, первым заговорил другой парень. — Подождите минутку! Неужели нет никакого способа спасти его? — потеряв товарища в прошлом, Хирата не мог допустить, чтобы нечто подобное произошло снова. Нет… не после всей той тяжелой работы, которую они проделали. — Неудачный результат означает, что тебе конец. — Разве мы ничего не можем сделать? Мы не можем допустить, чтобы Судо-куна исключили! Аянокоджи-кун, Хорикита-сан, что нам делать? — на этот раз вмешалась Кушида, то ли из-за необходимости, то ли по какой-то другой причине, кто знает. — Правила есть правила. Сдавайтесь, — несмотря на то, что Чабашира сказала это, блеск возбуждения в ее глазах не спутаешь ни с чем. О, как долго она стремилась найти класс, который мог бы подняться до класса А, достичь того, чего она не смогла сделать в прошлом. Прошло несколько долгих секунд, а в комнате не было заметно никакого движения, напряжение ощутимо и густо повисло в воздухе. Некоторые смотрели на своих фактических лидеров в поисках поддержки, но большинство из них были обескуражены тем, что они только что услышали. Аянокоджи, со своей стороны, не хотел ничего предпринимать по этому поводу. Он помогал классу, поставляя ответы, которые он купил из его собственных карманных денег. В том, что Судо потерпел неудачу, виноват был он сам, и никто другой. Он был полон решимости оставить все как есть и позволить увести Судо, пока чья-то рука не потянула его за рукав. Посмотрев в сторону, он увидел глаза своей лучшей подруги, смотрящие на него с поражением и нуждающиеся в руководстве. — Киётака, что нам делать? — раздался мягкий голос Хорикиты. Вздох. Как хлопотно. Как он мог забыть? Следует принимать во внимание не только его усилия. Он также должен помнить о тех усилиях, которые Хорикита приложила к учебным группам. Не только ее, но и всех в классе D. Потерять кого-то так рано было бы… — Потерять кого-то в начале игры было бы… удручающе… мягко говоря… все наши усилия по самосовершенствованию и решимость подняться были бы просто забыты и заменены воспоминанием о потере одноклассника, — его голос, хотя и тихий, прогремел в тихом классе, заставляя его быть услышанным всеми присутствующими. Посмотрев направо, он посмотрел Судо прямо в глаза и сказал: — Пусть это будет тебе уроком, Судо, потому что в следующий раз, вероятно, будет не так легко выбраться. — Хм? Что ты имеешь в виду, Аянокоджи-кун? Не обращая внимания на рыжеволосого баскетболиста, Аянокоджи обратился к Хориките. — У тебя есть накопленные очки? Сбитая с толку, Хорикита выудила свой телефон и показала свой баланс, в общей сложности 74 тысячи очков. — Хм… Я не думаю, что этого будет достаточно, но позволь мне сначала спросить Сенсей. Услышав свое имя, Чабашира в ожидании посмотрела на Аянокоджи, явно желая, чтобы он вытащил что-нибудь из своего рукава. — Сколько стоит одно очко, сенсей? — ХААА? — Что? — ЧТО? — ХАХАХАХА, ты действительно любопытный, Аянокоджи-кун. Разобраться в этом, да еще в начале года. Откуда у тебя появилась идея, что ты можешь купить у меня баллы за тестирование? — Вздох… Давайте не будем ходить вокруг да около, сенсей. Вы уже знаете, как я это сделал, так зачем спрашивать? Класс D был явно сбит с толку относительно того, что они говорят. За исключением нескольких ключевых учеников, не многие поняли намек на то, что Сенсей продолжала вбивать им в голову в первые несколько дней занятий. Каждый раз, когда она говорила об очках, она всегда добавляла «ЧТО УГОДНО». Намек был очевиден, если вы знали, что он есть, но достаточно труден, если вы с самого начала не имели об этом ни малейшего представления. — Хорошо, класс. Успокоиться. 100 тысяч очков, за них я дам тебе один балл за тест Судо. — Как жестоко, сенсей, — монотонные, как всегда, умники, такие как Мацушита, Кейсей и Хорикита, чувствовали, что у Аянокоджи было предчувствие, что цена будет примерно такой же. Обращаясь теперь ко всему классу, Аянокоджи сказал. — Теперь, когда мы знаем цену, если кто-то из вас готов пожертвовать несколько баллов для Судо, я был бы рад принять их. Подобно муравьям, карабкающимся за объедками, большинство друзей Судо, то есть Ике, Ямаучи, Профессор и им подобные, быстро добавили свои оставшиеся очки в кучу. Даже если они были извращенцами и были одними из самых тупых людей в классе, ученики, видя, как они целенаправленно тратят месячное пособие на выживание своего друга, зажгли пламя в сердцах оставшихся учеников. Вскоре после этого даже такие ученики, как Шинахара и Онодера, добавили часть своих денег, чтобы помочь. Чабашира стояла в стороне от класса, совершенно удивленная их поведением. С первого дня было очевидно, что этот набор был лучше, чем прошлые, но видеть, как они охотно раздают свои очки, было замечательно в ее глазах. Кто-то может назвать это давлением со стороны сверстников, в то время как другие могут назвать это единством, как бы то ни было, Аянокоджи — ключ к тому, чтобы это произошло. На секунду она испугалась, что парень ничего не предпримет и позволит вышвырнуть горячую голову вон. И только когда он увидел выражение лица своей соседки по сиденью, он решился сделать ход. С помощью этой информации Чабашира могла сделать вывод, что парень не хотел попадать в класс А. Только решимость его подруги и их связь заставляют его делать все это. Интересно…

_______________________________________________

С глубоким вздохом Чабашира села за свой стол в кабинете, испытывая облегчение от того, что вся эта суета по поводу исключения ее ученика закончилась. — Хааа? Почему у тебя такое лицо, Сае-тян? Скажи мне, скажи мне! Через свою кабинку вечно энергичная учительница класса В Чие с беспокойством посмотрела на свою давнюю подругу, соперницу и коллегу. Это не первый раз, когда она видит эту сторону Сае, но в отличие от предыдущих, она выглядит немного более расслабленной, чем раньше. Сама того не подозревая, холодная руководительница класса D выдавила усталую улыбку. — Ничего… совсем ничего…